Elite Games - Свобода среди звезд!

Библиотека - Конкурсные работы - Маски Ниенорге

Маски Ниенорге


Подогреваемый пол биомодификационного центра приятно контрастировал с холодным, пропахшим дезинфекцией воздухом. Азра, всё ещё не привыкшая к новым размерам тела, осторожно встала между двумя зеркалами, и велела планшету прокрутить список к началу. Длинный-длинный список. И каждый пункт надо перепроверить.
Цвет кожи — стандартизированный «смуглый-тёмный», допустимая погрешность не больше трёх процентов. Цвет волос — на три тона темнее кожи, разрешённое отклонение не более полупроцента. Уши: классическая форма, средний размер, углы поворота в двух плоскостях с точностью до градуса... Множество требований к глазам, начиная с фиолетовой радужки, заканчивая формой разреза... Рост, вес, соотношение мышечной и жировой тканей...
«Всё в норме, — прошептал мысленный голос ментора. — Нет необходимости проверять каждый пункт вручную. Смотрите, так гораздо удобней».
Прямо на поверхности зеркала высветились таблички, привязанные к контрольным точкам. Требуемая характеристика, фактическое значение, все отклонения — в пределах допустимого.
Азра равнодушно пожала плечами, и вернулась к своему списку. Сигрун выставила очень жёсткую оферту, а выделенных на накладные расходы средств на вторую попытку не хватило бы. И остаться на бобах из-за какого-нибудь мелкого прокола, типа отклонения цвета сосков от бледно-розового более чем на два тона, Азре совершенно не хотелось. А ментор — ну, ментор. Искусственный интеллект за свои ошибки ответственности не несёт.
Впрочем, на этот раз всё и вправду было в порядке. Азра поставила последнюю галочку, зафиксировала образ и велела ментору перечислить полагающуюся оплату. Оставалось позаботиться об одежде — оферта и тут не допускала вольностей. Жемчужно-белое платье, шелковистое на ощупь, идеально облегающее — за счёт индивидуальной подгонки, нейлонового каркаса и микроприсосок. Спереди оно смотрелось относительно скромно, сзади же открывало всю спину. Никаких рукавов, конечно... Зато полагались длинные перчатки из того же материала. И удобные белые туфельки на низком широком каблуке. К счастью, внутреннее устройство каблука в оферте прописать не додумались.
«Какие-нибудь замечания?» — ворчливо осведомился ментор.
«Никаких. Оплати одежду, и настрой кабину телепортера на ближайшую к Сигрун точку выхода».
«Придётся пройти чуть меньше квартала по улице».
«Угу».

* * *


Над окраиной Лексвика только-только начинался рассвет. Дом Сигрун располагался в глубине заросшего сада. Широкие и высокие двери, украшенные эмблемой Ассоциации Уши-они — для предостережения случайных посетителей. Азра прекрасно знала, на что шла, но волнение побороть всё равно не удавалось.
«Дом запрашивает идишник, — доложил ментор. — Передаю анонимку?»
«Конечно», — согласилась Азра.
Гильдия, в которой она состояла, имела официальное право изготавливать полноценные незапятнанные идишники, но в данном случае решено было сэкономить и обойтись простейшим анонимайзером, доступным каждому. Большинство серьёзных организаций предпочитали не иметь дел с анонимами, но у уши-они не было выбора — ни один здравомыслящий человек не пойдёт к ним под своим именем и в основном теле. Впрочем, это работало и в обратную сторону: о хозяйке дома из открытых источников можно было узнать только имя (естественно, выдуманное), идишник (выданный конкретно под это имя) и адрес (хоть что-то настоящее). Остальное перекрывала блокировка, преодолимая только для государственных служащих, да и то специально уполномоченных.
Дверь распахнулась, проскрипев «входите» нарочито грубо синтезированным голосом. За ней обнаружился блестящий чистотой холл с диванами и журнальными столиками — к счастью, пустой. Видимо, Сигрун не пользовалась особой популярностью.
Стараясь держать себя в руках, Азра прошла к внутренней двери, ведущей, насколько она помнила план дома, в так называемую процедурную. Не заперто.
Уши-они, по-видимому, любовалась восходом солнца. Заслышав скрип двери, она медленно развернулась на своих восьми ходильных лапах. Паучью половину арахномонстра покрывал густой чёрный мех; человеческая половина тела могла похвастаться сине-зелёной кожей, весьма выдающимися формами, обтянутыми белым передником, и длинными, но совершенно непричёсанными волосами. Имелись и руки, или, скорее, хватательные лапы — четырёхпалые, с массивными когтями, поросшие всё тем же мехом, под которым угадывались сильные мышцы.
Сигрун смерила посетительницу внимательным взглядом. Сосредоточенно принюхалась. В оранжевых глазах мелькнуло узнавание... Или это только показалось?
— Для обеда сейчас рановато... — голос паучихи оказался весьма мелодичным.
— Тогда это будет завтрак? — предположила Азра. Она судорожно пыталась припомнить, кто из её знакомых мог пасть столь низко, чтобы стать уши-они. Никто как-то не подходил. — В оферте ничего не сказано по поводу времени суток.
— Кроме документов есть ещё и здравый смыл, — заметила хозяйка дома. — Точнее, должен быть. Впрочем, ладно. Вечер у меня всё равно занят...
Сигрун двигалась поразительно плавными, точно рассчитанными движениями. Азра с всё возрастающим волнением наблюдала, как арахнид подходит вплотную. Нечеловечески сильные пальцы плотно обхватили руки гостьи чуть повыше локтей. Уши-они легко подняла Азру в воздух, чтобы их глаза оказались на примерно одном уровне. Прижала к стене, подпёрла передними ногами — стало трудно дышать; прильнула губами к раскрытому, пытающемся втянуть воздух рту. Язык скользнул по языку, проник в глотку, затем устремился в пищевод, вытягиваясь всё длиннее и длиннее. Пустой азрин желудок сжался в судорогах рвотного рефлекса. Пищевод жгло, несмотря даже на специально предусмотренную на такой случай смазку. Азра отчаянно пыталась вдохнуть, вся грудь полыхала от боли, и тут Сигрун принялась выкручивать её левую руку. Сквозь треск и хруст разрывающегося плечевого сустава Азру затопил ещё один океан боли. Кислорода уже не хватало, перед глазами мельтешили тёмные пятна, беспорядочно сокращающиеся мышцы пытались исторгнуть крик сквозь заткнутое языком горло, а уши-они всё тянула свой чудовищный поцелуй.
Наконец, когда Азра уже пребывала на самой грани обморока, язык пополз вверх. Одновременно уменьшилось давление мохнатых лап. Кончик паучьего языка наконец скользнул но нёбу, и всё ещё прижатая к стене Азра принялась жадно втягивать воздух. По-прежнему болело плечо, и горло, и пищевод, и ей потребовалось собрать в кулак всю силу воли, чтобы не заорать. Она с трудом сфокусировала мутный взгляд на улыбающейся арахниде.
— Весьма бодрит, — признала Сигрун, не глядя швыряя оторванную руку в пластиковый поддон. — Продолжим?
Азра прохрипела что-то бессмысленное — горло и язык ещё не слушались.
Уши-они задумчиво потеребила когтем азрино развороченное плечо. Кровь текла толчками — в такт ударам сердца. Длинный синий язык язык снова показался изо рта. Лизнул — рану обожгло; резко втянулся.
— Что за?.. — удивлённое восклицание паучихи перешло в хрип. Рука и лапы разжались, Азра тяжело плюхнулась на пол. Сигрун тем временем рефлекторно схватилась за своё стремительно распухающее горло.
— Двух...компо...нентный яд, — с трудом выдавила Азра. Плечо жгло неимоверно, плоть чернела и пузырилась. Очень хотелось схватиться за больное место освобождённой наконец-то рукой, чего делать не в коем случае не следовало. — Смазка из пищевода... плюс кровь. — Говорить становилось всё легче. — Я довольно долго... придумывала состав... того и другого. Для человека сам по себе не смертелен. Но у уши-они вызывает анафилактический шок.
Сигрун не слушала. Из раскрытого рта выпирал почерневший раздувшийся язык. Глаза закатились. Паучьи лапы подломились. Ещё несколько минут сиплых хрипов и беспорядочных подёргиваний, и арахнид застыла.
«Домашняя автоматика вызвала полицию», — предупредил ментор.
«Ну уж конечно».
Химическая реакция в разлохмоченном плече затихла. Чёрная корка смотрелась жутковато, но по крайней мере перекрывала рану. Азра с трудом встала и обессилено прислонилась к стене. Встречать полицию лёжа было бы крайне несолидно.

Стражи порядка явились минут через десять. Стандартный парный патруль.
Первым же их вопросом было:
— Это ваших рук дело? — полицейский вежливо кивнул в сторону трупа.
— Естественно, — согласилась Азра.
— Пожалуйста, представьтесь. Для протокола, — попросил капрал, снимая с пояса сканер.
Стандартным анонимайзером от полиции не скроешься, так что хитрить смысла не было ни малейшего.
— Азраэль, подмастерье Гильдии Наёмных Убийц города Широу.
На самом деле у убийц на планете осталась только одна гильдия; официальное название сохранилось с прежних времён убийственной конкуренции, ныне почти забытых. К всеобщему счастью.
Полицейский покосился на напарника.
— Наверно, вы имеете в виду Сиро? — неуверенно уточнил тот.
— «Широу» звучит гораздо лучше.
— Зато «Сиро» звучит гораздо правильнее, — наставительно произнёс капрал. — Минутку... Да, всё верно, гильдия подтверждает контракт. Хм, вы ведь знаете, что у неё, — ещё один кивок в сторону мёртвой паучихи, — жизнь застрахована?
— Сейчас почти у всех застрахована, — вздохнула Азра. — Меня это не касается. Мне платят за факт убийства.
— М-да, — полицейский навёл сканер на труп. — Специализируетесь на ядах, верно?
— Ага.
— Оно и видно. Ну, всё записано. Копию протокола мы передадим в страховую. Можете забирать голову.
Азра с трудом отлепилась от стены. Скинула туфли. Неловким движением подняла одну. Плюнула на каблук, подождала, пока с лёгким шипением слюна впитается. Пара несильных ударов о дверной косяк — и казалось бы монолитный материал выкрошился, оставив узкое острое лезвие. Снова бросила туфлю на пол, вдела ногу. Доковыляла до Сигрун и с большим трудом «перетоптала» шею трупа, испачкав всё вокруг липкой сине-зелёной кровью. Подхватила голову за волосы, скинула туфлю.
— Ну, я пошла?
— Мы вам даже дверь откроем, — кивнули полицейские.
«Если вы будет ходить с отрубленной головой по улице, — напомнил ментор, — то это будет считаться нарушением общественного порядка. Двести крон штрафа».
«Заплати с моего счёта», — равнодушно велела Азра.
Штраф мелкий, а с упаковкой возиться ей совсем не хотелось.

Солнце уже неплохо грело, а вот босые пальцы мёрзли — плитки тротуара ещё не утратили ночной прохлады. Город только-только просыпался. Немногочисленные прохожие пялились на медленно ковыляющую Азру — некоторые совершенно открыто, другие украдкой, но никто и не подумал подойти и что-либо спросить. А вот на выходе из телепорта — она прыгнула сразу в Гильдию — её уже поджидал мастер-куратор, закутанный в пижонскую мантию из чёрного шёлка.
— Вот, — Азра слегка приподняла отрубленную голову, — всё сделано.
— Быстро ты.
— А чего возиться?
— Ну как же. Обед у уши-они! Где тебе ещё доведётся съесть собственную руку, приготовленную хорошим поваром? А эти незабываемые ощущения, когда арахнид выкачивает полупереваренную пищу через твой пищевод?
— Ага, ага, а пока рука готовится, тебе вскрывают брюхо и завязывают кишки бантиком, чтобы ничего не ушло дальше желудка.
— И это тоже, — спокойно подтвердил мастер. — А в итоге ты получаешь двойную плату. И незабываемые впечатления.
— Они и так незабываемые, — буркнула Азра.
— Но плату за обед ты профукала. Послушай, я в достаточной степени на твоей стороне, Ливи...
— Зови меня «Азраэль». Я же зову тебя Хопером, а не Снейзом!..
— Если ты хочешь, чтобы я использовал новое имя, то почему не сменишь духи? — ворчливо осведомился мастер. — Стоит мне вдохнуть твой запах, и у меня в голове автоматом всплывает «Ливи». Это как рефлекс. И я аромат сменил, если ты не заметила.
— Ну... — Азре потребовалось некоторое время, чтобы сформулировать. — Наверно, потому что я не хочу отказываться от пятнадцати лет прошлой жизни? Да, при смене работы надо менять и маску, но я и до Гильдии кое-что собой представляла, разве нет? Ну и к тому же мне просто нравится этот запах.
— Да, ты представляла, — согласился куратор. — Я прекрасно помню, как первый раз поднялся на пропитанный твоими духами мостик, и сел за пульт, и как ты взялась меня учить, и спустя несколько лет таки выучила... А теперь, когда мы поменялись ролями, я надеюсь, что ты также припомнишь те времена. И сможешь понять, что вот сейчас я не шучу, и не издеваюсь, а пытаюсь донести важную информацию. Сможешь ведь?
— Да, Хопер, — Азра слегка поморщилась. — Я не тупица.
— Вот именно, не тупица. Ты составила правильный план, очень хорошо поработала с ядами, и решение с режущими каблуками весьма остроумное. И на этом фоне тем более удивительно, что на четвёртом году обучения ты допускаешь глупые технические проколы. Во-первых, ты едва не задохнулась от поцелуя уши-они. Во-вторых, тебе было больно, когда она отрывала руку. Это решается в комплексе — повышенным болевым порогом и резервным дыхальцем в каком-нибудь незаметном месте. Ну или запасом кислорода в тканях — это изящнее, но реализовать сложнее.
Азра и сама не могла понять, почему не подняла этот чёртов порог. Потому что в оферте ничего такого не упоминалось? Ну так там и ядов не было. Потому что тупо не подумала?..
— А может, — предположила она с кривой улыбкой, — я решила заняться мазохизмом?
— Неужели? Но зачем таким дурацким способом? — удивился Хопер. — Драгг был бы рад, конечно, но где он теперь?
— Понятия не имею. Его закидоны я воспринимала как неизбежное зло, и не более того.
— Вот именно. Так что не ври насчёт мазохизма... И, по-моему, я тебе уже говорил, что Гильдия не требует от своих членов терпеть боль. Наоборот, обезболивание во всех формах только приветствуется.
— Да знаю я, знаю! — Азра с трудом подавила рычание. — Ну ступила я, ступила! Кончай педалировать эту тему.
— Просто пытаюсь перейти к третьей твоей проблеме. Технику-то ты подтянешь, верю. В конце концов, вспомнишь противодрагговы приёмчики... Гораздо сложнее — с психологией. Фокус в том, что мастер-убийца должен радоваться жизни. В буквальном смысле, то есть ловить кайф от выполнения заказов. Ему должны нравиться поцелуи уши-они, приводить в восторг отрывание руки и завязывание кишков бантиком. Он должен наслаждаться тонкими оттенками вкуса хорошо приготовленного мяса — его собственного мяса, а потом с удовольствием накормить паучиху рвотными массами. И только потом убить. Не продираясь сквозь боль и отвращение, как ты, а с удовольствием, ясно? И тут не получится тупо съесть нужную таблетку, нужно выработать особый склад личности. Это именно работа, для многих весьма непростая. А некоторые и вовсе с ней не справляются. И ещё раз повторяю: я не шучу и не издеваюсь.
— Угу.
— «Угу», — передразнил Хопер. — Если тебе не нравится наш подход к жизни, то... — он печально махнул рукой.
— Полагаешь, мне пора менять работодателя?
— Полагаю, что тебе пора как следует всё обдумать, — наставительно поправил мастер. — И принять решение. Осознанное. Именно поэтому, когда Королевский Флот потребовал предоставить штатного убийцу на свежеотремонтированный крейсер «Штегг», который скоро отправится на трёхмесячное дежурство, я сразу подумал о тебе. И Совет Гильдии со мной согласился.
— А занафига на королевском крейсере штатный убийца? — Азра даже не пыталась скрыть удивление.
— Положено, — отмахнулся Хопер. — Конкретику тебе объяснит капитан. Задание очень простое, очень нудное и очень низкооплачиваемое, зато у тебя будет очень много свободного времени. На раздумья и на... всё остальное. Маршрут к кораблю я залил в твоего ментора. Голову сдай на склад, смени тело и постарайся не опоздать к назначенному сроку. Встретимся через три месяца.
— До свидания, мастер, — Азра намеренно использовала титул вместо имени.
— Да, до свидания. Помни, ты имеешь право оставаться подмастерьем хоть до бесконечности... Но ты достойна большего, Ливи.
— Сейчас меня зовут Азраэль!
— Я помню, — Хопер пару секунд многозначительно посверлил её взглядом, а потом прощально взмахнул рукой и скрылся в телепорте.

