Elite Games - Свобода среди звезд!
.
  » "Дуга" | страница 1
Конференция предназначена для общения пилотов. Для удобства она разделена на каналы, каждый из которых посвящен определенной игре. Пожалуйста, открывайте темы только в соответствующих каналах и после того, как убедитесь, что данный вопрос не обсуждался ранее.

Поиск | Правила конференции | Фотоальбом | Регистрация | Список пилотов | Профиль | Войти и проверить личные сообщения | Вход

   Страница 1 из 2
На страницу: 1, 2  След. | Все страницы
Поиск в этой теме:
Канал творчества: «"Дуга"»
McRousseaux
 901 EGP


Модератор
Рейтинг канала: 9(1084)
Репутация: 214
Сообщения: 6810
Откуда: ) и все мы
Зарегистрирован: 31.01.2005
Немного предыстории. У меня есть одна примета - если я выкладываю в КТ неоконченное произведение - я никогда его не дописываю. В силу разных причин, но тем не менее. Здесь же ситуация сложилась немного другая. С 12 года я не притрагивался к этому. Думал что поездка в Припять подтолкнет к продолжению, но как-то не подтолкнула. В этом году дал прочитать Кошу - ему понравилось, а его мнение в данном вопросе я ценю. А ведь сюжет-то весь уже намечен, даже эпилог отдельно написан. С самой концовкой есть пара вопросов, но до нее еще пилить и пилить. Вот я и решил выложить недописанное, а точнее говоря написанное на треть если не на четверь, надеясь что вы поспособствуете дальнейшему написанию постоянными вопросами "ну и когда?". Как-то так.


ДУГА


Пролог


Лежать, вжимаясь в землю на окраине Милитари, когда над тобой со свистом рассекают воздух лопасти боевого вертолёта – удовольствие то ещё. Особенно когда вертолёт этот высматривает тебя и четверых твоих собратьев по несчастью оказаться именно в этом месте именно в это время. «Я тучка, тучка, тучка, я вовсе не медведь» - проскользнуло у меня в голове. Ещё я вдруг остро позавидовал кротам, которые умеют прямо на месте за считанные секунды зарываться под землю. А вертолёт всё висел где-то вверху, чуть левее. Надо же было так вляпаться. И откуда он взялся, так глубоко в Зоне? Персональный привет от хозяев? Да не мог я столько нагрешить. Я представил себя со стороны, героем второго плана в старом добром американском боевике. Вот он затаился в кустах, воздушный поток от лопастей несущего винта разгоняет опавшую листву, заставляет ветки кустов раскачиваться из стороны в сторону, пригибает их к земле, и вот беглец уже то и дело мелькает сквозь ветви в свете мощного прожектора, сейчас бравые полицейские прокричат ему что-нибудь в громкоговоритель. Вот только в отличие от них бравые вояки международных миротворческих сил ООН – ребята молчаливые. Они обычно предпочитают шарахнуть чем-нибудь доходчивым – такой вот у них излюбленный метод приветствия. Да и мощные прожекторы зачастую им не нужны – большинство вертушек оборудованы тепловизорами.

И вот лежу я, весь из себя такой красивый, в грязи в богом забытом уголке одной крайне негостеприимной территории, именуемой «Зона отчуждения ЧАЭС», а чаще просто «Зона», и стараюсь притвориться, что на самом деле меня здесь нет.

Со стороны вертолёта раздался громкий хлопок. Всё, приехали… Интересно по мне или нет? Где-то я слышал фразу «Настоящими бывают только друзья и враги». Нет уж, поверьте мне, настоящим бывает ещё и страх, липкий, животный страх, сводящий с ума, заставляющий паниковать и делать то, чего делать совсем не надо. Вот и я был сейчас готов сделать именно то, чего делать не надо ни в коем случае.

добавлено спустя 9 минут:
1. Бобёр, Сидорович и Могиканин


Старый раздолбанный «Газон» свернул с асфальта на пыльную просёлочную дорогу и, бойко попрыгав по ухабам, остановился в дальнем конце деревушки. Десять-пятнадцать разной степени обшарпанности деревянных домов, большинство из которых не вполне, так сказать, сохранили структурную целостность, назвать термином «деревушка» можно было только с большой натяжкой, но жизнь здесь кипела. Люди в самой разнообразной одежде, начиная с каких-то странных, явно самодельных, комбинезонов и заканчивая самыми обычными кожаными «косухами» занимались самыми обыденными делами. Например, сидели костра, пили водку и резались в карты. Откуда-то доносились звуки гитары. Я невольно засмотрелся на эту пёструю публику. Водитель привычным движением спрыгнул на землю.
- Ну чё, мужики, приехали. Я сейчас Сидоровича кликну, а вы вылезайте пока.
Мы подхватили свои рюкзаки и выпрыгнули из кабины, радуясь возможности размять косточки после утомительной дороги. Мы – это я и мой друг ещё со школы Валька Шамшурин.
- Ничего, - пробасил Валёк, разминая затёкшую ногу, - сейчас ещё машинку эту разгрузим, разомнёмся с дорожки.
Водитель тем временем открыл дверь в какой-то подземный бункер, больше всего похожий на бомбоубежище и что есть силы гаркнул:
- Сидорович, старый хрыч, открывай воротА, фургончик с мороженым приехал!!!
Секунд через десять из открытой двери показался грузный невысокий мужичок за пятьдесят и активно замахал руками.
- Давайте, ребята, поживее, а то мы тут до ночи не управимся.
Водитель открыл задний борт и запрыгнул в кузов. Там под накидкой из брезента была груда картонных коробок и деревянных ящиков. Он подавал их нам, мы таскали их вниз к Сидоровичу, тот говорил куда ставить и отмечал что-то у себя в блокнотике. Минут через двадцать я уже настолько размялся, что изрядно вспотел. Под грудой коробок оказались прямоугольные ящики армейского образца. Они были довольно тяжёлыми, и от них очень сильно веяло чем-то противозаконным, но кто мы такие, чтобы со своим уставом в чужой монастырь…

