Elite Games - Свобода среди звезд!

Библиотека - Остальное - Миссия «Либерти»

Начало




Борт «Либерти». 21:45




- Итак, ребята, у нас есть сутки, чтобы подготовить операцию. Ремонтная бригада – Харрисон и Льюис. Чарли старший – подчеркнул Стюарт, многозначительно взглянув на майора – Все технологические операции будет выполнять Харрисон, у него больше опыта. Ты, Дик, ассистируешь ему, от тебя зависит, насколько быстро Чарли все сделает. Впрочем, скорость тут не принципиальна – главное качество. Теплообменник снимаем, свариваем магистрали горючего и гелия. Технологические требования уточним непосредственно перед началом операции.
Стюарт подумал о том, что группа Мюррея вряд ли за сутки успеет соорудить что-либо путное. Скорее всего придется опираться на теоретические предположения. «Но может судьба преподнесет нам этот подарок…».
- Питер отвечает за манипулятор, – продолжил Стюарт – Задача на ближайшие сутки: подобрать необходимое оборудование и материалы, подготовить скафандры, манипулятор и шлюзовую. Мы должны приступить, как только получим результаты натурного испытания. Вам все ясно?
- Так точно, сэр! – бодро отрапортовал Браун.
- О’кей, Джим, справимся – добавил Харрисон, лицо которого оставалось напряженно-серьезным, не смотря на вольный тон обращения к командиру.
Стюарт удовлетворенно кивнул.
- Далее, — обратился он к оставшимся астронавтам – мисс Нортон, займетесь скафандрами. Кристоферсон, отправляю вас под начало Карлы.
Уголки губ Стэнли едва заметно приподнялись в тщательно скрываемой улыбке, что, впрочем, не ускользнуло от полковника.
- Мистер Скотт! – наконец обратился командир к совсем приунывшему полковнику ВВС – Окажете содействие Брауну.
Скотт поднял глаза. Нехорошо усмехнулся и сказал:
- Я не знаком со спецификой работы специалиста по полезному грузу, полковник.
- Ничего страшного, будете выполнять работу, не требующую знания специфики – спокойно парировал Стюарт. И посмотрел Скотту прямо в глаза.
Харрисон поймал этот взгляд. По спине майора пробежал холодок. Джим взбешен, сомнений нет.
Скотт минуту играл с командиром в гляделки, а потом потупился:
- Так точно, сэр – все же не преминул съязвить он.
Стюарт предпочел не заметить насмешливого тона полковника. Харрисон с удовлетворением отметил для себя, что и на этот раз Джим оказался на высоте. Еще немного и этот червяк начал бы возникать о том, что не собирается работать под началом гражданского, ну и нести другую ахинею подобного рода, совершенно неуместную на борту аварийного челнока.
- Отлично, леди и джентльмены! Теперь нам совершенно необходимо поспать, прежде чем приступать к работе. Следует восстановить силы, — завершил Стюарт собрание экипажа.
Изрядно перенервничавшие и уставшие астронавты с энтузиазмом приняли это предложение….



Хьюстон. Центр пилотируемых полетов. 30 июля 2005 года. 20:02




Мюррей ворвался к Синклеру, растолкав столпившихся вокруг стола инженеров. Рой, взъерошенный, пыльный, с ворохом бумаг под мышкой, не говоря ни слова, бросил на стол перед начальником смены тонкую папку. Отчет.
- Ну! – только и смог вымолвить Синклер, вопрошающим взглядом уставившись на инженера.
Мюррей молчал. Он вытер пот со лба, бесцеремонно пододвинул стеклянный графин, стоявший возле Синклера, опрокинул добрую четверть остатков воды в стакан, и жадно, крупными глотками выпил ее.
Немая сцена. Инженеры, затаив дыхание, не сводили глаз с Мюррея. Синклер переводил взгляд с отчета на его автора, не решаясь открыть папку.
Мюррей со стуком поставил стакан на стол.
- Двигатель проработал необходимое для выдачи импульса время. Через десять секунд после этого взорвался к чертовой матери от перегрева! – выдал он, наконец, исчерпывающее резюме и обессилено плюхнулся в кресло.
Синклер отодвинул папку в сторону, так и не глянув в нее. Заключение действительно исчерпывало все вопросы. Двигатель сработает. Но в любой момент может взлететь на воздух.
- Какая получилась характеристика тяги? – спросил кто-то из присутствующих.
- Тяга падает, конечно, с течением времени – ответил Мюррей – Но анализ данных показывает, что этого хватит для схода с орбиты.
Синклер нажал кнопку на пульте селектора.
- Чак, можешь сообщить Стюарту, что можно начинать операцию через двадцать минут!
- Вас понял, сэр! – отозвался астронавт Чак Мур, сидевший на связи с «Либерти».
Потом Синклер снова обратился к Мюррею:
- Управился, все-таки?
- Как видишь, Джо. Пришлось изрядно потрепать нервы – Мюррей рассмеялся – Даже не смотря на чрезвычайные полномочия, с боем пришлось добиваться разрешения снять движок с «Пионера».
- Вы раскурочили «Пионер»! – воскликнул Синклер.
Мюррей окинул начальника насмешливым взглядом:
- А где я по-твоему, Джо должен был его взять?
Синклер согласился. «Пионер» — самый первый корабль серии «Спейс-шаттл». Его строили для наземных испытаний, многократно сбрасывали со специального «Боинга-747» над пустыней в Калифорнии, тренировали астронавтов, проверяли сопряжение всех подсистем космического корабля, но так никогда и не отправили в космос. Первым полетел «Колибри». Хорошо, что «Пионер» так удачно подвернулся – разбирать штатный корабль было бы еще неприятней.
- Отвоевали вакуумную камеру, тоже после длительной осады – продолжил Мюррей – Правда, теперь с нас спустят шкуру за то, что движок там рванул, но это на данный момент ерунда! – подытожил инженер.
- Так или иначе, теперь мы можем смотреть на будущее с большим оптимизмом – сказал Синклер.
Мюррей только пожал плечами….



Борт «Либерти». 22:45




Харрисон остановился, чтобы перевести дух. Каждая секунда работы в невесомости дается человеку с огромным трудом, ничего не поделаешь.
- Что, устал, Чарли! – прошелестел в шлемофоне голос Стюарта.
- Есть немного, Джимми, — честно ответил майор.
- О’кей, передохни. Обрисуй картину, что мы имеем?
Харрисон огляделся.
Он висел на руке манипулятора над правой гондолой «Либерти». Перед лицом маячил препарированный двигатель орбитального маневрирования. Баки, переплетения труб и клапанов, камера сгорания с черной, как уголь юбкой сопла. Чуть дальше гондолы возвышался белоснежный киль с черной окантовкой высокотемпературной теплозащиты. Справа простирался грузовой отсек, где находился Льюис, на долю которого выпало снятие крышки с двигательной гондолы и разборка контура теплообменника. Теперь его сменил Харрисон, чтобы выполнить более тонкую работу – сопряжение и сварку трубопроводов, от которых отделили испорченный агрегат.
- Мы имеем, Джимми, два разомкнутых трубопровода. Топливный, идущий от бака, перекрыт расходным клапаном. За клапаном топливо под давлением, и если честно, Джимми, меня это сильно смущает – попытался пошутить Харрисон.
- Трубка подачи гелия меня смущает меньше – продолжил майор свои комментарии и серьезно добавил – Сообщение Дика, о подозрительной структуре среза трубопровода, подтверждаю.
Стюарт, до этого слушавший доклад пилота рассеянно, насторожился.
Льюис, отрезав трубы от теплообменника, заявил, что срез не соответствует нормальной структуре сплава, из которого делаются трубопроводы ОМС. Причем заявил это уверенно, а не верить специалисту-материаловеду, которым являлся Дик, не было оснований. Теперь Харрисон подтвердил, что прочность трубопроводов может сильно отличаться от расчетной. В меньшую сторону. По спине Стюарта побежали мурашки.
- Ты уверен, Чарли?
- Уверен, как в том, что я Чарльз Харрисон, Джимми.
Что ни говори – беда не приходит одна. Проблематично, что двигатель выдержит работу без охлаждения – время запуска, после непродолжительной консультации с Хьюстоном уменьшили на четверть. А тут еще непрочные трубопроводы. На Земле пожимали плечами и говорили, что двигатель прошел приемные испытания на отлично, размахивали отчетами с результатом микроструктурного анализа.
- Так, Чарли, будем разбираться. Что еще?
- В остальном все в норме, Джим!
- Хорошо, отдохнул?
- Готов! – коротко ответил майор.
- Тогда давай дальше.
- Приступаю к сварке трубопровода наддува топливного бака – сообщил Харрисон.
Стюарт увидел, как Харрисон чуть опустился и подался вглубь гондолы.
- Питер, подними руку чуть повыше – попросил Харрисон Брауна, управлявшего манипулятором.
Браун качнул ручку управления. Механическая рука едва заметно подалась вверх.
В этот момент Харрисон внезапно потерял равновесие. Рука соскользнула с корпуса гондолы, на который он опирался. Такое случалось не раз в его практике, но сейчас он почему-то растерялся, и, отчаянно забарабанив по пустоте руками, выругался. Правой рукой ухватился за расходный клапан топливного трубопровода.
- Что такое, Харрисон! – обеспокоено спросил командир.
- Порядок, Джим, поскользнулся немного – поспешил успокоить в миг насторожившихся товарищей.
Он поудобней ухватился за подвернувшуюся опору и подтянулся вверх. Если бы в космосе передавался звук, то треснувший трубопровод издал бы звонкий щелчок. А так только тонкая, упругая струйка топлива вырвалась из трещины внутрь гондолы, испаряясь в глубоком вакууме. Харрисон онемел.
Стюарт, увидев облака замерзающего на лету пара, поднимавшиеся из гондолы, тоже онемел:
- Какого там черта происходит!
- Пока не понял, Джимми, видимо…. – торопливо начал Харрисон, но уже не успел договорить.
В следующую секунду, словно в кошмарном сне, из раскрытого двигательного отсека беззвучно метнулись языки голубого пламени, откинув в сторону руку манипулятора, мгновенно поглотив силуэт человеческой фигуры.
- Чарли! О, Господи!!! – только и успел воскликнуть Стюарт….



