Elite Games - Свобода среди звезд!
.
  » Упрощая реальность | страница 1
Конференция предназначена для общения пилотов. Для удобства она разделена на каналы, каждый из которых посвящен определенной игре. Пожалуйста, открывайте темы только в соответствующих каналах и после того, как убедитесь, что данный вопрос не обсуждался ранее.

Поиск | Правила конференции | Фотоальбом | Регистрация | Список пилотов | Профиль | Войти и проверить личные сообщения | Вход

   Страница 1 из 1
 
Поиск в этой теме:
Канал творчества: «Упрощая реальность»
Нравится?
Да. Пиши ещё!
0%
 0%  [ 0 ]
Нет. Пиши лучше...
0%
 0%  [ 0 ]
Автор, убей себя об стену.
0%
 0%  [ 0 ]
Всего проголосовало : 0
Shmidt
 119 EGP


Рейтинг канала: 1(6)
Репутация: 15
Сообщения: 815
Откуда: Челябинск
Зарегистрирован: 30.07.2009
«Упрощая реальность»
Пока на экранах медленно вращалась Земля и все напряжённо уставились на огоньки стартующих на орбиту ракет, я искоса посматривал на Алёну, девочку-трансгендера с во-от такими, низкую даже для девушки.
– Воу! – звонко воскликнула Алёна, сверкнув белизной зубов на смуглом лице. – Нас ждёт вечеринка! Приходите и одевайте лучшие платья!
Алёна Сталлз обвела нас всех сияющим взглядом – мужчин, затянутых в тёмно-синюю, почти чёрную форму ВКС, этакая девочка-девочка с капризным изгибом губ.
– Орбитальную бомбардировку ты зовёшь вечеринкой? – хохотнул я. Поправил раритетные очки, ношу при великолепном, даже улучшенном зрении из чистой вредности, или ради просветлённых линз, за которыми удобно прятать взгляд. Добавил напыщенно: – От нашего решения зависит сама судьба цивилизации! И что имеешь в виду под «одевайте платье»?
Алёна проигнорировала мои намёки.
– Капитан, у меня пальцы дрожат на тумблерах!
Я помедлил, вглядываясь в черноту на экране. Навигационный ИИ умно строит треки орбит, те прочертили вверх от космодромов Земли, туда, где на тридцати мегаметрах припаркована гигантская МКС-2. Какой сейчас ад творится у шлюзов – страшно представить.
– Будем считать, все кто мог... и хотел покинули планету.
– Капитан, – напряжённо проговорил Маргаст, бывший школьный учитель, трудолюбивый как пчела знаток истории, но взят в Космофлот за здоровый, ого-го какой формализм. – Инструкции предписывают финальную доразведку.
Я поморщился. В инструкции заглянул мельком, да и когда читать тысячи страниц, едва прибыл на МКС-2, сразу бросили в дело. С трудом одолел пятнадцать из квик-гайда, но пункт о доразведке там есть, потому и морщусь на педанта Маргаста.
– Что ж, проведём. Энсин Сталлз... – начал я.
– Лично! – злорадно поправил Маргаст. – Проводит лично капитан. Никто иной не обладает правом принятия решения.
– ...готовьте шаттл, – закончил я невозмутимо, давя неприязнь.
– Остался только аварийный, остальные приданы МКС-2 для спасательной операции, – сообщила Алёна.
Я неопределённо шевельнул пальцами, а сам быстро-быстро вызвал спецификацию. Показалась проекция, аварийный шаттл рассчитан на двоих, зато как рассчитан! Большую часть аппарата занимает линейный импульсный ускоритель, способен компенсировать пассажирам и старт, и финиш аж на 24g. Я пролистал пару скучных страниц, в конце документа мелкий шрифт под звёздочкой, бросилось в глаза непонятное: «вакуумплотный, 4kY по классификатору Головачёва».
– Шаттл готов, мой капитан! – проговорила Алёна, хлопая идеальными ресницами.
Я окинул взглядом контрольную комнату, как бы прощаясь. Крейсер носом косо к Земле, так всегда при гео-парковочной орбите. На борту 0.8g, хотя могли установить привычные 10м/с, но вредный Маргаст экономит пропеллент. Все офицеры на местах, только энсин Сталлз перекинула управление крейсером на Маргаста и куда-то исчезла.
Уже у шлюза догнали тихие и частые шаги. Я плавно обернулся, ладонь поверх рифлёной рукояти ПМv.2 Space Edition. Напротив и очень, очень близко – Алёна. Я приобнял за жопу и потянулся ладонью к её бедру – мне можно всё, пальцы заскользили по внутренней поверхности, задирая форменную юбку. Бедро короткое у коротышки и быстро кончилось, выше развилка. Я поднапрягся, глупо ожидая встретить твёрдое, по-мужски торчащее, но нет, сквозь тонкую ткань трусиков пальцы ощутили женскую пустоту.
– Заглянешь в сток, привези платье, – проговорила Алёна, отстраняя меня на вытянутую руку. Блеснула зубами, ровными и крупными. – Тогда и устроим вечеринку!
– Привезу лучшее.
В аварийном шаттле просторно, как на императорской яхте. Несколько залов один над одним, и я готов поклясться, что видел бассейн. Проверять некогда, быстро забрался на верхний ярус, там контрольный отсек, половину занимает мощное ложе, а через широкую торпеду из лучших сортов пластика – второе. Я плюхнулся в левое, над головой низкий потолок, оттуда снизойдут сияющие невидимым светом лучи, а мощный магнитный импульс заставит дрожать все атомы моего тела, колебаться в едином ритме, синхронизируя спин.
– Готовность к старту, – донеслось по корабельной связи, сказано голосом Маргаста. – Десять, девять... – голос продолжает бубнить, но я с интересом вчитался в pdf аварийного шаттла, – ... четыре, три...
Справа шум, я недоумённо выплыл из марева интерфейса. На второе ложе скользнуло и плюхнулось тело, затянуто в «пустотный» облегающий комбинезон.
– Подумалось, что подберёшь ерунду, – долетело справа.
Я хмыкнул, а Маргаст провозгласил: «ноль!»
Лёгкий толчок в спину и на экранах вид стремительно приближающейся Земли. Шаттл раскалённой пулей вонзился в атмосферу под острым углом, на носу полыхнуло плазмой и по корпусу прошла волна дрожи. Шаттл отбросило как мячик и аппарат снова устремился вниз по пологой дуге.
Я смотрел в экран, как малиновая плазма обтекает аппарат, как её рвёт на лоскуты на сорока километрах. На двадцати хлопком обрушился шум, шаттл мелко завибрировал, вертикальное падение плавно переходит в горизонтальный полёт, который всё ниже. На горизонте, теперь у нас есть горизонт, показалась серая язва города, огромного, как целый американский штат.
– Как там говорят: если найдём десять праведников, бомбардировок не будет, – проговорила Алёна с ухмылкой.
– Много, – откликнулся я. – Найти бы одного. Эй! Подумай только: летим домой!
Город вырос устрашающими небоскрёбами, блеснула сталью лента реки и промелькнули кирпичные стены древней крепости. Шаттл завис над каким-то районом, близ параллелепипеда здания, похожего на типичный ашан. Стремительный кульбит и тяжело рухнул на корму, давя безжалостно асфальтобетон и обсыпав угол какой-то многоэтажки.
Я легко соскочил с ложа – компенсатор ускорения уже не действует. Алёна следом. Внизу открыт шлюз и стальной оглоблей брошен пандус. Я вышел, настороженно ступая и вертя головой. Взгляду предстаёт удручающее: город словно оплыл, рухнули и осыпались под собственным весом коробки зданий, а всюду полчища мелких и крупных механизмов, что-то деловито пилят, тащат к колёсным платформам извлечённый металл. Мимо юркнул мелкий робот о четырёх ногах, на ходу просканировал нас антенной и исчез, прежде чем я дал пинка.
Алёна походила вокруг со сжатыми губами, замерла и тут же жадно тянет шею в сторону ашана.
– Вроде, цел, – заметил я и проверил оптикой глаз. – Точно – цел. Пройдёмся, расстояние не велико, но для доразведки достаточно.
– Закрой корабль, – напомнила энсин ВКС. – Надеюсь, роботы тряпки не тронули.
– Им нужен только металл, строить нам крейсера.
Шлюз на титановом боку шаттла плюнул сжатым воздухом, дверь плотно прикрылась, миг и исчез даже контур, только наклонный пандус намекает, где был.
Сели мы не далеко от реки, она сзади и справа, а впереди за домами огромный проспект и сбоку огромный ашан. Я присмотрелся, умная оптика глаз послушно приблизила строение. Над крышами уже летают квадрокоптеры. Коротко вспыхивают резаки, цепкие манипуляторы отдирают куски стали.
– Мы ищем выживших, не забывай! – напомнила энсин Сталлз официальным тоном.
Но «выживших» не встретилось. Мы брели полуразрушенными улицами, полными механической жизни. На шаги из подворотен выбегали шарики всех пород и размеров и глядели преданно и жалко, облезлые и худые. Мы топали мимо с равнодушными лицами. Один, самый смелый лохматый кобель, приблизился вплотную, втянул воздух возле Алёниных ног, чихнул и разочарованно отступил обратно.
У ашана куча брошенных авто, дверцы распахнуты, а в багажниках разлагается биодрянь. Мы быстро миновали, морща носы на запах, к и сквозь заклинившие раздвижные двери. Едва вошли, как Алёна схватила за руку и настойчиво потянула налево, где длинный ряд бутиков на пару-тройку этажей.
Я вертел головой, таращась по ту сторону стекла витрин, на яркие полки цветастых игрушек и пустоту салонов гаджетов, где редкие девайсы выставлены как драгоценность. Алёна, счастливая, унеслась вперёд, но я настороженно замер. От магазинчика с диванами слышится храп. Двинулся, мягко ступая, ладонь на рифлёной рукояти пистолета. Среди роскоши кожи диванов, бежевой, тёмной и каких-то рыжих оттенков, неопрятная куча тряпья. На шаги куча зашевелилась, край мехового нечто откинулся и показалась заспанное с мелкими, как брызги, веснушками лицо. Длинные волосы растрёпаны, карие глаза не вполне ясные. Девушка, а это несомненно девушка, встрепенулась, вскочила с дивана.
– Вы спасатели?! – выкрикнула она. – Я – Ольга. Шла из Твери и не успела к последнему шаттлу. Как хорошо, что вы прибыли!
Я смотрел на эту самочку, слишком худую, чтобы быть изящной, но неожиданно широкую в бёдрах, а мысли были нехорошие.
– Кто сказал, что за вами? – нагло заявил я. Уставился недвусмысленно, мысленно сдирая взглядом одежду, впиваясь жадно в показавшиеся соски и мощно раздвигая плоть между её ног. – Свободных мест нет.
Ольга поняла правильно. Уткнулась лицом в ладони и меж пальцев потекли слёзы под аккомпанемент глухого рыдания.