Наконец, разгрузка закончилась. «Газон» укатил обратно, а Сидорович позвал нас вниз, чтобы рассчитаться. Выставив перед каждым из нас по две банки тушёнки, буханке хлеба и бутылке водки, он торжественно произнёс:
- Итак, господа, я рад приветствовать вас на пороге «Зоны»! – Он широко улыбнулся и уже обычным голосом продолжил. – Спасибо, что помогли разгрузить. Кстати, чуть не забыл… - Сидорович достал из-под прилавка два браслета, с виду больше всего напоминавших электронные наручные часы. – Надевайте и носите на руке постоянно.
- А это что?
- Ваши персональные маячки. Самая простая модель. Из функций – только часы и приёмник, позволяющий слышать всё, что передают на общей волне - ну там, если выброс скоро или где-то военные шерстить территорию начали. Зато бесплатно. У меня в продаже есть нормальные полноценные ПДА с почтовым агентом, датчиком движения и кучей прочих полезных фишек, но вам они пока не по карману.
- И зачем маячки эти? – Я с интересом оглядел со всех сторон это чудо техники и застегнул браслет на запястье.
- Ну, во-первых, как я уже сказал, если где-то военные решили в казаки-разбойники поиграть – вы сразу узнаете. Держитесь от этих мест подальше. Или если выброс намечается – тогда бросаете все дела и бегом к ближайшему укрытию – в какое-нибудь место с бетонными или металлическими стенами, желательно ниже уровня земли. А если вдруг загнётесь где-нибудь – маячок передаст сигнал в общую сеть, и мы будем знать, где искать ваши бренные останки. А теперь, если не возражаете, мне пора делами заняться. Если охота поболтать с кем-нибудь про Зону – на улице полно народа. А лучше всего загляните на огонёк к старику Могиканину, он любит с новичками трепаться.
Тут инициативу взял на себя Валька:
- Тогда о деле. Сидорович, нам тут прибарахлиться надо…

После полумрака, царившего в бункере Сидоровича, дневной свет заставил меня зажмуриться. Погожий летний денёк, пропитанный запахами трав, солнечным светом и какой-то свежестью, которую никогда не почувствуешь, живя в городе. Небольшая деревенька на десять-пятнадцать домов, симпатичный пейзаж, приносящий в душу покой и умиротворение. Вот только у домов местами крыша обвалилась, некоторые частично разрушены, и где-то в голове, глубоко, на уровне подсознания скребётся мысль «ты уже в Зоне, здесь всё по-другому». Как именно «по-другому» я пока не имел ни малейшего представления.
- Стасон, ты чего замер? – Валька с улыбкой хлопнул меня по плечу. – Пойдём с местными знакомиться.
- Пойдём Валь, пойдём. – Мой голос неожиданно оказался каким-то сиплым. Валька нахмурился.

Грунтовка была, можно сказать, главной улицей деревни. Шесть деревянных домов справа, восемь слева, за ними была ещё пара домов, от которых остался только фундамент. Метрах в ста впереди грунтовка выходила на асфальтовую дорогу, по которой мы приехали. Асфальт там был испещрён трещинами, кое-где отсутствовали целые фрагменты, местами из трещин пробивалась трава. По провинциальным меркам – вполне себе нормальная федеральная трасса. Мы, не спеша, шли по центральной улице, глазея по сторонам. Заметили пару костров, вокруг которых по четыре – пять человек сидели сталкеры, разговаривали о чём-то своём, иногда весело смеялись. Так и подмывало подсесть к ним и послушать, да и вопросов было море. Но просто так подойти и сказать: «а можно мы тут с вами посидим?» было как-то глупо, могли не понять. Вот и Валька не спешил сразу идти на сближение, а уж он-то на этих делах не одну собаку съел. Валька Шамшурин вообще был человеком очень коммуникабельным. Мало того, что он весил раза в три больше меня и одним ударом мог вынести три-четыре зуба у какого-нибудь зарвавшегося мажора, у него очень обворожительная улыбка, добрая и искренняя, способная разрядить обстановку если ситуация начинает выходить из-под контроля. И голос такой спокойный, чуть весёлый, мелодичный. Ну согласитесь, если вы видите перед собой этакого медведя, и понимаете что были не правы по отношению к нему, но он при этом так мило улыбается и вежливо с вами разговаривает, хотя прямо в эту же секунду бы мог скрутить вас и выжать получше стиральной машины, это располагает. Большинству хомо сапиенс, обладающих зачатками разума этого хватало, чтобы не дёргаться и решить вопрос мирно. Для остальных же у него была припасена вторая разновидность его улыбки. Такая же милая и располагающая, если не смотреть ему в глаза. Вот только в этом случае в его взгляде можно было увидеть, как именно и в какой последовательности он будет ломать вам все кости в организме по очереди. Наверное, именно по этой причине я класса с пятого ни разу не видел, чтобы он дрался. Как там говорил великий воин Сунь Цзы? Выигранный бой – это тот бой, которого ты избежал.