Хьюстон. Центр пилотируемых полетов. 22:50




Центр управления не успел среагировать на шквальный поток тревожных сигналов, начавших поступать с орбиты, как он сразу оборвался. Связь с челноком пропала.
- Отсутствуют данные телеметрии системы орбитального маневрирования!
- Отсутствуют данные телеметрии системы жизнеобеспечения!
- Отсутствуют данные траекторных измерений!
- Отсутствуют биометрические показатели экипажа! – один за другим докладывали операторы.
- Этого еще не хватало! – воскликнул Синклер – Мур, что со связью?
- Связи нет, сэр! – растерянно ответил Мур.
- Куда все пропало, кто-нибудь может мне ответить? – обратился Синклер к залу, в миг превратившемуся в подобие птичьего базара.
- Что-то произошло у Харрисона – за спиной у Синклера возник Мюррей. Синклер оставил его в своем кабинете – инженер, уставший за сутки, проведенные без сна, отключился прямо в кресле.
- Ты не спишь? — удивился Синклер.
- Нет, Джо, я следил за ходом операции. Прикорнул только на полчаса. Ты видел, что произошло после того, как Чарли потерял равновесие?
- Нет.
- Я тоже не видел, — Мюррей почесал затылок – И, через секунд десять, по экрану пошли помехи. Но совершенно очевидно, причина связана с работой Харрисона.
- Не ужели ты допускаешь…
- Я допускаю все, что угодно! – отрезал Мюррей.
Синклер хлопнул ладонью по столу.
- Джентльмены! – обратился он к залу – Необходимо как можно быстрее восстановить связь с «Либерти»! Слушать по всем каналам, вызывать по всем каналам, задействовать все доступные спутники! Рик, свяжись с Пентагоном, нужна их помощь! Успокаиваемся, работаем! – Синклер поспешил погасить разгорающийся в центре управления полетом ажиотаж.
Шум в зале не смолк, но перешел в рабочую плоскость.
- Хьюстон вызывает «Либерти»! «Либерти», ответьте Хьюстону! – монотонно взывал в пустоту Чак Мур. По экрану, минуту назад транслировавшему картинку с камеры, закрепленной на скафандре майора Харрисона, метались помехи….



Жуковский. 31 июля 2005 года. 11:03 по московскому времени




Тройка истребителей, будто спаянных между собой, на предельно близком расстоянии выполнила крутой вираж над головами зрителей, испуская цветной дым, вызвав вздох восхищения.
Майор, с голубыми петлицами на лацканах кителя, проводил самолеты хитрым взглядом прищуренных глаз. Он следил за истребителями, выделывающими каскад воздушных трюков совершенно спокойно, без эмоций, оценивая каждую мелочь.
Стоявший рядом с майором китаец в черном костюме восторженно, открыв рот, следил за замысловатыми пируэтами пилотажной группы. Он бесцеремонно дернул майора за рукав:
- Надо отдать должное подготовке ваших летчиков, господин Волков! – восхищенно затараторил он на английском.
Волков повернулся к собеседнику.
- Это далеко не все, что могут наши пилоты, господин Ли Мей – в зеленых глазах майора вспыхнули озорные искорки.
Китаец развел руки в восхищенном изумлении. Волков мысленно рассмеялся. Даже этот достойнейший сын своей страны, полковник китайских ВВС, первый космонавт поднебесной Ян Ли Мей, не мог себе представить, что все что показывают здесь на авиашоу – семечки, по сравнению с подготовкой настоящих летчиков-испытателей. Это заслуженный летчик-испытатель, дважды герой России, космонавт Игорь Волков знал совершенно точно.
Китайского гостя Волков водил по авиасалону уже второй день, относясь со снисходительным уважением к своему подопечному. Полковника Ли Мея с помпой встречали в аэропорту, долго подобострастно расшаркивались, как будто забыв о поразительном внешнем сходстве китайской «Небесной лодки» с отечественным «Союзом» и о том, что Ли Мей отправился в космос в скафандре российского производства.
Китайского космонавта сопровождала по выставке целая свита сотрудников космического агентства, а Волков исполнял роль компетентного специалиста со знанием английского. Импозантный майор, высокий, светловолосый, резко выделялся на фоне упитанный и лысеющих сотрудников РАКА. Непринужденная манера держаться и колкие выпады майора в сторону гостя не раз вызывали у окружающих Волкова чиновников недовольное шипение. Впрочем, майор не придавал этому особого значения.
Полноразмерный макет нового российского многоразового корабля вызвал у китайца недоумение. Оно и понятно, на «Экспо-2000» Волков видел модель китайского челнока – обводы корпуса один в один слизаны с американского «Орбитера» и советского «Бурана». А тут совершенно иная концепция! Будет над чем задуматься «младшему брату»! Правда, начинка корабля бутафорская, но для китайца особого значения это не имело.
Волков слышал громкие заявления о том, что к 2010 году корабль будет доведен до летного экземпляра. Майора это «радостное» известие повергло в уныние. Машину начали делать в 2000 году, и еще пять лет! За пять лет электронику, смонтированную на «Буревестнике» можно будет отнести на свалку! Даже американцы, при их теперешних проблемах с финансированием, наверняка быстрее соорудят замену своим устаревшим челнокам.
Волков вздохнул. Второй день он на выставке, а оптимизма богатая экспозиция ему не прибавила. Наслушавшись радостных визгов о привлечении иностранных инвестиций, он растерял последние его остатки.
Деликатно распихав чиновников, сквозь толпу, окружавшую китайца пробрался еще один офицер. Он подошел к Волкову, протянул ему руку:
- Привет, Игорек!
Майор ответил на рукопожатие. Подполковник Силаев, космонавт, готовившийся к полету на МКС через две недели, вместе с американцем и очередным космическим туристом.
- Новость не слышал? – спросил он Волкова.
- Нет, а что?
- Американцы потеряли связь с «Либерти».
Глаза майора расширились от удивления.
- Как они умудрились?
- Пока не ясно. «Хьюзы» попросили нас о содействии в возобновлении связи, мы пообещали, конечно, но сами его потеряли!
Не секрет, что как наши станции слежения, так и американские отслеживают движение кораблей противоположной стороны, переговоры по открытым и большинству закрытых каналов связи, а также некоторую телеметрическую информацию. Наши специалисты знали, что у «Либерти» обнаружились неполадки с двигателями орбитального маневрирования, но что б такое…
- Когда это случилось?..



Хьюстон. Центр пилотируемых полетов. 8:00




Синклер усилием воли заставил себя подняться с кожаного дивана в кабинете. Он поспал всего три часа, и чувствовал себя совершенно разбитым.
В зале было полно народу, причем выглядели все довольно бодро. «Может и я не так плох» — подумал Синклер.
Думать хотелось о чем угодно, только не о работе, которая в одночасье превратилась в ад. «Либерти» так и не отозвался, в голову лезли самые ужасные мысли.
Синклер придвинул к себе телефон и список номеров, которым звонил вчера. Не долго думая, он стал обзванивать их снова.
- Алло, это Синклер из Хьюстона – коротко сообщил он, когда ответили по первому номеру.
- Доброе утро, Синклер – раздалось в трубке недовольное ворчание трех звездного генерала Гриффина. Его Пентагон назначил для консультаций с хьюстонским центром.
- Какие у вас новости, генерал?
Генерал сердито засопел в трубку:
- Нет у нас новостей, мистер Синклер.
Синклер начинал терять терпение – подобным образом Гриффин отвечал ему уже двенадцатый раз.
- Перестаньте вешать мне лапшу на уши! — перешел в наступление начальник смены – Где же наша хваленая НПРО? Если она может засечь ядерную боеголовку, почему не в состоянии разыскать космический челнок, который больше раза в четыре?!
- Не имею ни малейшего понятия, Синклер! Наши люди работают, но пока ничего не прояснилось.
Раздраженный до предела Синклер поспешил закончить бессмысленный разговор.
Военные оказались беспомощны как дети перед лицом реальной проблемы. Не весело!
- Сэр, есть новости! – раздался возглас из зала. Синклер обернулся.
К нему подбежал Лари Крафт, один из операторов и протянул ворох бумаг.
- С нами связалась Габалинская радиолокационная станция. Они нашли «Либерти» — сообщил Крафт, однако тон его голоса не радовал.
- Габалинская РЛС… — задумчиво произнес Синклер – Русские?
- Точно, сэр! – подтвердил оператор.
- И что? — вновь спросил Синклер, быстро листая принесенные бумаги. Факс.
- Они засекли объект по размерам и параметрам орбиты подходящий под описание «Либерти». Вот только никаких сигналов они не приняли. Объект неуправляем и имеет небольшое вращение.
Синклер оторвался от бумаг и одним глазом посмотрел на собеседника. «Это плохо! Неужели они все мертвы?!»
Начальник аккуратно собрал бумаги в стопку. Надо отдать должное русским – кратко и по делу, только необходимая информация.
- Спасибо, Лари, держите с ними связь – Синклер отправил оператора на его рабочее место….

- Скорее всего, Джо, там произошел взрыв! – уверенно высказался Мюррей – Иначе откуда вращение? То, что за такое время никто не предпринял попытки стабилизировать корабль, может означать, конечно, разгерметизацию и гибель экипажа.
- Эта мысль и мне покоя не дает – признался Синклер.
Мюррей понял, что высказался слишком категорично.
- Хотя взрывом могло повредить реактивную систему управления и системы связи. Тогда они просто не в силах ничего предпринять.
- Нам от этого легче? – резонно заметил Синклер.
Мюррей покачал головой….



