Elite Games - Свобода среди звезд!

Библиотека - Конкурсные работы - Контракт и ангел

Контракт и ангел


Из своей каюты я выбралась в препаршивом настроении, с жутким колтуном на голове, отчаянно зевая и подметая хвостом палубу. У дверей меня уже поджидал герцог, омерзительно бодрый, с иголочки одетый, тщательно причёсанный. В гордом одиночестве – его свита старается мне на глаза без нужды не попадаться.
– Привет, Ники, – буркнула я сумрачно, приглаживая когтистыми руками складки на кожистых крыльях.
– Хорошо выглядишь, Мадж, – галантно соврал герцог, беря меня под руку. – Как спалось?
– О, полный порядок, – я кисло улыбнулась.
По коридору мы двигались медленно – Ники милосердно давал мне возможность проснуться. В общем и целом мы неплохо ладим; в конце концов, он всего на год меня старше, и росли мы вместе, и окончательно осиротели в один день... Тот ещё был денёк, особенно учитывая, что организатором заварушки был сам Ники...
– Но слишком мало, да? – чуть ехидно уточнил он.
– Что? – я с трудом вернулась к реальности.
– Спалось хорошо, но слишком мало, – повторил этот невозможный тип.
– Слушай, ну что ты от меня хочешь в такую рань? Ну прилетел этот твой ди Эрна, прям такая важная птица...
– К превеликому моему сожалению, он совсем не мой, – чуть вздохнул Ники. – Божьей милостью лейтенант Мариано ди Эрна. Твой очередной клиент.
– Мариано? Ну-ну, – на что-то большее меня не хватило. Глаза закрывались сами собой.
– Угу-угу, – передразнил меня герцог. – Мадж, просыпайся. Пора работать. Прогуляешься до своего Мавзолея, свежий воздух, птички, цветочки...
– А также Асти и её святоши, – подхватила я. Рука рефлекторно потянулась к щеке, изуродованной ожогом.
В общем-то, налёты Ордена Ангела стали уже привычным элементом контракта. Белоплащники были очень упрямы, но не слишком умелы... Хотя в прошлый раз им наконец повезло. Махач вышел знатный. Я впала в раж, так что в памяти остались лишь фрагменты, но я точно помню, что Асти лично отмахивалась от меня этим своим пламенеющим мечом, а я пыталась заехать ей по лицу прикладом, и, кажется, уже тогда её подручные меня как следует поистыкали своими грязными железками... Или это было позже? Но вот ожог у меня точно лично ангельский, и мизинца я лишилась по её милости и собственной глупости. А ещё где-то во всей этой кутерьме мне снесли правый рог, и теперь голову перевешивало, хоть второй рог отпиливай...
– Геллен обещал удвоить усилия, – заметил Ники. – Клянётся, что больше не повторит ошибку. Обещает... Ну и так далее. Все уши мне прожужжал.
– Спермотоксикоз, – припечатала я. – Или он нашёл, с кем перепихнуться, пока я восстанавливалась?
– Насколько я знаю, он хранит тебе верность, – усмехнулся герцог. – И вообще он принял всю эту кутерьму слишком близко к сердцу.
– Да уж, как бы он Асти не угробил... – буркнула я себе под нос. Не смотря на все повреждения, давешнее сражение я вспоминала с нежностью. И была бы не прочь повторить. Ну, при условии более бережного обращения с пальцами, конечно.
Тем временем мы уже благополучно уткнулись в отполированный до зеркального состояния люк в малую приёмную, но не спешили входить.
– Полагаю, Геллен всё же не настолько талантлив, – Ники пожал плечами. – Ты как, готова?
Я на всякий случай проверила своё отражение в люке – а то были уже случаи, когда я такая же сонная являлась на переговоры в голом виде. Ники, подлец, никогда не напоминает – ему нравится смотреть на краснеющих клиентов... Мне, в принципе, тоже нравится, но не в виде идиотского сюрприза же! Хорошо хоть, сама я покраснеть физически не могу – кожа и так тёмно-красная. Отражение в зеркале меня не то что порадовало – полтора рога, каштановый кошмар вместо причёски, щека... Но одеться я оделась, хоть и кое-как: коричневая, в цвет волосам, тряпка вокруг бёдер и ещё одна – вокруг груди. Кажется, это было надето ещё перед сном, больно уж жёваное... А, плевать. Главное, оделась. И цепочку с кодовой карточкой на шею нацепить не забыла. И оранжевые глаза с узкими зрачками мягко светятся, полный порядок.
– Идём, – наконец согласилась я и прижала ладонь к зеркальной поверхности.
Люк послушно распахнулся, и одновременно монотонный голос станционного ИИ сухо объявил:
– Его светлость герцог ди Ланцетти, граф ди Пистиччи! Леди Маджоре ап Оуэн!
Да, уж «леди». Ники почти принудительно возвёл меня в рыцарское достоинство. Иногда мне казалось – лишь для того, чтобы местному электронному болванчику было что объявлять. Да и сам он так настойчиво требует именовать его «герцогом», хотя вся его собственность ограничена этой вот орбитальной станцией, довольно скромным торговым флотом, да несколькими оружейными заводами в ближнем поясе астероидов... Ну и плюс нематериальная, но очень доходная лицензия на торговлю с Солнечной системой. А герцогство его предков до сих пор светится по ночам, как и почтя вся поверхность несчастной Базиликаты...
Впрочем, ИИ совершенно зря тешил гордость своего хозяина: в приёмной оказалось пусто. Ну, точнее, там было кресло для Ники, несколько беспорядочно расставленных антикварных, сделанных ещё на поверхности планеты стульев, и конторка с подготовленными для подписи экземплярами контракта. Но ни малейших признаков клиента.
Я бросила взгляд на Ники, который недоуменно пожал плечами, и хотела уже высказать вслух всё, что я думаю о глупых шутках с утра пораньше... Когда у мня за спиной кто-то вежливо кашлянул.
Персонал меня сторонится, в общем-то, не зря, и одна из причин – моя реакция на любителей подходить со спины. Чего уж там, не слишком адекватная реакция. Но мне нравится, а это главное. Вот и сейчас я резким движением развернулась на сто восемьдесят градусов, с громким шелестом встопорщила крылья и метким движением схватила подкравшегося за горло. Нежно так схватила, впиваясь когтями, но не разрывая кожи. Кстати, это оказался молодой и довольно красивый тип в хорошо знакомом мне плаще. Белом таком, с чёрным силуэтом ангела, воздевшего меч.
– Лейтенант ди Эрна, – всё так же монотонно объявил ИИ.
Странно, но белоплащник воспринял моё нападение совершенно спокойно, как будто и ждал такой реакции. Он просто стоял и смотрел.
– Мадж, это и в самом деле лейтенант, – сообщил Ники. – Вот только, господин хороший, что вы делали в жилой зоне станции?
Тот, ничуть не смущаясь, иронично приподнял бровь.
А вот меня больше интересовало, как он смог подкрасться, когда у нас за спиной был только широкий прямой коридор, а я перед этим пялилась в зеркальную дверь – и не видела никакого белого плаща?
– Отпусти его, Мадж, – велел герцог.
Я нехотя разжала руку.
– Ваша светлость, леди, – лейтенант невозмутимо отсалютовал. – Я к вашим услугам.
– Я всё ещё хочу получить ответ на свой вопрос, – вкрадчиво заметил Ники.
– Понимаете ли, всегда же интересно посмотреть, как живут враги. На которых, кстати, мне отныне и вовеки запрещено нападать.
– А можно его оштрафовать? – поинтересовалась я полушутя. – Ну там ухо? Или нос?
– Увы, политический момент не способствует, – буркнул Ники. – И этот сукин сын вполне в курсе, я уверен. Придётся обойтись стандартной двадцатипроцентной надбавкой к контракту.
– Уже учтено в платёжном поручении, – вежливо сообщил лейтенант. – Его святейшество ди Риз знал, что вы в любом случае найдёте, к чему придраться.
– Всё это мило, конечно, – капризно проканючила я. – Но если я не могу закусить белоплащником, возможно, политический момент предоставит мне другую жертву?
– А у тебя есть кандидаты? – заботливо поинтересовался Ники.
– Геллен, – мигом предложила я. – Ведь именно он, как капитан станционной СБ, выдал этому типу пропуск в жилую зону, а? По старой памяти, как бывшему коллеге?
– Это и в самом деле так, – спокойно подтвердил ди Эрна.
– А мне казалось, Геллен тебе симпатичен... – задумчиво протянул герцог.
– Ну не буду же я есть какого-нибудь мерзкого урода!
– Значит, я вам тоже симпатичен? – наглейшим образом обрадовался лейтенант.
Я взяла ближайший стул, поставила задом к белоплащнику и уселась верхом. Аккуратно сложила крылья. Расправила складки. Уложила ладони на спинку. Пошире расставила локти. Улыбнулась.
– Значит, так, – начала я приторно-ласковым голосом. – Вы пришли заключить контракт?
– Да.
– Условия знаете?
– Да.
– И что ближайшую неделю вы должны меня слушаться? Беспрекословно? Помните?
– Помню.
– Так заткнись и стой молча! – взревела я и перевела взгляд на Ники. – Могу поспорить, смотрит этот хлыщ на меня и видит инфантильную дурочку, которая сперва действует, а только потом думает? А?
– Э-э... – неопределённо промычал герцог. – Ты же знаешь, я обычно не критикую своих людей...
– А я не твоя. И не человек. И да, я веду себя по-идиотски, – я снова обернулась к лейтенанту, уставившемуся в одну точку со совершенно отсутствующим видом. – Да, очень глупо лезть на передовую, когда у тебя есть отряд охранников, – я машинально потёрла щёку. – И тем более глупо использовать карабин как дубинку. Но, знаешь... – я наконец проследила взгляд гостя. Усевшись на стул верхом, я волей-неволей раздвинула ноги. Тряпка, играющая роль юбки, задралась, а трусики я, естественно, надеть и не подумала... Ну и куда, спрашивается, мог бы ещё смотреть лейтенант?