Сдав паучью голову, Азра для очистки совести всё же добралась до кабинки с защищённым от прослушивания терминалом. Только оттуда можно получить доступ к архивам Гильдии... Которые не так чтобы очень богаты, когда речь идёт о современниках, а не легендах из далёкого прошлого. Сведения о Сигрун система выдала почти те же — имя, адрес, личный номер; остальное недоступно. Но зато здесь хранился код ведомства, наложившего блокировку: 001. Иными словами, личная королевская канцелярия. Азра буквально кожей почувствовала, как мелкая оплошность со старыми духами превращается в Большую Неприятность. Если Сигрун действительно узнала свою убийцу... Если уши-они и короля что-то связывает (например, постель)... Если король сочтёт нужным вмешаться... Столько разных «если» — таких пугающих «если». Перспектива провести три месяца вдалеке от планеты стала выглядеть гораздо более желанной.

* * *


Несмотря на официальное завершение ремонта, «Штегг» всё ещё пребывал в атмосферном доке судоремонтной орбитальной станции. Коридор от пассажирского телепортатора вёл на балкон, откуда открывался великолепный вид на крейсер: вытянутый корпус, два слегка изогнутых псевдокрыла, отполированная до зеркального блеска обшивка и свежевыкрашенные красные решётки маршевых гравигенераторов. Внешне корабль казался готовым к старту, но вокруг всё ещё суетились техники в форменных комбинезонах станции.
Азра, следуя указаниям ментора, спустилась на самое дно дока и прошла мимо массивных посадочных опор крейсера к людскому шлюзу. В отличие от обоих грузовых, через которые постоянно что-то таскали туда-сюда, тут было относительно тихо. Перед закрытой дверью лифта скучал одинокий охранник — из числа станционных чоповцев. Впрочем, при виде Азры его лицо оживилось. Причём настолько, что даже сканер он доставал и включал, не отрывая взгляда от гостьи. А когда приборчик пискнул, сообщая об опознавании личности, и чоповский ментор нашептал своему хозяину о некоторых подробностях, лицо охранника из жадного сразу стало очень сосредоточенным. Он выпрямился, весь как-то подобрался и сухо сообщил:
— Командир корабля ждёт вас на мостике.
— Очень хорошо, — Азра кивнула и вошла в гостеприимно распахнувшиеся двери лифта.
Реакция охранника её позабавила. Интересно, как среагирует капитан? Свою новую внешность она конструировала в приступе несколько обиженного ехидства. Стремясь создать что-то непохожее на стереотипный образ военного — да и убийцы, если на то пошло — Азра выбрала полудетскую внешность: рост чуть побольше полутора метров, узкие бёдра и почти плоская грудь. Для усиления эффекта — большие розовые глаза и относительно короткие волосы, тоже розовые (но посветлее), собранные в два торчащих по бокам головы хвостика. На полноценное хулиганство это всё как-то не тянуло, так что она заменила уши на остроконечные, добавила декоративные перепончатые крылья, растущие из середины спины, и вполне полнофункциональный хвост. Пару раз попробовав им пошевелить, она поняла, что дополнительные конечности мало сделать — надо ещё научиться ими управлять, а на корабль требовалось явиться уже сегодня. Но и выкидывать хвост ей стало жалко. Такой длинный и тонкий, м-м... Так что Азра зафиксировала внешность, и перешла к одежде. Начала с брюк, из чёрной винилообразной синтетики, с широким поясом, и заниженной талией, чтобы не мешать хвосту. Который уныло свисал. Тогда она оторвала нафиг левую штанину, и обвила хвост вокруг ноги — это и выглядело значительно лучше, и ощущение оплетающей кожу тёплой плоти получилось очень даже приятным. Дальнейшее сообразилось уже практически на автомате: чёрная майка, коротко и неровно обрезанная — чтобы не мешать крыльям. Ещё более короткое чёрное болеро из плотной водоотталкивающей ткани, с погонами, воротником-стойкой, нагрудными кармашками с клапанами, и с рукавами полной длинны, украшенными обшлагами с пуговкой. Погоны, впрочем, остались без знаков различия: в государственной армии Азра не служила ни дня и поэтому не обладала даже званием рядового. В довершение образа она создала высокие ботинки на толстой подошве со стальными набойками. Тут бы и остановиться — получилась вполне годная пародия на военную форму, но Азра так разогналась, что привесила на пояс самую настоящую рапиру. Розовую, конечно. Теперь тяжёлая железяка путалась под ногами и то и дело задевала кожухи приборов, в изобилии понатыканных на стенах и без того узких коридоров. Как известно, за каждую глупость надо платить... Но по крайней мере первую встречу с начальством Азра решила провести «во всеоружии» — из чистого упрямства. Хотя желание позлить уже по большей части выветрилось. Вслушиваясь в тихие указания ментора — «налево, а теперь направо» — она с удивлением обнаружила, что не ощущает даже и волнения. Расслабленная безмятежность...

Мостик на крейсере оказался самый обычный: на центральном возвышении — большое командирское кресло; вокруг — расставленные подковой девять пультов с креслами попроще. А вот людей на мостике обнаружилось всего трое. Ментор принялся аккуратно подсвечивать контуры, одновременно нашёптывая подробности. Командор Флексен сидел на своём кресле как на троне. Безукоризненная парадная форма — чёрный бархат с золотыми знаками различия; вполне царственная поза; невозмутимо-надменное лицо. К азриному разочарованию, никаких забавных гримас не последовало.
Флексен, Флексен... Знакомая же фамилия. Ментор поспешил напомнить, что командор знаменит тремя вещами: беспрестанной и публичной критикой правительства, включая высшее флотское командование; непомерными, напоказ совершаемыми тратами, сильно превышающими жалованье офицера; и совершенно беспроблемным прохождением военной службы, несмотря на первые два пункта. Абсолютно ясно, что его личность — маска, за которой скрывается кто-то богатый и влиятельный... Вот только кто именно? В сети то и дело случались яростные споры, но точно не знал никто.
Командор-капитан Юхансон, старпом, расхаживал по мостику, заложив руки за спину. Ничего интересного о нём в сети не нашлось... Равно как и о лейтенанте Ларсене, штурмане, который сидел в крайнем из «простых» кресел и прогонял на пульте какой-то системный тест — по-видимому, относительно простой, не требующий подключения к виртуальности.
Все трое, естественно, пользовались уставными «военными» телами. Внешне человекообразные, внутри они нафаршированы по самое «не могу», позволяют до четырёх часов находиться в вакууме безо всякого скафандра и вообще неимоверно круты; потому и стоимость имеют вполне астрономическую (впрочем, как и всё на флоте), и служат всего пять лет вместо стандартных двадцати. Визуальный возраст распределялся в соответствии с табелем о рангах — капитану полагается выглядеть сорокалетним, старпом смотрелся на тридцать, а штурман — мальчишкой едва за двадцать. Реальный же возраст считается личной информацией, не предоставляемой всяким там наёмным гражданским специалистам навроде убийц...
— Ну вот она я, — нагло заявила Азра вместо приветствия.
— Косы не хватает, — задумчиво проронил командор.
Штурман на секунду оторвался от экрана, хмыкнул и вернулся к тесту.
— А я бы сказал, рогов, — заметил он. — Для косы у неё волосы коротковаты.
— Косы, которой косят, — уточнил Флексен.
— Ну в принципе да, рапира немножко не в тему, — согласился штурман.
— Сис... фигуры ей нормальной не хватает, — отрубил старпом. — Может, перейдём-таки к делу?
— Какой-то вы, господин помощник, нервный сегодня, — капитан скептически приподнял бровь. — Госпожа Азраэль, не знаю, что вам в гильдии рассказали о задании...
— Практически ничего.
— Как обычно... Если коротко, роль тут ваша — воспитательная. С тех пор, как нижние чины выведены за штат и переданы на субподряд, вместо старого доброго боцмана у меня имеется менеджер по персоналу, — капитан демонстративно поморщился. — И вот, с целью поддержания дисциплины, начальство велело иметь на борту убийцу.
— Да-а уж, — протянула Азра, — радикальный способ решения дисциплинарных проблем. А вы не боитесь остаться без команды к середине боевого дежурства?
— О, всё не так плохо. Тут главное — само ваше присутствие. Ну, знаете, как пугают детей? Будете плохо себя вести — придёт бука и съест?
— «Быть благонравным! Сказать, что хотеть делать!» — со странной улыбкой процитировал что-то старпом.
— В крайнем случае можно и это, — совершенно серьёзно подтвердил Флексен. — Но обычно хватает буки, она же Ангел Смерти в вашем лице. Правильный, кстати, выбор имени. Пока что у меня на корабле не требовалось более двух, гм, практических демонстраций за одно дежурство. Ну и да, у всех на борту жизнь конечно же застрахована, имейте это в виду.
— Понятно.
— В целом у вас получается почти что отпуск.
— Угу, «почти», — кисло согласилась Азра. — С достопримечательностями тут явный напряг. И каюта наверняка не пятизвёздочная.
— Здесь крейсер, а не гостиница, — буркнул старпом.
— Верно, это будет довольно скучно, — кивнул капитан. — Но у нас есть идея, как вас поразвлечь. В вашем личном деле, госпожа Азраэль, есть отметка, что вы успешно выдержали государственный экзамен на мастера-пилота. Это верно?
Азра мысленно обругала Хопера паршивцем. Никто другой не додумался бы занести её пилотское прошлое в «открытое» досье убийцы. Конечно, государство в лице флотской контрразведки в любом случае в курсе всех подробностей, иначе бы её просто не допустили до задания, но вот капитану и команде корабля всякие личные сведения знать вообще-то не полагалось.
— Ну конечно, — спокойно подтвердила она вслух. — У меня больше девяти тысяч часов налёта в качестве пилота. И не помню уже сколько в качестве электронщика. Но всё это было довольно давно.
— Интересный факт: в вашем деле не указано, где вы эти часы налетали. Государственные армии сразу отметаем — в нашей вы не служили, и гражданство не меняли — значит, иностранные тоже исключаются. Если бы вы работали на крупной пассажирской линии, то не упустили бы случая похвастаться. Мелкие линии себе мастеров позволить не могут; на грузоперевозках мастера-пилоты в принципе не нужны. Что остаётся? Правильно, частные военные компании.
— А что, это создаёт какую-то проблему?
— Наоборот, это большой плюс: раз вы служили в ЧВК, да ещё так долго, то имеете реальный боевой опыт.
— Не думаю, что он мне понадобится, пока я буду отсиживать задницу в каюте.
— Совершенно верно, в каюте — не понадобится. Понимаете, с тех пор как пилотов вывели за штат, перевели на субподряд и вдвое снизили ставки...
— Пилотов вывели за штат? — поражённо перебила Азра. — А кто у вас в штате остался-то?
— Мы трое, — Флксен кивнул на офицеров, — плюс капитан-лейтенант Йенсен, артиллерист. Он сейчас отсыпается перед ночной вахтой.
— Ваше начальство совсем шизанулось, — мрачно констатировала Азра.
— Полностью с вами согласен, — капитан вежливо улыбнулся. — Так вот, с тех пор как ставки пилотам зарезали, к нам приходят только свежеиспечённые выпускники после Академии. Чтобы поднабраться опыта и устроиться потом на какую-нибудь шикарную пассажирскую линию, где платят нормальную зарплату. И поэтому я очень рад вашей квалификации мастера-пилота, равно как и вашему обширному опыту.
— Но сейчас я убийца, а не пилот! Я и за пультом-то последний раз сидела больше четырёх лет назад!
— Вы получите оплату по обеим ставкам в полном объёме, гарантирую, — заверил капитан.
— Да при чём тут деньги, — фыркнула Азра. — Вы же не хуже меня знаете, что работа мастер-пилота — это не только две четырёхчасовые вахты в сутки. Мастер пилотирует во всех сложных ситуациях; бой, шторм, переход в гиперпространство, да даже банальная расстыковка со станцией — за пультом должен быть мастер. Плюс ещё эти ваши желторотики, которых надо подтягивать до минимально приличного уровня. Это же адская круговерть, сон урывками, еда не бегу!
— Адская круговерть, — вставил штурман, не оборачиваясь, — будет в самый раз для Ангела Смерти. Это если по-моему.
— Вы же сами жаловались на предстоящую скуку, — указал капитан.
— Вы только представьте, куда мы залетим без мастера-пилота! — воскликнул старпом.
Как ни странно, этот аргумент оказался решающим. Азра представила себе, как сидит в своей каюте, в то время как крейсер выводит из дока вчерашний курсант. Как этот недоперипилот не вписывается в проём, корёжит и корабль, и станцию; все вокруг носятся, в авральном порядке исправляя повреждения, а Азра всё сидит в своей каюте. И как после этого людям в глаза смотреть? Кстати, ещё можно очень легко вообразить, что скажет достославный Хопер-куратор, когда узнает, что она снова упустила шанс побочного заработка. Скорее всего даже не скажет, а просто окончательно спишет в вечные подмастерья, годные только на самые простые и скучные задания.
— Эх, — прервала она наконец повисшее было молчание. — Я ведь специально наряжалась, чтоб вас позлить. А вы меня сходу в мастер-пилоты Королевского флота произвели...
Брови старпома удивлённо взлетели.
— Нас? Позлить? Вот этим?
— Если вам когда-нибудь захочется действительно позлить меня, — спокойно и серьёзно начал командор, — чего делать я вам вовсе не советую; но если всё же захочется, то нарядитесь сантехником. Пьяным, немытым, с недельной щетиной, и пытающемся при этом наладить систему водоснабжения на моём корабле.
— Вчера все туалеты уже нормально работали, лично проверял, — вставил штурман.
— Ещё бы они не работали...
— Да уж, их бригадиру вы знатно навтыкали, — с явным восхищением припомнил лейтенант.
— В общем, — старпом неопределённо помахал рукой в воздухе, — если вам хочется быть пилотом с хвостом и крылышками, то без проблем. Вы ведь станете нашим мастер-пилотом, я правильно понял?
— Да, да, правильно, — с некоторым раздражением ответила Азра. — Я вся в вашем распоряжении.
— Прекрасно. Будете в моей вахте, естественно. Вылет запланирован через сорок два часа, которые нам, очевидно, следует потратить прежде всего на тренажёры.
— Стоп, стоп. А электронщик? Стандартная вахта на мостике ведь из трёх человек: начальник, пилот, электронщик.
— Он уже почти тут, — успокаивающе сообщил старпом. — Слегка заблудился в коридорах.
— О боги, — выдохнула Азра. — Заблудился в коридорах? Это при наличии ментора-то? Ещё один новичок?
— Вы присядьте, присядьте, — капитан-командор указал на одно из кресел. — Выпускник Академии с отличием. Сванти Хансен. Сейчас я скину вашему ментору информацию по нему. Да и по остальным возможным кандидатам на его место, чтобы вы не думали, что у нас тут большой выбор...
Азра чисто механически уселась на указанное кресло. Удобное, спору нет, хотя рапира мешалась и тут; но сейчас её занимали вовсе не анатомические формы и не мягкость обивки. Современные пилоты по-прежнему «сидят за пультом», это верно, но управляют не посредством кнопок, а подключаясь напрямую к компьютеру, сливаясь с кораблём в единое целое. Ощущаешь себя — им, летишь в космосе словно птица. Естественно, по факту всё это — виртуальная реальность. И именно в обязанности электронщика входит следить, чтобы эта виртуальность правильно отображала реальность реальную. Чтобы пилот видел всё существенное, и при этом не отвлекался на несущественное. Хороший электронщик должен в совершенстве знать стиль своего пилота. Уметь предугадывать его желания. Ни в одной учебке этому не научишься — два человека сливаются в команду только на практике. Плохой электронщик может угробить корабль не хуже плохого пилота — достаточно не показать какой-нибудь астероид прямо по курсу, или показать, но не там, где он действительно находится. В принципе, для того на мостике и нужен начальник вахты — чтобы два восторженных придурка за пультами не заигрывались.
— Командор Флексен? — осведомился довольно высокий для мужского голос. — Мостик — это ведь здесь?
Азра подняла взгляд на вошедшего. Молодой блондинистый парень в ординарном цивильном костюме. Консервативный горчичный твид. Белая рубашка. Галстук-бабочка. Начищенные до блеска ботинки.
— Какое скучное тело, — пробормотала она. — Никакой фантазии.
— А вы... — он чуть помедлил, явно прислушиваясь к своему ментору. — Азраэль, подмастерье из гильдии убийц? — закончил он слегка ошарашено.
— Кроме того, она мастер-пилот, и старший пилот крейсера, — вежливо указал капитан. — И, поскольку вы, господин Хансен, претендуете на должность старшего электронщика, вахта у вас двоих общая.
Парень нервно сглотнул.
— Вы же не убиваете своих напарников?
— Только в самых крайних случаях, — Азра кисло улыбнулась. Она успела просмотреть все переданные старпомом досье. Этот вот Сванти был и в самом деле лучшим из имеющихся вариантов.
— Понимаете, — продолжал тем временем электронщик, — со временем я планирую найти себе хорошее место... В одной из крупных корпораций. И в моём резюме будет плохо выглядеть, если я буду являться на работу разодетый как... как... — он смущённо умолк.
— Одеваться как я тебя никто и не заставляет, — успокоила его Азра. — До вылета у нас мало времени, так что ближайшие два дня у нас будут, пожалуй, более чем насыщенны.
— Сейчас у вас ещё есть возможность отказаться от контракта, — напомнил старпом.
— А вы согласны меня взять? — удивленно переспросил Сванти. — Старшим электронщиком? Вот так сразу?
— Как ваш вахтенный начальник, — старпом подавил вздох, — я вынужден ответить «да».
— Хотите, — штурман отвернулся от наконец закончившегося теста, — поменяем этого на того, который достался мне?
— Нет, — ответ Юхансона прозвучал очень быстро и очень твёрдо.
— Между прочим, мой-то с фантазией. Может, госпоже убийце он больше понравится.
— Нет! — Азра ответила ещё быстрее.
Досье двух уже нанятых электронщиков она просмотрела по диагонали, но и этого хватило, чтобы ужаснуться глубинам их невежества. Штурман при наборе персонала явно пытался думать на перспективу — двое его парней могли бы стать хорошей командой... где-то через годик-другой. А в ближайшие три месяца от них будет больше проблем, чем пользы. Артиллерист явно пошёл другим путём — взял себе двух выпускниц, больше озабоченных своей внешностью, чем всяким там пилотированием. Оно, пожалуй, и правильнее — если уж всё равно мучиться, так лучше в приятном окружении... Только вот как быть с тем пунктом королевского устава, который запрещает секс с непосредственными начальниками и подчинёнными? Хотя Азра не знала, насколько в действительности это правило соблюдается. В наёмных флотах такого идиотизма в устав отродясь не заносили... Старпом же, судя по всему, пытался нанять настоящих профессионалов. Каковым Сванти мог считаться лишь с очень большой натяжкой. Но двух своих коллег он превосходил на голову.
— Какие вы все... буки. — Штурман демонстративно переключил внимание на капитана. — Сэр, тест пройден успешно. Навигационная система фурычит как надо.
— Прекрасно. Осталась разобраться с вооружением.
— Да уж, не хотелось бы подвзорваться на собственных ракетах, — фыркнул лейтенант.
— Господин Хансен? — капитан царственно кивнул зачарованно слушающему перебранку электронщику. — Вы заключаете контракт? Напоминаю, страхование жизни во время службы на корабле — за счёт Короны.
— А это очень больно?
— Пф-ф, — не выдержал старпом.
— Как повезёт, — Азра тоже не смогла сдержать улыбки.
— Мне ещё не приходилось умирать, вот и всё, — насупился электронщик. — Что тут смешного?
— Абсолютно ничего, — ледяным тоном отрезал капитан. — Однако госпожа Азраэль совершенно права — случаи бывают самые разные. Ну так что? Ваше решение?
— Да, я заключаю контракт, — церемонным тоном подтвердил Сванти.
— Очень хорошо. Теперь, когда у нас набран полный экипаж, я рассчитываю, что все займутся своими обязанностями. Вылет через десять вахт, помните об этом.