Борт «Либерти». За сутки до описанных событий




Карла не поняла, что произошло. Она только увидела, как в боковом иллюминаторе командирской кабины дернулась и исчезла линия горизонта. Карлу потянуло в сторону и бросило на окно грузового отсека.
Из правой двигательной гондолы било голубое пламя, окутывая погнутую руку манипулятора и какой-то черный продолговатый предмет, зацепившийся за нее. Потом из двигателя беззвучно вырвалось оранжевое облако пламени. Челнок крутануло еще сильнее. Карла больно стукнулась лбом о стекло и наконец поняла, что за предмет, привязанный к манипулятору трепыхался в пламени взрыва…. Девушка дико, пронзительно закричала:
- Боже, да что же это делается-то!!!
Ее крик вывел Стюарта из ступора. Он находился рядом с Карлой у другого окна. Зацепившись за рукоятку управления не нужным более манипулятором, он рванулся вправо, преодолевая центробежную силу. Обхватив Карлу обеими руками и ногами оттолкнувшись от приборной панели, он вместе с девушкой рухнул на пол отсека, возле люка на среднюю палубу. Из люка высунулась голова Кристоферсона:
- Забери ее вниз! – крикнул Стюарт – Быстро!!!
Кристоферсон обалдевшим взглядом оглядел летную палубу. Браун распластался по стене около окна в грузовой отсек. Лицо Питера было искажено гримасой ужаса. Командир, одной рукой удерживающий бьющуюся в истерике Карлу, другой уцепился за поручень и тоже выглядел непрезентабельно.
- Стэнли, быстрее! – еще раз крикнул полковник.
Кристоферсон за ноги потянул мисс Нортон в люк. Она дергала ногами, пытаясь вырваться.
- Отцепитесь все от меня!!!
Стэнли вопросительно посмотрел на командира.
- Не обращай внимания, тащи ее вниз! Крикни Скоту, чтобы помог!
Стюарт выпустил девушку и, поправив съехавшие в сторону беспроводные наушники, вызвал Льюиса:
- Дик, ты слышишь меня?! Дик, ответь!
Льюис молчал. «Господи, неужели и Льюис!»
- Дик, что с тобой, ты меня слышишь?!
Сквозь треск в наушниках послышалось:
- Да, сэр, я слышу вас!
Стюарт облегченно вздохнул.
- Ты где, Дик?
- Сэр, у нас взрыв топливных баков правой гондолы!
- Я знаю, Дик, как твои дела?!
Дик не реагировал на вопросы Стюарта.
- Сэр, мистер Харрисон, сэр, он… сэр...! – всхлипнул Льюис.
- Льюис, я знаю все это!!! Дик, где ты и что с тобой!
В наушниках послышалась какая-то электромагнитная возня.
- Сэр, я на дне грузового отсека, уцепился за поручень! Дикое вращение, сэр!
«Хорошо, он в относительной безопасности!» — подумал Стюарт.
- Молодец, Дик, сейчас мы займемся вращением, потерпи немного! Держись за поручень и ничего не предпринимай! Ты меня понял?!
- Так точно, сэр!
«Мы займемся, да уж!» — Стюарт поглядел на, замершего возле окна, Брауна, и понял, что, приводить его в чувство, у него нет времени.
Он добрался до рукояток управления ориентацией корабля. Стоп, не нужно пороть горячку, стоит подумать.
Взрывом разворотило правую гондолу и о целостности трубопроводов говорить теперь не приходилось. Значит, кормовые блоки двигателей ориентации теперь недоступны – их баки закольцованы с основными топливными баками и компоненты наверняка уже вытекли в космос. Нужно их отключить!
«Либерти» был в агонии, ревел и завывал тревожными сигналами, мигающими красными лампочками кричал об отказе десятков систем. Дрожащей рукой Стюарт повернул несколько тумблеров и отключил кормовые двигатели ориентации.
Астронавт оценил характер вращения корабля и понял, что в основном его раскрутило по тангажу и рысканию. По рысканью чуть меньше – взрыв был направлен почти вертикально. Он отклонил ручку по крену. За спиной глухо зачавкало – двигатели работали! Очень-очень медленно, только по шаровому индикатору Стюарт смог это оценить, вращение вокруг продольной оси стало замедляться. «Только бы топлива хватило!»…
Топлива хватило. В баках осталось еще двадцать процентов. «Теперь можно позаботится и о Льюисе!».
Но прежде Браун. Стюарт повернулся к нему. Питер все это время находился рядом и молча следил за действиями командира. Выглядел инженер ужасно. Командир похлопал его по плечу:
- Питер, ты в порядке? – тихо спросил он.
- Так точно, сэр… — выдохнул Браун.
- Точно? – Стюарт сверлил инженера глазами.
- Так точно, сэр, — повторил тот.
Стюарт выглянул в иллюминатор. Вот, он, Льюис, лежит на дне отсека, вцепившись в поручень.
- Питер, ты хорошо знаком с бортовым компьютером? – снова спросил он у Брауна.
- Знаком, сэр – утвердительно ответил Питер.
- Тогда сделай так, чтобы этот надрывный писк закончился! Сильно на нервы действует.
Браун кивнул и оплыл к командирскому креслу. Стюарт вызвал Льюиса:
- Дик, ты в порядке?
- Да, сэр!
- Довольно, Дик, называй меня Джимом, договорились? – сказал полковник.
- Хорошо, Джим!
- Ты можешь добраться до шлюзовой камеры?
- Думаю, да.
- Отлично, Дик, тогда попытайся дойти до нее.
- Джим, а как же… — попытался, было, возразить Льюис.
- Не смотри туда, Дик!!! – крикнул Стюарт, поняв, на что намекает Льюис, — Не думай об этом, возвращайся в корабль, Дик!
- Хорошо, я понял…
Стюарт увидел, как Льюис, цепляясь за поручни, вытянувшись вдоль кромки борта грузового отсека, медленно стал продвигаться к кабине челнока.
Вой аварийных сигналов смолк. «Да, действительно хорошо знает машину» — удовлетворенно заметил Стюарт…
Льюис добрался до шлюзовой камеры и закрыл внешний люк.
- Отлично, Дик, мы встретим тебя в низу! – передал ему Стюарт и повернулся к Брауну:
- Питер, назначаю тебя пилотом «Либерти». Уверен, ты справишься.
- Постараюсь, сэр!
- Джим, — спокойно возразил Стюарт и проплыл вниз, на среднюю палубу.
С некоторым содроганием он спустился сюда.
Карла спокойно лежала на своем спальном месте. Мрачный Кристоферсон и бледный как смерть Скотт сидели рядом. Шлюзовая камера мерно гудела, наполняясь воздухом.
- Слава, Богу, успокоилась – облегченно пробормотал Стюарт, подлетев поближе к Карле.
- Да, сэр, успокоилась – мрачно сцедил Кристоферсон – После того как я влил в нее полбутылки текиллы!
У Стюарта глаза полезли на лоб.
- Вы обалдели, Кристоферсон! Откуда у вас текилла!
- С Земли, сэр, — спокойно ответил музыкант – Купил в Кейп Кеннеди перед отправкой на Мыс.
Вскипевший полковник немного успокоился.
- Ну, вы даете, Стэнли! Вкололи бы ей снотворного, я не знаю…
Кристоферсон перебил командира:
- Простите, сэр, но я ничего не смыслю в таблетках мисс Нортон! Поэтому я действовал по ситуации доступными мне средствами, сэр!
Полковник окончательно успокоился:
- Ладно, отдайте мне бутылку.
Кристоферсон послушно протянул полковнику совершенно пустую бутылку.
- Не понял, Стэнли, а где другая половина?
- В полковнике Скотте, сэр!
Только тут Стюарт заметил, что полковник ВВС странно косит глазами и бессвязно бормочет что-то.
- А вы, Кристоферсон? – поинтересовался полковник.
- Ни капли, сэр!
Стюарт сердито крякнул и отправил бутылку в мусороприемник. Шлюзование окончилось, надо было помочь Льюису выбраться из камеры.
Вдвоем с Кристоферсоном они помогли Льюису войти обратно в корабль, и избавится от скафандра.
Дик предстал перед ними в ужасной форме. Осунувшаяся фигура, потухшие глаза, на лице отпечаток усталости и невероятных душевных страданий.
- Дик, вот, что, отдохни немного. Поспи, — посоветовал ему Стюарт.
Дик засуетился:
- Подожди, Джим, а борьба за живучесть… корабля… связь, есть связь?!
Льюис рванул на летную палубу. Полковник удержал его.
- Дик, отдохни, иначе ни о какой борьбе за живучесть речи не может быть! Ты понял?
Льюис успокоился.
- Да,.. конечно…. Надо передохнуть… надо…
Дик вырубился. Прямо в невесомости, раскинув по сторонам руки и ноги…