– Пошляк, – резюмировала я, не меняя позы.
– Это приказ? – оживился ди Эрна.
– Нет, констатация факта. Иди, подписывай, – я ткнула в сторону конторки. – Ники, будут меня сегодня кормить или...
Дальний люк почти бесшумно распахнулся, и в помещение мягко проскользнула Дёмия. Вот уж кто трусики нацепить не забыла... Белые, чтобы выгодно оттенить шоколадно-коричневую кожу. А также не закрывающую пупка маечку и туфли на огромных каблучищах, что в комплекте составляло её так называемую униформу. В роли амуниции выступала набедренная кобура, далеко не пустующая... Ники любит называть её «телохранительницей», и попутно обычно замечает, что досталась она ему в наследство от папочки, а сам он её только терпит... А вот я не терплю совсем. Особенно учитывая, что мой нос не проведёшь, а от герцога частенько по утрам пахнет именно этой вот «шоколадкой». С тем самым мерзейшим привкусом подавляющей волю наркоты, на которую Дёмию давно и прочно подсадил старый герцог – в целях безопасности, конечно. Если бы не сердце демона, она давно бы окочурилась, а так лет пять ещё меня понервирует. Правда, иногда – вот, например, сегодня, – от Ники пахло и по-другому, и близкое знакомство с Асти помогло прояснить природу одного из этих запахов...
Дёмия тем временем вкатила аппетитно позвякивающий сервировочный столик, мило улыбнулась, вперила свои ярко-зелёные глазки в обожаемого герцога и проворковала:
– Кушать подано, Ники.
– Очень хорошо, – равнодушно кивнул тот и повернулся ко мне. – Как видишь, Мадж, будут. Соизволь уж отведать, не побрезгуй...
– И соизволю, – огрызнулась я, вставая со стула.
– А меня кормить будут? – бесцеремонно поинтересовался ди Эрна, протягивая мне подписанные листы контракта. – Вот, с формальностями покончено.
– Нет, не будут, – твёрдо сообщила я, передавая бумаги герцогу. – Операция на полный желудок? Ага, ага, как же. Я тебе что, волшебник? Или, может, ангел?
Я наконец сняла серебряную крышку с тарелки и с наслаждением вдохнула запах. Ники удалось подыскать весьма толкового повара, так что под крышкой лежало не какое-нибудь там месиво, до невозможности размягчённое высокой температурой. Как это там у людей водится, наполовину разбавлять еду всякой варёной травой, и до кучи запивать прокисшим виноградным соком, фу... Нет, к счастью, на тарелке было настоящее, свежее, парное мясо: с полкило аккуратно нарезанных мышц, обрамлённых изящными ломтиками печени. И в центре, в качестве изысканного десерта – блестящий, совершенно не повреждённый бычий глаз.
– М-да, – не удержался от комментария лейтенант, – пожалуй, и хорошо, что меня кормить не будут...
– Ещё скажи, что тебя тошнит, – недовольно буркнула я, вооружаясь вилкой. – Сам виноват, что припёрся так рано.
– Ну а что поделать, – он цапнул лежащий без дела нож и принялся вертеть его в руках. Дёмия мигом напряглась. – Рейсовый челнок летает либо рано утром, либо поздно вечером...
– Ах, да... Нищая Церковь, не способная наскрести денег на орбитальную леталку... Попросил бы Асти тебя подкинуть.
– Не по чину, – скривился лейтенант.
– Кстати, а зачем тебе вообще контракт? Мне казалось, когда под рукой ангел... – я неопределённо покрутила вилкой в воздухе. – Да и молод ты, чтобы через двадцать лет подыхать.
– Но ангел не всегда под рукой, – вежливо напомнил белоплащник. – Вот как сейчас. К тому же, она одна, а нас – много. И при моей профессии почти гарантированные двадцать лет – гораздо, гораздо больше, чем меня ожидает без контракта.
– Вот как? И что это за профессия? Небось, патрулируешь окрестности этих ваших Небесных Врат? По радиоактивному стеклу – топ-топ?
– О, что вы, нет конечно, – ди Эрна снисходительно улыбнулся. – Такой фигнёй я не страдаю. Моя работа требует более высокой квалификации...
– Квалификации? При работе на Церковь? Ой, не смеши меня. Ваши уже кучу раз пытались меня прирезать, и что?
– Я выражусь коротко: вам повезло, что это задние поручили не мне, – Мариано резко дёрнул кистью, и его нож с громким стуком вонзился в переборку в паре сантиметров от головы герцогской телохранительницы. Которая, между прочим, стояла позади лейтенанта.
Спустя полсекунды в его затылок упёрлось дуло дёминого бластера. Эта фуфырла знает своё дело, да... Всё же раб высшей ценовой категории, из лучшего питомника Кальтаниссы, не какая-нибудь дешёвая подстилка. До сих пор помню, как старый герцог заставлял её питаться из мусорного ведра – и с какой счастливой улыбкой она это проделывала... бр-р...
– Советую вам действовать аккуратнее в присутствии герцога, – прошипела Дёмия.
– Но я аккуратен, – спокойно возразил лейтенант. – Если бы я хотел попасть в кого-то с такого мизерного расстояния, я бы попал. Так-то.
– Как это в духе ди Риза – послать к нам профессионального убийцу, – вздохнул Ники.
– А вы ожидали мальчика из церковного хора? – удивился ди Эрна. – Ваша-то станция головорезами просто набита. Между прочим, у меня и в самом деле строгий приказ не убивать никого из ваших людей, ваша светлость, – он коротко поклонился.
– Я знаю, – спокойно подтвердил Ники. – Ди Риз мне звонил. И Геллен за вас поручился. Дёмия, дорогуша, убери уж свою пушку. Там нам мешаешь.
Та на миг недовольно скривилась, но всё же вернулась к двери.
– Спасибо, – сухо кивнул лейтенант. – Кстати, о Геллене. Меня уже довольно давно занимает вопрос, какую роль он играет... Тут... Вы ему доверяете?
– Какую роль? – казалось, герцог удивился. – Он капитан моей службы безопасности. Ди Риз уверен, что он остался белоплащником... А я уверен, что ди Риз ошибается, вот и всё.
– Но его еженедельные доклады... Я сам их видел.
– А, гелленовские доклады, – Ники с трудом подавил смешок, да и я заулыбалась. – Занимательное чтиво, верно? Не волнуйтесь о них.
Лейтенант лишь недоверчиво покачал головой.
Беседу прервал звук открывающегося люка.
– Капитан Геллен, – монотонно возвестил ИИ.
В помещении и вправду стало на одну до омерзения жизнерадостную рожу больше. Улыбка капитана едва помещалась на его не больно-то широком лице, глаза искрились, а честь он отдал подчёркнуто лихо. Об отутюженном мундире и говорить нечего.
– Всё готово и все готовы! Можем отправляться.
– Угу, уже иду, – пробурчала я, ощущая себя на его фоне особенно грязной и растрёпанной. – Надеюсь, на этот раз ты всё же займёшься безопасностью, а не разглядыванием пейзажей.
Капитанская радость подувяла прямо на глазах.
– Именно, – подчёркнуто сухо кивнул он. – Займусь.
– И не просто займёшься, а как следует займёшься, правда ведь?
– Правда, правда. Мадж, ты идёшь, или как?
В общем-то, было нечестно изливать на Геллена своё дурное настроение, но у меня уже не было сил. Достало это всё до невозможности. Типовой контракт, типовые клиенты, вечный маршрут «до Мавзолея и обратно»... Геллен и Ники, которые, может, и неплохие люди, но именно люди, а демонов во всей системе – я одна... Наезженная колея, скука и одиночество. И никаких перспектив.
Впрочем, конкретно сейчас сцену устраивать было бы неразумно. Хотя и очень хотелось. Так что я, героически сдерживаясь, отложила вилку, встала, ухватила белоплащника за шиворот, чтобы опять куда-нибудь не смылся, и уныло потащилась в сторону шлюзов. При этом оба моих спутника что-то говорили, один – оживлённо, другой – ехидно, но я их не слушала, временами только мыча что-то невпопад.
– Да что с тобой? – Геллен наконец не выдержал и потянул меня за хвост.
Рефлексы сработали быстрее разума, и я едва-едва успела остановить руку в паре сантиметров от его головы – а то бы ведь вмазала на автомате, и отскребай его от переборки, хоть до посинения...
– Меня всё достало, – объяснила я устало. – Одна и та же хрень раз за разом. Как белка в колесе.
– Мне казалось, Асти каждый раз придумывает что-то новенькое...
– Пальцев на твою Асти не напасёшься, – огрызнулась я чуть злее, чем следовало. В конце концов, ангел и в самом деле старалась. – Загружаемся.
Я решительно нырнула в переходной туннель, ведущий к челноку. Естественно, по-прежнему не выпуская лейтенанта: в переходнике невесомость, и хрен его знает, насколько он тренирован.
Даже тут о нормальном полёте нечего было и мечтать: крылья-то есть, а вот полноценных маховых мышц к ним не прилагалось. Земные конструкторы думали больше о красоте, чем о функциональности, увы... Так что я просто цеплялась всеми свободными конечностями за подходящие выступы, не слишком-то изящно, но неуклонно пробираясь к люку. На люке красовалась печально знаменитая эмблема Второго экспедиционного корпуса Соларианской Конфедерации, и это тоже не особо-то прибавляло мне хорошего настроения. Не так уж приятно возводить свою родословную к обслуживающему персоналу экспедиции, бездарно провалившей операцию по «принуждению к миру мятежной колонии». Причём, увы, к весьма специфическому сорту «обслуживающего персонала», да... Но что уж тут поделаешь.
– Шлюпка с Мавзолея, верно? – поделился «глубокомысленным» выводом ди Эрна.
– Да, да, – сквозь зубы подтвердила я. – Любую местную посудину он распылит на подлёте, сам же знаешь.