– Что остаётся?.. Как жить в этом мире, таком равнодушном... к людям? – прошептала сквозь плач Ольга. Вдруг замерла, поражённая. – А не свободных?!
– Шаттл аварийный, всего на двоих, остальных бы расплющило ускорением, – объяснил я терпеливо.
Под моим, теперь оценивающим взглядом Ольга воспряла. Плечики пошли назад, а грудь, куда как скромнее Алёниной, выпятилась. Ольга оттопырила попку, прогнула спину, на губах появилась улыбка. Тряхнула головой и локоны рассыпались по плечам живописно.
– Возьмите, возьмите меня с собой!
– Гм. Я действительно ищу выживших.
– Выживших полно. Не понимаю, что имеете в виду под «выжившие»?
– Ну, кто ещё хочет убраться, – пояснил я и добавил: – Из-под власти ГИИ.
– Какая там власть, – горько заметила Ольга. – Ему всё равно, просто не замечает нас, людей. Кто знал, чем всё кончится!
– Никто не предполагал, что вообще кончится, – возразил я, а самому вспомнилось, как это было. Сперва отдельные сообщения, новости лабораторий и бравурные репорты CEO корпораций, доклады о внедрении ИИ во все сферы жизни. Первый звоночек был тревожным – когда утратили смысл почти все профессии, и остались лишь две – искусство коммуникаций и навык пользования техносферой. Развитие техники столь стремительно, что потеряло, как тогда казалось, изначальную цель – служить человеку. Пророки пугали людей вечным рабством и тут же, не смущаясь, грезили о райских кущах, но реальность оказалась значительно хуже – реальность пережевала человека как невкусное, и аккуратно, чтоб не повредить, сплюнуло на обочину истории.
– Ищите зачем?
Ольга прижалась ко мне из всех худых сил, заглядывая снизу в глаза. Ладошки легли поверх моих кистей, крепко сжала и направила куда надо, а когда я послушно шевельнул пальцами, обхватила руками вокруг шеи и откинулась назад, увлекая на роскошный диван. Я почти позволил себе упасть, но отстранил.
– Не так просто.
Позади послышались шаги и в диванный бутик вошла королева! Белоснежное платье в контраст смуглой коже, а лицо Алёны светится щастем.
– Вот что я имею в виду под лучшим платьем!
– Оно подвенечное! – с вызовом крикнула Ольга. Смотрит на соперницу рассерженной кошкой.
– Девочки, не ссорьтесь! Точнее – ссорьтесь, ибо наверх отправится из вас одна.
Алёна метнула взгляд на предателя, но мне всё равно, а мысль о трансгендере чуточку противна – теперь, когда маячит взамен настоящая.
– Я – энсин ВКС! – воскликнула Алёна возмущённо.
– Это не имеет значения, здесь, на чужой теперь нам Земле. А в космосе... там рады любому, кто выбирает свободу.
– Я, я выбираю свободу, – поспешила заверить Ольга.
– Тогда докажи, что достойна, – согласился я. – Устроим состязание, ммм... из трёх этапов.
Алёна сдвинула брови, те хмуро встретились, сломав идеальные линии.
– Достойна я, – отрезала энсин. – Каков первый этап?
– Обычная драка. Лучшее платье придётся снять. Идёмте в фойе, там удачно очерчена линией площадка.
Спустя минуту я выволок за ринг кресло, обитое красным для Деда Мороза, и девчонки замерли друг против друга. Послушно бросились по возгласу «хоп!» Гулкую коробку ашана наполнили крики и смешная женская брань, всхлипы и стоны. Полетели вырванные пряди, послышался треск одежды.
Энсин маленькая, но за спиной опыт прежнего пола, опрокинула Ольгу внезапной подсечкой, уселась на поясницу, выкручивая назад руки. Глядит на меня победно, а я на неё с поощряющей улыбкой.
– Сдаёшься? – бросила Алёна сопернице.
Ольга тихонечко завыла, пуская из глаз слёзы, мелко кивнула. Я сделал разрешительный жест, и Алёна легко поднялась, выпятила грудь с тёмным как кофе соском – сиська удачно выпрыгнула из разорванного от горла комбинезона. Ольга с трудом собрала себя на корячки, встала, шатаясь. Хрупкое тело сотрясают рыдания.
– Рано плакать. Это только первый этап, есть и второй и даже третий. Жду от вас подарок, такой, чтоб сказал: «Ах!» или «Вау!». Идите, и обрящете, хе-хе, мёртвый город в вашем распоряжении!
Девушки зыркнули, одна недовольно, вторая с надеждой, а я обратно в диванный бутик, где роскошное массажное кресло приняло в механические объятия. Не успел включить аппарат, как явилась подранная принцесса. Ольга встала напротив, хмурая моя каштанка, и проговорила:
– Дарить нечего, кроме себя. Весь мир к нашим услугам, и весь – не нужен, – Ольга тряхнула локонами, выпятила ключицы гордо. – Но ты меня не получишь!!! Лучше, останусь жить с роботами, или в резервацию ГТА, или в неоэльфы подамся! Мало ли, семь миллиардов как-то живут!!!
– Они больше не люди, – процедил я. – Животные, живущие в раю человеческой жизни. Оглядись! Город пуст. Всё наши, настоящие – там!
Я указал пальцем наверх, на небеса.
– Тогда возьми с собой, – прошептала Ольга. Слёзы наготове, чистые, но недостаточно чудесные для прожжённого меня.
– Победи и билет обеспечен, – ответил я невозмутимо.
Ольга молча плюхнулась в кресло рядом и включила массаж.
Через час объявилась Алёна, еле тащит огромную коробку, перевязана подарочной лентой. Я фыркнул, заржал конём, глядя на огромный бант на её спине. С белозубой улыбкой Алёна Сталлз откинула у коробки крышку, залезла внутрь и прикрыла за собой, блеснув напоследок лукавым взглядом. Я легко подскочил, отбросил крышку.
– Та-да! – пропела Алёна, выпрыгнув из коробки.
– Учись, Ольга, как надо!
Ольга поморщилась и отрезала:
– Это не в нашей традиции – выпрыгивать как чёртик.
– Да, в нашей традиции – рыдать.
Ольга дёрнула плечиком, а я тяжело вздохнул.
– Один-один. Извини, Алёна, ты решила пошутить, и это мило, но искренность Ольги перебивает твою хохму.
Алёна уставилась в пол.
– Каково испытание третье?..
Обе пронзили меня взглядами. Я почти ощутил четыре дыры в груди, откуда толчками вытекает кровь.
– Эгегей! Перерыв! Всем – умываться! Не поверю, что в ашане нет спорткомплекса, где и сауна, и бассейн.
Бассейн нашёлся, вода исправно журчит. Я прошёлся в тренажёрку, глянул с интересом на скамью для жима от груди. В углу панелями отгорожена комната, на двери символ сердца. Распахнул, ожидая увидеть что-то кардио-, беговую дорожку, но там стол, а на удобном приступке в позе ниц секс-долл последней, самой навороченной модели.
– Оказывается, вот о чём думает мужчина в компании двух девушек! – произнесли за спиной женским контральто.
Я медленно обернулся, готовый ко всему, а это всё уже прижалось, веки прикрыты, а губы так и просится на поцелуй. Я чуть отстранился, но приобнял. В поясницу упёрся силиконовый зад секс-долла. С рыком подхватил её такое лёгкое тело, крутанул и устроил в позе ниц поверх долловых ниц.
Когда скользнул в бассейн, до предела расслабленный, то сомкнул веки и открыл канал связи с ИИ аварийного шаттла. Тихий всплеск и меня закачало на волне, плеснуло водой через лицо. Я фыркнул, от неожиданности хлебнул, нос и носопатку ожгло крепко хлорированной водой.
– Хватит! С меня уже кожа слезла! – пожаловалась капризно Алёна через пару минут.
Я лениво перевёл взгляд на Ольгу, которая старательно трёт Алёне спину, обе залезли нагло, с гелем и губками, в плавательный бассейн.
Пара широких гребков и я у бортика, выскочил как дельфин, одет как аполлон и так же сложён, а позади вылазят такие разные афродиты, обе в клочьях пены. Я натянул форму, девчонки же ограбили пару бутиков пока я нежился на волнах, и теперь торопливо примеряют шмотки.
– Каблуки ни к чему. Хотя, оставьте, раз надели обе. Задание третье, простое – кто быстрей к шаттлу, тот и победитель.
– Такой подлости я не ожидала! – заявила Алёна. Её каблуки на сантиметр длиннее, пятнадцать, а не четырнадцать. – Не честно! У меня ноги короткие! И вообще, я маленькая, меня на руках носить, а не самой носиться!
– Да-да, я видела, она бегает как утка ходит, – поддакнула Ольга, худая и стройная, а судя по мышцам бёдер, лёгкая атлетика ей не враг.
– Вот и чудно! Настоящее состязание, где победит воля к жизни! На ста-арт, внима-ание! – скомандовал я. Алёна насупила брови, резко отвернулась. Ольга уже на импровизированной линии. – Марш!!!
Ольга рванула, как дьявол по следам гонится, а мне подумалось, что так и есть, а я – искуситель. Исчезла за поворотом. Алёна замешкалась на мгновение, но губы сжаты решительно. Ринулась, я еле успел схватить за плечо.
– Ты что?!
– Поговорим как мужчина с мужчиной, – бросил я.
Губы Алёны задрожали, в уголках глаз впервые появилась слеза.
– Глупый. Мне пришлось выдумать эту сказку, чтобы отстали! Наверху на бедную девушку по десять мужчин!
– Я знаю, – мягко проговорил я.
– Понял, когда щупал промежность?
– Понял, когда почуял твой запах. Его не подделать.
Алёна замерла напротив, грустная.
– Я. Не хочу. Здесь оставаться.
– Тогда беги.
Алёна мотнула упрямо головой, уставилась снизу-вверх огромными глазищами. Я расхохотался и подхватил её на руки. Модельная изысканная одежда долго не хотела срываться, хотя старались оба, наконец, сдалась. Сдалась и хозяйка одежды, горячо и с наслаждением на весь ашан.
Когда Алёна Сталлз затихла, уткнувшись мне носом в плечо, и ровно засопела, я аккуратно высвободился, укутал какой-то шубой и вышел, тихонько прикрыв стеклянную дверь. Засел тайком напротив входа в ашан. Энсин Космофлота выметнулась спустя час, одета наспех, на лице ярость. Повертела моськой и бросилась к челноку, я неслышной параллельной тенью чуть позади. У пандуса к блестящей игле шаттла сидит беспокойная Ольга, рядом лохматый, счастливый временно шарик. Вскочила, уставилась на Алёну. По не слышной команде рухнула в переборку дверь, а челнок плюнул паром из дюз и завибрировал обшивкой. Девушки поняли мгновенно и правильно: Алёна юркнула внутрь, но Ольга и шарик, последний – чуя угрозу, кинулись прочь.
Я смотрел до боли в глазах, как в сияющем пламени стартует челнок, унося из брошенного, чужого теперь людям города минимум одну жизнь. Мысли были, что бегство – выход временный, проблему сосуществования бомбами не решить.
«Ты согласен со мной, шарик?..»