Хьюстон. Центр пилотируемых полетов. 31 июля 2005 года. 13:11




В центре управления полетом становилось неуютно – из Вашингтона прибывало начальство. Генералы, два сенатора и пресс-секретарь президента. Эти индюки шатались по центру и мешали работать дурацкими вопросами.
Синклер потер опухшие глаза и вернулся к нешуточной дискуссии, развернувшейся у него в кабинете.
- Если мы не имеем связи с «Либерти» уже больше суток, если не отслеживаем толком его траекторию, если совершенно ничего не знаем о нем, что мы тут делаем? – спросил кто-то из генералов.
Синклер хмыкнул, откатил кресло в сторону. К ужасу собравшихся высоких персон закинул ноги на стол и раскурил сигару. Сделав пару затяжек, он хитро прищурился, склонил голову на бок и пристально оглядел задавшего вопрос генерала.
- Сэр, у нас нет никакой определенной информации о «Либерти» — в полной тишине отвечал начальник смены, дежуривший уже вторые сутки – И именно поэтому мы находимся здесь, сэр. Чтобы добыть эту чертову информацию, сэр! С чего вы взяли, что они погибли – вы в этом меня хотите убедить! Не выйдет, мистер Хабор, не рассчитывайте на такой исход!
- Ведите себя достойно мистер Синклер – смутился генерал Хабор – Иначе вас отстранят.
- Попробуйте, — спокойно парировал Синклер – Я такой хай подыму, мало не покажется. Вы в Хьюстоне, а не Вашингтоне, сэр, зарубите это у себя на носу! В моем кабинете, сэр! У меня есть свой начальник, сэр!
- Да, Джо, есть – в кабинет вошел Смит. Синклер убрал ноги со стола.
- Что здесь происходит, Джо? – поинтересовался директор НАСА.
- Мистер, Смит, — обратился к вошедшему Хабор – Мне кажется, мистер Синклер слегка переутомился…
Смит оценивающе оглядел Хабора.
- Прошу прощения, генерал, но я спросил не вас, — прервал он реплику собеседника и снова повернулся к Синклеру – Так, что тут такое, Джо? Почему ты ведешь себя как ковбой?
- Брайан, генерал, о простите, трех звездный генерал Хабор, высказал предположение о нецелесообразности проведения дальнейшей работы с «Либерти» — оправдывался Синклер.
Смит снова повернулся к генералу.
- По-моему, вы поторопились, сэр! Мы не располагаем достаточной информацией, чтобы судить о произошедшем. Все произошло крайне неожиданно. Пентагон уже составил для себя картину произошедшего, может поделитесь?
Генерал покраснел.
- Нет, мистер Смит, мы в полном недоумении.
Смит оставил генерала недоумевать дальше и снова вернулся к Синклеру.
- Как у нас дела, Джо?
- Связи нет, — Синклер раскурил вторую сигару – «Либерти» как консервная банка болтается по орбите, но ничего не излучает. Мертвый корабль, Брайан! У меня уже четвертый человек сменился на связи, все вызывает и вызывает…
- Анализируете возможные причины?
- Мюррей и его ребята работают над этим.
Тут в кабинет ворвался Мюррей:
- Джо, мы с тобой полные идиоты!
Синклер потушил окурок сигары:
- Согласен, Рой, но осторожней в выражениях, у нас высокие гости – язвительно заметил начальник смены, глядя в сторону пресс-секретаря из Белого дома.
Мюррей смутился:
- Прошу прощения господа! Но, Джо, это действительно так!
Блокнот Мюррея полетел в сторону стола Синклера. Синклер поймал его налету, положил перед собой и раскурил очередную сигару.
- Если взорвались баки правой двигательной гондолы, Джо, то мы должны видеть другую картину!
- Не понимаю тебя, Рой, сделай скидку на мой режим сна.
- О’кей, Джо, объясняю популярно. Мои ребята рассчитали силу взрыва, и импульс им сообщаемый. «Либерти» получил вращение и немного изменил свою орбиту. Так?
- Так? – все еще не понимал ход мыслей инженера Синклер.
- Мы сопоставили возможное возмущение орбиты с данными Габалинской РЛС. Они совпали, причем очень точно – сиял Мюррей.
- Модель адекватна объекту, поздравляю Рой! И что из этого? Выкладывай, не тяни резину, Мюррей!
- Вращение, Джо! Скорость вращения после такого взрыва должна была быть гораздо больше, Джо!!! Она должна быть сумасшедшей просто, а «Либерти» только тихонько крутится по тангажу.
До Синклера дошло.
- Значит…
- Значит, он управляется, Джо – закончил мысль Брайан Смит….



Борт «Либерти». 13:25.




- Итак, джентльмены, ситуация критическая. Что мы имеем? У нас нет полноценной двигательной установки – работоспособность левого двигателя под вопросом. Да и если он смог бы столкнуть корабль с орбиты, с такими повреждениями «Либерти» не выдержит спуск в атмосфере. Своим ходом домой мы не попадем.
Констатация очевидного привела астронавтов в уныние. Стюарт заметил, как помрачнел Браун, снова глупо открыл род Кристоферсон.
- Но, — командир поднял палец к потолку, — Мы просто обязаны восстановить радиосвязь с Землей. Сообщить, что мы живы, по крайней мере. Что у нас со связью, Пит?
- Связи нет, и не будет. Антенны оторвало напрочь – доложил Браун.
«Это почти смерть!» – подумал Стюарт – Больше нам ничего не остается, ребята. Только как можно дольше поддерживать автономность «Либерти». Насколько нам еще хватит гидрооксида лития?
- Ресурс почти выработан, Джим – сказал Льюис, — При экономном использовании, если закрыть глаза на повышенную концентрацию углекислого газа, дней на десять.
«Не густо!» — подумал Стюарт.
- А ты учел… — начал, было, Стюарт, но Льюис перебил его, спрятав глаза и потупившись:
- Я рассчитывал на шестерых, Джим!
«Понятно, значит, учтены все факторы».
- Что с водой и продуктами?
- С водой и энергетикой будет туго, командир – сказал Браун – Вырубились топливные элементы правого борта, видимо получили повреждения.
- Баки целы? – быстро спросил Стюарт.
- Да, давление в норме – успокоил командира Браун.
Баки – это кислород и водород, питающие топливные элементы корабля – главный источник электроэнергии и пресной воды. Если бы возникла утечка, то корабль запросто превратился бы в пороховую бочку. Стюарт продолжил задавать вопросы:
- А левые?
- Левые в норме. Только их ресурса не хватит надолго. Тоже дней на десять. Ну, на две недели – добавил времени Браун, под давлением сомневающегося взгляда полковника.
Десять дней. Только десять дней, а дальше…. Стюарт гнал от себя тревожные мысли, но понимал, что Земля стала от них далека, как никогда раньше….



Хьюстон. Центр пилотируемых полетов. 13:35




- Ты слишком резок, Джо, с людьми из Вашингтона – корил Брайан Синклера, — не стоит так заводится. Не обращай внимания и работай!
Синклер мотнул головой в знак несогласия с шефом:
- Меня возмутило, что они хотели прекратить операцию. А между тем они еще живы, Брайан!
- Ты не допускаешь работу системы автостабилизации, Джо?
- И ты туда же! – всплеснул руками Синклер – Компьютер не справиться с такой закруткой, очнись, Смит! Это работа Стюарта, его почерк! Молодчина, Джим! Только почему он молчит?
Они стояли в зале, где без перерыва, сменяя друг друга, дежурили операторы. Какая смена Синклер уже не знал – все перемешалось. То, что Джим молчит, если он жив, означает, что взрывом повредило антенны и связаться с «Либерти» тем или иным способом невозможно. Остается только гадать, что там сейчас происходит.
- Насколько еще хватит ресурса жизнеобеспечения? – спросил Смит…


- Десять дней! Брайан, это нереально! – Синклер развел руками – Мы не в силах их спасти! Даже если наплевать на все доработки, мы все равно не подготовим ни «Эскалибор» ни «Индепенденс».
- Мы не можем оставить шестерых астронавтов умирать на орбите! – возражал Мюррей – Мы должны что-то придумать, просто обязаны!
- Нельзя состыковаться с МКС? – поинтересовался Смит.
- Исключено. Баллистики прорабатывали этот вариант – топлива не хватит даже с исправными двигателями ОМС. Проклятая иранская разведка сожрала весь ресурс! Я своими руками придушу министра обороны! – разорялся Синклер – К тому же мы не уверены в работоспособности топливной системы кормовой двигательной установки.
- Мы тоже – добавил Мюррей.
Директор НАСА закусил губу.
- Самоторможение в атмосфере? – спросил он, намекая на то, что орбита «Либерти» низкая – 250 километров в перигее.
- Недопустимо, — ответил Мюррей – Во-первых, долго, во вторых «Либерти» рассыплется в атмосфере – слишком обширны повреждения корпуса, наверняка задета донная теплозащита. Если Солнце будет так же активно, то орбита не продержится и десяти дней. Надо спешить.
- Спешить можно, если знаешь что делать! – отрезал Синклер – НАСА не располагает такой возможностью!
- Никогда не чувствовал себя таким беспомощным! – вздохнул Смит.
- Это плохое качество для директора НАСА, Брайан – в комнату вошел Джон Юнг – Америка не является родиной слонов, Смит! Если не можем мы, это не означает, что не могут другие, – невысокому техническому директору потребовалось приподняться на цыпочки, чтобы ткнуть пальцем в Россию, на огромной карте мира, занимавшей целую стену в кабинете Синклера.
- Русские готовят к старту очередной «Союз». Он летит на МКС через две недели. Думаю, он вполне может стартовать раньше.
- «Союз», — Синклер скептически улыбнулся – Что может сделать один «Союз»?..



Вашингтон. Округ Колумбия. 16:05




- Это ужасно! – в очередной раз воскликнул президент – Как такое могло случиться! Это уму непостижимо!
Хозяин Овального кабинета нарезал круги вокруг стола и причитал. «Малоубедительно» — подумал Смит, — «К тому же он бесцеремонно расходует драгоценное время!»
- Да, господин президент, это просто ужасно! – согласился Смит, — Однако у нас очень мало времени, сэр. Какое решение вы примите?
- Что? – переспросил президент. Видимо он блуждал где-то в недрах своего сознания, когда Смит задал свой вопрос.
- Ваше решение сэр, а вернее скорость его принятия определит успех спасательной операции.
- Вы разработали план спасательной операции?
- Нет, сэр, еще нет – для этого нужно консультироваться с русскими. Нужно ваше официальное обращение к правительству России.
Президент задумался. Смит терпеливо ждал, пока незаурядный мозг главы государства переварит поступившую информацию.
- А сами мы не можем организовать операцию? У нас есть еще два челнока, Смит!
- Это исключено, сэр! Мы можем подготовить челнок для запуска, но он привезет с орбиты одни трупы.
- А русские успеют? – удивился президент.
- Успеют, сэр! Их корабль почти готов к запуску и проходит предстартовую подготовку. По нашей просьбе партнеры могут ее ускорить.
- Смит, а если…
Директор НАСА бесцеремонно перебил его:
- Не может быть если, сэр! Это единственный шанс….