Челнок в целом пребывал в приличном состоянии: строили его, как и весь Мавзолей, на века. Система саморемонта получилась на редкость удачной, и до сих пор исправно функционировала. Комфортом эта скорлупка, конечно, не отличалась, ну и лететь нам всего ничего.
Лейтенанта я потащила в пилотскую кабину – моё присутствие там необходимо, а после его «возникновения» в пустом коридоре я бы не решилась выпустить белоплащника из поля зрения. Конечно, допускать его к органам управления было бы рискованно... Но специально для такого рода случаев кресло второго пилота было оборудовано надёжными наручниками. Ну и комплектом стандартных ремней безопасности, конечно, так что ди Эрна при всём желании не мог бы чего-нибудь натворить.
– Не доверяешь, значит? – спросил он скорее риторически.
– Конечно же нет.
– А если с тобой что-то случится, кто это ведро с болтами пилотировать будет?
– Тот же, кто и всегда, – ответила я почти спокойно. – Неужели ты думаешь, что я разбираюсь во всей этой фигне? – я небрежным жестом указала на пульт.
– Автопилот, значит, – пробормотал ди Эрна. – Одно радует: я точно знаю, этим маршрутом ты летаешь регулярно, и всегда успешно.
– Вот-вот, так что расслабься, – буркнула я и ткнула одну из немногих кнопок, чьё предназначение было мне известно: связь с пассажирским отсеком, где должны были расположиться Геллен и его люди. – Господа груз, приём. Вы там как, расселись?
– Полный порядок, Мадж, – отозвался Геллен. – Можем стартовать.
– Прекрасно, – я выключила связь.
– Вежливость из тебя аж прям прёт, – ехидно прокомментировал лейтенант.
– Заткнись, – велела я, нажимая ещё одну кнопку: «старт программы».
Челнок плавно вышел из причальных захватов, развернулся носом в нужную сторону и принялся наращивать скорость. Внутри, впрочем, ускорение почти не чувствовалось: всё же земная техника, а не какой-нибудь гроб местного производства. Цель нашего путешествия пока что выглядела как яркая звёздочка, но уже очень скоро это должно было измениться.
– Лететь нам долго, – нарушил молчание белоплащник.
– Всего-то пару часов, – недружелюбно буркнула я.
– И всё же, – упорно продолжил лейтенант, – нет никакого смысла молчать. Вот, например, тема для беседы: твой незабвенный герцог, коллаброционист, оружейный магнат, рабовладелец и так далее. Какого фига ты вообще имеешь с ним дело?
– Ну, он обеспечивает еду, жильё, одежду, безопасность, юридическую поддержку...
– Как много слов. А весь один, достаточно ёмкий синоним: суте... – он внезапно замолк. Наверно, потому, что моя рука прочно обхватила его черепушку.
Волосы, кстати, у него оказались вполне чистые.
– Продолжай, продолжай. Я, знаешь ли, допускаю свободу слова: сначала ты говоришь глупость, и только потом лишаешься скальпа, – я капельку глубже вонзила когти в его кожу.
– Извини, нужное слово как-то выветрилось, – поспешно поправился лейтенант. – Вот только помнил – и всё, совсем позабыл...
– Какая жалость.
– Кх-м... Но, оставляя в стороне лингвистические проблемы, разве подразумеваемые пункты контракта не включают, э-э, – он подмигнул, – особого обслуживания?
– Ну, если тебе яйца больше не нужны, ты так и скажи. Я пойму.
– Ой, не надо меня грузить этой старой байкой. Геллен ничуть не похож на кастрата.
– Но он и не пытается что-то вякать про «подразумеваемые пункты». И вообще, разве Церковь не осуждает разврат?
– Эти запреты для мальчиков из церковного хора, – скривился ди Эрна.
Дискуссию оборвал стальной голос из динамиков.
– Говорит Ваал. Вы вошли в зону контроля ПКО Ваал-Фегор. Назовитесь.
Я судорожным движением нащупала карточку, вставила в считыватель и прижала ладонь к сенсорной пластине.
– Ваал, это я. Не распыляй нас, будь так добр.
Индикатор с некоторой задержкой загорелся зелёным.
– Капитанские привилегии подтверждаю. Принимаю управление шлюпкой.
– Ваал-Фегор? – непонимающе уточнил ди Эрна. – Капитанские привилегии?
– Да, «Ваал-Фегор», вооружённый госпитально-реабилитационный корабль соларианского космофлота, – оттарабанила я устало. – Язык сломаешь, верно?
– Да уж, на редкость громоздкая конструкция для обозначения банальнейшего походного борделя, – с умным видом поддакнул лейтенант.
– Нет, тебе определённо надоел твой скальп, – я как следует встряхнула его пустую башку.
Всего лишь встряхнула, да. Потому что, к сожалению, ди Эрна был совершенно прав. Ну, почти.
– Извини, – неискренне буркнул белоплащник. – Только вот какого фига все называют эту штуку, – он кивнул в сторону ярко блестевшей точки корабля, – «Мавзолеем», а?
– Неофициальное прозвище. На нижних палубах там обширное криотрупохранилище, до сих пор наполовину полное, кстати.
– «До сих пор»? Только не говори, – с внезапно перекосившимся лицом выдавил лейтенант, – что ты их ешь.
– Нет, что ты, они жутко перемороженные, – я вспомнила один свой опыт и тоже скривилась. Тот труп выглядел очень даже ничего... А вот на вкус... – Редкостная дрянь. Приходится закупать свежее мясо. Не смотря на дикие цены, – я вздохнула.
Мавзолей на обзорном экране из точки превратился в небольшое пятнышко. Я покосилась на увеличенное изображение на боковом дисплее: всё та же вытянутая блямба с напрочь изуродованной кормой. Ракета колониальной ПКО необратимо разрушила маршевые двигатели, и корабль бросили тут, забрав всех, кого смогли... Его даже не стали ставить на самоуничтожение: понадеялись, что ещё функционирующее оружие поможет прикрыть отступление уцелевшей части флота. Ну а колонисты оказались не такими идиотами, чтобы тратить ресурсы на уничтожение обезвреженной цели. Всего-то делов – не приближаться... Да и, как я смутно подозревала, те же герцоги ди Ланцетто всерьёз рассчитывали наложить лапу на посудину. Рано или поздно, так или иначе.
– Так что там с твоим капитанством? – вновь подал голос ди Эрна.
– Оно есть, – твёрдо ответила я. – По наследству досталось. Вот и всё.
Эх, какой смысл быть капитаном корабля, который никогда никуда не улетит... Насколько я поняла, изначально демоницу, мою прапрабабку вроде, бросили на корабле вполне осознанно – решили, что ранение безнадёжно. Рамаас показывал мне фотографии, и я бы тоже не сказала, что после такого можно выжить, так что людей понять можно. Особенно учитывая, что на уцелевших кораблях и так теснота была неимоверная. Так что флот ушёл, а демон выжила. Ну и по старому правилу получила права капитана – как единственный имеющийся член команды. А по наследству его получилось передать благодаря особенностям механизма нашего воспроизводства: рождаются только дочери, генетически – точные копи матери. По факту, клоны. Кодовая карточка, которой я пользовалась, была та самая, прапрабабкина, времён битвы при Базиликате. И по-прежнему продолжала работать.
Процедура швартовки не отличалась ничем интересным. Баал провёл её, как и всегда, безупречно – на то он и боевой ИИ корабля. Из челнока я вышла, как и полагается, последней, по-прежнему удерживая клиента за шиворот. Тот держался вполне равнодушно, будто уже тысячу раз бывал на шлюзовой палубе земной посудины.
Ни малейших признаков ангельского вторжения не наблюдалось, и вообще всё было тихо и спокойно, так что мы уныленько так дотащились до лифта и отправились наверх, через весь набор разнообразных палуб.
– Я так понимаю, экскурсии к морозильникам у нас не будет? – скучающе вопросил ди Эрна.
– Обойдёшься без культурной программы.
Лифт наконец остановился, и мы оказались на так называемой «верхней палубе» во всём её великолепии: огромный, ярко освещённый парк под прозрачным куполом. Мерцающий ковёр неправдоподобно ярких звёзд на угольно-чёрном небе – и буйство земной зелени. Ага, ага, первый раз даже восхищает. На сто первый – остаётся лишь рутина...
– Не тормози, нам вон туда, – я указала в центр парка, где серебрилась полусфера защитного поля.
– Вот будет смеху, если сейчас сюда причапает Асти и тебя прихлопнет, – пробормотал лейтенант.
– Что ты, она вежливая девочка. Все приключения будут, конечно же, на обратном пути.
– Приключения? Теперь это так называется?
– Ты прав, правильнее было бы «скука смертная». Каждый раз одно и то же...
– А трупы ты куда деваешь? – с невинным видом поинтересовался ди Эрна. – В то самое криохранилище?
– Какие трупы? Какие, спрашивается, могут быть трупы, когда с моей стороны у всех сердца демона, с вашей – ангел в роли «скорой помощи»? Пф-ф...
Играло роль ещё и применяемое оружие: у нас – специально ослабленные бластеры, у них – и вовсе исключительно холодное. Впрочем, Орден Ангела любил наглядно демонстрировать, что хороший арбалет остаётся опасной игрушкой, не смотря на древность идеи. Мощные пушки не использовались из-за экономии: орбитальные сооружения Базиликаты строились по гражданским нормам, и никому не хотелось лишний раз дырявить обшивку, толщиной ненамного превосходящую консервную банку. Мавзолей, как военный корабль, мог бы выдержать оружие и поэффективней, но я не стремилась обращать на этот факт чьё-либо внимание. Ведь эти криворукие типы, герцогские так называемые солдаты, запросто прострелят что-нибудь важное, и кто чинить будет? И, самое главное, как? А этот Мариано мог бы составить прекрасную пару с Ваалом – оба ведь кровожадные идиоты. К счастью, боевой ИИ обязан мне подчиняться, а излишне воинственного лейтенанта я как-нибудь уж проконтролирую.