* * *


— Станция даёт добро на расстыковку. Люди из дока убраны, переходы герметизированы, — доклад электронщицы второй смены прозвучал холодно и безразлично.
Азра поморщилась. «Люди убраны»... Как будто речь о чём-то неодушевлённом.
— Начинаем активные тесты, — произнесла она вслух.
На её экране уже высветился длинный список. Двигатели, генераторы гравитации, системы целеуказания и связи... Конечно, это всё уже проверялось соответствующими подразделениями, но финальный тест всегда проводят специалисты мостика. По швартовому расписанию должны присутствовать две смены, но на этот раз капитан приказал быть всем трём. Чтобы перенимали опыт. Конечно, в результате кто-то не выспится, но Азра не особо им сочувствовала — в отличие от некоторых, за последние сорок часов она проспала неполные семь, да и то в два приёма.
Наконец все галочки оказались проставлены.
— Переходим на прямое подключение, — донеслось с капитанского подиума.
Азра поудобнее устроилась в кресле. Убедилась, что все ремни пристёгнуты. А затем реальный мир для неё пропал.
Она стояла посреди дока — слишком подробно, на её вкус, прорисованного. Атмосферное давление быстро падало — станция откачивала ценный воздух. Многотысячетонное стальное тело с уже разогретыми двигателями застыло в нетерпеливом напряжении. Хотелось наконец вырваться из этой тесной коробки. В пространство, к звёздам и свободе.
Азра с некоторым трудом переключилась на «внутренний мир» корабля. В своего рода параллельный слой сознания, где ощущался персонал мостика. Яркая искорка капитана, три чуть более тусклые офицерские, ещё более тусклый, зато близко расположенный огонёк Сванти. Огоньки второй и третьей смены в отдалении. И совсем вдалеке — неразборчивое мельтешение едва различимых звёздочек остального экипажа.
Капитанская искорка вспыхнула в два раза ярче, привлекая внимание.
«Дамы и господа, — мысленный голос донёсся до всех на корабле. — Альберт Констакизис, адмирал, командующий флотом Его Величества, именем Короля передал мне полётное задание. Нам предписано проследовать на точку три-семь-девяносто и поступить там в распоряжение контр-адмирала Гудмунсдоттир. На точке три-семь-девяносто сложилась крайне напряжённая ситуация; прибыть мы обязаны как можно быстрее. Именно поэтому был форсирован ремонт нашего корабля; кроме того, обычные послеремонтные испытания тоже отменены. По пути нам предписано зайти на рембазу в точке пять-пять-шестьдесят три, где мы сможем исправить технические замечания и недоработки, если таковые обнаружатся. На этом всё. Вопросы?»
«Война?» — старпом озвучил вертевшийся у всех на языке вопрос.
«Пираты, — спокойно пояснил капитан. — По оценке адмирала, всё ограничится демонстрацией сил. Нам нужно всего лишь обозначить присутствие. И готовность отстаивать точку».
Азра мысленно хмыкнула — в той части сознания, что надёжно отгорожена от общей сети. По которой, кстати, разнеслось несколько недоверчивых восклицаний новичков, ещё не научившихся как следует контролировать свои мысли.
«Да, я тоже сомневаюсь, — согласился капитан. — Возможно, придётся и пострелять. Надеюсь, что без этого обойдётся, но не исключаю. Помните, мы идём на боевое дежурство, а не в увеселительный круиз. Мастер-пилот, выводите нас из дока».
«Есть, сэр», — отозвалась Азра.
Она снова переключилась на «внешний» слой, но теперь позволила себе погрузиться в жажду полёта. Наружный люк дока уже открылся, маня искристым звёздным небом. Жаль, нельзя отправиться туда мощным броском. Вместо этого Азра медленно приподнялась над палубой, убрала опоры и всё так же медленно и аккуратно стала протискиваться к выходу. Все движения плавные и точные. Никаких рывков, паразитных рысканий и неуверенных колебаний. Они вместе со Сванти трижды отработали этот манёвр на симуляторе, и теперь тренировки давали плоды, вполне впечатляющие.
Наконец крейсер выполз в космос — перенасыщенный орбитальной инфраструктурой ближний космос Ниенорге.
«Неплохо, — холодно похвалил капитан. — А теперь проследуйте к области входа в гиперпространство... Вот по этому маршруту».
В виртуальном космосе загорелась толстая фиолетовая линия весьма вычурной формы. Слишком вычурной... Сплошные изгибы. А если прикинуть траектории ближайших крупных объектов... Да, целая куча потенциальных столкновений. Очевидно, курс был экзаменационным заданием — к точке перехода при желании можно пролететь гораздо более простым, экономичным и безопасным путём.
«Вас поняла, сэр».
Сванти тоже заметил возможные конфликты, и принялся рисовать многочисленные красные траектории.
«Прекрати, — рыкнула Азра по личному каналу. — Их слишком много, ты только замусоришь пространство. Лучше рисуй допустимую зону манёвра для нас. И держи её актуальной — учитывай нашу скорость и возможности по ускорению».
Давнее уже изобретение гравикомпенсаторов избавило экипажи космических кораблей от перегрузок, но даже свежеотремонтированный крейсер не выдаст больше сотни «же», слишком уж массивен.
«Так лучше?»
Красные линии исчезли, вместо них появилась зелёная область, комковатая и словно бы изъеденная червями. Границы безопасной зоны постоянно менялись.
«Сгодится».
Азра принялась осторожно выбираться на курс.
В околопланетном пространстве Ниенорге не существовало единой диспетчерской. Предполагалось, что современные радары и компьютеры избавят от столкновений. Так обычно и случалось — статистика утверждала, что ущерб от редких несчастных случаев не дотягивал до гипотетических расходов на диспетчеризацию — но для любого пилота считалось позором лететь напролом, выруливая исключительно на автоматике. Особенно для военного, не важно, частного или королевского. Особенно для военного мастер-пилота. Так что Азра сосредоточенно изображала чудеса на виражах, стараясь как можно ближе следовать капитанской кракозябре. Точнее, попыталась изобразить — вместо точных и плавных манёвров получались резкие и дёрганные скачки. Всё ещё непривычный здоровенный крейсер; неопытный электронщик; путающаяся под ногами космическая мелюзга, все эти катера и яхточки, явно не понимающие, с какого бодуна вояки танцуют по орбитам... До зоны перехода Азра дотащилась, никого не поцарапав, и даже почти не отклонившись от курса; но вымоталась сверх всякой меры. На усталость накладывалось ощущение плохо сделанной работы — где-то на «тройку». Да уж, продемонстрировала мастерство...
Впрочем, что сделано — то сделано. Около зоны перехода можно было наконец расслабиться — тут диспетчеризация велась, и корабли следовали в чётко отведённых коридорах. «Штегг» быстренько поставили в равномерно двигающуюся очередь исходящих.
Теоретически, войти в гиперпространство можно где угодно. Равно как и выйти. Только вот в некоторых местах энергии для перехода требовалось относительно мало, а в других — гораздо больше. За минимумами потенциального барьера закрепилось название «точек». Коммерческие суда, из соображений экономии, рассчитывались на переход не далее пары километров от точки. У военных допустимый радиус был гораздо больше, хотя и он имел свои пределы — в зависимости от мощности реакторов, которая, в свою очередь, зависела от класса корабля. Полностью исправный крейсер мог и тридцать мегаметров выдержать. Хотя вдали от точек всё равно не наблюдалось ничего интересного: где торговцы не летают, там и крейсеру делать нечего. А повальная экономия, которой пропиталось всё на флоте, наложила отпечаток и тут, так что корабль плёлся в общей очереди с грузовыми судами, чтобы сэкономить сколько-то там тонн топлива.
Наконец впереди идущий сухогруз прыгнул. Две обязательные минуты ожидания, и Азра направила нос крейсера в нарисованную диспетчером метку на полкилометра вбок от оптимума. «Вбок», чтобы не столкнуться с судами, идущими навстречу. Картинка распалась... Чтобы почти сразу сложиться в ячеистую серую муть гиперпространства. Азра быстро осмотрелась — да, всё спокойно, только небольшие возмущения от летящих туда-сюда кораблей, включая пограничников, обеспечивающих порядок в очереди.
— Признаков шторма не наблюдаю, — доложила электронщик «артиллерийской» смены.
— Аналогично, — подтвердил Сванти.
— Очень хорошо, — сухо выговорил капитан. — Вахта переходит ко второй смене. Курс на точку пять-пять-шестьдесят три. Первая и третья смена свободны. Госпожа Азраэль, пройдите в мой кабинет. Есть разговор.
Первым порывом Азры было напомнить капитану, что вторая смена нуждается в присмотре, а всё, что угодно, можно обсудить и по личному каналу. К счастью, многолетний опыт не позволил сболтнуть глупость в эфир, так что Азра только подтвердила получение приказа и послушно вернулась в реал.
Сванти имел понурый вид — он явно осознавал хотя бы часть своих косяков. Азра винить его не планировала — новичок он и есть новичок; заметил свои проблемы — уже молодец, значит, знает, что надо исправлять. Старпом, как ни странно, выглядел вполне довольным. А вот капитан нацепил непроницаемую маску каменного спокойствия. Впрочем, приглашение на разговор без свидетелей подразумевало разнос... Вполне закономерный. Азра даже и оправдываться особо не планировала.