Борт «Либерти». 16:10




Карла с трудом открыла глаза. Сон был тяжелым, без сновидений. Девушка посмотрела на часы. «Кошмар, я проспала больше суток!».
В голове было пусто. Ничего. Даже воспоминания о событиях суточной давности всплывали нехотя. Вспомнив о страшной гибели Харрисона Карла, неимоверными усилиями подавила приступ истерики, угрожавший вновь захватить ее.
Как нелепо! Красивый, обаятельный Харрисон, наверное, самый импозантный из всех астронавтов НАСА, невольно притягивал к себе окружающих. Его любили все, кто его окружал, у него не было врагов и завистников, с каждым он умел найти общий язык. Здесь, на «Либерти» ему не было равных по остроумию и эрудиции. Свои лучшие человеческие стороны он умел, вместе с тем, совмещать с дисциплинированностью и хладнокровием настоящего офицера. Нет, это не укладывается в голове!
- Проснулись мисс Нортон? – раздался голос командира и вернул Карлу к реальности.
Карла подняла глаза. Не ответила, только кивнула.
- Как вы себя чувствуете?
- Я в порядке, сэр… — голос девушки дрогнул. Сил держаться больше не было. Она подлетела к Стюарту и, уткнувшись ему в грудь, разрыдалась. Стюарт обнял девушку и погладил по голове. Симона, его дочь тоже, наверное, плачет вот так, уткнувшись в грудь Катрин, или Уильяма, старшего сына. Если конечно им успели сообщить. Как тяжело им, вот таким домашним девочкам и мальчикам, едва прошедшим стандартные ступени социальной лестницы «школа – колледж – университет» переживать эти неимоверные трудности, сознательно идти на риск и видеть смерть…. А нужно оно им? Стоит ли вся иракская нефть хотя бы одной слезинки этой бедной девушки?
Плечи Карлы вздрагивали от рыданий, а Стюарт просто молча гладил ее по голове. Ей нужно выплакаться, сбросить напряжение последних суток, прийти в себя…. У нее есть такая привилегия. У Стюарта ее нет.
- Плачь, дочка, плачь! Чарли был хорошим человеком, его невозможно не оплакивать.
Девушка всхлипнула еще пару раз, и смутившись снова вернулась на спальное место:
- Простите, сэр, не удержалась…
- Не извиняйся, дочка, не зачем – ответил Стюарт – Постарайся не думать о том, что ты видела, успокойся. Все будет хорошо, обещаю!
Карла взглянула на Стюарта. Тот улыбнулся ей, впервые за последние сутки.
- Все будет хорошо, — повторил он.
Девушка улыбнулась в ответ, но улыбка, едва появившись, вдруг исчезла с ее лица. Только теперь Карла заметила, что волосы командира, прежде с проседью, стали совершенно белыми….



Москва. НПО «Энергия». 31 июля 2005 года. 20:00 по московскому времени




Кондрашов неторопливо листал свежий многостраничный факс. Каждая фраза приводила его в легкое недоумение.
- Так американцы хотят…
Савченко замахал руками, протестуя против недосказанной реплики шефа:
- Вы не понимаете, Виктор Игнатьевич, они не хотят ничего конкретного в техническом плане. Они хотят спасти людей, а как мы это будем делать – не важно.
Кондрашов поднял глаза на собеседника.
- Они много хотят, Костя!
Теперь не понимал Савченко.
- А я тебе объясню, — покровительственным тоном начал Кондрашов – Итак, мы отменяем полет на МКС и летим спасать «Либерти». Первое – «Союз» стыкуется с шаттлом?
- Да, — уверенно заявил Савченко – Прецедентов не было, но шаттл стыкуется к МКС, «Союз» тоже. Унифицированный андрогинный стыковочный агрегат. Теоретически препятствий нет.
- Хорошо! Уговорил! Второе – сколько человек летит?
Савченко задумался.
- Интересно, правда? — в голосе Кондрашова сквозила ирония – Американцев шестеро. Многовато, для трехместного «Союза». В любом случае рейсов будет несколько. А сколько? Если освободить одно место, то шесть. Это фантастическая задача, мы ее не вытянем, даже если американцы откроют для нас форт Нокс! По времени не уложимся. Три? Не три, а четыре, ведь их семеро. Но тогда пилот будет только один. Справимся?
- Летал же Береговой! – возразил Савченко.
- О, милый мой, когда это было?! А состыковаться он смог? То-то же!
- Почему вы решили, что пилот не сможет стыковаться?
- Много факторов, причем все они переплетаются друг с другом весьма причудливо, — объяснял Кондрашов – Ближайшее стартовое окно для перехвата «Либерти» — не через десять, а через двенадцать дней! Мы уже опаздываем на два дня! Не думаю, что астронавты умрут к этому времени, но углекислого газа нанюхаются под завязку! Соответственно «подрулить», даже с их скупыми возможностями вряд ли сумеют. Система «Курс» такую задачу не осилит, значит, автомат не будет помогать пилоту. А в одиночку оценить обстановку при ручной стыковке сам знаешь, тяжело! Да и «Курс», как и другое не нужное оборудование придется снять – все свободное пространство необходимо отдать под запасы гидрооксида лития и пищи. Центровка и балансировка – еще один «боб», и весьма противный!
Савченко молчал, уничтожаемый аргументами шефа. А тот не унимался:
- Ладно, машина почти готова, перенацелим, переоборудуем – успеем к сроку. А где ты найдешь гения, который за неделю освоит столь сложную программу полета? У тебя в отряде такие есть?
Савченко хитро улыбнулся:
- Один есть!..



Кейп Кеннеди. Штат Флорида. 1 августа 2005. 12:10




- Американцы! Сограждане! Друзья! Судьба снова послала нашей стране тяжелое испытание. Случилась страшная трагедия – на борту космического челнока «Либерти» произошла авария.
Сейчас на орбите находится поврежденный, неуправляемый корабль. У нас нет связи с кораблем, но совершенно ясно, что астронавты, если они еще живы, не в состоянии предпринять что-либо самостоятельно. НАСА рассмотрело несколько вариантов спасения экипажа «Либерти», и вынужден признать – Америка бессильна! Мне тяжело, стоя перед лицом своих избирателей говорить об этом, но это действительно так. Мы не располагаем достаточным временем, чтобы подготовить спасение наших астронавтов.
Поэтому, без колебаний, я принял решение обратиться за помощью к нашим партнерам из России. Я послал официальный запрос правительству России и подкрепил его личным телефонным разговором с президентом, моим коллегой и другом! Он заверил меня, что русские инженеры приложат все возможные усилия для того, чтобы спасти членов экипажа «Либерти».
Я хочу обратиться к тем, кто находится сейчас на орбите. Наберитесь терпения, мужества вам не занимать, и дождитесь помощи! Она уже идет! Вся Америка и весь мир молится за вас!

Захлебывающийся плач заглушил последние слова президента. Катрин едва успела остановить Дороти Харрисон, рванувшуюся с дивана прямо к телевизору.
Дороти повисла на сцепленных руках Катрин, не пускавших ее и закричала в сторону продолжавшего выступать главы государства:
- Убийца! Лицемер!!! Да будь ты проклят, сволочь!!! Будь ты проклят!!!
- Господи, Дороти, успокойся! Билли, Фил, помогите!
Втроем – Катрин, Билл Стюарт и Полански с трудом сумели угомонить Дороти, утащив ее в соседнюю комнату и насильно накормив успокоительными пилюлями, на которых Дороти жила уже несколько дней.
Оставив Дороти под присмотром Уильяма и Симоны, Катрин и Полански вернулись в гостиную.
Катрин уселась на диван и задумчиво уставилась на экран.
- Самое страшное, что мы все думаем точно также. Только не говорим вслух – сказала она, намекая на вспышку гнева своей подруги, — Что происходит в реальности Фили, только честно? – спросила Катрин Полански.
- Все, так как и говорят, все верно, — ответил Полански, невольно поежившись от проникающего в самую душу взгляда жены командира «Либерти».
- Что с русскими? – продолжила она допрос.
- Да, мы действительно попросили у них помощи. Это единственная возможность вытащить их оттуда. Правда нас очень огорчили, тем, что старт состоится только через два дня, после того как остановится система регенерации воздуха на «Либерти».
Катрин побледнела.
- Как, ты хочешь сказать…
Полански развел руками:
- Катрин, раньше туда просто невозможно попасть! Стартовое окно будет только через двенадцать дней. Отсчет пошел со вчерашнего дня. Думаю, Джим сделает все, чтобы они протянули эти лишние два дня.
Лицо Катрин залилось краской.
- Джим справиться, я уверен – Полански не знал, куда бы ему провалиться из гостиной Стюартов.
- Джим и Чарли! Что они смогут сделать? – воскликнула Катрин – Кто с ними? Два новичка, штабист из Пентагона, рок-музыкант и девчонка?!
- Ты плохо думаешь о наших астронавтах, Катрин – с укором в голосе произнес Полански.
Катрин замолчала, и на ее глазах вновь выступили слезы:
- Господи, Фили, что же нам делать? – прошептала она.
Полански обнял Катрин и ответил:
- Молитесь за них, Катрин. А мы будем работать….



Борт «Либерти». 2 августа 2005 года. 15:15




- Джим, мы задохнемся! — пробормотал Браун.
Полковник Скотт при этих словах стал бледным как полотно.
Стюарт не знал, что ответить своему заместителю.
- Не задохнемся, Питер – ответил за командира Льюис – Мы не имеет на это права. Спасатели прибудут, и обнаружат тут только трупы? Нет, так дело не пойдет! Мы обязаны вытянуть эти десять дней.
Скот стал еще бледнее. На лбу у полковника выступили капли пота.
- Придется еще завысить концентрацию углекислого газа, превысить допустимый порог. Воздух будет плохим, но, по крайней мере, он будет содержать кислород. Может быть, нам хватит гидрооксида лития.
У полковника ВВС дрожали губы.
Стюарт нахмурился:
- Гарри, что с вами происходит? – строго спросил он.
Скотт бросил быстрый взгляд на командира.
- Я не хочу умирать – сказал он. Сказал требовательным тоном.
- Вас никто не заставляет полковник – сказал Стюарт – Что за паническое настроение?
- Хватит вешать всем на уши лапшу, Стюарт! – резко выкрикнул Скотт – Мы же в полном дерьме! Почему никто не хочет запустить второй шаттл!!! – истерически взвизгнул Скотт.
Вид этого мерзавца, с раскрасневшимся лицом, брызжущего слюной привел Стюарта в бешенство. Скотт орал еще две минуты. Браун, Льюис, Карла, Кристоферсон и сам Стюарт молча смотрели на этот всплеск эмоций. Увидев реакцию астронавтов, Скотт притих:
- Полковник, вы ведете себя не как офицер, а как истеричная баба! – металлическим голосом сказал Стюарт – Прекратите орать и расходовать зря драгоценный кислород!
Скотт молящим взглядом уставился на командира. «Еще немного, и этот гусь сбрендит!» — подумал Кристоферсон.
- Успокойтесь, Гарри – продолжил увещевать Стюарт, дружески похлопав полковника по плечу – Я уверен, мы выпутаемся из этого.
Скотт пессимистично покачал головой.
Самое страшное, что он был ближе всех к истине. Да, без связи, не имея возможности сообщить на Землю о своем бедственном положении, им остается только ждать. Ждать и надеяться, что их еще не считают погибшими, что предпримут что-нибудь ради их спасения. Наблюдать, как медленно ползет вверх стрелка гравиметра, как ближе и ближе становится момент, когда они впадут в забытье от переизбытка углекислого газа и чтобы уже никогда не очнуться. Стюарт не хотел оказаться на месте того, кто последним сохранит остатки сознания, и видеть, как один за одним умирают его товарищи.
Имеет ли смысл тянуть все это? Обрекать себя и других на мучения? А если взять и сбросить атмосферу из кабины? Несколько секунд оглушительного свиста, которые не успеют дослушать лопнувшие от баротравмы барабанные перепонки. Почти мгновенная потеря сознания, короткий болевой шок от моментально закипевшей в сосудах крови…. И все, никаких мучений…. Стюарта передернуло. Нет, никогда он так не сделает!
Пока еще есть хоть малейшая надежда, нужно работать. Пытаться установить связь с Землей, бороться за каждый грамм драгоценного кислорода. Чтобы продлить свое существование как можно дольше. Чтобы дать время тем, кто возможно еще не забыл о них…
Как трудно сейчас верить в спасение! Но нужно верить. И заставить поверить в это всех – и хнычущего Скотта, и потерявших веру в свои знания Брауна и Льюиса, и Кристоферсона, которому наконец дошло, что происходит, и готовую разрыдаться Карлу. Командир Джеймс Стюарт просто обязан это сделать…