Тем временем мы уже почти дошли до противоположного края деревни, но так и не решились наладить контакт с «местным населением».
У крайнего домика, вальяжно навалившись на стену стоял и курил сталкер. Среди всей этой толпы он выделялся примерно так же, как «папа-лев» в львином прайде. Водонепроницаемая камуфлированная куртка с капюшоном, как и у нас, с Валькой, только, судя по всему, «тщательно доработанная напильником», слева подсумок с противогазом, АК-74 за спиной. Но самое главное – какая-то собранность в фигуре. Вроде вот стоит себе, отдыхает, курит, а такое ощущение, что случись что, Калаш моментально окажется у него в руках и начнёт работать на поражение. Увидев нас, он приветственно помахал рукой.
- Игорь, - представился он, по очереди пожимая нам руки, - но вообще меня Волком кличут. Привыкайте, мужики, у нас тут в Зоне все на кликухи отзываются. Дело то такое. Всяких там Саш, Петь, Димонов полным полно и хрен там разберёт кто из них кто, а по кликухе сразу понятно о ком речь идёт. Это ведь вы сегодня с Бобром приехали?
- С кем?
- На газоне, с Бобром, который Сидоровичу с Большой Земли товары народного потребления, – Волк заговорщицки подмигнул, - доставляет?
- А, ну да, мы самые.
- Ага. Чего из оружия прикупили? – Мы показали Волку два обреза, у меня вертикалка из ИЖ-27, у Вальки горизонталка из тульского ТОЗ-а.
- Ну неплохо для начала. Самое то, зверьё что попроще отгонять. Вам бы ещё по «макару» или «форе»… Патроны-то пулевые к ним взяли или дробовые?
- Коробку картечи и коробку пуль. – По одобрительному взгляду Игоря я понял, что первый тест на вшивость мы прошли.
- Это правильно. Только заряжайте их через раз. Один ствол – картечь, другой – пулевой.
- Так мне Стасон то же самое сказал, - ухмыльнулся Валёк, - охотник он, как-никак, опыт имеет.
- Охотник - это хорошо. Значит, начальные навыки по выживанию в лесу есть. Только вы, мужики, учтите, здесь охота совсем не та, что на большой земле, тут правила другие, и охотятся чаще всего на вас. Дозиметр-то есть?
- А то. – Валька протянул ему дозиметр.
- Хорошая штука… С Большой Земли привез?
- Ага.
- А у тебя есть? – Волк вопросительно посмотрел на меня.
- А нам одного на двоих хватит, мы вместе ходить будем.
- Ну раз вместе, тогда добро.
- Слушай, Волк, - решился я, - у меня тут куча вопросов по Зоне, не ответишь?
- По этой теме лучше всего к Могиканину, он лучше всех историю Зоны знает, да и с новичками поболтать любит. Вон видите домик тот? У него ещё дым из печной трубы идёт? Вот там Могиканин обитает. Заходите к нему на огонёк, на все вопросы ответит с удовольствием.