– Но ведь у Асти контракт на твоё убийство? – осторожно уточнил ди Эрна.
– Вот у неё и спрашивай, какой там контракт и чего она сопли жуёт.
– Хм, – белоплащник предпочёл заткнуться.
Впрочем, до границы защитного поля было уже недалеко.
Я затормозила в шаге от бесшумно искрящейся стены. Отпустила и даже чуть отпихнула лейтенанта.
Проинструктировала:
– Необходимые пояснения из области ТБ: сейчас меня касаться нельзя, если тебе дорога жизнь. И стой на месте.
Геллен со своими людьми рассыпались неправильным полукругом у нас за спиной – на случай, если клиент решит драпануть. Из леса-то его выудить будет не так просто, а если поручить это Баалу, то он справится быстро, только вот от Мариано останется разве что кучка пепла – а на кой она мне?
Я нащупала рукой – левой, правую было жалко – кодовую карточку, упёрлась в землю не только ногами, но и хвостом. Собралась с духом и ткнула карточкой в серую муть где-то примерно над дорогой. Купол шибанул током. Мышцы свело судорогой, зажатая в руке пластинка нагрелась, дыхание перехватило, сердце зачастило как бешеное... Труднее всего заставить себя не отшатнуться. Надо стоять, надо стоять...
Мне каждый раз казалось, что проверка длится вечность, хотя на деле она занимает секунд двадцать, не более. Вот и сейчас в куполе образовался прямоугольный вырез в рост человека, и приятный мужской баритон произнёс:
– Доступ подтверждён. Добро пожаловать, Маджоре.
Хвост подогнулся, и я тупо плюхнулась на землю, хватая ртом воздух. Каждый удар пульса гулко отдавался в ушах, руки дрожали. Левой ладони было мокро и липко – опять порезалась о край карточки...
– Тебя всё ещё нельзя трогать? – участливо поинтересовался ди Эрна.
– Идиот, – буркнула я, с трудом поднимаясь. – Идём. Жаль, я не могу оторвать голову тому уроду, который проектировал эту технику на грани фантастики.
– Процедура идентификации обладает двумя преимуществами, – объявил всё тот же приятный баритон. – Первое: обычный человек её просто не выдержит. Второе: она проверяет генкод быстро и с высокой надёжностью. Остальное несущественно.
– Вот за это «несущественно» и надо голову оторвать, – упорно повторила я.
– Кто это вообще? Что-то голос на Ваала не похож.
– Сначала зайдём-ка внутрь, – я мягко подтолкнула ди Эрна. Ну, то есть, равновесие он удержал и в клумбу носом не въехал – значит, мягко, верно?
Портал закрылся сразу же за нашими спинами.
– Итак, мы в госпитальной зоне, и тут всем заправляет Хранитель Рамаас. Рамаас, это Мариано ди Эрна – твой новый пациент.
Слово «зона» очень удачно характеризовало пространство под куполом: серое «небо», серые, без единого окна, стены госпитального корпуса, даже растения на клумбе – и те голубовато-серые, с мелкими бурыми цветочками. Тоскливое местечко.
– Мой? – удивился ИИ. – Скорее твой, Мадж.
– Хорошо, наш общий пациент. Доволен, говорилка ты электронная?
– Сама-то хороша, шалопайка биологическая! – не остался в долгу Хранитель. – Что, в прошлый раз таки поцапалась с Асти?
– Да, ей не удалось уклониться, – кивнула я, машинально потирая шрам на щеке. – Скажи, Рамаас, а что будет, если я умру, не оставив потомства? – вопрос прозвучал почти мечтательно.
– Будет изготовлен новый экземпляр демона, – принялся докладывать хранитель. – Количество – одна штука. Женский пол – обязателен. Метод – клонирование из эталонной клеточной культуры. Необходимое оборудование у меня в полной исправности.
Как ни странно, я его даже почти поняла.
– Неутешительно. Я могу приказать этого не делать?
– Можешь, Маджоре, – подтвердил Рамаас с едва различимым оттенком ехидства.
– И ты этот приказ выполнишь? – уточнила я.
– Нет. Противоречие с инструкцией более высокого приоритета. У Мавзолея должна быть хозяйка. И я не могу позволить Баалу всем тут заправлять.
– Гадство, – подвела я итог, открывая стеклянную дверь госпиталя.

Внутренности медицинской часть корабля тоже особо не радовали. Резкий ярко-белый свет, повсюду идеально отдраенный белый пластик, все углы скруглены – чтобы не скапливалась грязь... И этот мерзкий неживой воздух, пропахший дезинфекцией. Стоило нам войти в предбанник, из служебного люка тут же вылез паукообразный серв-уборщик – как же, мы ведь наследили! Тьфу.
– Итак, можно приступать. Раздевайся, – я показала личный пример, начав избавляться от мятых тряпок.
Мариано криво ухмыльнулся и принялся расцеплять многочисленные крючки и пряжки своего парадного облачения.
– Надо сказать, этот кораблик неплохо сохранился, – заметил он по ходу дела. – Я думал, тут всё гораздо печальнее. Даже странно, что ты живёшь у незабвенной Его Светлости, а не здесь.
– Тут? В обществе кучи мороженных трупов, Рамааса и Ваала? Да я за месяц свихнусь.
– Ну, не знаю, не знаю... А если ди Ланцетто решит, что ты ему надоела и пора бы тебя добавить к той самой коллекции мороженых трупов? Как он решил это в отношении твоей матери.
– Между прочим, такие вопросы задавать довольно бестактно, – сообщила я как можно любезнее.
Хотя вопрос, на самом деле, популярный. И до смерти мне надоевший. Ох уж эти люди... Им совершенно невозможно объяснить элементарные вещи. Даже сам Ники не любит вспоминать тот эпизод, испытывая, похоже, что-то вроде чувства вины... Мне же было просто-напросто наплевать. Цинично, конечно, и бездушно. Зато честно. Случись то убийство на пару лет раньше, я и вовсе испытала бы мстительную радость. До сих пор помню ту жуткую обиду, когда я окончательно уверилась, что единственное родное мне существо считает меня не более чем досадной обузой. Ну а потом я научилась отвечать равнодушием на равнодушие. И даже не поинтересовалась подробностями. Окочурилась – так окочурилась... Подумаешь, все мы смертны.
И вот, спрашивается, как всё это объяснить ангельскому питомцу? И нужно ли вообще что-то объяснять? Пожалуй, нет. Решение принято.
Лейтенант смерил меня задумчивым взглядом.
– Ну, может, и бестактно... Честно говоря, небольшая потасовка отвлекла бы меня от идиотских мыслей. Насчёт предстоящей операции, и всё такое.
– Волнуешься? Очень зря. Ты будешь подключен к Рамаасу, и он проследит, чтобы всё прошло как надо.
– Он будет подключен к реанимационному комплексу, – педантично поправил Хранитель. – И вообще, всю эту процедуру я оцениваю как варварство.
– Вот сам бы и занялся, – огрызнулась я. – А то только твердишь «варварство, варварство»...
– И буду твердить. Могу также напомнить, что создатели запретили мне причинять прямой вред разумным существам. А сердце пациента ди Эрна вполне здорово. Никаких показаний для медицинского вмешательства.
– Ну чего ты брюзжишь? – устало поинтересовалась я. – Это всего лишь услуга. Им хочется суперменства, хотя бы лет на двадцать. Мы предоставляем. Насильно никого не тянем.
– Я справлюсь, – пообещал лейтенант. – Двадцать лет, говоришь?
– Да, да, двадцать гарантированных, а дальше как повезёт. У некоторых и до двадцати пяти. И не пытайся мне втереть, что ты не знал. В контракте, чёрт побери, это указано совершенно чётко, крупными буквами.
– Знал, – отмахнулся Мариано. – Я о другом. Что, демоны живут лишь лет двадцать – двадцать пять, а потом подыхают от, как его, «необратимого общесистемного коллапса»?
– Нет, конечно. Я же не какой-нибудь человечишка, вроде тебя, криво слепленного «по образу и подобию».
– Зато я, в отличие от некоторых, никогда не комплексовал по поводу своего тела, – проницательно парировал он.
– Вот и прекрасно. А для борьбы с волнением есть методика получше, чем идиотские потасовки, – я поманила его в соседнее помещение: собственно дезинфекторную.
– Даже боюсь представить, какая именно, – ехидно заметил ди Эрна. – Ты защекочешь меня до потери пульса?
– О, нет. Я не до такой степени злюка. Ещё идеи?
– Ну, – он изобразил карикатурно напряжённую работу мысли, – чем может заниматься демоница и человек под одним душем? Сложный вопрос... Особенно учитывая, что душ в медкомплексе бывшего борделя, а демоница – прямой потомок местной обслуги.
– Не надейся, – прошептала я ему в ухо, – даже и не надейся меня разозлить. Ты отлично понял, что у меня на уме.
Он улыбнулся так нагло-нагло. Но промолчал, и на том спасибо. Я и так поняла, что он имел в виду. Грош цена моим разглагольствованиям насчёт «подразумеваемых пунктов» и «оторванных яиц»... Да, грош. Это знает он, это знаю я, и, похоже, это знают все в системе... Ну и плевать. Решение принято.

Из-под душа мы выбрались не скоро, но всё же выбрались. Я даже облачилась в комбинезон с местного склада. Прорезиненная тряпка омерзительно воняла стерилизацией, но хрен ведь отыщешь тут что-нибудь другое. Ну, хоть с лейтенантом возиться не пришлось. Никакой одежды; на выходе из дезинфекторной его быстренько подхватил серв, и Рамаас принялся закреплять пациента в реанимационном комплексе. Мне оставалось стоять в сторонке и сгорать от нетерпения.
Впрочем, ждать пришлось не так уж и долго.

– Готовность?
– Подтверждаю, – сообщил Рамаас.
Надёжно зафиксированный Мариано сказать ничего не мог – мешала трубка искусственного дыхания. Но глазами он вращал весьма выразительно.