***
Рифлёный гриф штанги давит на грудь, выгнут дугой от десятка блинов на концах. Я зарычал сквозь стиснутые зубы и медленно толкаю вверх.
– Десять! – воскликнули позади. Крепкие ладони подхватили рядом с моими и помогли завести на стойку.
Я упруго вскочил со скамьи, пара махов руками и мышцы перестали дрожать от дикого напряжения. Огляделся, в тренажёрке пацанчики, все наши, из квартала. Серый, это он страховал, поиграл как мог грудными мышцами и провозгласил:
– Спорим, выжму сотку в трёх подходах на десять раз!
Лёг на скамью и примерился к грифу.
– Давай-давай. Я пока на кардио, – заявил я с ухмылкой.
Пара шагов к закутку, где тренажёр, и я отрезал лязг гантелей хилой, но всё же дверью. В закутке секс-долл – на столе с приступком и в самой удобной позе ниц. Я пристроился позади роскошного зада и нашарил пульт от экрана, что висит напротив. На седьмой кнопке стандартно новостной канал.
Под ритмичное своё хеканье поглядывал мельтешащие кадры – снимал мобильный репортёр, как трое в красных трениках лупят арматурой двоих в трениках синих и с лампасами, а вокруг наготове взвод механидов, пара выкрашена в цвета скорой помощи.
В уголке экрана замигали цифры моего пульса, поднялся всего до ста. Я скривился и поднажал. Движения ускорились, а мысль провалилась в район гениталий. Догнал до 150-ти, и в этом ритме оставался долго, пока умная секс-долл подаёт дозированно смазку, там вещества, что отдаляют неизбежный финал. По новостям теперь двое с сединами талдычут, рассуждают пространно на тему ГИИ: видит ли, знает ли про людей и как дальше жить.
Цифры пошли вниз, хотя интенсивность движений та же, что означает истощение. Я судорожно сжал пальцами силиконовый зад, и через десяток секунд тесное помещение огласил мощный выдох.
– Поздравляю! – прилетело от Серого, пацанчики с готовностью заржали.
Я вышел, дышу бешено.
– Давай тоже, зря пренебрегаешь кардио.
– Поберегу себя для твоей Ольги. У тебя, поди, для жены уже сил не осталось!
– Иди ты! – воскликнул я и добавил, уже пацанцчикам: – Без мотора, – я стукнул кулаком по центру груди, – фиг что выжмешь.
– Да я ща легко пожму стопитьсот! Эй вы, вешайте сто пятьдесят! – взорвался ревниво Серый и бухнулся на скамью.
Я уставился со скептическим интересом. Вокруг жимной скамьи сгрудились пацанчики, пока пара навешивает на гриф увесистые блины.
Серый хекнул и принял штангу на грудь. Выгнулся дугой, как диковинный мост, засучил левой задней, кожа лица и шеи отчаянно покраснела.
– Вешайте ещё пятьдесят! – проорал Серый, когда еле выжал.
– Глядите на треники, – бросил я, выходя из зала, – фиг пожмёт, вся сила в член ушла!
Пацанчики заржали, громче всех сам Серый со штангой на выпрямленных руках. Я уже в раздевалке и вглядывался в зеркало, когда позади послышался грохот и какой-то мерзкий треск, крики «скорая!», «вызовите скорую!».
– Урод, – вынес я вердикт, глядя на постер Серого рядом с зеркалом. Челюсть утюгом, глазки близко к переносице, такие одним пальцем бы выдавить. Зато мышцы на плечах, бицепсы и дельты – ого-го! Куриные грудные бы подкачать.
Я прикрыл свои, давно не куриные, белой майкой и вышел.
На парковке у ашана привычно пусто, не считая красного конвёртибл. В одно касание я перемахнул через дверцу и ловко плюхнулся в кресло, ткнул кнопку и под капотом взревел трёхсотсильный мотор. Колёса дико завизжали, оставив на асфальтобетоне адские следы. Мимо серой лентой замелькал древний город, часть зданий разрушена и осыпалась, когда механиды доставали из бетона арматуру, но улицы, парки содержатся в порядке. Я погнал по проспекту, особенно пустому в обед воскресенья. Гудя винтами низко пронёсся автоматический квадрокоптер, на белом брюхе огромный красный крест.
Народу в бывшей столице вообще мало, особенно на улицах, у жителей из повседневных дел осталось сходить раз в день до пищевого автомата. Куда больше роботов-механидов, снуют туда-сюда, и большие, и малые, но их цели никому не понять.
Я перевёл взгляд на грозовой горизонт, там грандиозные махины ИТЕРов третьего поколения. Механиды построили всего за год, хотя первый проект люди мучили лет двадцать, второй «всего» десяток. И только третий полностью спроектирован и построен с нуля глобальным, чёрт его, ИИ.
Ветер воет поверх лобовухи, но в воздушном кармане кабриолета тихо, чересчур спокойно. Я бросил управление на автопилот и вскочил ногами на кресло, руки в стороны. Ветер бешено затрепал, раздул майку как парус. Я захохотал во всё горло и не заметил, как с тихим треньком пришло сообщение, очередной «квест». Скользнул на место, и только у многоэтажки, её выбрали с Олькой жильём, распечатал виртуальный конверт.
Апартаменты на последнем, лифт работает исправно – единственно ради моей семьи. Я ввалился в холл, открыв сейфовую входную дверь. В проёме на кухню моя каштанка в домашнем халатике, волосы собраны на затылке в пучок.
– Чего хмурый? Блин уронил на палец?
Я прошёл неблагодарной свиньёй в ванную, там долго плескал из раковины ледяной водой на лицо. Сзади за пояс приобняли руки, знакомые до последней родинки, которых у Ольки тьма.
– Серый опять помер. Пацанчики настучали в вибер.
– Как умер?! Вы, со своими дурацкими играми! Как дети малые, а у тебя самого – и сын, и дочь!!!
Я обернулся к жене, пальцы мои, ими бы гвозди гнуть, откинули её локон предельно нежно.
– Помер как настоящий качок – проломив штангой грудь.
– Механиды...
– Успели. Они всегда успевают. Но боль есть боль, а смерть – почти смерть, и Серый теперь зело зол, на меня, я имею в виду, что странно: кто заставлял понтоваться?..
– И что теперь? – проговорила Олька, вид немного испуганный. – За ним – банда!
Я приобнял, растягивая губы в уверенной улыбке.
– Ничего, разберусь, не впервой. Малые где?
Мы прошли на кухню, обширную и светлую. Вдоль стены над разделочным столом вращает колёсиками рейлинговый повар. Длинная суставчатая рука часто стучит по доске, в манипуляторе зажат нож. Вдруг отбросил точно в приёмник, схватил из стопки чашу, куда ловко смёл фрукты и овощи вторым манипулятором.
– Дашка видела шарика: так говорит. Убежали искать, Лаврик с ней, не отпускать же одну!
Я тут же сграбастал её за талию. Олька прижалась, ткнулась мне носом в плечо.
– Пришёл ещё один «квест», – проговорил я.
Ольга отпрянула и сверкнула очами.
– Да кто их рассылает?! Не смей соглашаться! Помнишь, чего стоил предыдущий?!
Её пальчик ткнул мне в грудь, скользнул вниз по шраму, тот идёт от солнечного сплетения и до лобка. Я обвёл апартаменты широким жестом.
– Стоил жилья. Неплох лайфхак! Многие хотели бы выбить подобное из механидов, да не знают – как.
– Твой способ тоже, того, оказался одноразовый.
– Да, но я убеждён, ключ ко всему, к пониманию – эти «квесты». Кто бы ни рассылал. Вдруг сам ГИИ сочиняет?..
Ольга фыркнула и прошагала к повару. Решительно отстранила, робот скользнул по рейлингу на парковочное место.
– Ага, держи карман... лучшие профессора, пока у нас ещё были профессора, не смогли разработать язык общения. Но ты, конечно же, – преуспеешь! Потому, для этого променял карьеру в ВКС на прозябание в трущобах?!
Я боднул упрямо воздух, уже закипая.
– Женщина! Ты злишь меня.
– Куда теперь денешься? Надо было думать прежде чем завалил, тогда, в ашане.
– Ты сама сбежала от аварийного шаттла. Могла быть там, где ещё есть профессора, – подпустил я шпильку.
– Не в нашей традиции, – проговорила Ольга серьёзно. Выставила на стол чашу с салатом, а из гелевой панели холодильника извлекла стаканы свежего сока. Аппетитные кусы синтетического мяса, прожаренные изначально как надо, завершают сервировку. – Любимого бросать. Другое дело почему остался ты, капитан звёздного крейсера? Передумал бомбы метать?
– Бомбы не мечут, да и я не Помидоров. Хотя... Ждут своего часа, – заметил я жуя. – Решение не принято, и не отвергнуто. Отложено – да.
– Что за бомбы? – выпалила Ольга напряжённо. – Дети пострадают?
– Информационные, конечно. Только информацию ту ещё добыть... – пробормотал я. Ольга изогнула выразительно бровь, а я залюбовался на её лицо, где проявили себя лучшие гены от смешения пары народов и пары народностей с русских равнин. Некое нежное чувство глухо заворочалось в груди, это оно здесь держит, где нашли нежданное счастье. – Как быть с ГИИ.
Ольга помедлила, оказалась вдруг рядом. Пальчики принялись разминать мне плечи.
– Всегда можно отправиться наверх? – проговорила она вкрадчиво.
– Я пока не готов. И что-то подсказывает, стоит нам переселиться в существенном количестве, и Он объявится следом.
Олька вздохнула протяжно, так, чтобы точно заметил. Разговор, к которому возвращаемся вновь и вновь.
– Что в «квесте»? – проговорила после долгой, наполненной вкуснейшим обедом, паузы.
– Хм! Ещё не смотрел.
Я вызвал сообщение, что пришло с утра. Пока читал, бледнел, а в горле пересохло. Оглянулся на Ольгу, та хлопочет с опустевшими тарелками. Вымыла мою за меня, а свою сунула в моечную машину.
– Ну так?..
– Всё просто замечательно! Потом, потом. Сперва разберусь с ребятами Серого.
Ольга ответила долгим взглядом, который не могу расшифровать.
– Разберёшься?.. Теперь всё можно?..
– Мне всё можно!
Я прошёл к шкафу, где сладости детям и мой верный ПМv.2 Space Edition, который не выстрелит в чужой руке никогда. Сунул за ремень на спине, чмокнул жену в щёку – Ольга странная, словно превратили в соляной столп. Пронёсся до выхода, захлопнул за собою сейфовую дверь.
Времена, когда безопасность обеспечена обществом, стремительно миновали. Вседозволенность и жестокость всплыла с самых глубин души, а виноваты не мы – механиды! Чего стоит преступление, когда любой ущерб компенсируют за сутки, разорванное соберут, даже тела. Когда сама смерть перестала быть пугалом?! Но остаётся страдание, и его продавцы – банды, типа пацанчиков Серого – всегда готовы к услугам.
Пусть их верховный жрец подавиться своим товаром! Пока не пришли за моими близкими.
У болида ждёт, привалилась к низкой дверце Надя – сияющая блондинка с длиннющими ногами, и на каблуках сантиметров в пятнадцать. Губы искусно чиркнуты красной помадой, волосы идеальной волной до лопаток, а одета по последней моде, что означает летний лесс-даун: от пупка и выше в глухую, чопорную даже блузку, грудь скромно упакована, на голове шляпка и тёмная вуаль, хотя носят и настоящую паранджу. Но пониже лобка... понятно – что, ничего, вплоть до лабутенов.
– Ты очень, очень огорчил Серого, – проговорила Надя. В голосе ни грамма расстройства. Я хмыкнул, Надя продолжила: – Смотри, как бы он не огорчил твою Ольку. Я бы замолвила словечко, в обмен на сам-знаешь-что!
– Иди-знаешь-куда. Наверху и так перенаселение. Хотя такие ноги везде в цене... Садись на пассажирское, я как раз к Серому.
Запрыгнул через дверцу, пока Надя вихляла бёдрами вокруг, изящно присела в утопленное кресло. Посадка в спорткаре такова, что коленки ушли чуть ли не за уши. Я глянул на нежданную спутницу, ноги действительно от ушей. Надька откинулась в объятия кресла и с отчётливым наслаждением на лице запустила массаж.
– Серый вызвал пацанчиков, тусуются сейчас в гараже. Тебя уложат мордой в асфальтобетон ещё на подходах.