Домик Могиканина по ближайшему рассмотрению оказался уютным и ухоженным – по всему видно, хозяин следил за своим жилищем. Не успели мы постучать в дверь, как она распахнулась – под дверью нас ждал, что ли? Человек со странной индейской кличкой оказался худощавым старичком за шестьдесят. Лицо с паутинками морщин, но морщины «добрые», такие появляются, если часто улыбаться, задорные живые карие глаза.
- Ну, здравствуйте, ребятки, а я вот жду уже, думаю, когда к старику заглянете. Да вы проходите, не стесняйтесь, я вот тут супчик решил сварить, скоро готов будет.
- Нам Волк сказал, что вы здесь лучше всех Зону знаете.
- Ну-у-у… это он преувеличивает. Хотя на пару вопросов ответить смогу. – Могиканин аж светился изнутри от удовольствия. – Так вы, ребятки, про Зону поговорить зашли?
- Ага. – Я с трудом сдержал улыбку. Кто бы сомневался.
- Это разговор долгий. Да и вечереет уже. Располагайтесь-ка на ночь у меня. Заодно и поболтаем на сон грядущий.
- Договорились. – Валька достал из своего рюкзака бутылку водки. Могиканин удовлетворённо крякнул.
Радушный хозяин уже снимал с печи видавшую виды алюминиевую кастрюльку с варевом. В хозяйстве нашлась даже такая редкость как настоящие гранёные стаканы в количестве трёх штук. Валька тут же плеснул в них водки на три пальца. «Под горячее», - пробасил он. Возражений не последовало. Мы выпили и некоторое время молча орудовали ложками, отдавая должное похлёбке. Просто удивительно, как из банки тушёнки, пары картофелин и пригоршни лапши можно приготовить такую вкуснотищу. Хотя, может это оттого, что после утреннего чебурека в электричке у меня во рту маковой росинки не было? А как говорят мудрые люди, «раз в сутки суп должен быть в желудке». Тем временем Валька уже разлил по второй.
- Ну, за знакомство! Кстати, а почему вас Могиканином зовут?
- А это меня как-то один из сталкеров назвал последним из могикан. Я ведь, ребятки, давно тут, ещё с того времени, когда сюда туристов водили, а слово «Зона» не звучало так пугающе и таинственно. Подумаешь, зона отчуждения ЧАЭС. Радиационный фон повышен, местами сильно повышен – ну так и не суйся в места эти. На Урале вон похлеще места попадаются, после того как на Маяке выброс был в пятьдесят седьмом. Да там и не один выброс-то был, не говорили только…
- И чем же вы тут занимались?
- Мониторингом состояния саркофага. – Могиканин прищурил правый глаз и пристально посмотрел сначала на Вальку, потом на меня. – А сдаётся мне, ребятки, ни хрена вы не знаете историю места, в которое так рвётесь.
- Взрыв был на ЧАЭС в восемьдесят шестом, потом тридцатикилометровую зону колючкой обнесли и патрулировать стали…
- Всё с вами ясно. Значит, слушайте сюда, молодёжь… Ну про тепловой взрыв с выбросом кучи гадости в атмосферу в восемьдесят шестом вы знаете, слава богу, а то ведь попадаются некоторые... И что, вы думаете, надстроили над четвёртым энергоблоком саркофаг и разбежались? Пожалуй, вам будет интересно узнать, что ЧАЭС работала до двухтысячного года, вырабатывала электричество на благо страны.
- Это как? Там же радиация.
- Хех. Во-первых, премиальные за работу на ЧАЭС отсыпали довольно щедрые, а во-вторых, ликвидаторы, царствие им небесное, основную часть той дряни что наружу вылетела на своих горбах вытаскали и сделали так, чтобы те, кто после них придёт через месяц работы ночью не светились. Давайте-ка, ребятки, за ликвидаторов… Не чокаясь.
Мы выпили, Могиканин выдержал приличествующую моменту паузу и продолжил:
- Один мой знакомый из Питера в восемьдесят восьмом на ЧАЭС приезжал, третий энергоблок от гадости чистить. Два месяца командировки, набрал четыре рентгена, это при том что годовая норма для работника АЭС которая в абсолютно штатном режиме работает – пять рентген, а доза, которая не сильно вредит здоровью – двадцать пять рентген. С другой стороны, он-то специалистом приехал, а не негром. Те-то чижики посильнее, поди, нахватали, на порядок, но кто ж их тогда считал, во времена Союза. Так это я к чему – с умом и осторожностью и на ЧАЭС тогда можно было относительно безопасно для своего организма работать.
- Обеспечивать работу АЭС – это же куча народу, плюс охрана, плюс экстренные службы, ну там мало ли у кого аппендицит случится. И всем где-то жить надо.
- Как это «где-то»? А Чернобыль на что? Даже после того как станцию полностью остановили в двухтысячном, в Чернобыле постоянно живёт где-то тысяча человек, работают вахтовым методом… В смысле жили и работали до первого выброса.
Валька разлил остатки водки и поставил пустую бутылку под стол. Я потянулся к своему рюкзаку, но Могиканин жестом остановил меня и достал откуда-то из недр шкафчика пузырь.
- Ты не торопись, - он подмигнул мне, - вам самим ещё пригодится.
- Ну так и что там с первым выбросом? Как возникла ЭТА Зона? – От Вальки я такой несдержанности не ожидал, но очень уж ему любопытно было.