Байконур. Стартовая площадка №1. 14 августа 2005 года. 5:24




Как лепестки огромного металлического цветка раскрылись четыре опоры стартового комплекса – последнее, что связывало ракету с Землей. Опираясь на столб бившего вниз и терявшегося в системе газоходов ослепительно белого керосинового пламени, она неторопливо пошла вверх, плавно и уверенно набирая скорость.
Гул, вибрация чуть больше обычной, и настойчиво вдавившая в ложемент перегрузка. Волков был в кабине один, не с кем было переглянуться, убедиться, мимолетно взглянув в глаза товарищу, что все действительно идет хорошо.
Конечно, все шло хорошо. Третий полет майора в космос начинался вполне штатно. Если не считать одиночества и совсем уж необычной программы полета, то все было как всегда.
По корпусу ракеты прошла волна вибрации – разделение, отошли «боковушки».
- «Заря-1», я «Гранит», есть отделение первой ступени. Подъем продолжаю – доложил Волков на Землю.
- Разделение прошло, подтверждаем, полет нормальный! «Гранит», как самочувствие?
- Самочувствие отличное! Прошло отделение САС! – ответил майор.
«Союз ТМА-12» нагрузили под завязку. Из Хьюстона доставили гидрооксид лития для системы жизнеобеспечения космического челнока, запасы сублимированных продуктов, медикаменты, запасной скафандр, ремонтное оборудование и многое другое, что могло потребоваться терпящему бедствие кораблю. Специалисты долго возились с балансировкой корабля – непривычное оборудование не желало размещаться в кабине «Союза».
После выхода на расчетную орбиту, по плану полета ее должны были скорректировать, через полчаса после отделения третьей ступени. По переходному эллипсу «Союз» облетит Землю, в апогее разгонится еще раз и сразу пойдет на финальное сближение с «Либерти». Такую схему придумали баллистики, чтобы как можно быстрее добраться до астронавтов.
Находясь рядом с челноком, Волков перейдет на ручное управление и состыкуется. Если будет куда стыковаться – НАСА не исключали, что может быть поврежден стыковочный узел.
Волкова не смущала ручная стыковка с неуправляемым объектом. Одна мысль не давала ему покоя – он не сможет открыть люк на «Либерти», если с той с стороны никто не ответит, когда он пристыкуется, сбросит кислород из бытового отсека и постучит в закрытый люк. Страшно было подумать, что те, кто находится по ту сторону, могут быть еще живы, но без сознания и не в состоянии услышать этот стук. На этот случай он имел однозначную инструкцию – расстыковаться, сделать инспекционный облет погибшего шаттла и возвращаться на Землю.
Такой вариант не исключался. По расчетам они опоздали – уже двое суток астронавты должны были быть мертвы….



Борт «Либерти». 14 августа 2005 года. 6:30




Стюарт в очередной раз энергично встряхнул головой, борясь со сном. Спать было нельзя, иначе забытье, из которого он уже не выйдет.
Полковник проиграл двенадцатидневную битву за живучесть корабля. Он сидел в командирском кресле на летной палубе. Было темно, только голубой край диска Земли ослепительно светил за окном.
Система регенерации воздуха встала вчера. До этого непереносимая концентрация углекислого газа стала просто невозможной. Стюарт уже не помнил, сколько он сидит в кресле и считает витки, накручиваемые практически обесточенным мертвым шаттлом вокруг планеты. Остальные находились внизу, на средней палубе. Теперь Стюарт жалел, что оставил их там. Он не был уверен, что они в силах не давать друг другу спать и не заснуть самим. Если до сих пор никто не побеспокоился о нем, значит там внизу уже все кончено.
От этой мысли полковник встрепенулся и сделал попытку выбраться из кресла.
В кресле пилота сидел Харрисон.
- Сиди, Джим, экономь кислород – тихо сказал он. Улыбнулся.
Стюарт снова опустился в кресло.
- Прости, Джим, я ничего не смог сделать – майор с грустью покачал головой.
Полковник отрицательно мотнул головой:
- Ты и не мог. Это ты прости меня, что не понял сразу.
Чарли вздохнул:
- Теперь это уже не важно, — потянул носом воздух – Душно у тебя.
- Душно, — согласился полковник – Двенадцать дней. Там внизу… — снова вспомнил Стюарт об оставшихся внизу астронавтах. Харрисон снова остановил его:
- Они еще живы, Джим, экономь кислород! – строго сказал, почти выкрикнул майор – Жди.
- Чего ждать!!! – потерял терпение Стюарт.
- Жди – Чарли сурово посмотрел на командира и сжал губы.
Полковник пожал плечами и, хрипло выдохнув, плюхнулся в кресло. За окном проплывала южная часть Тихого океана – «ревущие сороковые», кладбище космических кораблей. Когда Стюарт снова повернул голову, пилотское кресло было пусто.
«Не спать!» — молнией пронзило затуманенный мозг и выбросило сознание в реальность. Полковник поймал себя на мысли, что допустил непозволительную роскошь – заснуть на три минуты…



Борт корабля «Союз ТМА-12». 6:35




- Скорость на сближение восемь метров в секунду, устойчивый радиозахват – буднично доложил Волков на Землю – Вижу в ВСК яркую точку, дальность пятнадцать километров.
Яркая точка – «Либерти», пока что едва-едва различался на фоне бескрайнего океана. «Союз» вела автоматика. Телеметристы, в подмосковном ЦУПе и в Хьюстоне, сосредоточенно жевали карандаши, всматриваясь в колонки цифр на мониторах.
- Дальность восемь, скорость двадцать семь и пять. Дальность шесть, скорость двадцать семь. Горят сопла ДПО, начали разворот корабля.
Волков уже явственно различал треугольные крылья челнока, разрушения в кормовой части.
- «Заря-1», я «Гранит»! Наблюдаю цель отчетливо. Вижу повреждения правой гондолы.
- Только гондолы? – осторожно поинтересовались внизу. Еще бы, никого не удивляло, что шаттл вполне могло разворотить полностью.
- Пока не могу сказать ничего определенно – ответил Волков, цели уже не видел – Наблюдал только повреждения правого двигателя.
Автоматика развернула «Союз» и включила двигатель на торможение. Снаружи глухо загудело, корабль слабо вибрировал.
Волков успел оценить ориентацию и скорость вращения «Либерти». Мысленно он уже готовился к стыковке.
Гул за бортом смолк, и снова зачавкали сопла ДПО. Корабль развернуло лицом к цели. Волков опять увидел в перископ «Либерти».
На месте правой двигательной гондолы зияла громадная дыра. Киль, покрытый копотью, отогнуло влево. Тонкой проволочкой причудливо изгибался изуродованный манипулятор. Створки грузового отсека распахнуты настежь, правая висит на одной петле. Даже с огромного расстояния, отделявшего его от шаттла, острый взгляд Волкова мог оценить, в каком плачевном состоянии находился американский корабль.
- Я «Гранит», опять вижу цель! СКД работает четыре секунды, дальность восемьсот, скорость четыре.
- Я «Заря-1», понял вас, до выхода из зоны связи десять секун… — услышал майор и связь оборвалась. Видимо наземные командно-измерительные комплексы переволновались и дали неверные цифры. В любом случае окончательное и сближение Волкову придется выполнять в одиночку.
Корабли неумолимо сближались. Когда до «Либерти» осталось меньше двухсот метров, Волков перешел на ручное управление и закрутил «Союз», уверенно и точно двинув рукоять, повинуясь, то ли чутью, то ли рефлексу, выработанному после многочасовых тренировок на тренажерах. Шаттл в перископе прекратил вращаться.
Теперь Волков смог детально рассмотреть поврежденный челнок. Стыковочный узел чист, самое главное. Хотя, может пока это только кажется.
Внимание космонавта привлекло другое – на самом конце грузового манипулятора болтался темный продолговатый предмет, назначение которого Волков не понимал. «Что за ерунда?» — внимание командира «Союза» против воли переключилось со стыковочного узла на манипулятор. Впрочем, анализ не занял много времени – в очертаниях предмета майор угадал форму человеческого тела. Космонавта передернуло. «Харрисон» — догадался он: «О, Боже!»
Зрелище не для слабонервных. Волков неимоверным усилием воли унял дрожь в руках, сжимавших рукоятки управления. Это значит, спасать придется только шестерых…



Кейп Кеннеди. Штат Флорида. 7:25.