Я тычком вырубил автопилот и вырулил на какой-то проспект. Бывшему провинциалу в бывшей столице все улицы как проспекты.
– Ты расслабься, не твоя забота. Включи там у кресла функцию стимулятора известных зон и ни о чём не думай.
Надя надула губки, капризной формы от природы, плюс умелый скальпель в механических руках автохирурга. Но совет мой даром не пропал, не пропал.
Спустя минут пятнадцать закричала чайками речная пристань. Рядом склады, гаражи, и не простые – гигантские, все из каких-то полимеров, в таких помещениях шаттлы бы хранить. Я пустил авто по широкому кругу, близ огромных раздвижных дверей резко нажал на тормоз. Надю швырнуло на лобовое, донёсся возмущённый писк. Я выскочил поверх водительской дверцы, проворно обежал и раскрыл пассажирскую.
– О, благодарю, – проворковала блондинка и подала руку, изящную, как у королевы.
Я грубо схватил, одно движение и заломлена за спину, а в поясницу упирается ствол.
– Едва ли ценит тебя слишком, но в нижнюю часть вложился изрядно, так? – прошипел я.
Надя возмущённо зацокала лабутенами, я вплотную следом.
– Эй! – прилетело от амбарных дверей гаража. – Пусти девку!
– Зови Серого, если уже может ходить. А нет – тащите на носилках! – проорал я.
Двери грозно заскрежетали, и я вгляделся в полумрак. Глазная оптика предназначена вообще для космоса, справилась легко. Внутри гаража оборудован полу-клуб, полу-лежбище банды. Справа барная стойка, а слева стойки оружейные. Там и сям группки роскошных диванов, низкие столики, экраны с мельтешащими картинками и отовсюду давящий грохот музыки.
Пацанчики выплеснули лавой, все в майках наподобие моей, а впереди сам Серый, на плече имманентное тату качка, раздавленного штангой. Уже цел, свеж и бодр как всегда, только вышел из лап медицинских механидов.
– Какие гости. Не ждал подляны от старого кореша.
– Ты имеешь в виду штангу или Надьку? – уточнил я, палец не оставляет спусковой крючок ПМ-а. – Нехрен ржать под штангой.
– К дьяволу Надьку, она не встанет между нами! – прорычал Серый, потащил из-за спины массивный ствол.
Надя недовольно вскинулась, а я ухватил за жопу и подтолкнул, но не к Серому, а вбок.
– Как скажешь. Прежде чем начнём, всем стоит узнать про последний «квест»!
У Серого чуйка как у былинного разбойника. Прирождённый лидер понял сразу: мне нужно немедленно заткнуть рот.
– «Квест» сниму с трупа.
Я метнулся нырком направо, где штабеля протёртых до корда шин. Следом за мной асфальтобетон сыпанул искрами, и только после долетели резкие хлопки. Плечо продрало о стеклянное крошево, я укатился за штабеля и прилично врезался. Тут же вскочил на корточки и проорал:
– Слушайте все!
– Заткнись!!!
Грянул выстрел и верхняя из стопки шина прыгнула мне в руки. Я подхватил, остальные ещё держаться, и резко толкнул. Шина покатилась, отвлекая пули, а сам я тихонечко назад, на полусогнутых, так, чтобы прикрывали ещё стройные штабеля.
– Правде рот не заткнёшь! «Квест» дан на ИТЕР!!! Да посмотрите на горизонт, идиоты!
Выстрелы прекратились, а я не сделал ни одного.
– Допустим, – проскрипел Серый. Что-что, а решения принимать умеет мгновенно. – Скинь копию всем.
Скриншоты давно готовы, я лёгким усилием переслал, без главного – как принимать награду. Вышел из-за кучи резины уже не таясь.
– Сами видите, награда более чем достойная. Обособленная империя на всех! Выбирайте квартал, или блок, или просто территорию, а механиды построят... что угодно.
– Хочу быть принцессой! – воскликнула Надя. – Эльфийской! Жить в лесу, ближе к природе... слушать песни сов...
– Каких ещё сов, – пробормотал Серый и поморщился. Оглядел недовольно своих: банда расплылась улыбками на только что зверских лицах. Подумалось: мальчишки ещё, все мы такие мальчишки...
– Будут тебе и эльфы и щасте лесное, – поспешил заверить я.
Серый будто потерял ко мне интерес. Послышались команды, вполне толковые, и пацанчики сорвались шерстить город на предмет экипировки. Я постоял столбом посреди двора и двинул к спорткару. Там уже Надя, то ли понравилось кресло, то ли никак не отойдёт.
– Как он мог та-ак сказать?! Ну прострелил бы меня насквозь, всяко лучше!!!
Я вгляделся в её сапфировой синевы глаза, не совсем ясные от пелены слёз.
– Брось его.
– Такого бросишь... да и чем заняться? Наверх не берёшь... а ведь я – программистка! Чего ржёшь?! Лучшая на факультете генетики, да и на работе была лучшей.
– Не смеши. Какая теперь работа у программиста? Кнопки на автомате с едой жать?
– Какие ещё кнопки?! Генетическое программирование... в космосе человеку не выжить, если не изменится. Потому и хочу наверх, на МКС-2, – серьёзно заметила Надя. – Там точно нужны!
– Ты плохо представляешь – как там, на парковочной орбите. Как на Земле, представь себе небоскрёб, из которого не выйти. Ну, гравитация чуть ниже... и очень, очень тесно! Уже и МКС-3 и даже 4 построен, и – переполнен! А ты, скорее, займёшься «прикручиванием» блондинке фенотипа карих глаз! Даже наверху никто не жаждет меняться... это было и есть банальное бегство!
– Тогда в эльфы, – легко переменилась Надя.
– Посмотрим, – пообещал я, за что удостоен быстрого и жаркого поцелуя в щёку.
От гаража протопал Серый.
– Хорош миловаться! Уже обслюнявила всего. Брысь на диванчик!
Надя сделал обиженное лицо и полезла меж кресел назад. Её бедро, неожиданно горячее, чиркнуло меня по щеке, а запах самки чуть не вышиб мозг. Пока я млел, Серый махнул через дверцу, на его коленях пристроился укороченный автомат.
– Там, это, функции у кресла интересные, – невинно заметил я и втопил педаль. Конвёртибл отчаянно завизжал покрышками, позади фыркнула Надя и мы выметнулись из зоны порта. Пацанчики на тачках за нами.
Пока ехали, ревущих моторами рыдванов присоединилось ещё. Серый вскочил, растопырив руки навстречу ветру, как недавно я сам, и весело заорал:
– Мы – банда!!!
Проспект, то ли Хорошавский, то ли даже Энтузиастов, кто их теперь помнит, прямой, как стрела и видать далеко. Впереди и чуть сбоку попирает небо громада ИТЕРа. Долетели за четверть часа. Какой там план, просто проломили с размаху сетчатый забор. Кабриолет мгновенно забуксовал в гравийной полосе, я газанул и с трудом дотянули до пожарного проезда у одного из строений.
– Карета подана, – бросил я, вылезая. – Надя, останься здесь.
Серый уже машет своим, все пригнувшись ринулись к бетонной стене здания. За ней не пойми-что, но наша цель – контрольная комната – отлично видна на вершине какого-то блока. Вместо окон ощерилась гроздьями камер, камеры на территории ИТЕРа вообще везде, как и мелкие механиды. При виде нас роботы впадают в ступор, но не на долго, бросаются вон.
Короткими перебежками, как подсмотрено в боевиках, пацанчики метнулись к каким-то то ли входам, то ли норам. Я приотстал. Заозирался недоумённо.
– Чего тормозишь? – бросил Серый из-за плеча.
– Странно. Так просто, слишком просто. Зачем кому-то останавливать ИТЕР?
– Вспоминая школьную физику, такую вещь остановить просто, а вот запустить... – блеснул эрудицией Серый, бывший аспирант из МИФИ. – Если дрейфишь – останься! Только ключ к награде дай.
Я помедлил. От основания спины разливается тяжёлое, давящее чувство чего-то нехорошего. Вышел в сеть, в локальную – тихо. Механидам на нас всё равно, ведут себя как везде – избегают людей. Со вздохом я скинул Серому остатки инфы, тот пронзил полным презрения взглядом и побежал трусцой вслед за своими.
Я уныло побрёл к авто.
– Ну что? Уже управились?
– Какой. Я – пас. Берите своё эльфячье царство в награду.
Надя воззрилась удивлённо. Я открыл водительскую дверцу и тяжело плюхнулся на кресло.
– Вот не думала, что сдашь назад. Но ты молодец, осторожный, – попробовала приободрить Надька. Добавила печально: – Едва ли Серый захочет эльфов.
Я покивал, пока сам отчаянно пытаюсь понять, почему отступил.
Низкий гул, который почти не слышали, внезапно исчез. Из нор выплеснули полчища механидов, заметались хаотически, но ни один не столкнулся, отхлынули от площадки ИТЕР по неслышной команде. Следом полезли ребята Серого, но я уже не смотрю, все внимание на лесной массив неподалёку. Туда хлынули роботы, тысячи и тысячи, с ближайших окрестностей полуразрушенного города.
– Будут тебе и эльфы, и эльфийский сад, – проговорил я Надьке. – Одно не понятно, зачем отключать ИТЕР?..
Надя вылупилась жадно на лес, нет, Лес! Невероятно, этот ускоренный рост видел только в сети, но в реальности зрелище завораживает ещё больше! Пока механиды пилят мелкие деревья в труху, могучие стволы, настоящие гиганты наподобие калифорнийских секвой – выдвигаются из земли, легко, как у фокусника. Я присмотрелся совершенной оптикой глаз, картинка скачком увеличилась. Подключился слух, и я отпрянул от резкого треска – так лопается кора, когда изнутри нарастают слой за слоем годовые, хотя какие они годовые, минутные кольца!
– Почему? Наоборот, понятно. Зачем нам эта махина и прорва электричества? В Лесу всё должно быть природное, естественное...
Надя захлопала ресницами, милая наша блондинка. Я перевёл взгляд на её естество, которое напоказ, и она вдруг прикрылась ладошками, словно уже примеряет роль скромной эльфийки.
Пока мы непринуждённо болтали, подкрался Серый.
– Слышь, Надька. Это всё для тебя! Пацаны хотели кто во что горазд, но сошлись, что так лучше. Двинем в Лес всем скопом, создадим клан, – горячо зачастил Серый. Перевёл взгляд на меня. – Ты с нами?
Я передёрнул неопределённо плечами.
– Надо бы Ольгу спросить. Она всё наверх рвётся, из-за детей, но и в Лесу им будет неплохо.
Мы хлопнули с Серым по ладоням, и я ткнул в кнопку запуска авто, выкрутил руль. Сыпануло гравием, я еле прошкрябал, кляня пузотёрку, но вырвался на бетоноасфальт. Унылой серостью понёсся по бокам город, где только изредка клочки зелени, но и её механиды уже срезают, чтобы тащить биомассу в свежайший Эльфийский Стан.
Двор встречает тишиной, хотя я ждал звонких детских голосов. Лифт исправно вынес на двадцатый, тренькнул мелодично. Створки открылись на площадку с единственной дверью, и я судорожно схватился за рукоять ПМ-а. Сейфовая, надёжная из надёжных дверь банально нараспашку. Я ворвался, мысли дикие, но в апартаментах тихо, спокойно. На кухонном столе короткая записка карандашом.
Я читал, давя слёзы, про «больше не могу» и «детям опасно», «мы не подопытные!!!» и «челнок наверх», а мысли были что догнать не поздно, и улететь вместе или вернуть, как уже возвращал один раз.
На обратной стороне записки расчерчена таблица, три на три, где по оси X «добрый», «злой» и «нейтральный», а по Y «гипер», «безучастный» и даже «враждебный». Половина ячеек с галочками, в перекрестии «добрый-безучастный» грифельная точка.
Из окна отличный вид. Не помню, как очутился на подоконнике, свесив ноги. Ветерок прохладный и приятно шевелит волосы, но с щёк срывается раскалённый. В кулаке обнаружилась смятая записка, я зло швырнул, листок расправил бумажные крылья и полетел вдаль, где до горизонта не город, а просто ресурс новой жизни, где послушные чужой, но доброжелательной воле механизмы ждут малейшие наши потребности.
Одна беда, мы, люди, не знаем, чего хотим, и как жить дальше, когда стало возможным всё.