- Если честно… Да хрен его знает. Просто одним погожим летним денёчком, ну как сегодня, прямо, три года назад, в августе случился полный физдипец. Тринадцатого числа, кстати. Вот и не верь тут в магию чисел… Первый выброс. Меня тогда в Зоне не было, я как раз из отпуска возвращался. Подъезжаем мы на ПАЗ-ике к КПП «Дитятки», а там все на ушах стоят. За периметр не пустили. Пока сидели на КПП – разговорился я с летёхой одним. Он и сказал, мол, два часа назад начала всякая фигня твориться – лесная живность из Зоны волной хлынула, прямо на колючку кидалась. Только на КПП они штук двадцать лосей насчитали, пару медведей, не считая всяких там волков и лис. А потом, говорит, тишина наступила – птицы не поют, кузнечики в траве не стрекочут, а над зоной северное сияние висит, казалось бы, откуда в этих-то широтах. А потом ка-а-ак долбанёт! Причём беззвучно, взрыва никто не слышал. Летёха тот говорил, как будто по мозгам кувалдой ударили. В глазах двоится, из носа кровь хлещет, в ушах шум такой стоит, как будто реактивный движок на форсаже в метре от тебя работает. У них тогда трое рядовых с катушек съехали, их под замок посадили. Двоих –то отправили со скорой часа через два, а третий себе язык откусил и за пару минут от потери крови умер. Вот тогда-то Зона и возникла. А тех, кто тогда в Чернобыле жил я больше никогда не видел… Что там с ними случилось… Э-эх. – Могиканин накатил ещё водки, не закусывая, так, как будто это родниковая вода была.
- Ну нифига себе. А выброс-то из-за чего произошёл, что-то рвануло?
- А вот этого никто не знает. В своё время упорно слухи ходили, что в зоне учёные эксперименты какие-то ставят, даже вроде лаборатории какие-то есть для этого, но слухи это всё… Хотя, с другой стороны, учёных этих тоже понять можно – такой полигон знатный… Поговаривали, что испытывали они там что-то новенькое – вот и рвануло. Даже на правосеков грешили, что решили они отмстить, когда разогнали их, но по мне, так куда уж им, убогим, только и умеют что в балаклавах оружием махать, да девок по углам зажимать. В общем, что там точно произошло, пожалуй, никто не скажет, судя по всему, если и был эксперимент какой-то, то живых свидетелей не осталось.
- Могиканин, а нам-то здесь с чего лучше начать?
- С чего? – Старик посмотрел на нас как на маленьких детей. – Для начала в Зону сходите, посмотрите собственными глазами на неё, а дальше по обстоятельствам. Хотя, какая здесь Зона, так, предбанник.
- В смысле, предбанник?
- Да в прямом, зверьё не особо борзое, аномалий нет почти. Да каких-то полгода назад здесь Зоной вообще не пахло. Там, на юге, где сейчас кэпэ с вояками стоит, менты дежурили, туристов отгоняли, чтобы не совались куда не следует. А военное кпп было там дальше, за железной дорогой. По всей железке колючка идёт, раньше там была первая линия обороны…
- Но полгода назад… - Я вопросительно посмотрел на Могиканина.
- Но полгода назад случился особо сильный выброс, и Зона расширилась. На абсолютно безопасной раньше местности аномалии появились, животные мутировавшие наружу прорвались. Теперь первая линия там, - Могиканин неопределённо махнул рукой на юг, - а на железке, та, которая первой была, стала второй.
- А та, которая тогда второй была – стала третьей?
- Та, которая тогда второй была, перестала существовать за ненадобностью. Хотя, кой-чего от неё осталось. Вот, например, если отсюда в сторону «Рассохи» идти, её сейчас сталкеры ещё свалкой кличут, как раз через бывшее кпп второй линии проходить будете. Правда, там уже заброшено всё, и по БТР-ам лазить не вздумайте – фонят как неисправная микроволновка.
- Ну ладно, здесь, предбанник, а как нам в саму Зону-то попасть? – Встрял в наш диалог Валька.
- В саму Зону? – Могиканин задумался. – Да просто попасть, она за железкой-то и начинается, рукой подать. Воякам на лапу давать не советую, останетесь без денег и в Зону не попадёте, ладно, если в комендатуру не увезут. Можно ещё на востоке, где железка в тоннель уходит, но там фонит мама не горюй, без спецснаряги или кучи антирада соваться – верная смерть. А антирад – дорогой, собака, пожалуй, самая дорогая вещь в зоне после артефактов. Ну, вообще, наши, бывает, лазают прямо через колючку, она ведь тоже не вечная, где зверьё прорвёт периметр, где после выброса столбы повыворачивает, пока ещё её восстановят… Бывает, дней по десять бреши в периметре открытыми остаются. Но периметр вояки патрулируют постоянно, можно и нарваться. Тут уж как повезёт. – Могиканин помолчал, а потом мотнул головой и затараторил. – Да о чём это я, ребятки? Вот ведь, раззадорил вас, старый дурак, забыл, каким сам в молодости был. Рано вам в Зону! Рано!!! Вы уж поверьте мне, старику. Недельку по предбаннику походите, пообтешитесь тут. После выброса и здесь артефакты появляются. К зверью местному присмотритесь, к повадкам их, к Сидоровичу почаще заглядывайте, ему иногда заказывают с большой земли органы мутантов. Ну, вот, например пёс слепой, если он один – взять не проблема, тут главное успеть пальнуть по нему пока не убежал, опасности для вас никакой, а если Сидоровичу как раз в это время заказ поступил, на хвост его, например, то на этом можно немного наличных поднять. Вот подзаработаете тут в предбаннике, оружием и снарягой посерьёзнее обзаведётесь – тогда и поглубже в Зону ходить можно будет.
- А если не один? – Угрюмо спросил я.
- Что?
- Если пёс этот не один?