Катрин молнией метнулась к двери, услышав коридоре шум захлопнувшейся двери.
В коридоре стояли Билли и Фил Полански. Выражения лиц обоих не обещали ничего хорошего.
- Мама, Дороти у тебя? – почему-то шепотом поинтересовался Билл.
- Да, конечно, а где ж ей быть-то? – растерялась Катрин. В голову лавиной хлынули мысли, одна страшней другой — Что случилось?
Билл и Полански молчали, не решаясь говорить дальше.
- Да что такое?! – повысила голос Катрин – Говорите!
На бледном, осунувшемся лице Полански жили только глаза. Метнув в сторону Катрин страшный взгляд, Фил поднял палец и приложил его к губам.
- В 7:14 майор Волков выполнил ручное причаливание и стыковку – наконец заговорил он – Стыковка герметична, переход на борт «Либерти» возможен.
Катрин пошатнулась и упала в руки вовремя подоспевшего сына. Почувствовав опору, она выпрямилась и поборов желание рухнуть в обморок почти прокричала:
- И что, что с Джимом!
- Полански, не тяните резину! – вставил реплику Билл Стюарт.
- Что с Джимом пока неизвестно. Русский майор готовится к переходу в «Либерти» — промямлил Полански – Точно известно только одно – майор Харрисон погиб.
Этого изможденные нервы Катрин уже не вынесли, и она потеряла сознание…



Борт корабля «Союз ТМА-12». 8:01.




Волков уравнял давления между бытовым отсеком «Союза» и переходным отсеком шаттла и открыл люк.
Он вплыл в отсек. Люк на среднюю палубу задраен намертво.
- Я «Гранит», проник в переходной отсек «Либерти». Люк закрыт.
Эта фраза – почти приговор тем, кто внутри. Земля молчала.
- «Гранит», действуйте по программе – последовала инструкция.
Волков крепче ухватился за поручень и стукнул по люку гаечным ключом. Трижды.
Повисло молчание – в эфире раздавался лишь треск радиопомех. Слушал Волков, слушали Подмосковье и Хьюстон. С той стороны ни раздавалось ни звука. Волков постучал еще раз, так сильно, как только могла позволить ему невесомость. Тишина.
Надежда утекала как воздух из разорванного скафандра. Наверное, так и должно быть, они опоздали. Знали что опаздывают, и наверное сейчас не должно быть так обидно. К горлу подкатился ком – Волков снова забарабанил по люку. Душу заполнила жгучая обида, и ненависть к тем недоумкам, кто заставил умирать этих шестерых, умирать так долго и мучительно. Наверное сейчас он сойдет с ума – меньше сантиметра металла отделяет его от них, может быть еще живых. Но они не слышат его, который уже почти остервенело молотит ключом по крышке и слушает. «Ну отзовитесь же, елки-зеленые! Кто-нибудь!!!»
- Я «Гранит». За люком тишина – сухо доложил он на Землю.
В наушниках вздохнули. Волков оперся рукой о безжалостную крышку и беззвучно заплакал.
- Уходи, Игорь… — ответила «Заря-1»….



Борт «Либерти». 8:05




Карла еще дышала. Может, дышали и остальные, но наверняка были без сознания. И Карла уже ничем не могла им помочь — сил двигаться не было. Она и сама не знала, где находится, трудно назвать жизнью это полунебытие. И сколько оно еще протянется, неизвестно. Недолго – грудную клетку сдавило, как в тисках. Скорее бы уже все это закончилось, но сознание не хотело покидать хрупкое тело Карлы. Смерть будто играла с ней, как кошка с мышкой.
В голове застучало, будто кто-то одел на нее кастрюлю и забарабанил молотком. Карла слегка мотнула головой – этот ужасный шум был просто непереносим. Последние сутки она провела в полной тишине, если не считать привычного гула вентиляторов. Видимо начались слуховые галлюцинации или просто в ушах шумит. Ну почему все так мучительно, почему ей не повезло как Скотту, бледная с синевой лысина которого торчит прямо над глазами у Карлы. Скотт уже давно не шевелился.
Шум прекратился так же внезапно, как и возник. Но не успела Карла передохнуть и он начался снова. Резкий, металлический звон болью отдавался в голове измученной девушки. Собравшись с силами, она подняла руки к голове и зажала уши, но звон не исчез, ни сколько даже не приглушился. А потом опять смолк.
Карла отняла руки от ушей, оттолкнулось ногой от переборки и перевернулась в воздухе. Странная галлюцинация, если можно так говорить о галлюцинациях. Да не все ли равно! И тут звук появился вновь.
Звенел люк шлюзовой камеры. Почему-то Карле даже показалось, что он звенел и вибрировал. Это последнее обстоятельство не позволяло девушке верить своему одурманенному мозгу – как может вибрировать люк из толстенного дюралюминия, зажатый прочными замками. Как будто кто-то ломился с той стороны. Карле вдруг стало смешно – видимо с ней тоже уже почти все кончено, либо это сумасшествие, либо она уже давно на том свете.
- Что смеешься, открывай люк! – кто-то строго окликнул ее.
На одном из спальных мест, рядом со Скоттом сидел, скрестив руки на груди Харрисон.
Карла не удивилась. Только спросила:
- Как?
- Ты знаешь – майор улыбнулся – Действуйте, мисс Нортон!
Карла двинулась к люку. Наверное, в этот момент она была похожа на перепела, беспомощно болтавшегося в невесомости во время одного из экспериментов на станции «Мир», потому, что ничего у нее не получалось.
Люк звенел и подпрыгивал. В затуманенном сознании огненными буквами светился приказ Харрисона – «Открой люк!!!»
Карла добралась до люка и повисла на рукоятках замка. Из глаз брызнули слезы – ручки не поддавались ее ослабевшим рукам. Она повернулась к Харрисону. В голубых глазах майора светилась уверенность. Он нахмурился.
- Помогите, сэр! – взмолилась Карла.
Харрисон мотнул головой – нет, он не поможет. Придется самой. Но зачем, что там, за тем люком! Да, там больше кислорода, чем здесь, но его не хватит, чтобы вернуть их к жизни.
Люк снова настойчиво зазвенел. Карла нажала на ручки. Люк грохотал и выгибался волнами.
- Я не могу!!!
Ей казалось, что она кричит, перекрикивая звон металла, разливавшийся по отравленной атмосфере корабля. Но она, только едва-едва шевеля губами, хрипела.
- Сэр, я не могу!!!
«Сможешь!» — говорил суровый взгляд пилота.
Опять наступила тишина. Карла изо всех сил потянула ручки. Замок щелкнул и подался.
С той стороны словно ждали этого. Карла выпустила ручки из ослабевших рук и сползла по осторожно поднимавшемуся люку.
Из шлюзовой камеры показалась голова в прозрачном шлеме. Нос с горбинкой, выбившийся из-под сетчатого шлемофона пшеничный чуб, растерянная и счастливая улыбка, и веселые, с изумрудным блеском, глаза.
- Ангел… — прошептала Карла и лишилась чувств….

Волков подхватил упавшую в его объятия девушку и дрожащими руками натянул на нее кислородную маску. Он еще не совсем отошел от стресса, испытанного несколько минут назад, когда уже собирался покинуть шаттл. Майор уже развернулся, чтобы уплыть назад в «Союз», когда в полной тишине за спиной щелкнули замки переходного люка.
Он быстро повернул голову – люк действительно был разблокирован и слегка приоткрыт.
- Я «Гранит», докладываю, люк открыт!
Теперь все зависло от его оперативности. На средней палубе, в разных позах были буквально разбросаны еще четверо астронавтов, не подававших уже никаких признаков жизни. Он щупал пульс на сонной артерии, одевал кислородную маску и с каждым разом понимал, как вовремя успел. Стюарта среди них не было.
Взгляд Волкова встретился со взглядом очнувшейся Карлы. Огромные голубые глаза… Красивая, черт возьми!
Девушка одной крепко прижимала к лицу кислородную маску, а другой показывала Волкову на люк, ведущий на летную палубу….

Стюарт лежал на мокром дощатом полу. Он не понимал, где находится, но вокруг было сыро и холодно. Дышать было очень тяжело – на груди лежала увесистая чугунная болванка. Он пошевелился, пытаясь поднять руки и убрать давивший на него груз, но ничего не получалось. «Все, крышка!» — промелькнула мысль. Болванка становилась все тяжелей, будто наливалась убийственным весом.
За спиной раздались шаги. В полумраке помещения Стюарт узнал Катрин. Она сняла с его груди тяжесть и отшвырнула ее в строну, как картонную. Гиря бесшумно улетела в темноту.
- Пойдем домой, Джимми – ласково произнесла жена.
В этот момент Стюарт пришел в себя.

Полковник открыл глаза. Рядом, в кресле Чарли сидел незнакомый мужчина в скафандре.
- Доброе утро, полковник! – голос незнакомца глушился стеклянным шлемом, поэтому Стюарт с трудом различал речь, на хорошем английском со слабым славянским акцентом – Майор Игорь Волков, — представился незнакомец.
Стюарт кивнул и опустил глаза вниз, стараясь разглядеть кончик своего носа. Точно, носа не было – его закрывал полупрозрачный пластик кислородной маски.
- Это не надолго, мистер Стюарт – сказал Волков – Я уже запустил систему регенерации воздуха. Через некоторое время состав атмосферы придет в норму.
- Джим, называй меня Джим – буркнул Стюарт из-под маски. Волков вздрогнул от неожиданности – полковник говорил на чистейшем русском языке.
- «Мир» — «Шаттл» — пояснил Стюарт, заметив удивление майора – Что с остальными, Игорь?
Волков улыбнулся:
- Не беспокойся, Джим, все в порядке….