– Начали, – объявила я.
Коготь легко рассёк кожу вдоль лейтенантской грудины.
– Не ломай ему кость руками, возьми пилу, – прошипел Рамаас.
– Ненавижу эту жужжалку.
– Конечно, ведь сращивать грудину из обломков приходится мне, а не тебе, – укоризненно напомнил Хранитель.
– Ладно-ладно, – я нехотя приняла хирургическую пилу, услужливо поданную сервом.
После щелчка выключателя лезвие мелко завибрировало. В принципе, у меня уже хватало практики, чтобы аккуратно располовинить грудину этой железкой. Но насколько же приятнее всё делать своими руками, чувствуя, как крошатся кости... Эх, ладно.
Кость наконец разделилась на две почти равные части, я осторожно раздвинула рёбра, и моему взору предстал лакомый кусочек – пульсирующее сердце, всё ещё неутомимо гоняющее кровь по сосудам. Я осторожно, не торопясь, наслаждаясь предвкушением, поводила кончиком языка по скользкой поверхности органа. М-м...
– Ранорасширитель, – вклинился Рамаас. – И зажимы.
– Тьфу на тебя, всё настроение испортил, – вздохнула я. – То, это... Вечно экономишь на клонировании крови. И ведь всё равно она понадобится, подумаешь, литром больше...
Хоть я и брюзжала, но всё же зафиксировала грудную клетку реечным ранорасширителем. К зажимами, однако, даже не притронулась.
– Дело не в лишнем литре, а в лишнем риске, – принялся убеждать Хранитель. – Я тебе уже тысячу раз говорил.
– Ну, это же не я рискую. А бьющееся сердце мне нравится гораздо больше, – я аккуратно прошлась кончиками когтей по упругой оболочке.
– Но...
– Никаких «но». Решение принято.
– Молчу-молчу, – покорно согласился Рамаас.
Он со своими зажимами был в общем-то прав, но и мне же надо получать какое-то удовольствие от своей работы.
Я снова погладила сердце, лизнула, последовательно перекусила сосуды. Аромат свежей крови кружил голову. Аккуратно, почти нежно извлекла пульсирующий орган из грудной клетки и на глазах у лейтенанта вонзила зубы в трепещущее мясо. Меня всегда возбуждали взгляды клиентов в таких ситуациях. Если бы не медицинские ограничения, я и их комментарии послушать бы не отказалась...
Рамаас, как и всегда, не дал Мариано досмотреть до конца. Я только-только вошла во вкус, когда медсерв мягко, но настойчиво отстранил меняя от вскрытого тела и занялся пациентом. Искусственное кровообращение по временной схеме, анестезия, наркотический сон, вживление нового органа и всего, что к нему прилагается, окончательная сборка организма... Набор взаимосвязанных процедур согласно спецификации номер какой-то там, который я так и не удосужилась запомнить... Рамаас рассказывал, что изначально это был комплекс средств по экстренному возвращению в строй тяжело раненных солдат. Ну а теперь – главный источник моих денег...
Доев сердце, я отправилась в давно не используемый по прямому назначению кабинет главврача – стены там всё такие же мерзко-белые, но хотя бы есть вполне удобный диван, где можно неплохо поспать. Операция продлится ещё несколько часов, и я вполне ещё могу успеть немного отдохнуть...

Разбудил меня ди Эрна самолично. Из одежды на нём были лишь пижамные штаны, а от раны на груди остался только тонкий бледный рубец – Рамаас знает своё дело... Даже более чем знает. Мариано совсем не производил впечатление больного после операции. Скорее, привлекательный, довольный жизнью молодой человек, ну, может, чуть подуставший... Даже жаль, что дальнейшие постельные утехи в ближайшую неделю лейтенанту не светили – тот же Рамаас всегда проводит временную химическую кастрацию. В целях соблюдения режима и недопущения излишних физических нагрузок. Тьфу.
– Как ощущения? – поинтересовалась я, поднимаясь с диванчика.
– Великолепно, – улыбнулся ди Эрна. – У мня нет слов...
– Они и не нужны.
Я резко ткнула его пальцем в грудь, целясь между рёбер в новое сердце. Коготь легко проткнул кожу и мышцы. Также резко я отдёрнула руку и принялась вылизывать палец. Вкус его крови, хотя в целом и оставшийся прежний, неуловимо изменился. Ди Эрна тем временем скрючился в спазме, рефлекторно зажимая рукой рану. Впрочем, уже через десяток секунд кровь остановилась, а ещё через двадцать он уже смог распрямиться, причём на коже остался лишь бледный след, который даже «шрамом» язык назвать не поворачивался.
– Вполне неплохо, – подытожила я.
– Можно же было хотя бы предупредить!
– А зачем? – я откровенно наслаждалась его возмущением. – Не думаешь же ты, что в боевой обстановке тебя будут предупреждать?
Мариано что-то неразборчиво буркнул.
– Ладно уж. Поторчи пока в вестибюле – пойду проверю, что там снаружи...

Моё приподнятое настроение мигом испарилось, стоило только открыться порталу.
На полянке расположилась живописная группа: кучка святош в этих их белоснежных балахонах поверх отполированных до зеркального блеска доспехов. Возглавляла их ангел – я с сожалением отметила, что маховые перья у неё отрасти не успели, и потому выглядела Асти до смешного общипанной. Всё же в прошлый раз мне удалось её неплохо потрепать... Тем не менее, милое личико ангела было убийственно серьёзно, и нимб над головой ярко блистал. Никаких доспехов, лишь белая тога до пят, как и полагается ангелу при исполнении. В руке она сжимала пламенеющий меч – тот самый, оставляющий жуткие ожоги по типу кислотных.
Лишь спустя несколько долгих секунд я обратила внимание, что за левым плечом Асти стоит капитан Геллен, а отряд святош усилен где-то десятком солдат в цветах Ники. В основном новички из последнего пополнения, но я с грустью отметила и пару старых знакомых. Значит, ди Риз решил активировать «спящих» агентов. Печально, да... Но жизнь надо принимать такой, какая она есть.
– Итак, диавольское отродье, – Асти выговаривала слова чётко и спокойно. Глубокий, мелодичный голос, казалось, заполнял всё пространство. – Ты зришь, что даже и в этой обители тьмы нашлись мои чада, сохранившие в своём сердце свет.
– Вижу, вижу, – согласилась я, усердно разглядывая свои когти на левой руке. – Но, знаешь, я что-то не припоминаю... Неужели кто-то приглашал тебя на Мавзолей? Прошу прощения, я хотела сказать «в обитель тьмы», конечно.
– Я пришла в ответ на мольбы невинных душ, что горят здесь словно в геенне огненной, – торжественно объявила Асти. – Это мой долг, и карающий меч...
– Повергнет мою голову, да-да, – перебила я скучающим голосом. – Всё это я уже слышала, да и цитируешь ты неточно: вместо «словно» должно быть «яко», ну и так далее... Капитан Геллен, – я с трудом заставила себя глядеть ему в глаза. Обида жгла невыносимо. – Пока тут не полетели головы, скажите... Как ты мог, а? Ты же первый... Первый, чьё сердце досталось мне...
Капитан молча отвёл взгляд.
– Брат Геллен, – по-прежнему торжественно сообщила ангел, – с давних пор является верным моим чадом. Также и прочие, коих видишь ты здесь. Если они и притворялись когда-либо, то только на службе у этого посланника ада, ди Ланцетти.
– И я искренне надеюсь, – капитан в мою сторону по-прежнему не смотрел, но голос его звенел, как натянутая струна, – что никакие головы никуда не полетят. Именно поэтому я настоял именно на этом месте для встречи. Если вы, леди ап Оуэн, согласитесь не покидать Мавзолея и отдадите нам карточку-пропуск...
– Вас это вполне устроит, верно? – я вернулась к созерцанию когтей. – Вот как, значит, вы себе это представляете...
Что-то тут не то. Неужели они не понимают, что стоит мне спустить с поводка Баала, и – всё, капут? Несколько горсток пепла, вот что от них останется. Я и соответствующий приказ-то не отдавала только из-за Асти...
– Я уверен, что лишние жертвы не нужны ни вам, ни нам, – твёрдо заявил Геллен.
– Истинно так, – подтвердила ангел. – Милосердие и всепрощение.
– И отдых, – заметил капитан. – Я знаю, вы устали. Там, внутри, вы проживёте долго, в тиши и покое.
– А если я скажу «нет»?
– Тогда карающий меч не дрогнет, – последовал спокойный ответ.
– Асти, ну что ты бубнишь одно и то же, как попугай, – в сердцах бросила я. – Чёрт, нужно же понимать... Ладно, чего уж там. Идите нафиг.
Я отступила за край портала. Дам им время смыться – не могут же они тут сидеть вечно. А если будут упорствовать, или бузить, то предоставлю Баалу свободу действий. Пепел для цветочков полезен, вроде...
– Очень жаль, – капитан покачал головой и внезапно упал на землю, проорав: «Начали!».
Предатели из наших машинально взяли портал на прицел, святоши ожидали команды ангела, и тут из леса хлестнул залп. И стреляли вовсе не привычные «ослабленные» бластеры, а экспортные штурмовые винтовки – этот грохот ни с чем не спутаешь... Герцогские стражники – бездоспешные, зато хорошо вооружённые – полегли первыми. Кроме капитана, в которого, похоже, никто и не целился. Он попытался отползти подальше от Асти, но та заметила и пригвоздила его ногой к земле.
Только теперь до меня стало что-то доходить. Похоже, Геллен реально двинулся, раз пошёл на такой риск, но если всё получится...
Нимб Асти моргнул и превратился в окутавшее её золотистое сияние. Пара случайных пуль она всё же словила – на белоснежной тоге растеклось несколько кровавых пятен. Но она стояла прямо, всё такая же сосредоточенная и безмятежная. Расправила ощипанные крылья, воздела меч... Сияние скачком расширилось, охватывая кучку тесно сбившихся вокруг хозяйки святош. Вооружены они были так себе – арбалеты да мечи, но прочные доспехи неплохо защищали от пуль, и на смятой траве лежало всего несколько фигур в белых плащах.