- А-а-а… Тогда посложнее всё будет. Стая слепых псов и кабана загрызть может. Вы, главное, помните одно – они только стаей сильны, а так – существа трусливые. Против них ваши обрезы – то, что доктор прописал. Стреляйте в толпу, не целясь, перезаряжайтесь как можно быстрее и снова стреляйте – и так пока не отстанут. Мне тут неделю назад Сашка-Бурундук рассказывал, как его на западе восемь штук в лесу прижали. А к калашу патроны ещё у насыпи по кабанам все расстрелял. Прижался он спиной, значит, к дереву, достал обрез и начал стрелять в эту свору. Убил только одного, но ещё штук пять ранил – и они сразу наутёк рванули, и раненые и здоровые. Вернулся сюда с одним патроном – и тот в стволе. Их главное напугать, показать, что ты им не по зубам. А вот бежать от них не советую, всё равно догонят. Как только от них побежал – считай, уже труп.
- Спасибо за науку, Могиканин. Слушай, а если не секрет, ты сам-то здесь чем занимаешься?
- Я – таксидермист.
- Чё? – Валька как-то подозрительно посмотрел на старика.
- Чучела животных делает, - подсказал я Вальке.
- Точно. – Могиканин улыбнулся. – Тогда-то после первого выброса, когда нас на Дитятках завернули, оказалось, что моя основная профессия не востребована здесь более. Мы с ребятами сидим там, на кэпэ, и не знаем что дальше делать. Командировка уже проплачена, и нам, по идее, отметку в Чернобыле у коменданта делать надо, что прибыли, да кто-ж теперь в Чернобыль-то пустит? Кое-как договорились с капитаном, он у них вроде как начальником заставы был, он нам отметки в командировочных поставил, что типа «в связи с особыми обстоятельствами и введением в зоне отчуждения режима ЧС», ну и так далее. Коллеги мои собираются на ближайшем транспорте в Киев линять, а я понимаю, что специалист по системам охлаждения атомных реакторов на большой земле нафиг не нужен, а в ЧАЭС теперь дорога заказана. У меня как раз дочурка созрела, чтобы с мужем своим, алкоголиком и обалдуем развестись, трое детей на шее, сама медсестрой в больнице работает… Ну короче, деньги нужны позарез. Мне-то, пока мы на ЧАЭС работали, платили весьма и весьма неплохо, я ей помогал. А теперь хоть в грузчики не иди. Вот я в Дитятках и подзадержался, надеялся, что все эти катаклизмы – дело временное.
- Ага, нет ничего более постоянного, чем временное. – Хохотнул Валька.
- Ну кто-ж знал то тогда? Я пару суток в Дитятках прокантовался. На меня уже вояки местные стали косо посматривать – мол «а не пора ли тебе, мил человек, на Большую Землю?». И тут как манна небесная, партия учёных приезжает, изучать, что же такое там, в Зоне, произошло. Я к ним и прибился. У меня и образование подходящее и опыт работы… В общем, приняли они меня с распростёртыми объятиями. Капитан тот нам БМП-ху выделил, скрипя зубами, и пару бойцов. Вот тогда моя первая вылазка в Зону и состоялась. Только тогда никто еще ни про аномалии ни сном, ни духом, ни про мутантов. Короче, недалеко мы уехали, до первой «карусели», там и БМП с механиком-водителем и двух учёных оставили. Остальные успели с брони спрыгнуть, когда машину крутить начало. Потом в жарку попали… Ну да не буду вас утомлять. Через трое суток я и солдатик с кпп вышли в эту деревушку. Солдатик, понятно, сразу к своим побежал, а я тут прибился. У Сидоровича тогда бизнес только начинался. Он мне и сказал, что есть заказы на чучела любых зверей из зоны, которые мне под руку попадутся. А мне как раз от одного из солдатиков, которые учёных сопровождали, винтовочка досталась. Хорошо, меня дед в своё время чучела делать научил. Э-эх, отличный был охотник, его бы сейчас сюда, он бы весь предбанник от зверья вычистил…
- И что, спрос на чучела не падает?
- Растёт только. Я же их не абы как делаю, а ответственно к делу подхожу. Стреляю так, что шкурку не порчу, дезактивирую тушку честь по чести, если не получается, за другим экземпляром иду, так что на Большой Земле ребенок грудной в обнимку с чучелом моего изготовления спать может и ничего ему не будет… Ладно, ребятки, - Могиканин разлил остатки водки по стаканам, - давайте ещё по пять капель и спатеньки, время уже позднее, засиделись мы с вами.
Мы чокнулись и выпили. После чего я и Валька расстелили на полу избы спальники и залезли в них. Могиканин лёг на скрипучую кровать, накрылся одеялом и тут же захрапел.
- Валь, ну что, в Зону завтра?
- Мы сюда за этим и приехали.
- Тогда на рассвете меня буди.
- Угу.
- А во сколько выдвигаться будем? – Мне было страшно, но я изо всех сил пытался это скрыть.
- Рассветёт часов в шесть, ну там пока позавтракаем, то-сё, часов в семь выходить будем. Спокойной ночи, Стасон!
- И тебе.
Валька повернулся на бок. Вот ведь беззаботный человек. Решать проблемы по мере их поступления было его жизненным кредо. Наверняка уже дрыхнет. А вот мне сон не шёл. Слишком много нового я узнал сегодня про эту Зону, чтоб её... Я повернулся на правый бок, подложил кулак под голову и постарался выбросить из головы все тревожащие меня мысли. Минут через пятнадцать я перевернулся на левый бок. Ещё минут через двадцать – на спину. Окончательно убедившись в том, что мой организм в ближайшее время засыпать не собирается, я вылез из спальника, накинул на себя куртку, вышел на крыльцо и сел на ступеньку. Достал из кармана пачку сигарет, закурил. Вспомнилось, как ещё в босоногом детстве ездил к родственникам в деревню, на юг Саратовской области. Ночи там были такие же тягучие, пахнущие травами и цветами.