***
Я вскинул руку и отделение молча припало на колено. Глянул на рукав, по плотной ткани куртки ползут капли – влага всюду в гигантском Лесу. Самое сердце наших владений в бывшем Измайловском, но кольцу асфальтобетона Лес не удержать, выплеснулся и за МКАД, где уничтожил Реутов, оставив целым лишь мёртвый ИТЕР в промзоне неподалёку. Район Первомайской ещё спорный, там засели неопротосы, и не дают нам сомкнуться с эльфами Лосиного Острова.
Я ощупал уши и поморщился: болят, проклятые, на осенние перемены погоды. Шрамы почти незаметны, а делай операцию механид, исчезли бы ещё летом. Новая форма ушных раковин, вытянутая, как и положено, даёт чувствительность к ультразвуку. Я нашарил свисток и тихонько подул. Неслышный иным сигнал подкинул бойцов на ноги. Мы скользнули тенями к ближайшим осыпям, что на месте многоэтажек, пошли «ёлочкой», у бойцов взведённые энерголуки в разные стороны. За пределами термозащиты Леса и снежок, и мороз. Оливковая ткань куртки мгновенно задубела и подёрнулась белым, мы движемся, похрустывая.
Когда ступили на простор первого бульвара, я нашарил верный ПМ, хотя на протосов почти бесполезен, но хорош для сложной техники, которой мы, неоэльфы, благоразумно избегаем.
Второй бульвар – необъявленная граница, линия протосовской обороны, что почти сломлена. Я сделал знак, и бойцы рассыпались в шеренгу, прячутся за остатками бетонных стен. Я всмотрелся, по ту сторону бульвара что-то мелькнуло. Протос осторожно высунулся из-за угла бывшего магазинчика, от плеч по пояс в пластиковой броне, где по поверхности змеятся синие искры.
Я вскинул два пальца вверх и сразу один – вперёд. Справа и слева от меня возникло движение, двое наших эльфят кинулись перекатами, пока один тщательно прицелился. Щёлкнула тетива и энергоболт – тонкая проволока, заряженная чем-то светящимся и синим, прочертила ослепительную линию к груди протоса. Фонтан, целый фейерверк искр сыпанул вверх и в стороны, протоса отшвырнуло, крепко приложило о стену. Броня лопнула и оттуда вывалился парень лет тридцати, весь в имманентных тату. На глазах, хорошая у меня оптика, тату бледнеют, и я торопливо зафоткал причудливую вязь.
– Лейтенант или даже капитан, – проговорил я.
За спиной засопело и вперёд выдвинулся Серый.
– Отлично. Там их штаб. Пойду один, отзывай молодцев.
Серый зашагал меж развалин. Пока шёл, тело бывшего протоса ожило, парень затряс башкой и взглянул на далёкий Лес. Пошёл медленно и неуверенно, но с каждым шагом всё твёрже, а я узнал в нём одного из былых пацанчиков, что перекинулись ещё тогда, в первый самый страшный раз.
Я вскинул пальцы и попятился. Эльфята приняли «новичка», выдали куртку, и все втянулись за развалины, а я бросил прощальный взгляд на Серого. Лучший рейнджер Её Величества выглядит внушительно: запакован биополимерную броню, на разгрузке самострелы самых убойных конфигураций, во тьме зрит как кот, а днём как орёл, движется быстрее волка и неслышнее мыши.
Уже в Лесу, под высочайшими кронами, я расслабленно выдохнул. Глянув на меня, эльфята порасстёгивали куртки и разбрелись кто-куда. Ноги сами понесли по тропе усыпанной мягкими иголками, скоро показался небольшой пруд, на берегу роскошный дворец из цельных брёвен модифицированных секвой. На подходах из ниоткуда выступила стража с копьями, наконечники светятся зелёным. Момент узнавания и лёгкий кивок, и я волен проследовать дальше.
Гигантские ворота, такие древним танком не вышибить, приоткрыты на щель. Я скользнул, внутри вызывающе роскошно – огромный зал прекрасно освещён из-под крыши, стены в живописных потоках янтаря и как бы светятся изнутри! На дальнем конце трон, нет, Трон! Сооружение, удобное для всего: есть место и сидеть, и плясать, но сейчас Надя спит в уютном гнёздышке, по-детски сунув ладонь под щёку. У ступеней Трона тоже бдят – совсем юные эльфы, ни разу не перекинулись, что очень важно. Я властно махнул ладонью, стражи отступили с поклоном к нишам у стен.
Надя укрыта какой-то шкурой, мохнатой и дикой на вид. Из-под края торчит изящная, с аккуратными пальчиками ступня. Когда я принялся легонько щекотать, ступня дёрнулась и исчезла, а Надька зафыркала. Продрала с трудом глаза и шкура полетела прочь.
– Не смей шутить с королевой! – потребовала она звонко, но во взгляде смех.
Я пал неуклюже на правое колено, взгляд привычно хмурый.
– Неопротосы совсем озверели, Ваше Величество. Пока жмём их на Первомайской, штурмуют с востока по шоссе!
– Что им нужно, узнать удалось?
Перекинутые молчат, просто не знают, а посланников не было. Есть одна мысль...
Надя изогнула выразительно бровь, тёмную, хотя волосы почти белоснежные.
– Говори, не томи. И где пропадает Серый?
– Отправился в рейд. Дошли слухи о генерале протосов. Что касается цели... и так понятно, без генералов. ИТЕР!
Надя задумалась на миг, хищно сдвинув брови. Прошлась пальцами по локонам, показались острые ушки, сделаны не в пример лучше моих. Да и сама – лучший наш аналитик, сказывается программерское прошлое, выбрана Королевой единогласно. Чеши ей теперь пятки, гни в поклонах спину...
– Понятно, не хватает энергии... это наш шанс!
Надя вскочила, очи сверкают, того и гляди испепелит. Я засмотрелся на высокую стройную фигуру, что тщательно укрыта длинным до пят платьем. Глухой зелёный шёлк, никаких былых вольностей, но так даже лучше: ткань аппетитно облегает где надо, а остальное подскажет воображение.
– Не понял, – тупо проговорил я.
Надька одарила снисходительным взглядом, мол, что с разведчика взять.
– Раз не хватает, то либо задумали... грандиозное, либо на последнем дыхании. В любом случае – заняты. Самое время ударить по Цитадели!
Я закатил глаза. Идея всеобщего и окончательного штурма витает давно, почти с самых первых дней, когда мы, растерянные и восторженные, ступили под сень гигантского Леса. С тех пор как безбедное и беззаботное существование в Лесу, где всё нужное буквально падает в руки, было прервано первой атакой. Та бойня унесла к неопротосам половину пацанчиков, а Надьку еле спасли, вырвали из их лап я и Серый.
– Ты забыла, наши падшие воспрянут на той стороне и тут же выступят против нас!
– Значит, павших не будет, – отрезала королева. – Пойдёте вдвоём с Серым и за главного... ты!
Я задумался на миг. Мысли вскачь, предложение чрезвычайно уместно, не вечно мне в тени Серого, но чем больше размышлял, тем мрачнее картина.
– Нам банально не справиться, – выдохнул я. – Там полно аппаратов, с которыми просто не знаем, как иметь дело иначе, чем просто разрушить. Нужен кто-то, помочь в незнакомой технике.
Надя растянула губы в улыбке – уже понятно, к чему клоню. Протянула руку, царственно и важно. Едва я коснулся пальцами, как Надька легко спорхнула с возвышения и бросилась на шею.
– Возьмёте меня! Я ж программистка, забыл?! Не сидеть вечно на этом Троне...
Я подхватил за талию и закружил, отчего край платья взмыл до Надькиной головы, и юбка легко накрыла нас обоих. Хохоча, счастливые, мы ввалились в смежную с залом комнатку. Там тесно, тем и уютна, посреди длинный стол с дарами Леса. Плюхнулись в похожие на резные кресла, но дерева не касалась ни инструмент человека, ни механидова лапа, которая всем инструментам инструмент. Надя немедленно принялась драть здоровенную шишку, оттуда валятся орехи размером с кулак. Я отложил с огромного блюда плодов, похожих на банан, но вкус ближе к жаренному мясу, даже корочка аппетитно хрустит карамелью.
– Пойдём через МКАД по шоссе и до канала, – решил я. – Дальше лодками, тайком и в обход Лосиного...
– Почему не через наших братьев? – вопросила королева. – Они проведут, помогут. Стоит только миновать окрестности Первомайской.
– Не, Серый сейчас там прошерстит, и их штаб превратится в разбуженный улей. Да и клан Лося... плохо у них с дисциплиной и безопасностью! Дошли слухи, они потеряли чуть ли не члена Совета!
– И все секреты утекли к протосам, вместе с перекинувшимся, – подхватила Надя.
– Все не все, Лоси, понятно, как с ума сошли, атаковали сразу и даже отбили... но что-то да утекло.
Мы погрузились в сосредоточенное жевание. Кус растительного мяса, его не отличить от настоящего, стремительно исчез, я взялся за мучное и сладкое, а в голове уже развёрнутый план. Владения неопротосов в Королёве, а ЦНИИМАШ превращён в Цитадель. Протосы захватили и здание ЦУП, давно не нужное, но контроль за орбитой у них есть, есть...
– Не ясно, всё же, что неопротосы задумали, – проговорила Надя.
Я мелко покивал. Жить в условиях изобилия материального и недостатка информации – это привыкли. Научены хаотичными механидами, они сделают для нас всё, если сможем толково пожелать, и глобальным ИИ, который вообще непонятно где, но уже понятно, что везде.
– Идём в ясли, давно детей не видал, – предложил я. Надька сверкнула радостной улыбкой, а я невольно ощупал её взглядом – всю целиком. Стройная как кошка, словно не рожала троих без всяких там кесарей.
Под руку, я до сих пор млею, когда касается пальцами моих, вышли из столовой через небольшую, но очень массивную дверь. Во дворце всё из дерева, тяжёлого как свинец, поверхность отполирована идеально. Дверь за нами прикрылась, буквально слившись со стеной, сказывается нанометровая точность конструкций. Я вдохнул полную грудь осенних запахов, шумно фыркнул, и мы побежали по тропе, выложенной плахами, что ведёт в заросли нарочито мелкого ельника. Продрались сквозь мохнатые лапы, за ними взору предстаёт обширная поляна изумрудной травы.
Я потянулся к замку куртки – в яслях тепло всегда, словно накрыты невидимой шапкой. Там и сям на газоне домики, в них одна комнатка на четыре кроватки и одинокий светильник. Дети возрастом от двух до шести бегают, возятся или чинно сидят на скамеечках, пока идут занятия – всё это под присмотром дюжины эльфиек.
Стоило нам объявиться, как с радостными криками кинулись трое, два эльфёнка и девочка. Старший и младшая ткнулись Надьке в живот, счастливые, и сразу ко мне, а средний с хмурым видом замер в трёх шагах.
– Ну же, иди к маме! – крикнул я с улыбкой.
– Ты не мой папа – указывать, – проговорил эльфёнок, «сэндвич», зажатый между старшим и младшей – так их называли прежде.
– Твой папа в разведке, но скоро будет, – терпеливо пояснил я, пока Лаврик с хохотом лезет на шею, а козявка Дарья притащила куклу, сделана из початка, и с серьёзным видом суёт, как несусветную драгоценность.
Надька уже возле среднего, опустилась на колени и что-то ласково втолковывает. Мальчуган неохотно кивнул и сразу убежал, но вернулся, с собой какие-то листы рисунков.
Я смотрел на Надьку, рассеяно играя с детьми, как счастлива здесь, а мысли были про Ольгу, которая бросила и сбежала.
– Теперь понятно, почему отступил тогда, у ИТЕР, – проговорила вдруг Надя. Я вскинул брови на лоб, тогда торопливо добавила: – Иначе, едва ли бы удалось построить Эльфийский Лес. Спасибо!
Я замер, пребывая в шоке. То, что мучало всё это время – вдруг оказалось не важным, а Надька, звериной своей интуицией, всё поняла верно и прежде меня.
Мы сидели, держась за руки, и сидели бы ещё долго, но эльфийка, похожая на строгую учительницу чопорным платьем настойчиво проговорила, что детям пора на занятия.
– Выступаем утром, – объявил я моей королеве, когда ясли остались позади. Надя наклонила головку на миллиметр.
Что-то мелькнуло на северной стороне Леса. Я вскинулся, а пальцы сомкнулись на рукояти ПМ-а. К нам быстро несётся эльф из дозорных. Резко затормозил, пропахав подошвами дёрн, пал на колено перед королевой, но глядит на меня, и выпалил:
– Серый перекинулся!