Пули с противным визгом рикошетили от золотистого сияния. Асти тем временем перешла к следующему этапу – вокруг её меча начал скапливаться густой голубоватый туман. Когда он охватит всю группу, они телепортируются, и ищи-свищи...
Я поймала себя на мысли, что желаю ей успеха. И меня это нисколько не удивило. Да, Церковь наш враг... Но Асти меня восхищала. И без неё тут будет жутко пусто. Единственный ангел, как-никак... Конечно, было жаль Геллена, но он славился своим умением выскальзывать из щекотливых ситуаций. Наверняка у него запасено подходящее объяснение, небось и не одно...
И тут выяснилось, что капитан решил обойтись без объяснений. Сквозь сияние и туман трудно было различить детали, но он явно исхитрился пырнуть Асти какой-то острой железякой. Золотое сияние потухло, раздался смачный «чпок», и живописную группу разметало по все поляне.
Асти отбросило примерно в мою сторону. Она явно пыталась погасить энергию телепорта на себе, и потому пострадала сильнее прочих. Жутко бледная, окровавленная, порастерявшая кучу перьев, она, тем не менее, всё ещё оставалось всё той же спокойной и самоуверенной.
На поляну принялись выбираться сидевшие в засаде стрелки. Из неудачно телепортнувшихся первым встал Геллен – оно и понятно. Сердце демона, будь оно неладно... Пошатываясь, но сжимая в руке обнажённый меч, он нетвёрдой походкой направился к Асти. С меча капало. И намерения капитана нельзя было истолковать двояко.
– Нет! – я уже не могла себя контролировать. – Не смей! – я бросилась наперерез.
Геллен шёл, как будто ничего не слыша. У Асти он опередил меня на несколько секунд. Тяжело размахнулся, засадил в неё меч, где-то в район живота. Ангел булькнула и обмякла, по-прежнему молча. Голубые глаза закрылись. Ни крика, не стона. А вот от моих протестующих воплей с деревьев опадала листва.
Геллен упёрся в ангельский живот сапогом, вытянул меч, замахнулся повторно... Тут наконец подоспела я. Вмазала по капитану от души, с разбегу, правой рукой. Суставы весело хрупнули, но и человек полетел по великолепной дуге.
Я мельком глянула на руку, на торчащие под неестественными углами пальцы, которые некогда вправлять, и ухватила Асти левой за шкирку. Дальше всё слилось в какую-то круговерть. Я была вне себя, ангел оказалась гораздо тяжелее человека её роста, я её пёрла, мне кто-то что-то орал, я орала в ответ. Слегка очухалась только в холле, где я наконец отпустила чуть живую – но всё же живую! – Асти, и принялась приводить в порядок правую руку. Пальцы входили в суставы с неприятным щелчками, но ни одного перелома.
Хранитель что-то медлил, и я взревела во всю глотку:
– Рама-ас!
– Слушаю.
– Не «слушаю», а помоги, тупая ты железка!
– Уже, – проинформировал Рамаас. – Отсек оснащён прекрасным стабилизатором реальности. Внутри этих стен ни один ангел не способен на свои трансцедентные штучки с нимбами и мечами.
– Тупица! Разве ты не видишь, в каком она состоянии?
– В этом смысле я ничего не могу сделать, – холодно парировал Рамаас. – Я же не знаю, как она устроена. Запрет на нанесение вреда разумным, помнишь? И, Маджоре, постарайся успокоиться. Громкие крики сейчас ничем не помогут.
– Вижу, – с трудом выдавила я деревянным голосом. – Ангелы не должны умирать... По крайней мере, не так... – Я склонилась над изломанным, окровавленным телом. – Прости, Асти. И прощай. Надеюсь, ты меня слышишь...
– Рано радуешься, Мадж, – с трудом прошептала она, не открывая глаз. Из уголка рта стекал тонкий кровавый ручеёк. – Меня не так просто убить... Тебе придётся сделать это своими руками... Не полагайся на пешек... Никогда...
– Рамаас, чёрт побери, можем же мы хоть что-то сделать?! – взгляд наткнулся на ещё одного выглянувшего на шум потенциального помощника. Лейтенант уже полностью оделся и даже нацепил этот свой плащ. – А ты, Мариано, что столбом стоишь? Это же твой ангел!
– О, да. Вижу, Геллен таки оплошал, но ди Риз предусмотрел и этот вариант, – он молниеносным движением сунул руку под плащ, а потом всё так же быстро метнул что-то.
Чем было это «что-то», я поняла, только когда в глазницу ангел воткнулся короткий кинжал. Причём воткнулся со странным звуком, и очень неглубоко – явно не достигнув мозга.
– Идиот ты, Мариано, – простонала Асти. – Хвастливый идиот...
– Рамаас, зафиксировать пациента, срочно, – опомнилась наконец я.
Из бокового люка обманчиво плавно выполз серв. Ди Эрна попытался уклониться, но с Рамаасом такие фокусы не проходят – уже через пару секунд лейтенант был схвачен и распялен в позе «морской звезды» – благо манипуляторов у серва хватало.
– У меня дно глазниц усилено, – продолжала чуть слышно ангел. – Если хочешь прикончить через них – так бери молоток и зубило, а не эту глупую железячку...
– Какого хрена, Мариано? – поинтересовалась я с угрозой. Руки так и чесались располосовать ему всю морду.
– Какого хрена? Она ещё спрашивает! – буквально взорвался ди Эрна. – А то ты не знаешь, что эта потаскушка радостно подмахивает на каждый чих твоего герцога – в те короткие промежутки времени, когда не стонет под ним! И это символ Церкви! Тьфу! А...
Больше он не смог ничего сказать – я разозлилась по-настоящему, и вмазала от всей души. Ногой. По подбородку – благо, цель зафиксирована. Его челюсть явственно хрустнула. В ближайшее время ему оставалось только мычать и сочиться кровавыми слюнями... А потом кости срастутся, конечно, – сердце демона-то теперь не отключишь. Но если их не выправить, а выправлять я их и не собиралась, то срастутся криво, и вот тогда-то он попляшет...
Я с трудом переключилась на Асти. Склонилась над распростёртым ангелом, вытащила и отбросила кинжал. Окровавленная глазница выглядела так аппетитно – я еле удержалась от соблазна покопаться там пальцем... Или языком...
– Асти?
– Что?
– Колись уж. Как тебе помочь?
– Я же уже... сказала... Берёшь молоток, зубило...
– Не болтай глупостей, – укоризненно прошептала я.
– А я не хочу отвечать... умности... – Асти закрыла здоровый глаз. – Ты ведь и сама... не понимаешь, о чём просишь...
Её аромат, смешанный с запахом крови, сводил меня с ума. И это лицо, такое маняще-прекрасное даже сейчас... Я опустилась на колени и придвинулась ближе, ближе...
– Я не могу позволить тебе умереть, – прошептала я уже совсем тихо. – Не так... Не здесь...
– Будет... только... хуже, – упрямо прошелестела ангел.
Я почти физически ощущала, как с хриплым дыханием из неё вытекает жизнь. Отчаяние придало мне решимости.
– Асти, пожалуйста, – я прильнула к её нежным губам. Она чуть заметно пыталась сопротивляться, а потом внезапно ответила. У меня мигом закружилась голова, зашумело в ушах. Навалилось какое-то поразительное бессилие, мышцы перестали слушаться. Руки подогнулись, и я плюхнулась никуда не годным мешком с костями. Почему-то было очень холодно. В голове крутилось полторы мысли, даже паники не было, только спокойное опустошение. Я машинально отметила, что Асти стало гораздо лучше, и дыхание нормализовалось, но у меня это уже не вызывало никаких эмоций.
Ангел аккуратно сняла с себя моё безвольное тело.
– Прости, Мадж, – сказала она совершенно бодрым голосом. – Это только на время. Ты так просила, что я не удержалась.
Меня хватило только на бессмысленный взгляд в её сторону. Похоже, лишь мышцы глаз ещё действовали. Ну и дышать я пока ещё дышала...
Асти криво улыбнулась, нашарила метательный кинжал и с некоторым трудом встала. Подошла к обречённо капающему кровавой слюной лейтенанту.
– Ну что, сволочь? – её голос звучал скорее весело, чем гневно. – Помнишь старое правило: «око за око»?
Ди Эрна замычал, затряс головой и попытался отшатнуться, но серв держал крепко.
– Ну же, благородный сеньор, – Асти вонзила кончик кинжала в глаз лейтенанта. – Вы же хладнокровный убийца. Держитесь с достоинством, – она ещё пару раз ткнула кинжалом в тот же глаз, и отбросила клинок.
– Слабак, – пренебрежительно подытожила она. – И таких-то людей нынче берут в мой орден...
Она вцепилась ему в голову и резким движением впилась в покорёженные, окровавленные губы. Уж насколько я была в прострации, но зрелище всё равно меня ужаснуло. Асти выкачивала из лейтенанта жизнь. Быстро и грубо. Он старел прямо на глазах, и даже сердце демона не спасало. Когда она наконец отстранилась, в захватах серва болтался высохший труп.
– Какая мерзость, – ангел сплюнула и обернулась ко мне.
Выглядела она великолепно. Бодрая, свежая, помолодевшая – хотя казалось бы, куда ещё, когда она и так меня младше... Оба глаза в полном порядке.
– А теперь время вернуть долг. С процентами, – она подмигнула, склоняясь надо мной.
Наши губы соприкоснулись. Но вот «поцелуем» дальнейшее назвать язык не поворачивался... Совершенно непривычные, нечувственные ощущения, как будто Асти задействовала другой комплект нервов... Экстаз, невесомость, растекающееся по телу тепло... На один бесконечный миг я полностью отключилась от внешнего мира, чувствуя себя всемогущей пылинкой, плывущей по волнам бесконечного моря энергии...