Небо на западе ещё отсвечивало рубиновыми тонами, но уже не было в состоянии рассеять темноту. На деревню мягко, незаметно, опустилась ночь. Ночную мглу рассеивала лишь стоящая в центре деревушки бочка, в которой горел огонь, да у самого въезда были видны огоньки сигарет сталкеров, которым выпало сегодня ночное дежурство. Сталкеры нисколько не скрывались. Оно и понятно – не прошедшие спецподготовку люди не смогли бы отразить грамотное нападение на лагерь, как бы не старались. А вот мародёров отпугнуть или местное зверьё – для этого прятаться не нужно, даже вредно.
Резкий порыв ветра сорвал с деревьев пару листьев, поднял пыль на дороге и ударил мне в лицо. Я взглянул на небо. С северо-запада медленно, но неотвратимо на нас надвигались грозовые тучи. Похоже, ночью, ближе к утру, пойдёт дождь. Зона… Что такое Зона, я пока так и не понял, не ощутил на своей шкуре. Но подсознательно уже боялся. «Зона. Зона. Зона…» - повторил я несколько раз про себя это слово, как будто пробуя на вкус. Каждый раз мне представлялось нечто живое и очень опасное для человека. Нечто чуждое, выходящее за грань человеческого восприятия, и при этом такое загадочное и таинственное, что множество людей готово было рискнуть жизнью только ради того, чтобы взглянуть на это хотя бы одним глазком. Да что греха таить, ещё до второго выброса, до того как появилась ЭТА Зона, я мечтал совершить туристическую поездку в зону отчуждения ЧАЭС, взглянуть на саркофаг хотя бы издали, пройтись по пустынным улочкам Припяти, благо тогда можно было вполне официально попасть на подобную экскурсию, да вот не довелось… Но моя судьба имела на этот счёт свои планы. Если бы меня сейчас спросили, как я сюда попал, я вряд ли смог бы связно ответить. Просто вот так вот получилось. У меня по жизни всё «вот так вот получается», иногда даже возникает ощущение, что мои планы на будущее там наверху вообще никого не волнуют, и в своей жизни лично я играю роль даже не второго, а десятого плана, сродни «второму зайцу слева» в провинциальном ТЮЗ-е.
Я не спеша выкурил сигарету, посидел на крыльце минут пятнадцать, прикурил ещё одну. Спать не хотелось абсолютно. Вот так всегда. Если надо часов до двух ночи прободрствовать – носом клевать в пол-одиннадцатого начинаешь, а если вставать наутро рано нужно – до рассвета не заснёшь, ворочаться будешь.
Затушив сигарету, я вернулся в дом, забрался обратно в спальник. Не засну - так хоть поваляюсь в горизонтальном положении, может подремать получится. Вспомнился тот разговор с Вальком, две недели назад.