В лодочном сарае нашлось целым лишь каноэ. Я выругался шёпотом и потащил вёрткую лодку в воду. Надя следом, ловко прыгнула с берега на борт, пока я изо всех сил держу лодку за нос.
– Залазь, чего ждёшь, – бросила Надя.
– Хорошо что одета в непромокаемое, – буркнул я, кивая на Надины штаны и куртку-штормовку.
– Почему?
– А вот, почему!
Я неуклюже закинул ногу через борт, и лодка с характерным для каноэ круглым дном щедро черпнула воды. Кое-как залез, устроился, потянул припасённое весло. Отчаянно балансируя, окунул весло. Мимо бортов потекла студёная вода, тёмная, но прозрачная.
– Название канала не очень, – заметила Надя, чтобы прервать гнетущую тишину.
– Встретим Серого, сразу «отправлю» к нашим, – поспешил я заверить, ведь думает именно об этом. Нащупал сзади за поясом верный ПМ-v.2 Space Edition. Нащупал и оставил в покое, проверил как взведён закинутый через плечо энерголук.
– Странно, что так живём. Похоже на какую-то игру, бесконечные брудварс, где нет смерти. Раньше, в городе, хотя бы умирали, ну, почти, как ты тогда, помнишь, распоротый от паха до самого сердца?
Я поморщился, воспоминание не из приятных.
– Помню, ты держала его на ладонях.
Надька фыркнула, от улыбки на щеках появились ямочки.
– Вот ещё! Обычный прямой массаж! – проворковала она. Добавила спустя минуту: – Смотри, ты начал говорить красиво, как настоящий эльф! Долго держался...
Впереди перегородка, дамба, или как там её.
– Прибыли, первая пересменка, Ваше Королевское... извольте лодку на плечо, она легчайшая, пока я возьмусь за второй конец.
Идти не далеко и спустя минуту я снова столкнул каноэ на воду. Ещё одна дамба, через неё проходит грунтовая дорога и просека, и мы во владениях клана Лосей. С берегов машут, разглядев наши уши, а взведённые луки разведчиков опущены. Я помахал в ответ и жестами указал вдоль канала. Эльфы исчезли за деревьями.
– Заметь: здесь Лес иной, куда более мелкий, но густой и обширный.
– Словно пробуют варианты, – поддержал я.
Оба замолчали. Что толку гадать о действиях ГИИ? Высказывались самые разные идеи, но ни одну не проверить иначе, чем самим собой.
Время к обеду, и я подналёг на весло. Спустя час заныла спина, но впереди финиш, дальше вода долго течёт под землёй, чтобы вынырнуть где-то близ Клязьмы. Нос лодки ткнулся в крутой склон, мы прыгнули прямо на берег. Теперь по просеке, слева лосиный Лес, справа уже щебень кварталов.
Какие-то сады прошли насквозь, домики почти целые, но всё равно никому не нужные. Показались заборы космической Мекки бывшей империи, когда-то низкие, даже номинальные, но теперь укреплены. Вокруг никого.
– Неплохо придумал – штурмовать Первомайскую, – заметила Надя довольным тоном. – При равном размене, а не факт, что выйдет не в нашу пользу, мы всё равно в выигрыше.
Я покивал, но на душе муторно, предчувствие беды сильно как никогда. Одно хорошо, предчувствие всегда врёт, а беда валится на голову абсолютно неожиданно!
– А вот и бывший ЦУП. Ничего не пойму: кладбище, а не логово неопротасов! – выпалил я.
Мы быстро прошагали под арками проходной, дальше массивные двери Цитадели – обе нараспашку.
– На ловушку похоже, – заметила Надя ровным тоном.
Я хмыкнул, соглашаясь, но не возвращаться же назад.
Слегка поплутали, вывалились в легендарный зал. Давно нет ни пультов, ни кресел, пространство занято какими-то протосовскими аппаратами, лишь у стены экранов массивный пульт и кресло с высокой спинкой. Я схватился за энерголук, где тетива всегда на взводе, и двинулся неслышным шагом. Надька сопит позади.
Кресло медленно повернулось, и я встал как в вкопанный.
– Шах и мат, – провозгласил Серый. Закован в броню молний протосов, закован по самое горло, да не в простую, такую моим луком никак не взять. – Вы так предсказуемы.
– Серый?.. – проговорила беспомощно Надя и крикнула, уже мне: – Ну же, стреляй!
– Бесполезно! – заявил Серый. – Броню стрелой не пробить. Всё кончено, смиритесь, эльфов... не будет!
– Предатель, – процедил я, лихорадочно соображая.
– Вовсе нет.
– Как такое вышло, что ты на их стороне? Ты не простой боец, должны были пытать, выведывая секреты! – прокричала Надя. В уголках глаз заблестели слёзы.
– Его перекинули давно, – догадался я. – К нам ходил уже протосом.
– А ты соображаешь, – милостиво сообщил Серый. – Хотя, уже поздно. Пока говорим, лучшие из нас громят Лес... и вашу единственную надежду.
– Дети!!! – выпалили мы с Надькой дружно.
Серый потянулся к какой-то бандуре, похожа на плазменную пушку, как их рисуют. Я цапнул ПМ. Выстрелы слились в очередь, Серого отшвырнуло на пульты, я пальнул ещё пару раз для верности и змеящиеся молнии на броне исчезли.
– Что ты делаешь?! – прохрипел Серый.
– Ты заигрался, – отрезал я и потянул за спусковой крючок.
На пол шибануло мозгами, серыми, как и положено.
Надя застыла соляной статуей. Я подскочил и мощно гаркнул на ухо «дети!» Схватил за руку и потащил, уже на бегу очухалась, а когда вылетели из зала, навстречу спешат полчища механидов.
Во дворе, куда вынесло, массивный квадрокоптер с красным крестом.
– Давай, расколдовывай... тьфу, программи! – рявкнул я Надьке и от души врезал ладонью по жопе, чтобы очнулась уже окончательно.
– Хам! – взвизгнула блондинка, но уже раскрыла ручную панель. Я состроил зверскую рожу, мысленно просматривая спецификацию. Спустя всего минут пять квадрокоптер раскрутил винты. – Умеешь водить?
– К чёрту! Капитан я звёздного крейсера или погулять вышел? Только что прочитал квик-гайд!
Я схватился за единственную ручку управления и аппарат прыгнул в небо. Сзади обхватили Надькины руки, сама прижалась ко мне отчаянно. Я плавно наклонил РУС и квадрокоптер метнулся на юг. Очень быстро промелькнул Лосиный Лес, прифронтовая полоса Первомайской вся в сполохах энерговыстрелов. Спикировали промеж высочайших крон, впереди выскочила ветка толщиной в дом, я еле увильнул. Рухнули прямо на детскую поляну, я вылетел как из пращи и вдарил сапогами в ковёр травы, Надька не отстаёт.
Дети замерли посреди музыкального занятия, прижимают к груди дудки, свирели, у Лаврика какая-то балалайка о шести струнах. И только тогда за елями затрещали близкие выстрелы, пахнуло озоном, и сразу резкие, отчаянно знакомые хлопки.
– У них боевое?! – взвизгнула Надя.
Я похолодел. Механидам вход в Лес негласно запрещён.
– Отходите к Дворцу! Ну же, живо! Подземными тропами! – проорал я и сунул руку за пазуху, там свисток. Дунул изо всех сил, поморщился и торопливо достал вторую обойму к ПМ.
Надя всё поняла правильно: пока воспитатели яслей изображают кроликов перед удавом, юркнула в ближайший домик и схватилась за светильник. Как следует потянула, открывая люк в полу.
– За мной! – скомандовала Надя, срывая светильник окончательно, тот продолжает гореть зелёным пламенем. Детвора с горящими восторгом глазами втянулась за нею в подземный ход.
Когда на поляну ворвались штурмовики, я уже ждал. В левой энерголук – колоть панцири, в правой ПМ – понятно зачем. Росчерк зелёным – ушёл энергоболт. Фонтан синих искр и тело падает, но ещё в полёте, когда коротко плюнул пламенем ПМ. Второй энергоболт, третий, захлопал ПМ.
– Ты что творишь?! – прилетело из-за разлапистых елей.
– То, что приготовили нам!!!
Я затаился за одним из домиков, но на поляне тишина. Тишина разливается и по Лесу, звуки битвы затихли.
Спустя пару часов я брёл среди гигантских стволов, что уходят в небо. Небо, которого мне уже не достичь. Мысли были как обустроить новичков, их будет много, все бывшие неопротосы теперь наши эльфята. На краю Леса края уже нет. Трудолюбивые механиды ровняют Первомайскую с землёй, следом идут в наступление, в бурный рост саженцы модифицированных секвой.
– Говорят, – прилетело сзади, – есть и иные кланы: Космики, Не возжелавшие, 20-й век...
Я обернулся, чтобы встретить взгляд чудесных, сапфирового оттенка глаз Ольги.
– Уже не важно, сколько и какие. Главное – кланы есть. И главное – никто не знает, что будет дальше, каков следующий шаг. Но он будет, это – точно!
Я потянулся пальцами к её щеке, она с готовностью прижалась, чмокнула обветренными губами мою ладонь.
– Главное не то, что будет, – подхватила Алёна, глядя снизу вверх. – А то, кем станем мы.
– Справимся. Мы можем всё.
Я шумно втянул запах её белоснежных волос, для чего пришлось привстать на цыпочки – настолько жена высока. И этот запах унёс как наркоз, в счастливое небытие.