* * *


В крошечном кабинете нашлось место только для стола и двух вращающихся кресел. Капитан сел сам и, как ни странно, предложил сесть подчинённой.
— Прежде всего, должен сказать, что вполне вами доволен, — объявил Флексен совершенно ровным голосом.
— В самом деле?.. — только и нашлась Азра.
— О да. Я и не ожидал, что на третий день на незнакомом корабле вы продемонстрируете высший пилотаж. Хотя у вас почти получилось.
— Вот именно что «почти».
— И ваш честный подход к делу меня тоже радует, — капитан чуть помедлил. — Да, радует. Но я вынужден попросить вас сбавить обороты.
— Э-э-э... А почему? — Азра удивлялась всё больше и больше.
— Потому что ваши усилия тщетны, — капитан вздохнул. — Бессмысленны. Ваш подход годится для кадровых офицеров. С которыми вы планируете стать одной командой, и совместно служить долгие годы. А этих, — он пренебрежительно взмахнул рукой, — тут через три месяца уже не будет. Помните? Какой смысл надрываться, готовя кадры для гражданских? И вас через три месяца тут тоже не будет.
— Но пока что я здесь...
— Да, и это своего рода проблема, увы. Текущее положение дел с короткими контрактами и низкими зарплатами не нравится никому на флоте, уверяю вас. Но только некоторые офицеры осмелились высказать своё недовольство в официальном порядке... И один из этих некоторых — я. Ну и вы, наверно, представляете, что скажет адмирал Констакизис, если благодаря вам мы отлетаем это дежурство на «отлично»? Что я паникёр, а королевское правительство весьма разумно экономит деньги. И никто и не почешется возвращать пилотов в штат или хотя бы повышать жалование.
— И что конкретно вы от меня хотите?
— Действий в рамках устава и инструкций, — объяснил Флексен. — Подчёркиваю, в рамках. И не более того.
— Итальянская забастовка?
— Не совсем. Дела должны быть сделаны, просто не лучшим образом.
— «Лучшим образом» я сейчас не смогу при всём желании, — с горечью призналась Азра.
— Тогда просто не корите себя за это, — посоветовал командор. — И не пытайтесь прыгнуть выше головы.
— Да, — Азра склонила голову. — Думаю, что поняла вас. Сэр.
— В таком случае вы свободны, госпожа мастер-пилот.

* * *


Старпом официальным тоном передал вахту штурману, и первая смена дружно вынырнула в реальность. В обязанности мастера-пилота входил переход в гиперпространство, вне зависимости от вахт; ну так Азра это с успехом и проделала. Теперь, теоретически, первая смена могла быть свободна, но одного взгляда на танцующие в некотором отдалении гравитационные волны хватало, чтобы спрогнозировать приказ о расписании «щторм». Так что вылезать из кресла смысла не было.
До точки пять-пять-шестьдесят три «Штегг» добрался без приключений. Список выявленных неполадок оказался весьма скромным, а технари с рембазы проявили просто чудеса скоростной починки. Азра краем уха слышала, что в приказе для местных служак адмирал Констакизис был особенно грозен... В результате команда крейсера, вынужденная помогать при ремонте, изрядно вымоталась. А обнаруженные приборами гравитационные выкрутасы прямо по курсу обещали ещё порцию работы в ущерб сну и всему прочему.
— Может, лучше лететь в обход? — озабоченно поинтересовался старпом у капитана. — Мне кажется, что адмирал Гудмунсдоттир предпочла бы получить исправный крейсер, хоть и чуть попозже. А не потрёпанный, но вовремя.
— Нет, мы не полетим в обход, — отрезал Флексен. — Весь смысл нашего задания — оказаться на точке вовремя и самим своим присутствием предотвратить атаку. Если успеем, стрелять нам не придётся, так что неполадки особой роли играть не будут. А если опоздаем, то даже полностью исправный крейсер уже ничем не поможет.
— Вообще-то, одних нас для демонстрации силы как-то маловато. Лучше бы пару дивизионов...
— Конечно же лучше, — иронично согласился капитан. — Да вот только все корабли распределены по точкам.
— И это глупо. Гораздо правильнее было бы держать в пикетах только лёгкие силы, а из крейсеров собрать ударный кулак, который можно оперативно перебрасывать на угрожаемые направления.
— Я говорил Констакизсу это чуть ли не дословно, — скривился капитан. — Да он и не спорил, мы же все по одним учебникам учились. Но на него давят сверху. Боюсь, без парочки крупных поражений дело с места не сдвинется.
— «Сверху»? Говорите уж прямо — парламент... Который отстаивает интересы олигархов, — Юхансон вздохнул. — А наши интересы должен отстаивать король — мы же его флот, в конце-то концов! Но Его Величество занят чем угодно, кроме как управлением страной. Вон, последняя новость — он из личных средств оплатил страховку недавно убитой уши-они. Конечно, это гораздо важнее, чем дела флота, — зло закончил старпом.
Флексен брезгливо поморщился.
— Его Величество очень прямолинеен. Ну, тем хуже для него.
— В сети ходят упорные слухи, что убийство заказали лично вы.
— Ни разу не вступал в деловые отношения с Гильдией убийц, — отмахнулся капитан. — Тем более уши-они — не мой уровень. Чтобы я, да заказывал убийство какой-то проститутки?
— Да, формальным заказчиком числится Ассоциация Гурманов, но вы недавно сделали крупное пожертвование в их казну; кроме того, уши-они вовсе «не какая-то», а королевская любимица. Говорят, она каждый день бывает во дворце. И всем известно, что вы всё время критикуете правительство...
— Господи, командор-капитан, бросьте забивать голову этими идиотскими сплетнями. Гурманы вечно заказывают убийства уши-они, поскольку ненавидят каннибализм во всех видах. А я, как опять же все знают, просто люблю вкусно поесть. И строить на этом какие-то политические спекуляции... Фи.
— Но ведь гурманам можно было подкинуть деньги и через цепочку посредников, чтобы никто на вас и не подумал...
— Увы, — командир корабля покачал головой, — Ингварр Флексен тратит деньги только напоказ. Чтобы это изменить, мне бы пришлось как минимум уволиться из флота, а мои ближайшие планы такого не предусматривают... Но это всё лирика. Займёмся лучше непосредственными обязанностями.
— Не нравится мне эта буря, — проворчал старпом. — Без повреждений не проскочим, зуб даю. Если мы потеряем корабль, тот же Констакизис повесит на нас всех собак. И никакие ссылки на его собственный приказ нам не помогут.
— Если мы потеряем крейсер из-за каких-то там гравитационных возмущений... Да я сам с виновных шкуру спущу, не дожидаясь реакции адмирала. Не порите чепухи, старпом. Расписание «шторм». Первая смена пилотирует, третья — ассистирует. Вторая отдыхает, готовясь принять вахту после прохождения нестабильной зоны. Аварийные команды в повышенной готовности. Полный вперёд наикратчайшим курсом. Выполнять.
— Есть, сэр, — старпом откозырял с каменным лицом.
Пока начальство трепалось — то есть, конечно же, «обсуждало сложившуюся ситуацию», как напишут в бортжурнале — Азра расслабленно полулежала в кресле и задумчиво рассматривала Сванти. Он всё ещё носил тот горчичный костюм, теперь уже во многих местах покрытый масляными пятнами — все так спешили со стартом, что переодеться времени решительно не было. И вообще, на мостике он смотрелся неуместно. Слишком юный, слишком неумелый, слишком чужеродный. Будь они на наёмном флоте, с перспективой провести совместно ближайшие лет десять, Азра уж позаботилась бы превратить его из мальчика в мужчину. Будь они кадровыми офицерами королевского флота — тоже позаботилась, только другими методами. Медленными и ненадёжными, зато в рамках так называемой нравственности. Но дурацкий статус «вне штата» исключал и то, и другое. За три жалкие месяца толком ничего не успеешь, да и смысл успевать? Чтобы, как правильно указал командор, какой-нибудь и без того богатый олигарх сэкономил на подготовке персонала? А потом она представила мысли Сванти при виде её — растрёпанной, перепачканной в том же масле, с дурацкими крыльями, и едва не рассмеялась. Воистину, два сапога — пара.
— Первая смена, принимаем вахту, — буркнул старопом, усаживаясь и пристёгиваясь. — Я уверен, командира вы слышали, так что вперёд и с песней.
Азра молча нырнула в виртуальность, и уже оттуда подтвердила получение приказа. Гравишторм за последние несколько минут ещё усилился. Поверхности равных потенциалов выписывали замысловатые кривые. И всё это насквозь протыкала жирная фиолетовая линия курса. Абсолютно прямая.
«Выделяй зелёным зоны с ускорением до двадцати же, — велела она электронщику. — А особо опасные волны — оранжевым. Красный используй для явлений категории «ужас-ужас», хотя я надеюсь, что нам они не встретятся».
И — полный вперёд, как и приказал капитан. Азра не просто летела, она гнала, постоянно подстёгивая и подстёгивая корабль. Зелёной зоны удавалось придерживаться далеко не всегда, гравитационные волны швыряли крейсер, словно детскую игрушку. Азра упорно возвращалась на курс и снова гнала и гнала. Вероятно, после выхода из шторма начальник машинного отделения откажется с ней разговаривать. Хотя они и так почти не общались...
Шторм всё усиливался; внезапно сквозь мутотень и круговерть где-то слева по курсу всплыли три ярко-красные метки. Довольно далеко, но перемещающиеся слишком быстро. Да и нет в гиперпространстве точечных природных объектов.
«Ракетный залп», — удивлённо констатировал Сванти.
Вспыхнули метки боевой тревоги. В виртуалке беготня и шум бессмысленны, а вот в реальности крейсера надрывались сирены; отправленная отдыхать вторая смена спешила на мостик.
«Уклоняемся», — приказал капитан.
Азра послушно сместила вектор вправо.
«Залп предупредительный, нам не угрожает», — доложил штурман.
Просчитанные им курсы говорили сами за себя: они проходили слишком далеко от крейсера... но также и слишком далеко друг от друга. Значит, у противника не меньше трёх кораблей. Вероятно, именно поэтому капитан и велел уклоняться.
Ракеты всё ещё летели; запустившие их корабли не пеленговались; гравитация окончательно сошла с ума; вторая смена во главе с артиллеристом наконец добралась до мостика.
Совершенно некстати зажглись ещё красные маркеры — на этот раз метки неполадок. Азра с удивлением и даже некоторым возмущением ощутила, что корабль перестаёт её слушаться. И тут на «совещательном» слое прорезалась обычно такая далёкая звёздочка машинного отделения.
«Отказ системы управления двигателями! — проорал главный инженер. — Движки фурычат, но команды с мостика не проходят! И от нас тоже!»
Движки не просто «фурычили», корабль явно совершал какой-то манёвр.
«Долбанная чертями железяка!» — взвился инженер.
«Не засоряйте эфир попусту, — ледяным тоном велел капитан. — Это не неполадки. Больше всего это напоминает принудительный пакет команд с флагмана».
«Флагманский пакет не лишает нас контроля над кораблём!»
«Вам полагалось бы знать, что в протоколе предусмотрен «принудительный» вариант на случай захвата корабля пиратами. Добавлен по настоянию экспертной группы при Главнокомандующем».
«Чтоб этих трижды долбанных штабных умников с их сраными...»
«Господин главный инженер, — чрезвычайно официальный тон капитана не предвещал ничего хорошего. — Либо вы говорите только по делу, либо я направляю нашу штатную убийцу вправить вам мозги. Она как раз начинает скучать».
На несколько секунд повисла тишина.
«Есть, сэр, — проскрипел инженер. — Флагманский пакет не сформируешь без знания кодов и паролей. Наши компьютеры всё сожрали без запинки, так что... выводы делайте сами, сэр. Какие будут приказания?»
«Насколько я понял ваши эмоциональные выкрики, вернуть контроль вы не можете», — констатировал капитан.
«Только не в условиях шторма, сэр. Процедура предполагает изоляцию всех вычислительных ядер с полной переустановкой ПО. Движками в процессе будет просто нечем управлять. Шторм размажет нас на атомы гораздо быстрее, чем я закончу».
«Значит, никаких резких телодвижений. Наш приоритет — сохранить корабль».
«Вас понял, сэр».
Следовало признать, что автор этих самых «флагманских» команд хорошо знал своё дело. Крейсер филигранно протискивался вглубь шторма. Азра от нечего делать проверила схему повреждений — ничего серьёзного не наблюдалось; более того, до перехвата управления повреждения возникали чаще. Обидно, но факт.
«Интересно, — прошептал Сванти, — кто это нами так рулит. Похоже, реально крутой чувак».
Тут крейсер проделал совсем замысловатый манёвр — список неполадок пополнился ещё парочкой пунктов — и внезапно вынырнул в пузырь спокойного гиперпространства. За границами идеальной сферы всё так же бушевал шторм, но внутри он совсем не чувствовался. В самом центре сферы вмиг очнувшиеся радары обнаружили корабль. Да какой! Размером с супертанкер, нетипично угловатых форм, и с кучей антенн гравигенераторов — он был чуть ли не весь ими утыкан.
«Не могу гарантировать, — предупредил главный инженер, — что мы видим реальную картинку. Показания радаров могут быть подделаны».
«Если это реальность, — задумчиво предположил штурман, — то не эта ли фиговина устроила шторм? Вы только посмотрите, сколько у неё антенн».
«Да вы... — начал и тут же замолчал инженер. — Я хотел сказать, сэр, весьма сомнительно. Энергия шторма очень велика. Даже в такой большой корабль не запихнёшь реакторы, способные выработать столько».
«Попробуйте с ними связаться», — велел капитан.
«Уже пробуем, — доложил штурман. — Никакого ответа».
Крейсер тем временем заложил широкую дугу и оказался перед носом неизвестного корабля. Там обнаружилось три громадных люка, выстроенных в вертикальную цепочку. Средний как раз неспешно раскрывался.
«Мобильный док? — неуверенно предположил артиллерист. — Но у него есть и ракетные шахты, и лазеры. Вот, посмотрите, — он обвёл красным ряд участков корпуса. — Названия нигде не видно, только тактический номер».
Громадные белые цифры «100» сложно было не заметить.
«Мобильный док с пушками, — согласился штурман. — И мы явно идём на стыковку».
Горели посадочные огни; крейсер вывели точно на ось люка; плавный поворот — и горизонтали двух кораблей совместились. Движки отключились; большой корабль медленно надвигался на малый.
«Очень интересно», — артиллерист выделил область на дальней, глухой стене дока.
Там красовался флаг. Три горизонтальные полосы: оранжевый, белый, синий.
«Использовался Республикой Соединённых провинций, — любезно подсказал ментор. — Отменён в тысяча семьсот девяносто пятом году».
«Очень смешно, — проворчал капитан. — Связи по-прежнему нет?»
«Нет», — печально сообщил штурман.
Крейсер прошёл люк, который стал медленно закрываться. Три ряда створок: герметизация высшего класса.
«Я бы сказал, корабль очень новый, — заметил артиллерист. — Посмотрите вот здесь, здесь и здесь...»
«Согласен, новый, — подтвердил главный инженер. — Господин капитан, мне начинать процедуру чистки системы?»
«Как только нас зафиксируют в стыковочных захватах», — велел командор.
Ждать этого события оказалось не долго. Небольшой тормозящий импульс внешнего гравитационного поля, шебуршание доковых механизмов, и крейсер оказался прочно стоящим на палубе дока.
«Машинному отделению — начинайте. Мостик, возвращаемся в реал».
Носовые камеры исправно транслировали на экран пульта стену с оранжево-бело-синим флагом.
— И что всё это значит? — риторически поинтересовалась Азра у кнопок.
— Сейчас выясним, — пообещал капитан. — На вызовы они по-прежнему не отвечают?
— Нет, не отвечают, — уныло доложил штурман. — Хотя я уже перепробовал все диапазоны, перечисленные у нас в БД. Всех известных флотов.
— Условия за бортом?
— Ноль восемь же, двадцать градусов Цельсия, пол-атмосферы. Давление постепенно растёт. Температура слегка колеблется.
— Ну что ж, — капитан глубокомысленно кивнул. — Очевидно, раз с нами не хотят говорить по радио, кто-то должен сходить лично. И это будет... госпожа Азраэль, я полагаю.
— Я? — Азра развернула кресло к капитану и удивлённо уставилась в начальственное лицо. Как обычно, спокойное, уверенное и высокомерное.
— Будь у меня космическая пехота, я бы послал их, но пехоту на кораблях сократили под ноль. Даже без замены на гражданских. Ну а в гильдии убийц, я думаю, вам дали необходимые навыки. Ваша подготовка должна быть лучше, чем у любого другого гражданского на борту.
В принципе, верные рассуждения... За исключением того небольшого факта, что от убийцы до космопеха очень большая дистанция.
— Да, сэр. Мне идти одной?
— М-м, нет, пожалуй, напарник вам не помешает.
Сванти дёрнулся. Азра покосилась на его лицо. Странная смесь страха и желания.
— Нет-нет, — капитан отрицательно покачал головой. — От старшего электронщика на борту чужого корабля толку будет мало... А вот штурман может пригодиться. Хотя бы чтобы не заблудиться в коридорах.
Сванти слегка покраснел — наверно, вспомнил свои блуждания по пути на собеседование, а вот лейтенант скривился.
— Естественно, — недовольным тоном сообщил он полу, — самые дурацкие задания достаются самому младшему в команде.
— Да, такова традиция, — спокойно подтвердил капитан. — Как там атмосферное давление?
— Уже норма, — доложил штурман. Извлёк из кобуры бластер, проверил уровень заряда, вернул на место. — Ну что, госпожа убийственный пилот, пошли?
— А как там дела с биологической и химической безопасностью? — поинтересовалась Азра.
— Ничего особенного, — пожал плечами лейтенант. — Надеюсь, конструируя своё тело, вы соблюли нормы, принятые для космических кораблей? Или нам на складе поискать скафандр?
— О, узнаю типично военный пофигизм, — вздохнула Азра.
Она нашарила давно запихнутую под пульт рапиру, заново навила на левую ногу хвост и пшикнула на себя очередную порцию любимых духов. Старпом демонстративно зажал нос. Азра не менее демонстративно показала ему язык, и отправилась к выходу — следом за гордо вышагивающим лейтенантом.