Борт «Либерти». 16 августа 2005 года. 12:29




- «Либерти» вызывает Хьюстон! Хьюстон, ответьте «Либерти»! – неуверенно произнес Стюарт впервые за последние две недели.
В наушниках раздался шорох, а потом радостный голос Чака Мура:
- «Либерти», слышим вас превосходно! – на фоне его голоса Стюарт расслышал бурю ликования, поднявшуюся в хьюстонском центре.
- Говорит Стюарт. Системы жизнеобеспечения и связи работают удовлетворительно. Самочувствие всех… — лицо полковника помрачнело – Всех шести членов экипажа нормальное.
- Рады за вас, «Либерти»! Молодцы, ребята!
«Да, уж, молодцы…» — с грустью подумал Стюарт.
- О’ кей, запрашиваю дальнейшие инструкции для экипажа «Либерти» — передал полковник.
- Джим, готовьте двоих астронавтов для отправки на Землю вместе с майором Волковым. Пока мы больше ничего не можем для вас сформулировать.
- Вас понял! – подтвердил Стюарт, — До связи!
Стюарт снял наушники и оглядел собравшихся на летной палубе астронавтов.
- Карла и Гарри, готовьтесь к эвакуации!
Уголки губ Скотта слегка приподнялись – понятное дело, полковнику выпал счастливый билет оказаться на Земле. Раньше других, а может и просто, оказаться на Земле… Стюарт спокойно отнесся к такой неприкрытой радости полковника – он на его месте тоже радовался бы.
Глаза Карлы Нортон тоже радостно заблестели, но на лице было написана тревога и беспокойство. Геройствовать и возражать командиру не имело никакого смысла, поэтому она торопливо кивнула, в знак согласия.
Волков критически осмотрел сгорбленную фигуру полковника Скотта, а потом повернулся к Карле:
- Как вы переносите перегрузки?
- Что? – удивленно переспросила девушка.
- Перегрузки. Минимум четыре единицы.
Стюарт снова нахмурился. При спуске на шаттле перегрузки не превышают полутора единиц. Именно поэтому в НАСА так много гражданских исследователей, в том числе и женщин – требования к астронавтам существенно снизились, после того, как вошли в строй космические челноки. Даже при взлете перегрузка не превышает трех единиц. А на «Союзе», даже в штатном режиме спуска при использовании аэродинамического качества капсулы таких комфортных условий не было. О баллистическом режиме и говорить не приходится. Такой вариант событий тоже не исключался при сбое в системе управления кораблем.
Волков знал об этом, Стюарт тоже. Карла только пожала плечами:
- Не знаю – снова взглянула на майора, так, что у того по спине мурашки побежали.
Перед стартом майор внимательно изучил всех астронавтов «Либерти» по фотографиям. Но на Карлу не обратил никакого внимания. Не до того было – он круглыми сутками не вылезал с тренажеров. А, встретив ее позавчера на борту челнока, влюбился с первого взгляда. И теперь, когда она смотрела на него своими огромными голубыми глазами, тревожно, и одновременно с надеждой на то, он развеет все ее опасения перед предстоящим испытанием, что он мог ей ответить?
- Не переживайте, все будет нормально – уверенно сказал майор и подмигнул Карле.
Карла облегченно вздохнула, безоговорочно поверив ему. В его взгляде и словах была холодная, непоколебимая уверенность.
- Хорошо, — сказал Волков – А, вы, полковник, как боевой летчик, думаю вполне подготовлены к спуску?
Скотт кивнул.
- Отлично, тогда будем готовиться….

Расставание было долгим. Потому, что закрывшийся переходной люк надолго разделит их, тех, кто улетел, и тех, кто остался. Может так случится, что разделит на живых и мертвых.
Карла, неуклюже барахтаясь в непривычном русском летном скафандре, повисла на шее у Стюарта, и была не в силах сдержать слез. Волков крепко пожал руки четырем астронавтам и сказал:
- Пора, ребята, нужно разместится и закрепиться. У нас не так просторно – улыбнулся майор.
Карла чмокнула командира в колючую, заросшую бородой щеку:
- До свидания, мистер Стюарт!
- До свидания, дочка! Мягкой посадки – улыбнулся растроганный полковник.
Карла вытерла слезы рукавом скафандра и, не оборачиваясь, проскользнула в горловину переходного люка. За ней, попрощавшись с товарищами проплыл Скотт.
Стюарт с чувством еще раз пожал Волкову руку:
- Спасибо, тебе, майор. Спасибо твоей стране. Мы верили, что нас не бросят в беде – сказал полковник по-русски – Для меня было огромной честью летать с тобой.
Волков улыбнулся, обнял Стюарта, дружески похлопав по спине:
- Для меня тоже, Джим! – ответил он, и серьезно, оглядев четверых мужественных людей, добавил:
- Держитесь!...



Вашингтон, Округ Колумбия. Арлингтонское военное кладбище. 5 мая 2006 года




ЧАРЛЬЗ ГЕНРИ ХАРРИСОН
1961-2005


Скромная надпись на белом, ничем не отличавшемся от других, надгробии – это все, что получил майор Харрисон за долгие годы безупречной службы Америке. А еще гроб, покрытый звездно-полосатым флагом, салют и почетный караул гвардейцев, периодически марширующий мимо по ровным аллеям парка.
Стюарт отогнал от себя крамольные мысли. Он пришел к могиле друга, и не хотел еще больше омрачать себе настроение.
Он молча стоял под ласковыми лучами солнца, и стараясь не смотреть на осунувшееся и почерневшее от горя лицо Дороти Харрисон, размышлял.
Размышлял о мире, в котором вшивое ядерное досье на государство третьего мира стоит дороже жизни опытного, дисциплинированного, преданного родине офицера. Ради чего? Чтобы иметь формальный повод бросить в мясорубку очередной локальной бойни еще тысячи молодых здоровых парней!
Стюарт вздохнул. Рядом стоял Волков, под руку с Карлой. Полковник улыбнулся – русский майор захомутал таки этого непоседливого чертенка. Это единственное светлое событие во всей паршивой миссии «Либерти».
- Чарли был бы рад видеть нас здесь, на Земле, живыми и здоровыми – сказал Стюарт.
- Он рад – ответила Катрин и вздохнула. – Думаю, он все прекрасно знает.
Стюарт кивнул. Наверное, это так и есть – полковник не смог понять, разговаривал ли он действительно с Чарли на борту «Либерти» в тот ужасный день, или все придумал его одурманенный мозг. Скорее всего, и то и другое.
- Знаешь, Игорь – Стюарт кивнул в сторону могилы Харрисона – Мне кажется, что похоронив Чарли, мы похоронили всю нашу пилотируемую космонавтику.
Волков помрачнел и ничего не ответил. Он и без лишних убеждений понимал, что полковник скорее всего прав.
- Я был мальчишкой, когда в воздухе над мысом грохотали лунные ракеты – продолжил Стюарт – Я и мои родители, как и все остальные в этой стране, оплакивали сгоревших в первом «Аполлоне» астронавтов, замирали от ужаса, когда наши парни терпели бедствие около Луны, радовались, когда они благополучно вернулись на Землю. Было много неудач, было много смертей, таких же страшных, как и смерть Чарли. Но тогда мы верили, Игорь, верили, что все это делается не зря. Когда я первый раз сел в кабину шаттла, я понимал меру риска и знал, ради чего лечу в космос.
А теперь я не верю, Игорь! Не верю политиканам-показушникам, которым не жаль выбрасывать миллиарды в крылатые ракеты «Томагавк», но жаль дать в десять раз меньше ради того, чтобы мы не хоронили своих астронавтов. И пусть мне не говорят, что космос сжирает огромные средства и не приносит прибыли. А война можно подумать приносит прибыль!
Стюарт тряхнул седой головой и замолчал. Спрятал глаза. Наверное, не стоило устраивать митинг на могиле друга, но он не выдержал. Все, что мучило его последние восемь месяцев вдруг прорвалось наружу.
- И что же дальше, Джим? – спросил Волков.
Стюарт бросил в его сторону долгий задумчивый взгляд.
- Не знаю, Игорь, не знаю….


13.03.2006


Притыкин Д. Е. a.k.a. astronavt
К началу раздела | Наверх страницы Сообщить об ошибке
Библиотека - Остальное - Миссия «Либерти»
Все документы раздела: В начале было слово… | Мысли | Просто так | Немного мрачное повествование | Преисподняя | Конфа | Кровь, смерть и травка... | Последний контакт | Маленькие рассказики | Сага о пьяном студенте | Записки старого Майора | О вреде пьянства | Роковая небрежность | Эксперимент | Мусорщики | История! | Нету заголовка | Небывальщина | Суд | Страх | Ностальгия... | Зарисовочки | Странный случай, бывший в космосе | Долг... | Горящие Земли | Dragonfly | Странное письмо | Такие дела | Сказка про енота | И они ушли... | Поверь - умри | Техника безопасности | Цветы | Человек шёл по городу | К звездам... | Грёзы оптом и в розницу | Великий инквизитор | Пиво | О09ь | Время пилотов | Дверь | Сказ про то, как три богатыря на Змея ходили | Пиплы | Доминирующий вид | Принцип невероятности | Отпрыски судного дня | Главная добавка | Муравьи | Маленький центр мира | Рассказ без названия | Солдат | Слабое отражение | Паразит | Под светом Юпитера - Оглавление | Трофейщик - Оглавление | Авантюра | Скверный характер | Ласточка | Миссия «Либерти» | Отражения миров | Рыцари порта «Либертан» | Кристалл Зараля | Зарисовка | Кино | Сказка ложь, да в ней намёк | 111.1 FM | Восемь жизней | ПБН | Разочарование | Вирус | Глубина небес | Договор | Легенда о Рае | Анастасия | Вариации на тему дождя | Ио | Беглец | Версия финала | Наступило будущее... | Учитель | Цена свободы | Синяя птица | Прощание | Инцидент №... | Про шамана | Драконы ушли из этих мест (Инквизитор) | Трамвай | СОЛНИЧКА | Выбор | Три кусочка неба | Спор | Крайний вылет | Гвардии Майор | Короткая Рождественская История | Ключ от неба | День красных сердечек | Дело с антиквариатом | Тысяча мелочей | Маски | Корпорация | Тени прошлого | Хроники контрабандиста | Цикл рассказов Immor Mortis: 1.ПГ-9-12 | Цикл рассказов Immor Mortis: 2.Приносящий счастье | Цикл рассказов Immor Mortis: 3.Спасённая жизнь | Цикл рассказов Immor Mortis: 4.Cтарые долги | Ночь в Кёльне | Дни "Летающей тарелки" | Кош - миллиардер поневоле | Вавилонская башня | Ночная буксировка или приключения перегонщиков | Женитьба и Субару | Иппатьевский метод |


Дизайн Elite Games V5 beta.18
EGM Elite Games Manager v5.17 02.05.2010