|
Воин.
I
Я Смерти преданный посланник,
И подданный я царства Тьмы,
Неумолимый вечный странник,
Мне не до мирной кутерьмы.
А место мне – где кровь рекой,
Где сквозь громады черных туч,
На пепел той земли чужой,
Не светит жизни светлый луч.
Где в танце смерти меч мой верно
Дает начало всем страданьям,
Где проклинают труд мой скверно,
И нет конца моим скитаньям.
Там меч мой жаждет гнев излить,
Всосать в себя чужую кровь,
Душа желает слез испить,
Смерть приношу я вновь и вновь.
Пусть говорят, что мир возможен,
Не будет меж людей вражды.
Пусть говорят – ведь кто-то должен
В мечтах спасаться от беды.
Ведь это я, мой меч стальной,
Что в своих кровавых танцах,
Спасая от стрелы шальной,
Сохраняет жизни в старцах.
Я согрешил и продал душу,
Чтоб мудрецы, меня ругая,
Не превратились в гниль и тушу.
Да, не видать ворот мне рая!
В ад будет сослана душа,
Ведь лучшего я недостоин.
Горька и зла моя судьба.
Моя судьба… ведь я же – Воин!
II
И снова смерть, повсюду бой,
В душе я слышу волчий вой.
Всю жизнь свою рубясь мечом,
Я стал умелым палачом.
Свист верной стали, чей-то крик,
И предо мной мой враг поник,
Мой слабый враг, совсем юнец…
Невесте не видать венец…
В богатом замке мать рыдает,
И к сердцу руки прижимает.
Стоит, нахмурившись отец,
И думает: «Какой глупец!
Мой дом богат. Вдвойне, втройне!
Не сосчитаешь золота в казне.
Землей владею вдоль и поперек…
А сына, вот, не уберег…»
Визг мертвой стали, чей-то крик,
Передо мной их сын поник.
А я не думал и не знал,
В чужую кровь я меч макал.
И только лишь угаснет бой,
В душе затихнет волчий вой,
По сторонам я осмотрюсь,
Застыну вдруг и удивлюсь.
Увижу лик я молодой,
Взор его ясный, ледяной,
В глазах застывшую печаль.
И вдруг подумаю: «А жаль!
А ведь нет! Завидую тебе
И твоей лихой судьбе!
Ведь умер нежным ты щенком,
А не озлобленным волком…»
III
Я думал – проклят я на веки,
И суждено мне крови реки
Проливать день ото дня.
Но пожалела ты меня.
Моя судьба вдруг изменилась,
Тепло в душе сей затеплилось.
И вод взором твоим ясным,
Перестал я быть несчастным.
Мне меч не греет больше руку,
Не прикасаюсь больше к луку,
Доспехи стали холодны,
И я впервые вижу сны.
В твоих объятьях стал щенком
И позабыл, что был волком,
Что оглашал ночь злобным воем,
Победу празднуя над боем.
И в доме я, у очага,
Забыл про поиски врага.
Твой дом, моей души приют –
Заветный рай, святой уют.
И однажды, утром ранним,
Залечив души сей раны,
Я закопаю меч стальной,
В курган высокий земляной.
И молиться буду о прощеньи,
У тех, кого губил в затменьи,
У тех, кто долго жить желал,
У тех, чью жизнь я оборвал.
* * *
Пройдут года, и как отец когда-то,
Сын выкопает меч, наденет латы.
И над пеплом дома, до конца своих дней,
Поклянется мстить за родных и друзей.
|
|
|