* * *


В доке стояла дымка. Вроде бы вполне прозрачная, но далёкий потолок терялся в белом мареве. Где-то тоскливо капала вода. Плюс на крае слышимости тянулся какой-то заунывный шум, похожий на отдалённое церковное пение, слишком тихое, чтобы разобрать отдельные слова. И, что самое странное, слабо пахло гнилыми водорослями.
— Да уж, весёлое местечко, — криво ухмыльнулся штурман.
— По-моему, нам туда, — Азра махнула рукой в сторону смутно виднеющегося проёма, размером примерно со шлюз. Как раз под флагом, с палубы дока казавшимся совсем громадным.
— По мне, так это направление ни чем не хуже любого другого... — штурман безразлично пожал плечами.
Несмотря на действующий на нервы звук капель, в доке было вполне сухо. И чисто. Смутное нечто и вправду оказалось люком шлюза. Над проёмом тускло светилась надпись «Uitgang».
«"Выход" в переводе с голландского», — любезно подсказал ментор.
— Похоже, наш шутник провернул серьёзную работу, одним только флагом не ограничился, — прокомментировал лейтенант. — Интересно, нас пропустят?
Азра ткнула в кнопку. Створки послушно ушли в стену. Тут тоже был двойной шлюз, три последовательных люка, но открылись они все разом.
— М-да, насчёт правил безопасности они не заморачиваются, — буркнула Азра. — А если случится внезапная разгерметизация дока?
— То они потеряют немножко своего любимого тумана, — проворчал штурман. — И тут станет слегка посветлее.
В коридоре дымка стояла ещё гуще. Плюс, когда за их спинами закрылся люк, оборвалась связь с кораблём, и, что гораздо неожиданнее, из подпотолочной белизны выплыли три призрачных, слабо светящихся черепа, принявшихся с тихим воем наматывать круги вокруг гостей корабля. За каждым черепом тянулся характерный голубоватый шлейф.
Штурман взмахнул рукой сквозь ближайший череп. В месте соприкосновения промелькнули характерные радужные блики.
— Голограммы, — презрительно хмыкнул лейтенант. — Я гляжу, здешние хозяева развлекаются по полной.
Азра молча потопала вперёд. Да, всего лишь голограммы... Но на нервы всё равно действуют. Что, кстати, печально, ибо настоящему убийце не пристало нервничать по столь малому поводу.
Коридор довольно быстро упёрся в распределительную площадку, куда выходило в том числе и три лифта. На табличке рядом с лифтами красовался список помещений. Кто-то позаботился жирно подчеркнуть маркером надпись «Brug, salon — 1».
«Мостик, кают-компания — первая палуба», — послушно перевёл ментор.
— Как заботливо, — усмехнулся штурман.
Над лифтами красовалась здоровенная «-5».
«Вероятно, минус пятая палуба трюма», — попытался помочь ментор.
«Ну не настолько же я тупая», — огрызнулась Азра, нажимая кнопку.
Лифт оказался тихим и быстрым. Черепа туда втискиваться не стали; зато на первой палубе гостей поджидали четыре местных, побольше размером и с зеленоватыми шлейфами.
— Наверно, те были трюмные, а это — лично капитанские? — предположил лейтенант.
Люк с надписью «Salon» гостеприимно распахнулся
В кают-компании они наконец встретились с кем-то человекообразным. На... вероятно, всё же капитане, судя по эполетам с золотой бахромой, были нечищеные сапоги из некогда чёрной кожи, брюки из тёмно-синего, местами перепачканного сукна, не менее синий камзол старомодного кроя с потускневшим золотым шитьём, и чем-то заляпанная треуголка. Вместо перчаток руки капитана увивал бинт — посеревший, а местами и почерневший. На кончиках пальцев между витков торчали стальные когти — относительно короткие, сантиметра три. Шею также скрывали витки бинта, а вместо лица имелась грубая белая маска с вырезами для рта и глаз и узкими щёлочками ноздрей. Во всех отверстиях клубилась бездонная тьма.
— Добро пожаловать, — глухо выговорило это чучело. Как ни странно, на норвежском.
— А почему не по-голландски? — нагло поинтересовалась Азра.
— Потому что у нас будут трудности во взаимопонимании и без языковых проблем, — невозмутимо парировал капитан. — Меня зовут Филипп Ван дер Деккен, я командир этого корабля, и у меня к вам два вопроса.
«Он представился именем капитана «Летучего Голландца»», — заметил ментор.
«Ну ещё бы он не представился, после всех этих флагов, черепов и надписей», — фыркнула Азра.
— Всего два? — удивилась она вслух.
— Какие именно? — уточнил штурман.
— Первый — представительнице прекрасного пола, — капитан слегка поклонился в сторону Азры. — Мне нужна жена; может, вы согласитесь ею стать?
У Азры отвисла челюсть. Ментор что-то там шептал насчёт легенды о «Летучем Голландце», но она велела ему заткнуть фонтан.
— Что, вот так сразу? — наконец сумела она выговорить вслух.
— Позвольте, я объясню. На мой корабль наложено проклятье. Мы мчимся и мчимся сквозь бурю; мы не можем зайти ни в один порт; и даже умершие члены экипажа не находят упокоения, — он указал на беспорядочно летающие по помещению черепа. — Но если какая-нибудь женщина согласится стать моей женой... — капитан подошёл ближе. Послышался тихий звук втягиваемого воздуха. — Ливи? — спросил он совсем другим, удивлённым голосом.
Азра тоже принюхалась. Запах оказался очень знакомым.
— Драгг? — её голос прозвучал не менее удивлённо. — Тебя что, повысили до капитана? И откуда у тебя такая здоровенная посудина?
— Так ты и в самом деле Ливи, — задумчиво пробормотал капитан, медленно обходя её кругом.
Стальные когти нежно прошлись по ничем не прикрытой пояснице. Потом по животу — здесь он действовал чуть грубее, оставив четыре параллельные царапины.
— Мне больно, между прочим, — заявила Азра, не меняя своей спокойной позы.
— Пф-ф, не вешай мне лапши на уши. Ты никогда не сделала бы себе столь низкий болевой порог.
— Ну хорошо, не больно, но неприятно. В конце концов, это новое тело, и мне не нравится, когда его портят.
— Ты всегда была недотрогой, — пробормотал капитан. — Кстати, это тело вполне в моём вкусе. Ты же знаешь, что мне нравятся плоские, в меру мускулистые животики? И грудь весьма подходящего объёма, а не эти дурацкие мешки с жиром.
— Ты прям сама любезность, Драгг, — фыркнула Азра. — И комплименты делаешь весьма характерные. Правда, я не знала, что ты не только садист, но ещё и педофил.
— Ливи, я же знаю, сколько тебе лет; всяким там «педо» в твоём случае даже и не пахнет. Комплименты делаю, какие умею... Да, я ведь ещё не похвалил твой костюм. Мне он тоже очень нравится. Раньше, помнится, ты таких не носила.
— О, так это первое, чему учат в Гильдии Убийц, — спокойно объяснила Азра. — Пока очередной придурок пялится на твои сиськи, всаживаешь ему стилет под рёбра. А если кто теряет берега и начинает лапать — тоже всаживаешь, в порядке самообороны.
— Странно, что у меня под рёбрами не оказалось какой-нибудь железки, — капитан ещё раз провёл когтями по её животу, рисуя царапинами этакую букву «Х».
— Ну с тобой это было бы немного некрасиво, — криво улыбнулась Азра. — После всего, что у нас было...
— Оно может и продолжиться, — заметил капитан. — Я повторяю своё предложение о свадьбе, и абсолютно серьёзно.
— А вот свой садизм, я смотрю, ты не отрицаешь... Нет, Драгг. Мы всё это уже обсуждали. Что было — то прошло.
— Как хочешь, — легко согласился капитан, отходя к столу. — Тогда переходим ко второму пункту, — он взял со столешницы небольшую стальную коробку. — Вы, сэр, — он поклонился штурману. — Как вы поняли, свадьба не состоится, проклятье с корабля не будет снято, и мы продолжим наш вечный полёт в центре бури. Не могли бы вы передать весточку адмиралу Гудмунсдоттир? Сами понимаете, встретиться с ней лично для меня довольно проблематично, — он протянул коробочку.
Штурман её машинально взял.
— Просто передать послание? То есть, вы нас отпускаете?
— Конечно, — кивнул капитан. — Я открою внешние створки дока и выведу крейсер в космос через полчаса после того, как вы двое вернётесь к себе на борт. И не советую отклоняться от кратчайшего маршрута — у нас тут везде камеры. Кстати, послание можете просмотреть — оно не зашифровано. Ничего секретного там нет.
— Думаю, это будет не трудно, — кивнул лейтенант.
— Рад, что не обременяю вас. Но помните, — капитан воздел указательный палец. Блеснул стальной коготь. — Если не передадите, на ваш корабль тоже может пасть проклятье.
— И мы примемся развешивать оранжево-бело-синие флаги, — пробормотал штурман вполголоса. — Это было бы весьма печально. Позвольте откланяться, капитан Драгг.
— Меня зовут Ван дер Деккен. До свидания, заходите ещё.
— Вот уж нет, — фыркнула Азра, первая направляясь к выходу.
«По легенде, люди с «Летучего Голландца» просят передать сообщения для мертвецов», — напомнил ментор.
«Угу, угу».
— Кто такой этот Драгг? — поинтересовался штурман в лифте.
— Для начала, нет никакой уверенности, что это был и в самом деле Драгг, — заметила Азра. — У нас была принята идентификация по запаху, но духи можно подделать. Хотя, надо признать, он и повадками похож. Драгг был артиллеристом на корабле, где я была пилотом. Мы... ну, скажем так, когда-то мы очень хорошо друг друга знали.
— Хм, «знали», значит, — ухмыльнулся штурман. — Несмотря на его садизм?
— У меня был гормональный всплеск, — ледяным тоном пояснила Азра. — А потом он кончился. И всё кончилось.
— Интересно, откуда может взяться всплеск гормонов в теле военно-космического образца?
— Ну не прикидывайтесь же ребёнком, господин лейтенант! Есть специальные таблетки...
— Я знаю. Поэтому и спрашиваю. Пили-то вы эти таблетки в трезвом виде. Значит, выбрали Драгга вполне осознанно...
Азра аж споткнулась от неожиданности. Вгляделась в лицо штурмана — и обнаружила вполне искренний интерес.
— Похоже, вы и в самом деле молоды, — вздохнула она. — Попробую объяснить. Когда капитан наёмного эсминца говорит, что его команда словно одна семья, то он, конечно, преувеличивает. На самом деле его семья — экипаж мостика, а остальная команда — нечто вроде дальних родственников. Но что касается трёх смен мостика — тут всё серьёзно, господин штурман. Семья есть семья. Либо кушаешь таблетку, либо увольняешься. Так-то.
— Э-э... Вот, значит, как.
— Я в итоге и уволилась-то именно по этой причине. У Стронхейма, капитана, случился какой-то конфликт с Драггом. Какой именно, не знал даже старпом, но что-то серьёзное. В итоге уволились оба. Или были уволены. Адмирал заполнил вакансии новыми людьми... С которыми мы не ужились. Весь старый персонал мостика уволился в течении месяца. Думаю, адмирал специально назначил такого капитана. Решил сменить экипаж флагмана.
— Мне очень жаль, — совершенно серьёзно произнёс штурман. — Простите, что затронул болезненную для вас тему.
— Ничего страшного. Что было, то прошло, — Азре почти удалось выдержать ровный тон.
Но до самого крейсера они шли молча.