***
– Алекс... – послышалось откуда-то позади. – Доктор Сталлз!
Я крепко зажмурился, и так – дважды. С усилием разлепил веки, яркое пятно света перестало сиять и сгустилось в комнату, наполненную людьми и медицинского вида аппаратами.
Пробовал вывернуть голову – она как в тисках, тогда скосил взгляд. Справа длинноногая блондинка что-то настойчиво втолковывает пожилому человеку, тот поджал губы скептически.
– ...сколько можно, – расслышал я контральто, – верните мужа. Он лежит с открытым черепом год, уже дети забыли отца!
Девушка обернулась, и я затаил дыхание. Алёна Сталлз – стройная, несмотря на роды блондинка, прекрасна как никогда. Сверкнула карими очами и бросилась, прильнула ко мне.
– Алекс! Хватит уже! Возвращайся домой! Вот, посмотри, – торопливо зашептала она. Из сумочки появилась бумага, скомкана нервной рукой. Расправила, я уставился на таблицу, где «добрый», «нейтральный» ... Четыре из девяти клеток помечены. Алёна извлекла карандаш и отметила пятую, заглянула мне в глаза, требовательно и отчаянно. – Достаточно, скажи, что уже достаточно итераций! Ради Лавра и Дашки!
Я прикрыл веки.
– Доктор Сталлз, Александер! – проговорил господин в костюме и со значком в виде пчелы на лацкане. Я узнал Владиса Маргаста – директора Института Нейромоделирования при РАН. – Пресса ждёт! Вы знаете, какое внимание к нашему проекту...
Я вяло шевельнул пальцами, немного рад, что они вообще есть. Справа и слева подскочили две ассистентки – низенькая брюнетка, белоснежный халатик изрядно оттопырен в районе груди, а слева вышито «Ольга», и изящная каштанка с бейджиком «доктор Надежда Головачёва». Обе отчаянно покраснели под моим взглядом, подглядывали, поди, бесстыже в нейромонитор.
– Я что-то напутал, – прошептали мои губы и растянулись в улыбке. Директор института услыхал и схватился за сердце.
В соседнем зале всё готово к пресс-конференции. Пока директор выступал со вступительным, я слушал с пятого на десятое. Долетели термины «ГИИ», «нейромоделирование», «глобальные риски».
– Вводная часть, для тех, кто, хе-хе, совершенно не в курсе, хотя сложно таких представить на нашей планете, эта часть – закончена. Прошу задавать вопросы, но не мне, а доктору Александеру Сталлз лично.
– Доктор Сталлз!!! – прокричал быстрей всех тип в рубашке и с галстуком возле уха. – Доктор Сталлз! ГИИ безопасен? Что было самое трудное?
Я помедлил с ответом. В зале напряжённая тишина.
– Мы моделируем разные сочетания, – начал я осторожно. – Характера ГИИ и... эээ... отношения к людям. Везде, при любом раскладе человечество выживет... – по залу прокатился дружный вздох. Я облизнул пересохшие губы и продолжил: – На самом деле, когда настройки ГИИ «выкручены» на агрессию и полную некоммуникативность, даже легче. Гораздо проще.
– Что – легче? – подтолкнул журналюга, когда я замолк.
– Мы, люди, умеем бороться. Против природы ли или между собой. Когда есть враг, в данном случае – ГИИ, применимы какие-то стратегии, готовые наработки, а люди видят и смысл, и конечную цель.
– В ваших словах кроется «но» размером с небоскрёб, доктор! – выкрикнул кто-то из второго ряда.
– Верно. Как выяснилось, сам глобальный ИИ не имеет значения – каков он. Будь форс-мажором, вещью принципиально не познаваемой или послушным слугой... разница единственно в отношении к людям.
– Вы ходите по кругу! – перебил другой журналист, подтянутый хлыщ с благородной сединой у висков. – Что ждёт человечество? На ваш эксперимент потрачены колоссальные ресурсы... Каков самый худший сценарий?! Мы требуем чёткого ответа!
– Как угодно. В худшем сценарии можно выделить три этапа. Первый – разрушение социальных структур, хаотизация и индивидуализм, выраженный, например, в попытках к бегству. Второй – адаптация оставшихся к миру ГИИ и обособление в каких-то небольших, допустим, семейных ячейках, при нарастании мелких социальных противоречий. Третий – сперва осторожное, но преображение человека и борьба концепций будущего, которую назовём войной кланов.
Я замолчал. Послышались крики: «а четвёртый, четвёртый этап?», «что дальше?» и «это какой сценарий?»
– Не томите, Александер! – потребовал директор института. – Мы, конечно, просмотрим все записи с нейромонитора, очень внимательно, кр-гхм, а анализировать результаты будут годы, но выскажите своё мнение, оно самое первое и, наверное, самое ценное. Как скоро всё нормализуется после запуска ГИИ? Вопрос не праздный, уже пальцы дрожат на тумблерах, так сказать.
Я смотрел на этих людей, таких милых, как правило умных и где-то вздорных, а на языке вертелось два варианта ответа, и каждый превратит этих чудесных людей в...
Взгляд нашёл среди всех мою чудесную блондинку, её карие глаза, в которых третий ответ.
– Расслабьте пальцы. Всё будет хорошо. Надя, Олька, закройте уже мне череп, а то детей напугаю.