А потом всё оборвалось – ангел отстранилась.
– Ещё, – прошептала я, с трудом открывая глаза.
– Нельзя, – Асти покачала головой. – Ты и так уже горишь...
– Пусть...
– Нет, – ангел отпустила меня и сделал пару шагов назад.
Я уселась на полу – мышцы с трудом, но всё же слушались. И с каждым мгновением я чувствовала себя всё лучше и лучше.
– Пожалуй, и так уже перебор, – задумчиво пробормотала Асти. – И вообще....
– Это было великолепно, – признала я. – Что это вообще такое?
– Ангельское исцеление, – она криво улыбнулась. – Людей исцеляет, демонов... м-да...
– Что-то не так?
– Всё не так, – вздохнула Асти. – Не знаю, сможешь ли ты меня простить...
Я встала плавным, выпендрёжно-отточенным движением, сгребла ангела в охапку и прижала к ближайшей колонне. Та лишь тихо пискнула.
– Знаешь, Асти, – я потёрлась кончиком носа о её нос, – если ты снова будешь говорить недомолвками, я не стану тебя бить. И не стану напоминать, что Церковь обанкротилась бы без тех денег, что тебе платит Ники за эти так называемые «нападения». Даже не стану напоминать о мизинце...
– Я вовсе не хотела отрывать тебе палец, – запротестовала она. – Если бы ты так не дёргалась...
– Тем не менее, – не уступила я. – Так вот, я не стану напоминать о мизинце, я просто затискаю тебя до умопомрачения.
– Звучит соблазнительно, – прыснула Асти. – Но угроза так себе, жиденькая.
– Проверим?
– Было бы забавно... Ладно, ты и в самом деле имеешь право знать, – вздохнула она. – Моё... ангельское... исцеление не только, как ты уже поняла, обратимое, но для демонов оно ещё и, гм, ядовито, хотя это неправильное слово... В больших дозах смертельно, в малых, эх...
– Очень приятно, – подсказала я.
– Вот именно. Оно более чем приятно, и даже реально исцеляет и омолаживает, но при этом... – она снова вздохнула. – Тебе захочется снова и снова. А длинные перерывы станут мучительными. Ты пока не представляешь насколько... И каждый раз тебе понадобится доза больше и больше. Пока наконец она не станет слишком большой, и ты сгоришь.
Признаться, её слова не произвели на меня особого впечатления. Да, мне захочется ещё. Но ради таких ощущений можно пожертвовать многим. Очень многим...
– И всего-то, – я обняла её крепче. – Какая мелочь...
– Ты невозможная дура, – в который раз вздохнула Асти. – Ничего, авось через пару месяцев поумнеешь... Но когда поумнеешь, помни: ты сама меня попросила. Если бы не твоя настойчивость, я бы тихо подохла, и никаких проблем.
– Да, я тебя попросила, и не жалею об этом. А теперь...
– Мне пора домой, в Небесные Врата, – твёрдо закончила Асти. – Я и так сильно выбилась из графика со всеми этими бездарными попытками ди Риза меня убить.
– Стоп-стоп-стоп. Ты знаешь, что ди Риз хочет тебя убить, и при этом возвращаешься в его логово?
Ангел неожиданно взорвалась.
– Небесные Врата – это мой дом, ты слышишь? Мой! То, что ди Риз воображает себя хозяином, не отменяет этого факта, слышишь? Этот дом мой и моих предков!
– Слышу, слышу, – я снова вжала её в колонну. – Не надо так орать.
– Вот и прекрасно, – совершенно спокойно кивнула Асти. – А теперь отпусти меня.
Я обескураженно отстранилась.
– Мне казалось, тебе нравится. Мне бы хотелось...
– Ну, что там тебе хотелось, горе ты моё?
– А то ты не знаешь... Мы могли бы заглянуть ко мне, у меня прекрасная кровать, и большая ванна...
– И Геллен с мечом, и Ники всегда наготове, – в тон подхватила ангел. – И, я уверена, срач до потолка...
– Откуда ты знаешь? И не кивай на доносы Геллена, там такого ни разу не упоминалось, я проследила...
– Секрет, – ухмыльнулась Асти. – Ну так что, ты меня отпустишь?
– Конечно, я что, зверь какой? – прозвучало это как-то слишком уж печально. – Рамаас, открой портал над двором и отключи там стабилизатор реальности.
– Принято, – подтвердил ИИ.
– Ну что ты так жалобно на меня смотришь? – укоризненно поинтересовалась ангел.
– Просто... Не знаю, поймёшь ли... Мне иногда хочется на стенку лезть... От одиночества...
– Бедная, несчастная Мадж, – Асти взъерошила мне волосы. – Страдающая от одиночества среди огромной, битком набитой народом станции. С которой все, начиная с герцога, сдувают пылинки и ради которой лучший агент Ники предаёт своего господина...
– Ну, ну, не преувеличивай. Мы не говорили Геллену, что все эти нападения – инсценировка.
– Так вот, – как будто не слыша моей реплики, продолжила она, – эта жутко несчастная Мадж вздумала пожаловаться мне, ходячему телепортатору с заранее согласованным набором фраз, – откровенно горько закончила ангел и вздохнула. – Ах да, плюс функция полевого медпункта, как я позабыла. Конечно же нет, Мадж. Мне никогда не бывает одиноко. И больно тоже не бывает...
– Прости...
– Не заморачивайся, – ангел попыталась улыбнуться. Вышло криво, так что она отвернулась, и направилась ко двери. Я поплелась следом.
Унылый квадрат двора, выкрашенный всю в ту же серость, уже был открыт всем ветрам. Которых на верхней палубе Мавзолея не так чтобы много, но всё же... Ангел зажгла нимб, в руке появился огненный меч.
– Асти...
– Скажи, почему ты не вылечила ожог? – глухо перебила ангел, не оборачиваясь. – Я полагала, от него-то Рамаас тебя легко избавит...
– Память, – нехотя пояснила я. – Я не была уверена, что мы ещё раз встретимся... Да я и сейчас не уверена.
Очень хотелось сказать «может, ди Риз тебя уже через полчаса пришьёт», но язык не поворачивался.
– Не волнуйся, мы встретимся. И меня не так-то легко убить, – проницательно добавила Асти.
Она зачем-то переложила меч в левую руку, огненное лезвие описало дугу.
– Держи, – она швырнула мне что-то небольшое и продолговатое.
Я машинально поймала – это оказался окровавленный мизинец, ещё тёплый.
– Но зачем? – ошарашенно прошептала я.
– Сувенир на память, – ровным голосом пояснила Асти, не оборачиваясь. Она вернула меч в правую руку. – Теперь мы в расчёте.
Её нимб вспыхнул, разворачиваясь в защитный кокон, который начал заполняться голубым туманом. Она расправила ощипанные крылья и вскинула меч.
– И поинтересуйся у Ники, как умерла твоя мать, – прокричала она в последний момент. – Он ответит на прямой вопрос, я знаю.
Послышался тихий щелчок – и во дворе осталась только я. Я, недоуменно крутившая в руках остывающий палец. Вот что с ним делать, спрашивается? Очень хотелось съесть.

В пункте дальней связи я появилась спустя примерно полчаса – ангельский палец решила всё же законсервировать, и процесс чуть подзатянулся. Чувствовала я себя по-прежнему на редкость паршиво, но требовалось сообщить герцогу новости.
– Рамаас, обеспечь связь с Ники, – нехотя приказала я.
– Он на линии, просил установить соединение при первой же возможности.
– И ты мне не сказал?!
– Вы были заняты, – невозмутимо парировал Рамаас. – Внимание, начало сеанса.
На экране появилось обеспокоенное лицо герцога.
– Мадж? Ты в порядке? Геллен доложил, что... – Ники внезапно умолк.
– В порядке я, в порядке. Ну, почти. Что там Геллен такого наплёл? Что я в истерике, так?
– Ну, вообще-то, да. Хотя большей частью он извинялся. Ты не совершила ничего... непоправимого?
– Кто знает, – я пожала плечами. – Асти отбыла. Убив ди Эрна и послав меня куда подальше...
– Мадж, Мадж, – герцог печально покачал головой. – Было же очевидно, что из твоей затеи ничего не выйдет.
– Но ди Риз ведь хочет её убить! Это же глупо, лезть ему прямо в лапы!
– Не обязательно, – заметил герцог. – Например, как я понимаю, мой отец вполне осознавал, на что идёт.
– А, это, – я чуть поколебалась. Но всё же решилась. – Между прочим, Ники, как умерла моя мама?
– О, – герцог разом помрачнел. – Асти тебе напомнила, да?
– Скорее, сподвигла спросить это вслух. Ей почему-то кажется, что это важно, – я неуверенно пожала плечами. – Кстати, ты же, в отличие от меня, вполне с ней ладил. Зачем тебе потребовалась её смерть?
– Как прямо, – Ники кисло улыбнулся. – Асти тебе сказала, что я всегда отвечаю на прямые вопросы, да? Она любит это твердить. Проблема в том, Мадж, что мне её смерть была не нужна. Обидно, да?
– Только не говори, что это было самоубийство.
– Нет, Мадж. Это было идиотское стечение обстоятельств.
– А как насчёт подробностей?
– О, можно и подробности. Ту ночь твоя мать провела в спальне моего отца. Асти доставила туда так называемых мятежников. В исполнители ди Риз подобрал фанатиков – им можно вообще не платить, и они не задают лишних вопросов... А я тогда был ещё не того полёта птицей, чтобы возражать. Сама понимаешь, во что это вылилось – как же, демон, какой ужас... Началась свалка, жертвы, старого герцога убили, твою мать порядочно отделали, но она была жива и вполне могла бы выкарабкаться. И тут вмешалась Асти. Она была там в роли транспорта и свидетеля. Только-только оформившийся ангел, сколько ей тогда было, лет тринадцать? Конечно, её нельзя было ещё использовать, но ди Риз... В общем, не важно. Асти почувствовала себя виноватой и захотела помочь. Попыталась исцелить твою мать...