* * *


— Госпожа адмирал, — на экране красовалась грубая белая маска с тьмой в прорезях. — Я понимаю, что кораблей у вас не так много, но вы всё же адмирал, а значит, в голове у вас должны быть мозги, а не опилки. И поэтому вы должны бы понимать, насколько глупо размещать все наличные силы вокруг точки, словно бы враги могут появиться только из неё. Возможно, вы полагаете, что у частных военных компаний нет ничего крупнее эсминца, и поэтому они не могут преодолеть высокие потенциалы вдали от вас? Так это тоже ошибка, и весьма опасная. Надеюсь, моё послание застанет вас в добром здравии, и всё такое, — маска наметила лёгкий поклон.
Запись кончилась.
— Очень интересно, — сухо заметил Флексен. — Надеюсь, адмирал не решит, что это — шутка, состряпанная кем-нибудь из нас.
— Так вы всё же передадите послание? — нервно уточнил штурман.
— О да.
— Ну, это ваше решение... — штурман помялся. — А записи моего ментора вы уже посмотрели?
— Да. Какие-то проблемы, лейтенант?
— Дело в том, что я не контрразведчик... Но больно уж подозрительны эти связи нашего мастер-пилота и их капитана... Особенно учитывая взлом наших систем...
— Как будто я знаю адмиральские пароли! — фыркнула Азра.
— Но проблема всё рано есть, — отметил командор. — Госпожа Азраэль, — он чуть помедлил. — Сейчас вас некем заменить, и потому вы продолжаете исполнять обязанности мастер-пилота. Но как только мы доберёмся до ближайшего живого адмирала... Он, или скорее она. будет обязана, по действующим правилам, отстранить вас и передать флотской контрразведке для расследования. Я уверен, что вы ни в чём не виноваты, и вас очистят от всех подозрений. Но я вынужден официально вас предупредить, что возникновение этих подозрений неизбежно. Увы.
— Я понимаю, — кивнула Азра. — А сейчас мы на всех парах летим к Гудмунсдоттир?
— Да, как только этот ваш голландец нас наконец отпустит. Машинное отделение доложило мне, что контроль над двигателями восстановлен.
— Если там ещё есть, к кому лететь, — вставил артиллерист. — Если все три дока такого размера, как этот, то эта посудина может нести девять эсминцев. И, учитывая её размеры, а также это послание, они вполне могли выйти из гиперпространства в неожиданном месте, зайдя, так сказать, адмиралу в тыл. С фатальными последствиями.
— Я опасаюсь того же, — согласился капитан. — Вот почему нам надо теперь спешить ещё больше.

* * *


Обещанные полчаса подходили к концу. Вся команда заняла места по боевому расписанию, мостик в полном составе погрузился в виртуальность. «Голландец» уже откачал воздух из дока, и теперь все напряжённо следили за створками наружного шлюза.
Наконец штурман доложил:
«Они начали раскрываться».
Одновременно Азра ощутила, как корабль приподнялся над доковой палубой безо всякого её участия, а главный инженер разразился потоком непечатных ругательств.
«Я так понимаю, снова потерян контроль двигателей? — саркастически заметил капитан, перекрывая льющийся в эфир словесный мусор. — Но вы же заверили меня, что всё восстановили?»
«Я и восстановил! И запретил приём любых внешних команд! А теперь всё псу под хвост!»
«А внешние антенны вы физически отсоединили от нашей сети?»
«А что, надо было?»
Повисло тяжёлое молчание. Крейсер медленно продвигался к выходу из дока.
«Мне сходить в машинное отделение?» — поинтересовалась Азра.
«К сожалению, скоро нам понадобятся все инженерные кадры, которые только есть в наличии, — вздохнул капитан. — Так что нет».
«Господин командор, — артиллерист выбрал очень официальный тон, пытаясь, по-видимому, подчеркнуть значимость вопроса. — Планируем ли мы предпринимать какие-либо враждебные действия по отношению к «Голландцу»?»
«При нашем соотношении сил? — фыркнул старпом. — Тогда уж проще замкнуть сейчас по-быстрому движки — это просто, главное знать, куда сунуть лом, и тогда взрыв нашего корабля нанесёт гораздо больше урона, чем любая ракета».
«Ничего такого мы не планируем, — отрезал капитан. — Для начала, конкретно нам он не нанёс существенного вреда. Хотя имел полную возможность распылить на атомы. Мы даже не знаем, сделал ли он на самом деле что-то с отрядом адмирала Гудмунсдоттир. А если слово «честь» для вас звучит несколько абстрактно, то прикиньте, где вне корабля хранится наш последний бекап, и что все решат, если мы тут сейчас подохнем в полном составе. И что я решу. И что сделаю с людьми, которые угробили мой корабль из-за банального шторма. И что потом сделает со мной начальство за это же самое».
Повисло ещё одно молчание.
Азра про себя решила, что капитанская позиция довольно труслива, но понять его можно. Протестовать против решения она в любом случае не собиралась. Ведь свидетелей гибели корабля не будет — вряд ли Драгг побежит докладывать в страховую, верно? Значит, их сочтут пропавшими без вести, и не будут возрождать целых пять лет, прока не пройдёт нормативный срок эксплуатации тел военного образца. Чтобы случайно не наделать дублей, строго запрещённых законом.
«Вас понял, сэр», — наконец откликнулся артиллерист.
«Интересно, зачем он вообще нас в плен брал?» — спросил штурман, не адресуясь никому конкретно.
«Очевидно, чтобы продемонстрировать свои возможности, — ответил Флексен. — И ему реально есть чем гордиться. Мне пока ещё не ясно, хотел ли он нас запугать? Или предупредить? Мы это поймём, когда доберёмся до точки и увидим, что там творится».
Крейсер так же ювелирно, как и при пленении, провели через ядро бури, а затем... отпустили. Азра ждала этого момента, но всё равно в первую секунду растерялась и едва не угробила корабль. Потом, конечно, подхватила управление, но несколько лишних индикаторов повреждений таки загорелось...
«Эти, с «Голландца», могли бы и предупредить, — проворчал старпом. — И, похоже, они если и не создали бурю, то как минимум ею управляют. Ни за что не поверю, что можно пилотировать так аккуратно через природный шторм. Да ещё и на дистанционном управлении, с неизбежной задержкой сигналов!»
«Скорее всего, — согласился командор. — Жаль, мы не знаем, где этот корабль построен».
«И как такая громадина, полная технических новинок, попала к наёмникам», — подхватил штурман.
«Это работа для разведки, — констатировал Флексен. — Не забивайте себе голову».
Крейсер наконец выбрался из бури. Взмыленный главный инженер координировал срочные ремонтные работы, а Азра безжалостно, несмотря на его протесты, гнала и гнала корабль к точке.
«Я думаю, — предложил артиллерист, — нам следует выйти чуть в стороне. Чтобы не сразу оказаться под прицелом, если там какая-нибудь заварушка».
«Не получится, — злорадно сообщил инженер. — Больше двух километров от точки наши генераторы сейчас не выдержат. Или притормозите и дайте мне время на нормальный ремонт».
«Лишнего времени у нас нет, — с чрезмерно спокойной твёрдостью объявил капитан. — Выходим, где получится».
«Полчаса до выхода», — предупредила Азра.
Они, конечно, и так это видели — индикатор исправно отсчитывал время, но порядок есть порядок...
«Очень хорошо», — подтвердил Флексен.
Оставшийся путь до точки не представлял ничего особенного в плане пилотирования. Зато на борту царила суета и ругань: техники пытались хоть что-то починить; орудийная обслуга в последний раз проверяла ракеты и лазеры; вторая и третья смены мостика подгрузили модель окрестностей «точки», прикидывая возможную тактику боя...

* * *


«Штегг» перешёл в нормальное пространство где-то в километре от геометрического центра «точки». Во все стороны простиралось астероидное поле, довольно плотное по космическим меркам. Из рукотворных объектов радар в первую очередь засёк относительно небольшой шарик заводоуправления, и гораздо более крупный параллелепипед склада. Пустынная система осваивалась только ради ценных минералов; порядка полутора сотен человек гражданского персонала на станции при помощи трёх десятков автоматизированных комбайнов извлекали из астероидов астрономические прибыли для «Нунёшк Фелль». Теоретически, их должна была охранять оперативная группа из двух крейсеров и трёх эсминцев контр-адмирала Гудмундсдоттир, только вот вместо кораблей обнаружились лишь обломки... Да и на самой станции красовались характерные подпалины на месте турелей самообороны. Спустя несколько секунд компьютер опознал девять вражеских эсминцев, идущих ровным строем.
«Всё-таки опоздали», — разочарованно прошептал старпом.
«Нас вызывают», — доложил штурман.
«Двое из них серьёзно повреждены, — торопливо заметил артиллерист, — и ещё один — слегка. Но их всё равно слишком много».
«Я и сам вижу, что много, — с иронией заметил капитан. — Давайте для начала поговорим, раз уж вызывают».
Вызывали по всей форме, с видео, причём хорошего качества. В кадре расслабленно расположился смуглолицый красавчик, в щегольском, тщательно отглаженном мундире коммандера. Покрой мундира отдалённо напоминал терранский, но никаких знаков госпринадлежности не просматривалось. Следовательно, очередной наёмник.
«Я — штабной связист флота, — лениво сообщил коммандер на ужасающем пиджин-инглише. — Адмирал уполномочил меня передать ультиматум».
«А могу я поговорить непосредственно с вашим адмиралом?» — поинтересовался Флексен по-норвежски.
«Адмирал не видит в этом смысла, — отмахнулся наёмник. — К тому же он не понимает этого вашего уродского языка. Итак, вот наше предложение: вы не пытаетесь стрелять; вы медленно подлетаете к станции и забираете своих людей; вы покидаете систему не более чем через четыре часа. Если вы не согласны; если вы предпринимаете любую агрессию; если нам покажется, что вы затеяли какую-то игру — мы уничтожаем вас без предупреждения. Вы меня поняли?»
«Как гуманно», — хмыкнул капитан.
«Мы тут ради обогащения, а не убийств, — презрительно процедил наёмник. — Так вы меня поняли?»
«Да, коммандер, я вас понял».
«Конец связи».
«А это — тоже ваш старый знакомец, госпожа Азраэль?» — с подозрением осведомился старпом.
«Нет, — отрезала Азра. — Не знаю никого похожего. Я служила в «Наёмниках адмирала Ганнара». Туда брали только граждан Ниенорге».
«Этот прилизанный может быть актёром или даже компьютерной анимацией».
«Обратите внимание, что у них нет ни одного корабля нашей постройки», — указала Азра.
«Тот «Голландец» тоже не похож на наш, а его капитана вы знаете...»
«Отставить разборки, — прорычал Флексен. — Теперь я хочу поговорить со станцией».
«Минутку... — пробормотал штурман. — Вот, есть».
Картинка со станции была похуже — явно использовалось более дешёвое оборудование, но лицо усталого мужчины в дорогом, но мятом пиджаке различить вполне удавалось. Лицо выглядело тоже недёшево — правильные тонкие черты явно конструировал кто-то из статусных моделлеров.
«Директор Шнеер на связи».
«Командор Флексен, — представился капитан. — Нам позволено пристыковаться и забрать людей со станции».
«Им «позволено», — передразнил директор. — Ну, стыкуйтесь, коли позволено. Нас тут осталось сто пять человек, из них сорок три ранено. Плюс резервные копии всех погибших — наших и флотских».
«Похоже, вы не особо-то рады нас видеть, господин директор?»
«А что, мне полагается на голове стоять? От счастья? Если вы не в курсе, господин капитан, «Нунёшк Фелль» платит очень немаленькие налоги. Предполагается, в обмен на защиту, предоставляемую королевским флотом. И где она, эта защита? Вы знаете, сколько холдинг вложил в освоение этой системы? Знаете, сколько стоит каждый из автоматических комбайнов? Которые эти, на эсминцах, уже слямзили?»
«Догадываюсь».
«Ну так и не ждите от меня радости».
Директор оборвал связь.
«Да, дома будет большой скандал, — присвистнул старпом. — А эти пираты неплохо наживутся».
«Стыкуемся, — велел капитан. — И избавьте меня от бессмысленных комментариев».
«Есть, сэр».

Гражданских разместили в помещениях, изначально предназначенных для космопехов. Раненым по инструкции полагалось бы собрать новые тела, но командор приказал не расходовать энергию попусту, так что им выдали по дополнительной порции обезболивающего и велели ждать прибытия не рембазу. Директор самолично заявился на мостик — протестовать, но бестолку. На борту все были злы от собственного бессилия, так что капитан отвёл душу на директоре, а потом велел возвращаться в гипер как можно быстрее.
«Если бы не необходимость отвезти бекапы, — проворчал старпом, — я бы предпочёл самоубийственную атаку, а не это вот покорное уползание».
«Я тоже, господин Юхансон, — совершенно серьёзно согласился капитан. — Я тоже. Но мы офицеры флота и должны выполнять свой долг, даже такой дерьмовый. По крайней мере, надеюсь, вы поняли, почему адмирал Констакизис рассредоточил корабли по пикетам?»
«Э-э... Признаться, нет, не понял».
«Представим, что по системам дежурят только лёгкие силы, а крейсера собраны на рембазе. И вот, налетают эти ребятки на своих эсминцах, лёгкие силы уничтожают, угоняют дорогущие комбайны и быстро смываются, не дожидаясь прибытия наших крейсеров. Бизнес несёт убытки, а флот только разводит руками, типа «ну не шмогли»».
«Так ведь и так не смогли, — возразил старпом. — Плюс мы стоим перед реальной перспективой остаться вовсе без флота, который вот таким вот макаром уничтожат по частям».
«Да. Адмирал мне так и сказал, что и лишнего пфеннинга не потратит на корабли, которые всё равно будут уничтожены. Представляете, как в кавычках «приятно» такое выслушивать».
«Но теперь ему придётся пошевелиться и что-то придумать».
«О да, — согласился Флексен. — И, если уж на то пошло, а не участвует ли адмирал каким-то боком во всём этом? Откуда у того псевдоголландца адмиральские пароли?»
«Могу предложить вашему внимаю несколько «бессмысленных комментариев» на эту тему», — ехидно заметил старпом.
«Ох, могу себе вообразить, господин Юхансон. Но — только после перехода в гипер».
«Уже почти...»
«Уже совсем», — поправила Азра.
«Переходим», — буркнул капитан.
Звёзды сменились серой ячеистой мутью. К счастью, совершенно спокойной.