Последний раз редактировалось: Shmidt (12:17 02-10-2017), всего редактировалось 7 раз(а)
    Добавлено: 22:43 29-09-2017   
Криптон
 940 EGP


Рейтинг канала: 10(1386)
Репутация: 164
Сообщения: 2603
Откуда: Москва
Зарегистрирован: 05.04.2008
Пока что прочитал достаточно, только чтобы понять, что эпатажное начало - это именно эпатаж, а не серьёзный задвиг про трансгендеров. Но на мой вкус вышел перебор (какой я отсталый и консервативный, оказывается...), и к тому же военная организация без дисциплины у меня в голове не укладывается.

Как дочитаю, напишу впечатления подробнее...

Последний раз редактировалось: Криптон (14:02 30-09-2017), всего редактировалось 1 раз
    Добавлено: 14:02 30-09-2017   
mc_
 387 EGP


Рейтинг канала: 6(414)
Репутация: 37
Сообщения: 2769

Зарегистрирован: 09.04.2010
Криптон :
эпатаж, а не серьёзный задвиг про трансгендеров. Но на мой вкус вышел перебор (какой я отсталый и консервативный, оказывается...)

Да всё там консервативно, не парься Ой, не могу!..

В целом, автор скачет с пятого на десятое. Переходы неплохо бы делать плавнее, тратить хотя бы пару абзацев на "экспозицию". Возможно, текст заслуживает большего объема, но пока это не видно.
    Добавлено: 17:41 30-09-2017   
Shmidt
 119 EGP


Рейтинг канала: 1(6)
Репутация: 15
Сообщения: 815
Откуда: Челябинск
Зарегистрирован: 30.07.2009
Что означает: пока не видно?
    Добавлено: 19:57 01-10-2017   
mc_
 387 EGP


Рейтинг канала: 6(414)
Репутация: 37
Сообщения: 2769

Зарегистрирован: 09.04.2010
Shmidt :
Что означает: пока не видно?

Означает, что пока у текста нет объема, не поймешь, заслуживает он такого объема или нет.
    Добавлено: 13:58 02-10-2017   
Shmidt
 119 EGP


Рейтинг канала: 1(6)
Репутация: 15
Сообщения: 815
Откуда: Челябинск
Зарегистрирован: 30.07.2009
Гм, но это рассказ, и он завершён, никакого более объёма не будет.
    Добавлено: 13:59 02-10-2017   
Криптон
 940 EGP


Рейтинг канала: 10(1386)
Репутация: 164
Сообщения: 2603
Откуда: Москва
Зарегистрирован: 05.04.2008
Дочитал до конца. Идея любопытная, но впечатления от текста не очень. Слишком уж неуютно это читать, даже неприятно. Особенно это вот фоновое ощущение беды, неустроенности, тревоги. Мелкие мельтешения героев теряют весь смысл... Боюсь, в моём восприятии слишком много субъективизма.
    Добавлено: 15:31 02-10-2017   
Shmidt
 119 EGP


Рейтинг канала: 1(6)
Репутация: 15
Сообщения: 815
Откуда: Челябинск
Зарегистрирован: 30.07.2009
Спасибо за отзыв. Рад что рассказ производит впечатление, пусть тревожное ))
    Добавлено: 14:54 03-10-2017   
Канал творчества: «Упрощая реальность»
 
  
Показать: 
Предыдущая тема | Следующая тема |
К списку каналов | Наверх страницы
Цитата не в тему: Трудовые флудерские мозоли не путай с мозолями от удовольствия! (Lisnick о труде флудеров)

  » Упрощая реальность | страница 1
Каналы: Новости | Elite | Elite: Dangerous | Freelancer | Star Citizen | X-Tension/X-BTF | X2: The Threat | X3: Reunion | X3: Terran Conflict | X Rebirth | EVE Online | Orbiter | Kerbal Space Program | Evochron | VoidExpanse | Космические Миры | Онлайновые игры | Другие игры | Цифровая дистрибуция | play.elite-games.ru | ЗВ 2: Гражданская война | Творчество | Железо | Игра Мечты | Сайт
   Дизайн Elite Games V5 beta.18