– И перестаралась, да?
– Да, – мрачно кивнул Ники. – Мне потом пришлось до-олго её успокаивать...
– Да уж... Ну, по крайней мере, мама умерла счастливой, – вздохнула я.
– Откуда ты знаешь?
– Оттуда. Я только что весьма плотно пообщалась с Асти, или ты забыл?
– Чёрт, – и так мрачный герцог ещё больше посерел.
Я чуть подождала чего-то содержательного, но Ники тупо на меня пялился и молчал. И на лице у него было написано такое отчаяние, что я и сама забеспокоилась.
– Ну, ну, не хорони меня заживо...
– Я надеялся, что хоть ты меня переживёшь, – деревянным голосом выдал Ники. – Как... Как это произошло?
– Если коротко – Геллен и Мариано были очень упорны, а мне совсем не хотелось хоронить Асти. А потом ей, в свою очередь, очень не хотелось хоронить меня...
– Что ж, сделанного не воротишь, – вздохнул герцог.
– Угу. Кстати, Ники, когда ты рассказывал про тот знаменательный день, когда отправил своего папочку на тот свет...
– Да?
– Мне в голову сразу пришёл вопрос: а почему это я ни разу не оказалась в твоей постели?
– Потому что, – неприятно сухо ответил Ники, – когда придут убивать меня, мне не хотелось бы, чтобы ты оказалась в той же могиле.
– У этого события слишком низка вероятность, – заявила я с самым невинным видом. – Ну, в ближайшие годы.
– Не так низка, как ты думаешь. Кроме того, с твоим образом связаны все те немногие крупицы детского счастья, что выпали на мою долю. Мне бы не хотелось опошлять воспоминания банальным перетрахом.
– Эгоитстичненько, Ники. Даже очень.
– Ну, это же я, – осклабился герцог. – Когда будешь помогать организовывать против меня заговор, просто учти и этот пункт. Можешь даже прокричать «эгоист» над моей кроватью, прежде чем оторвать мне голову.
– А в кровати ты, конечно, будешь не один, – ухмыльнулась я.
– Естественно, Мадж. Естественно.
– Ладно, но с чего столько разговоров о смерти?
– Да всё от туда же. Мне пора обзаводиться наследником, знаешь ли. И я встаю перед дилеммой: то ли быть хорошим герцогом – с прямой перспективой досрочного упокоения, максимум лет через семнадцать, то ли хорошим отцом – с прямой перспективой развала герцогства в следующем поколении...
– Ну, может, через одно.
– О, какая большая разница, – Ники весьма сносно изобразил сарказм. – Как запихаешь ди Эрна в трупохранилище, бери Геллена и отправляйся на Кальтаниссу. Там обратишься к...
– Погоди, погоди. Зачем мне лететь в эту дыру?
– Ну как же. Дёмия-то уже в интересном положении, а её преемница вполне готова, как меня заверили...
Я натурально окосела.
– Дёмия? В интересном положении? Она же вечно обдолбанная! Кого она родит?
– Следующего герцога ди Ланцетто, – мягко пояснил Ники. – И не говори, что ничего не слышала про плацентарный барьер. И про то, что наркотики для рабов специально подбирают. Высокомолекулярные.
– Но...
– Кальтанисса, Мадж. И на обратном пути не забудь подобрать меня. Есть тут небольшое дельце к твоему Рамаасу – кое-что насчёт внешности моей новой телохранительцы...
– Неужели ты думаешь, что я тебя сюда пущу? И вообще, чего это ты раскомандовался?
– Пустишь, Мадж, пустишь. У тебя небольшой должок – клиент-то обслужен не качественно...
Вот же свинтус. Нарочно ведь педалирует тему. Знает, что я слишком честная, чтобы отказаться от обязательств, и слишком жадная, чтобы просто вернуть деньги...
– Это долг перед ди Ризом, если уж на то пошло. Он же платил.
– Не вспоминай это прижимистое ничтожество, – оскалился герцог. – Он уже на полпути ко мне. И в обмен на билет до Земли и защиту от ангельского гнева готов практически на всё. В том числе и переуступить этот небольшой долг. Так что не отвертишься, Мадж.
– Пожалуй, да. Не отверчусь, – согласилась я.
На душе потеплело. Значит, Асти таки надрала задницу своему первосвященнику. За такое даже разгуливающего по Мавзолею Ники простить можно... Кстати, а чего это он...
– Ники, а чего это ты такой смурный? Ведь выиграл по всем пунктам: и от предателей в своих рядах избавился, и ди Риз на твою провокацию повёлся, и на меня рычаг воздействия ты заимел...
– Вопрос цены, Мадж, всего лишь вопрос цены. Да, я выиграл. И теперь должен смотреть, как ты с радостной улыбкой сползаешь всё глубже, поцелуй за ангельским поцелуем... В жопу такие «победы». Прости меня, если сможешь, – он отключился, прежде чем я успела ответить.
И герцог туда же... Этот чёртов жалостливый взгляд, это уродское «прости», как будто я уже списана в расход... Да за кого они меня принимают! За тряпку безвольную, что ли?! Да пошли они!
– Вы обломаетесь, идиоты несчастные! – проорала я в чёрный экран, где отражались лишь мои полыхающие оранжевым глаза. – Что ты, что твоя Асти! Обломаетесь! Я ещё сама вас похороню! Обоих! Клянусь!
Я заставила себя заткнуться. Сидела, тяжело дыша, и царапала когтями подлокотники. Больше всего бесило, что у них, чёрт побери, есть все основания так думать. Когда я отказывалась от удовольствия? Да ни разу. А если большой риск? Мой ответ всегда был «пофиг». И что в итоге? Щека, палец и рог. Мёртвый ди Эрна, как-никак находившийся под моим попечением. Трупы солдат там, в парке – на борту моего корабля. Поцелуй ангела. Смертельно желанный. Я же загнусь от тоски...
Снова накатила ярость. Да, загнусь. Как и все. Когда-нибудь. Но не от тоски. Нет. И не как тряпка, ползающая в ногах у ангела. Ни за что. Они. Не. Дождутся. Ни-ког-да.
Решение принято.
Глубокий вдох.
– Рамаас, – голос мой звучал ровно и холодно, и только отражение глаз по-прежнему полыхало яростным светом. – Сунь труп в морозилку и пни Баала, чтобы приготовил катер. Я улетаю.

Криптон
К началу раздела | Наверх страницы Сообщить об ошибке
Библиотека - Конкурсные работы - Контракт и ангел
Все документы раздела: Пилот боронского Дельфина | Десять стазур | После боя... | Секретный, номерной - 2 | Фалкону | Встреча | За час до… | Последний день жизни торговца или начало | Это короткая история, о том как я наткнулся на ксенонский сектор | Лето ПревеД | Восточное побережье | Разбудил меня писк коммуникатора | Звёздная радуга | Мемуары контрабандиста | Большои круиз | А вот еще случай был | Последний человек, или повесть о вреде долгого отдыха | Тот, который дожил до лета | Два разных Новых Года | Под фиолетовой луной | Здравствуй, елка, Новый Год! | С новым годом, Дедушка! | Тепло рук человеческих | Работа №2 | Груз особой важности | Работа №3 | Незаконченное письмо | Новогодние Червяки | Исполнение мечты | Новый Год для Феникса | Show must go on! | Спор о похмелье | Тяжелое похмелье | Нарушитель | Momentum Deimos | Марафонская неделя | Похмелье в невесомости | Похмельный террор | Охотник на драконов | Меч синоби | Veni, vidi, vici | Куда ты пропал? | Команда | Свобода | Сказка о цвете глаз | Опустошение | Феникс | Autumn years | Все не так | Курьерская Галактическая | Пыль | Падающие звёзды | Шесть лет | Небесный Тихоход | Закат последнего | Звезда героя | Новая земля | Последняя речь господина посла | Храбрец | Пастух из Хацапетовки | Рыбалка на Мерлине | Сон | Свобода | Планар | Выход | Ижевск-авиа 3301 | Десант | Безумству храбрых поем мы песню! | Дорога без возврата | Марк | Гаврила | Угловой | Русалка | Контакт | Месть Малинче | Сон | Ещё не время | Путь тайника | Таинственное вокруг нас | Последнее желание | Режим ограниченной функциональности | Горлогрыз | Неконтакт | Чужое пекло | Пираты Ист-Айленд | Чужая жара | Адский понедельник | Чужая жизнь | Курорт | Охота за призраками | Последний отпуск | Жара в муравейнике | Венец природы | Жара | Музыкант | Полночный танец | Герой не нашего времени | Полёвка | Герой не нашего времени | По следу демона | Там на неведомых дорожках… | Двух зайцев | «Veni, Vidi, Vici…» | МАЗАФАКЕРЫ АТАКУЮТ | Я, Он и Она | Культ мёртвого Солнца | Эвакуация | Три секунды | В круге | Я Костюм | Отголоски прошлого | Финал Первой межзвёздной | Короткая история о том, как появляются Новые Земли | Поэзия с конкурса "Новая Земля" | Спокойной ночи, родная | Князь Тьмы | Странная мысль | Миссия 42 | Первая звезда | Церемония | Тета три дробь один | Полет драконов | Месть | Наша планета | Инцидент на Эсперансе | Создатели Мира | Экзамен для пилота | Про Гошу-молодца или Однажды в космосе… | Млечный вечер | Дети доведут кого угодно | Контрабандисты: Однажды, в космосе… | Кризис | Контракт и ангел | Кормовая Башня No.8 | Легенда | Три имени в списке | Оставит лишь грусть | Облачный дом | Шаманские будни | Одноглазые демоны | Панацея | Маски Ниенорге | Рождение легенды | Бессмертные Императоры | Беглецы | Скрижаль последних дней | Сфера человечества | Ворота города, которого нет… | Регенерация | Епитимья | Монопольное право | Герой или предатель? |


Дизайн Elite Games V5 beta.18
EGM Elite Games Manager v5.17 02.05.2010