Перелёт к рембазе Азра не запомнила. Она отрубилась прямо в кресле, едва передав вахту второй смене.

* * *


Командующий рембазой адмирал вовсе не обрадовался возвращению «Штегга». Со всех членов экипажа потребовали рапорты, Азру, как и предсказывалось, мигом отстранили и перевели на станцию под домашний арест (и ещё спасибо, что не запихали на гауптвахту). Особисты развели бурную деятельность, допрашивая и вынюхивая. Сняли записи абсолютно со всех менторов, и логи с каждого из корабельных компьютеров. Азра проторчала в каюте дней пять, а потом два бдительных типа в мышиного цвета мундирах сопроводили её до кабинета какой-то важной шишки.
— Берген, оберст-лейтенант, контрразведка, — представилась шишка.
Особист оказался улыбчивый, низенький, пухленький и блондинистый, этакий добрый, слегка рассеянный дядюшка.
— А вы, — продолжил оберст-лейтенант, — Азраэль, подмастерье в гильдии убийц; и вы же Ливи, бывший лейтенант-коммандер в наёмном флоте Ганнара, мастер-пилот флагманского эсминца. Верно?
— Угу, — Азра гадала, что ещё успел вынюхать этот «дядюшка».
— О, очень многое, — «успокоил» её особист.
— Вы что, мысли читаете?
— Нет, но лицо у вас довольно выразительное. Вас проверяли ещё перед назначением на «Штегг». Вас ещё раз перепроверили на этой неделе... Скажу откровенно, нет никаких доказательств, что вы вступали в сношения с противником или ещё как-то вредили флоту.
— Значит, я могу вернуться на крейсер?
— Мне жаль, но нет. Вы состояли в связи с этим... э-э... Драггом. Да, я знаю, это было раньше, а теперь уже нет — по вашим словам. Увы, но это прочная почва для подозрений.
— Хм, мне казалось, что командор Флексен хотел моего полного оправдания...
Конечно, она немного рисковала, намекая так прозрачно. Но, припоминая некоторые капитанские высказывания, она почти невольно пришла к выводу, что Флексен должен иметь заметное влияние на особистов. Иначе его давно бы уже взяли за задницу — да хотя бы за саботаж подготовки пилотов...
— Да, но командор, увы, не всесилен. У контрразведки нет претензий к вам. Но они есть у контр-адмирала Гудмундсдоттир.
— Вот, значит, как.
Азра почувствовала себя несправедливо обиженной. Она же, в конце концов, не сделала ничего плохого! Честно исполняла свои обязанности. Хотя, если с другой стороны, не так уж она и рвалась в пилоты...
— Да, вы не сделали ничего плохого, — подтвердил особист. — Не думаю, что адмирал имеет что-то против вас лично. Ей просто нужен был предлог, чтобы передать «Штегг» своему флагманскому капитану и его команде — ведь без мастера-пилота и убийцы кораблям выходить на дежурство запрещается...
— А разве капитана корабля можно заменить без санкции главнокомандующего?
— Такого рода подробности меня не касаются, — с непроницаемым видом пояснил оберст-лейтенант.
— Так я и поверила, что контрразведка не пожелала сунуть свой длинный нос во все подробности!
— И тем не менее... Вам достаточно знать, что адмирал Гудмундсдоттир выпустила официальный приказ о недоверии. Ваш контракт с флотом разрывается по инициативе Короны. Поскольку доказательств нет, вы и ваша гильдия получат все предписанные законом неустойки. Вы имеете право оспорить это распоряжение; апеллировать следует к адмиралу Констакизису, либо к самому королю.
— Ага, так меня к ним и пустят. Чтобы командующий флотом снизошёл до простого пилота, да ещё и гражданского...
— Это уже ваше дело. Моя обязанность — уведомить вас, что возможность имеется. Ну а пока что я возвращаюсь на Ниенорге, а вы летите на том же корабле. Курьер отправляется через два часа. Если у вас появятся новые соображения по этому делу, позвоните мне. Вашему ментору переданы все необходимые контакты.
— Да, сэр, — вздохнула Азра.

* * *


— Как неудачно, — Хопер осуждающе покачал головой. — Я надеялся, что ты там немного развеешься, а этот придурок Драгг всем подгадил. Опять. Ну разве он не сволочь, а?
— Это всего лишь случайность, — буркнула Азра.
— Может быть, — осторожно согласился мастер-куратор. — Даже и не знаю, что мне теперь с тобой делать... — он прислушался к своему ментору, затем вздохнул. — Гурманы снова заплатили за смерть Сигрун. Справишься?
— Что, теперь будешь назначать мне её до победного?
— Я даю тебе шанс пересдать проваленный экзамен, — пояснил Хопер. — А ты что хочешь?
— Хм... Конкретно сейчас я хочу... Ты не знаешь, где сейчас капитан Стронхейм? Хочу его разыскать. Может, он что-нибудь знает о Драгге.
— Нет, я не в курсе. Знаю только, что он уволился — или был уволен. А потом его больше никто не видел.
— Это я и сама знаю.
— Ничем другим помочь не могу. Так ты займёшься Сигрун? Контракт типовой, как на любую уши-они.
— А король не будет на меня зол? Говорят, она его любимица.
— Когда Его Величество хочет оградить от нас своих любимцев, его канцелярия присылает уведомления, — отчеканил Хопер. — Уведомление не прислано, значит, контракт должен быть исполнен. Это железное правило, Ливи... То есть Азраэль. Ты займёшься Сигрун?
— Займусь, конечно займусь. Куда же я денусь...
Азра медленно побрела по холлу гильдии. Мысли крутились вокруг возможных способов найти Стронхейма. Почему-то ей казалось очень важным переговорить именно с ним, и именно сейчас. В конце-концов, статус «главы семьи», пусть даже и такой эрзац, как на флоте наёмников, накладывает не только права, но и обязанности. Ментор ненавязчиво напомнил, что у него есть контакт с Бергеном, оберст-лейтенантом, который собирал информацию о её окружении. Азра задумчиво хмыкнула и направилась к ближайшей кабинке защищённой связи.

— Это конфиденциальные сведения, — вежливо напомнил Берген.
— Знаю, — кивнула Азра. — Но мне подумалось — а вдруг вы захотите ими поделиться?
— Чего ради?
— Чтобы посмотреть, что из этого выйдет. Разве вам не нужна дополнительная информация по делу?
— Интересная постановка вопроса, — особист задумчиво побарабанил пальцами по столу. — Оставайтесь на линии. Мне нужно проконсультироваться кое с кем.
На экране появилась заставка с эмблемой службы контрразведки. Азра приготовилась к долгому ожиданию, но спустя всего секунд двадцать вместо заставки появилась длинная цепочка цифр и букв — уникальный идентификационный номер гражданина, а ещё через несколько секунд связь оборвалась. Впрочем, ментору хватило и этого. Он принялся рыться в общедоступном списке граждан — конечно, там были далеко не все, но какой смысл прибегать к особым методам, не испробовав для начала легальные? Как ни странно, поиск завершился успехом. Когда ментор нашептал имя, Азра присвистнула... и отправилась в центр биомодификации. Готовиться к убийству уши-они.

* * *


Цвет кожи — стандартизированный «смуглый-тёмный»; цвет волос — на три тона темнее кожи... Список быстро заполнялся отметками. Платье с открытой спиной, длинные перчатки и даже туфли со встроенными в каблук лезвиями. Несмотря на клокочущее нетерпение, Азра подошла к проверке ответственно — получить от ворот поворот из-за какой-нибудь мелочи ей не хотелось даже больше, чем в прошлый раз.

Красочный восход солнца над Лексвиком, дом в глубине сада, вычищенная до блеска процедурная.
Уши-они снова любовалась рассветом. Услышав гостью, обернулась, принюхалась, и широко улыбнулась:
— Не думаешь же ты, что тот же фокус сработает ещё раз... Ливи?
— На этот раз я пришла поговорить, — тихо пояснила Азра. — С вами... Капитан Стронхейм.
На лице арахниды улыбка сменилась на задумчивую гримасу.
— Как ты узнала?
— Особист подсказал.
— А, так ты уже стала одной из людей Флексена? Быстро он это обстряпал.
— Не понимаю, — прямо призналась Азра.
Сигрун (Азра не могла заставить себя воспринимать это вот многоногое-мохнатое-похотливое как капитана) подошла ближе.
— Присаживайся, — она указала на паучью половину тела. — Прогуляемся до одного кафе тут неподалёку. На рассвете там обычно пусто.
— И они открыты в это время, когда нет клиентов?
— Автоматическое и круглосуточное, — пояснила Сигрун. — Садись же.
Азра с сомнением забралась на паучью спину. Сидеть там оказалось неожиданно удобно.
— Какой шелковистый мех, — Азра с удовольствием гладила и не могла остановиться.
— Ну ещё бы, — фыркнула паучиха. — Я же работаю в сфере услуг.
— Как... политкорректно.
— Да ты и сама работаешь в этой сфере. Только в другом сегменте.
— Угу.
— И до сих пор ходишь в подмастерьях...
— Ещё раз угу...
Путь до кафешки оказался коротким. Там и в самом деле было пусто. Сигрун заказала себе питательную жидкость для уши-они — твёрдую пищу пауки усваивать не в состоянии. Азра с сожалением перебралась с меховой спины на довольно жёсткий стул, и взяла себе минералки.
— Ну, так о чём ты хотела спросить? — поинтересовалась Сигрун.
— О наших. Особенно — про вас. Вы так внезапно исчезли тогда... Мы почувствовали себя брошенными. Ну, по крайней мере я точно почувствовала.
— О, просто Драгг тогда как раз стал координатором «грязных» операций, и мне нужно было срочно ввести его в курс дела. Плюс тогда же Конгстакизиса наконец сочли годным для перехода от маски Ганнара к роли главнокомандующего, мои обязанности надсмотрщика стали не нужными, а у короля было хорошее настроение, и он согласился остаток наказания заменить вот на это, — Сигрун повертела мохнато-когтистой лапой. — Тоже не сахар, конечно, но хоть на планете, а не у чёрта на куличиках...
Пришибленная потоком информации Азра потрясла головой и упрямо вернулась к исходной теме:
— Всё и сразу, ага. Конечно же, выкроить полчаса и сообщить новости экипажу вы никак не могли.
Сигрун скроила обиженную гримасу.
— Разве тебе не говорили, что тыкать собеседника носом в его собственное говно — невежливо?
— А бросать подчинённых — вежливо?
— В зависимости от ситуации, — без тени сомнения ответила Сигрун.
— Чушь про Констакизиса я пропускаю мимо ушей...
— Это не чушь.
— О, как угодно. Меня больше интересует Драгг. Что ещё за «грязные» операции?
— То, что должно быть сделано, но не может быть доверено даже флоту Ганнара. Который, между прочим, реально принадлежит королю, в отличие от якобы «королевского» флота, превращённого олигархами в охранника для их заводиков.
— Тогда, вероятно, это и в самом деле был он... — пробормотала Азра себе под нос.
— А твой Флексен, похоже, — продолжила паучиха, — настроился захапать флот себе. В комплекте с особистами это пахнет военным переворотом.
— Понятия не имею, на что там настроился Флексен, только вот...
Сигрун остановила её движением когтистой лапы.
— Ты ведь ко мне не только поболтать зашла, но и по делу? Я знаю, что гурманы сделали заказ, — она запустила руку куда-то под передник, и выудила небольшой белый пузырёк без этикетки, зато с дозирующей капельницей.
— Да плевала я на этих гурманов, и на гильдию с её правилами и контрактами...
— А вот это очень зря, Ливи. Гильдия гарантирует тебе как минимум халявное жильё и халявную страховку, а в наши времена это немало.
— Но я не хочу вас убивать!
— А твоего желания никто не спрашивает, госпожа лейтенант-коммандер. Только на этот раз никаких удушений. Простая, безболезненная смерть... — Сигрун вручила Азре пузырёк.
Флакон оказался тёплым, влажным и липким. Азра предпочла не задумываться, где именно он хранился.
— Вот, — паучиха придвинула свой стакан к центру стола. — Накапай не меньше пяти капель.
Азра нехотя подчинилась.
— Я ведь смогу зайти потом? Если у меня будут ещё вопросы?
— Моя оферта выставлена не только для убийц, — с ехидной улыбкой указала Сигрун. — Точнее, совсем не для убийц. Так что приходи на обед.
Она выпила стакан залпом. И тихо отключилась.
«Автоматика кафе вызвала полицию», — предупредил ментор.
«Уж конечно».
Азра медленно, по глотку, принялась допивать свою минералку.

Патруль явился быстро, как обычно. Стандартные вопросы, не менее стандартные ответы. Наконец труп увезли, и Азра осталась одна в пустом кафе. Заказала себе ещё минералки. Подсохший флакончик с ядом сиротливо стоял на столе. Отрубленную голову она оставила валяться на земле. За что, конечно же, пришлось заплатить штраф.
Мысли крутились вокруг устроенного Сигрун информационного водопада. Насколько этому всему можно верить? Например, про внезапный отъезд если и не сплошная ложь, то как минимум полуправда. И эта история с Констакизисом под маской Ганнара... Ментор подсказал, что по срокам всё сходится — главнокомандующий вступил в должность через несколько дней после исчезновения капитана Стронхейма. Но всё равно как-то не верилось.
И ещё этот флакончик. Гильдия убийц настойчиво учила своих подмастерьев использовать нестандартным образом любой внешне невинный предмет. Например, если пузырёк непрозрачный, Азра уже чисто на автомате предполагала, что внутри налито совсем не то, что написано на этикетке. Тут, правда, никакой этикетки вовсе не было... Крышка открутилась легко. В прозрачном яде обнаружилась узкая пластиковая полоска. Достав и развернув её при помощи двух зубочисток, Азра обнаружила длинный ряд букв и цифр.
— Не трудись искать, — послышался голос из-за спины. — Я сам пришёл.
Азра медленно встала из-за стола. Ничем не примечательный молодой человек, если не считать коротких, сантиметра три, стальных когтей на пальцах. Идишник совпадал. И запах.
— Драгг? Ты что, за углом поджидал?
— Вообще-то да. И уже начал терять терпение. Надо заметить, это твоё тело мне нравится меньше, но платье очень даже ничего. И спина красивая, — он подошёл ближе, и, глядя в глаза, запустил руку ей за спину. Холодные когти прошлись волной, надрезая кожу. Потом повторил то же самое на животе, вспарывая в основном ткань, и лишь слегка — плоть.
— Ты неисправим.
— Ну неправда. Если бы я подчинялся свои желаниям, то не ограничился бы жалкими царапинами.
— Офигеть какое достижение. Как ты тут вообще оказался? Разве ты не должен быть там, со своими наёмниками?
— Некоторые вещи нельзя передоверить никому. Вот и приходится... мотаться туда-сюда.
— Небось, привёз королевскую долю от денег, вырученных за комбайны?
— Сигрун тебе и это растрепала? Вечно у неё словесное недержание... Но это всё фигня. Гораздо важнее, что мы снова встретились. Хочешь за меня замуж?
— Ты теперь это будешь при каждой встрече предлагать? — удивилась Азра.
— Конечно. Всё равно ты откажешься.
— А если не откажусь?
— Могу откусить тебе ушко, — любезно предложил Драгг. — Или даже оба.
— Ты прав, откажусь, — вздохнула Азра. — Но зачем тогда ты пришёл?
— Как обычно, два вопроса, — он хищно улыбнулся.
— Первый мы уже решили.
— Да. Теперь второй. Можно ли тебе доверять? Не абсолютно, конечно, при определённых условиях любой предаст... Но в практическом смысле? По сравнению, например, с той же Гудмундсдоттир?
— Что ты там бормочешь?..
— Принимаю решение, — пояснил Драгг. — Точнее, уже принял. Тебе можно доверять.
— Рада, что хоть кому-то это понятно...
— Очень хорошо. — Он вскинул руку и повысил голос: — Пакуйте её. Но без лишней грубости.
Азра слишком поздно сообразила, что носитель королевских денег не ходит по улице без охраны. Она даже пожалела Драгга — то ещё удовольствие терпеть постоянный надзор... Впрочем, вслух она ничего сказать не успела, потому что королевские охранники пользуются совершенно уникальными привилегиями. Например, сильно повышенной физической силой, и сверхбыстрой реакцией. К Азре подскочили две смазанные тени; крепко, но аккуратно подхватили под руки; потом в шею воткнулась тонкая игла, и сознание отключилось.

* * *


Очнулась она лёжа в каком-то узком ящике. Темно и тесно; тускло светились несколько маленьких вентиляционных отверстий. Под босыми ногами шуршало пластиком нечто круглое и холодное. Крышка изнутри не открывалась. Подключиться к сети у ментора не получалось... Азра как раз раздумывала о целесообразности крика о помощи, когда свет снаружи зажёгся ярче, и послышались размеренные шаги.
— Ну-с, посмотрим, — донёсся приглушённый голос, — что у нас тут в коробочке...
Щелчки замков, крышка открылась с тихим скрипом. Азра заморгала, пытаясь сфокусировать расплывающийся от резкого перехода из тьмы к свету взгляд.
— О, вы уже очнулись, госпожа Азраэль, — констатировал голос. — Очень хорошо.
Азра наконец проморгалась. Над ней склонялся командор Флексен. В руке он держал открытку с красными и жёлтыми тюльпанами.
— А вы и в самом деле готовите переворот? — глупый вопрос, конечно, но она не смогла удержаться.
— Старая байка, — отмахнулся Флексен. — Про меня их в сети целая куча бродит, самых разных; неужели вы ещё не заметили? Более того, у меня прекрасные отношения с королём, посмотрите сами, — он помог Азре сесть, и вручил открытку.
Типографский заголовок гласил «Опросный лист». Под заголовком красовался азрин идишник, тоже отпечатанный. А дальше начинался... рукописный текст. Самый настоящий, свеженький, а не какой-нибудь там скан исторического документа. Почерк каждой строки отличался, сами строки шли вкривь и вкось, а неумело, но старательно выведенные буковки пришлось опознавать чуть ли не методом тыка...

В самом низу красовалась синяя печать королевской канцелярии.
— Это вообще что?
— Ну как же, — Флексен изобразил лёгкое удивление. — Я же обещал вам полное оправдание. Поскольку адмирал заупрямилась, пришлось подавать официальное прошение на имя короля. И вот результат.
Азра сравнила царапины на картоне и на своём животе. Конечно, никакое это не доказательство...
— Но он же псих, — произнесла она обескураженно.
— Ну а что поделаешь, — развёл руками Флексен. — Уж какой есть.
— Предпочитаю думать, что это всего лишь ваша шутка, — Азра попыталась вернуть открытку командору.
Тот только отмахнулся.
— Оставьте себе. Будет сувениром на память об этом небольшом приключении. Указ о королевском доверии, должным образом оформленный, уже размещён в сети, как и положено. Ни один адмирал не подкопается.
— Значит, всё же шутка, — резюмировала Азра, осматривая помещение. Утилитарная комната без окон. — Мы вообще где? И к сети подключиться я не могу...
— В моей резиденции. На Ниенорге. Тут не допускаются неподконтрольные каналы связи. В целях безопасности... и сохранения целостности маски, конечно же.
— Значит, вы и в самом деле больше не командир «Штегга»?
— Конечно. Я всегда выполняю распоряжения начальства.
— Как... благородно.
— Вы хотели сказать «глупо»? — с невозмутимым видом поправил её Флексен. — О нет. По крайней мере в данном случае. Потому что взамен я выторговал у Констакизиса «Фритьоф Нансен». Наш первый линкор.
— А я-то думала, вы просто нашли благовидный предлог вернуться в столицу. Вместо скучного дежурства на точке, где нет ни резиденций, ни нормальных поваров... И разве у Ниенорге есть линкоры?
— Ещё нет, но один вот-вот появится. Должны достроить через пару месяцев. Нынешний флот рассредоточен, деморализован и фактически сведён до статуса ЧОПа... Констакизис это очень хорошо понимает, и потому ещё четыре года назад начал проталкивать свой план с линкорами. Сначала выдал заказ на проектирование, два года назад выбил в парламенте деньги на постройку головного корабля. Сейчас вот, размахивая «пиратской угрозой», пытается заполучить финансирование ещё на семь. И шансы довольно неплохие — его уже поддерживает ряд олигархов, желающих навариться на военных заказах.
— То есть решено строить флот заново. А капитанство на первом из линкоров, — Азра почувствовала вспышку озарения, — практически гарантирует вам место командующего линейной эскадрой, когда она будет готова. Это будет самая боеспособная, и преданная лично вам часть флота...
— Очень может быть, — согласился Флексен.
— Как... захватывающе.
— Это дело будущего... А сейчас лучше бы вам сосредоточиться на непосредственных обязанностях.
— Каких ещё обязанностях?
— Полагаю, вам нужно доставить это, — командор указал на чёрный пластиковый мешок с чем-то круглым, — в Гильдию. Мой дворецкий проводит вас до телепорта.
Азра, шурша пластиком, заглянула в пакет. Там, как и следовало ожидать, обнаружилась голова Сигрун, перепачканная почерневшей уже кровью.
— А потом?
— Да откуда же мне знать? В дела Гильдии я не вмешиваюсь... Ваш контракт с флотом разорван. Я сожалею, что вынужден был фактически принудить вас сесть за пульт, но ситуация тогда сложилась безвыходная... К счастью, зарплата мастер-пилота на «Нансене» вполне приличная, и теперь я рассчитываю найти добровольца. Ну а на место штатного убийцы Гильдия мне кого-нибудь пришлёт, месяца через два, когда мы будем готовы к старту. Вас же, госпожа Азраэль, я совершенно не удерживаю. Желаю хорошей карьеры в Гильдии, и вообще всего хорошего. Проводите её, — он кивнул вошедшему в комнату слуге.
Ливрея родовых цветов могла бы приоткрыть тайну личности Флексена... Вероятно, именно поэтому дворецкий носил простой чёрный костюм охранника.
— Но...
— Что-то ещё? Покороче, если можно. Моё расписание на сегодня довольно плотное, знаете ли.
— Нет, ничего, — Азра с трудом встала и подобрала пакет. — Всего хорошего, сэр.
— И вам того же, — командор кивнул совершенно равнодушно.

* * *


Вместо Гильдии Азра отправилась в адмиралтейство — прям как есть, босая, поцарапанная и с головой в мешке. Конечно, требовать встречи непосредственно с Констакизисом было бы глупо — главнокомандующий слишком занят, а вопрос слишком мелок... Так что она отыскала нужного офицера-кадровика, и самым решительным образом потребовала открыть вакансию убийцы на «Нансене» уже сейчас, а не перед самым выходом на дежурство. Где-то на пятьдесят процентов она была уверена, что кадровик возьмёт под козырёк и сделает всё в лучшем виде; другие пятьдесят процентов твердили, что её сейчас пошлют далеко и надолго.
Услышав просьбу оплатить два месяца ничегонеделания, кадровик скривился и уже открыл было рот для категорического отказа; но тут ментор нашептал ему нечто интересное, отчего лицо скривилось ещё больше, рот закрылся, а потом снова открылся — и с большой неохотой выцедил согласие. С трудом сохраняя внешне спокойствие — внутри у неё бушевала натуральная буря — Азра сухо поблагодарила и метнулась в Гильдию. Где не менее решительно потребовала уже от Хопера назначения на линкор.
— А с убийством уши-они ты так и не справилась, — заметил мастер-куратор.
Вместо ответа Азра потрясла пакетом с оторванной головой.
— Ты же понимаешь, — пояснил Хопер, — что следовать указаниям жертвы — крайне низкий стиль. Так что незачёт.
— Жертва убита, значит контракт выполнен. Про стиль там ничего не сказано. А я хочу на «Нансен».
— Да, после облома со «Штеггом» это будет только справедливо... Но моё чувство прекрасного не удовлетворено.
— Если тебе нужно удовлетворение, трахни Сигрун, живую или мёртвую, — Азра с силой впихнула пакет ему в руки. — А у меня есть дела поинтересней.
— На самом деле, я даже рад, что они у тебя есть, — Хопер криво улыбнулся. — Удачного полёта, Ливи.
Азра хотела было съязвить, но в последнюю секунду передумала.
— Спасибо. Ты всё правильно рассчитал, отправляя меня на «Штегг»...
— Естественно, я же мастер, — самодовольно приосанился Хопер.

* * *


Азра в последний раз проверила своё отражение в зеркале. Наивные розовые глаза, низкий рост, узкие бёдра, растопыренные декоративные крылышки. Уже ставшая привычной вызывающая одежда, не прикрывающая пупка... Впрочем, теперь даже более вызывающая: Азра украсила погоны и обшлага знаками различия лейтенант-коммандера. Ментор прошептал пару осуждающих предупреждений, но так и не нашёл закона, который бы запрещал так делать. В конце концов, в отличие от наёмников, на королевском флоте такого звания просто не существовало.
Азра оплела вокруг левой ноги хвост, которым так и не научилась пользоваться, поправила неудобную рапиру и направилась к телепорту. Верфь оказалась распланирована лучше ремзавода, так что вышла она сразу к пассажирскому шлюзу линкора.
Мостик «Нансена» оказался точной копией крейсерского, и поджидали там всё те же трое: капитан, старший помощник и штурман.
— Косы по-прежнему не хватает, — задумчиво констатировал Флексен.
— Как и рогов, — подхватил лейтенант.
— Вам всё ещё хочется нас позлить? — удивился старпом.
— Ну, немного, — призналась Азра. — Но не до такой степени, чтобы наряжаться сантехником.
— Мы и не надеялись увидеть вас снова... — командир корабля тщательно сохранял серьёзное лицо.
— Конечно, не надеялись! Вы абсолютно точно это знали, господин командор!
— Ну... да, — признался Флексен, не сдержав улыбки.

Криптон
К началу раздела | Наверх страницы Сообщить об ошибке
Библиотека - Конкурсные работы - Маски Ниенорге
Все документы раздела: Пилот боронского Дельфина | Десять стазур | После боя... | Секретный, номерной - 2 | Фалкону | Встреча | За час до… | Последний день жизни торговца или начало | Это короткая история, о том как я наткнулся на ксенонский сектор | Лето ПревеД | Восточное побережье | Разбудил меня писк коммуникатора | Звёздная радуга | Мемуары контрабандиста | Большои круиз | А вот еще случай был | Последний человек, или повесть о вреде долгого отдыха | Тот, который дожил до лета | Два разных Новых Года | Под фиолетовой луной | Здравствуй, елка, Новый Год! | С новым годом, Дедушка! | Тепло рук человеческих | Работа №2 | Груз особой важности | Работа №3 | Незаконченное письмо | Новогодние Червяки | Исполнение мечты | Новый Год для Феникса | Show must go on! | Спор о похмелье | Тяжелое похмелье | Нарушитель | Momentum Deimos | Марафонская неделя | Похмелье в невесомости | Похмельный террор | Охотник на драконов | Меч синоби | Veni, vidi, vici | Куда ты пропал? | Команда | Свобода | Сказка о цвете глаз | Опустошение | Феникс | Autumn years | Все не так | Курьерская Галактическая | Пыль | Падающие звёзды | Шесть лет | Небесный Тихоход | Закат последнего | Звезда героя | Новая земля | Последняя речь господина посла | Храбрец | Пастух из Хацапетовки | Рыбалка на Мерлине | Сон | Свобода | Планар | Выход | Ижевск-авиа 3301 | Десант | Безумству храбрых поем мы песню! | Дорога без возврата | Марк | Гаврила | Угловой | Русалка | Контакт | Месть Малинче | Сон | Ещё не время | Путь тайника | Таинственное вокруг нас | Последнее желание | Режим ограниченной функциональности | Горлогрыз | Неконтакт | Чужое пекло | Пираты Ист-Айленд | Чужая жара | Адский понедельник | Чужая жизнь | Курорт | Охота за призраками | Последний отпуск | Жара в муравейнике | Венец природы | Жара | Музыкант | Полночный танец | Герой не нашего времени | Полёвка | Герой не нашего времени | По следу демона | Там на неведомых дорожках… | Двух зайцев | «Veni, Vidi, Vici…» | МАЗАФАКЕРЫ АТАКУЮТ | Я, Он и Она | Культ мёртвого Солнца | Эвакуация | Три секунды | В круге | Я Костюм | Отголоски прошлого | Финал Первой межзвёздной | Короткая история о том, как появляются Новые Земли | Поэзия с конкурса "Новая Земля" | Спокойной ночи, родная | Князь Тьмы | Странная мысль | Миссия 42 | Первая звезда | Церемония | Тета три дробь один | Полет драконов | Месть | Наша планета | Инцидент на Эсперансе | Создатели Мира | Экзамен для пилота | Про Гошу-молодца или Однажды в космосе… | Млечный вечер | Дети доведут кого угодно | Контрабандисты: Однажды, в космосе… | Кризис | Контракт и ангел | Кормовая Башня No.8 | Легенда | Три имени в списке | Оставит лишь грусть | Облачный дом | Шаманские будни | Одноглазые демоны | Панацея | Маски Ниенорге | Рождение легенды | Бессмертные Императоры | Беглецы | Скрижаль последних дней | Сфера человечества | Ворота города, которого нет… | Регенерация | Епитимья | Монопольное право | Герой или предатель? |


Дизайн Elite Games V5 beta.18
EGM Elite Games Manager v5.17 02.05.2010