Автосервис, в который он вложил всю свою душу и всю свою наличность обанкротился. Рядом строился весь из себя гламурный автотехцентр с мойкой и шиномонтажкой, один из тех, в которых техник, прежде чем за руль авто сесть, обувь снимает. Вот и решили хозяева подвинуть конкурента. Зачастили с инспекциями пожарные, СЭС-овцы, которых Валька метко называл эсэсовцами. Было сделано множество замечаний, выписана куча предписаний. Где-то полгода он ещё барахтался, но жизнь разительно отличается от сказки, в которой даже лягушка собственными силами из молока кусок масла может взбить. Валька плюнул, закрыл сервис, продал оборудование, рассчитался с работниками и позвал меня «вдарить по пивку за упокой души его малого бизнеса», именно в такой последовательности. Вот и сидели мы в его видавшей виды «Нексии», запаркованной на охраняемой стоянке, дули пиво под вяленую чехонь.
- У самого то как? – Валька с упоением разделывал очередную рыбину.
- Да так, вроде ничего, на жратву хватает.
- Машинку вот продавать собираюсь, купишь?
- Да я бы с радостью. Кредит дашь? – Мы от души рассмеялись.
- Слыш, Стасон, тут такая тема… - Валька осторожно наполнил пивом пластиковые стаканчики. – Мингазов из Украины вернулся несолоно хлебавши. Хотел новый туристический маршрут по зоне отчуждения ЧАЭС освоить, помнишь, он тебя ещё звал, как идейного вдохновителя?
- А у меня как всегда бабла не было. Помню, как не помнить. А что не срослось-то?
- Оказывается, туда уже года два как туристов не водят. Там что-то случилось, теперь военные по периметру дежурят, всё по взрослому.
- Саркофаг что ли развалился?
- Да я почём знаю? Но вот что интересно… Ильдарка ещё в Москве на киевском скорешился с тремя москвичами – они тоже ехали на Чернобыль поглазеть, вот и решили вместе держаться. Наведались они в фирму, которая раньше экскурсии в зону отчуждения организовывала, там им от ворот поворот, мол, ничего вам, молодые люди, не светит, граница теперь на замке.
- Тебе бы, Валь, детям сказки на ночь рассказывать, давай как-то ближе к делу.
- Короче, они вчетвером в бар завалились с горя. И тут к ним один типчик скользкий подкатывает, Ильдарка говорил, что он его у входа в ту турфирму приметил, глаз-то у него цепкий. Предлагал в зону отчуждения на экскурсию сводить, вот только цену втрое заломил и предупредил что там сейчас ой как опасно… - Валька поморщился и принялся пальцами доставать рыбью кость, застрявшую между зубов.
- Отказались?
- Отказались. – Валька наконец-то извлёк кость и выбросил её в окошко. – Ну ты сам посуди, одно дело - законная экскурсия по всем правилам, другое – незаконное проникновение на охраняемую военными территорию с каким-то шустрилой, который того и гляди, вместо того чтобы в зону отчуждения отвести, отведёт на ближайший пустырь, где его дружки убедят тебя в том, что Бог велел делиться. Ладно если в живых оставят.
- Валь, ёшкин кот, ну я же вижу, что ты не договариваешь, не томи, обещал ведь что-то интересное.
- Ага. – Валька усмехнулся. – Дальше было самое интересное. Летёха один из украинских военных в бар зашёл пивка попить. Ну Мингазов к нему и втёрся в доверие, ну ты-то знаешь этого татарина. Сначала угостил, побазарили на общие темы, летёха тот на халяву изрядно набрался, ну Ильдар его за столик к своим корешам и пригласил, разговорились. Так вот вояка разоткровенничался и рассказал, что внутри зоны отчуждения сейчас чёрт знает что творится. Мутанты там какие-то, места гиблые. Сами военные туда соваться бояться, только спецгруппы ходят, и те не больно далеко, периодически штурмовые вертолёты целыми звеньями вглубь зоны улетают, и, что интересно, редко когда в полном составе возвращаются. Учёные туда косяком ломятся, их военные как раз недолюбливают. К каждому очкарику ведь охрану надо приставить, чтобы не случилось чего с мировым светилой. А у светил у этих чувство самосохранения напрочь отсутствует…
- Да… Вот раньше хотел я там побывать… – Я выдержал паузу, отпил. – А теперь я там побывать просто мечтаю!!! Не трави душу, изверг!
- Стасон, я до самого интересного ещё не дошёл. – Я чуть не поперхнулся пивом, грозно посмотрел на Вальку и замахнулся на него единственной оставшейся чехонью.
- Валя, я тебя сейчас стукну… Больно.
- Не надо! Не бей, насяльника. – Валька хохотнул. – В общем летёха тот говорил, что сейчас в зоне отчуждения люди целые состояния зарабатывают.
- На туристах?
- Не, тут всё интереснее. Там сейчас такие вещи находят… Ну например, камушек такой чёрный, круглый, кладёшь его куда-нибудь на стол в комнате – и можно больше уборкой не заниматься, вся пыль и грязь из помещения к нему притягивается, отмоешь его в раковине раз в месяц – и снова в работу, никакого пылесоса не надо. Ты бы сколько за такую вещь отдал?
- Да уж не поскупился бы. – Я улыбнулся.
- Не, Стас, реально есть такая вещь.
- Сдаётся мне, Ильдар там зря времени не терял…
- Не веришь, да? Тогда как-нибудь у него про зажигалку спроси.
- Ну, спрошу и что?
- Ну и спроси. Он тогда купил у летёхи камушек один. Жёлтый такой, прозрачный, нажмёшь на него с двух сторон – сверху огонёк загорается, как у зажигалки, вот только с одним отличием – любой ветер дует, да хоть ураган, а огонёк не гаснет, даже не отклоняется, так и горит вертикально. Стасон, я сам видел!
- Да не бывает такого, Валь.
- Да как сказать, не бывает. Здесь не бывает, а там бывает. Ильдар говорит, на памяти того вояки случай был, когда мужик один какую-то паранормальную фигню нашёл и учёным её загнал, уехал оттуда богатым человеком, а служил тот вояка на охране периметра к тому моменту всего полтора месяца. Вот и прикинь, как там люди богатеют. Там эти камешки чудные, летёха Мингазову говорил, прямо на земле валяются.
- Если на земле валяются, вся Украина бы уже в золоте купалась. Сходил, понимаешь, в зону отчуждения, камешков этих с земли насобирал, учёным продал… Лажа какая-то.
- М-да… С одной стороны. С другой, говорят в зоне отчуждения сейчас опаснее чем в зоне боевых действий. А такие камешки как зажигалка Мингазовская там не на штуки а на килограммы продаются, их там пруд пруди, хорошая вещь, за которую можно приличные деньги получить редко попадается.
- Прикольно. – Я отпил из стаканчика и с упоением принялся обсасывать рёбрышки.
- Так это я к чему, Стасон…
- И к чему же? – Что-то в интонации Вальки заставило меня отвлечься от остатков чехони.
- Так может, съездим того, золотишко помыть?
- Не понял…
- Ну, камешки эти пособирать…
- Валь ну ты сам прикинь, ехать за собственные деньги хрен знает куда и хрен знает зачем, чтобы найти хрен знает что. Прямо как у Филатова в «Федоте-стрельце».
- У тебя пессимистический взгляд на вещи, Стасон. Вот ты сейчас всякой фигнёй занимаешься за гроши, типа работу работаешь и прочее. Семёрку купить собирался. Сколько накопил уже?
- Валь, ну зачем на больную мозоль-то? – Я скривился так, как будто съел лимон целиком. Настроение как-то сразу упало.
- Вот именно. Ты пиво-то пей, чё морду скуксил? Я ведь правду говорю.
- Да ну тебя нахрен с твоей правдой.
- Стасон, ты сам прикинь, ну чего нам стоит хотя бы съездить туда? Тебе отпускные уже дали, и не надо тут петь песню про новую семёру, всё равно за лето профукаешь. Плюс говорил, что у тебя на Украине, если что, знакомых найти можно. Так, нет?
- Могу форумчан знакомых поспрашивать, там и с Украины люди были, на крайняк можно найти, у кого переночевать.
- Вот, уже теплее.
- Да хоть теплее, хоть горячее, Валь, за каким хреном нам туда соваться?
- Погоди, Стас, не горячись. Ты же давно хотел на экскурсию по зоне отчуждения ЧАЭС съездить. Вот и съездишь. Ну что мы теряем? В самом худшем случае, это если не сможем в саму зону попасть, просто полюбуемся на достопримечательности города Киева, с твоими форумчанами горилки отведаем и уедем обратно. Если грамотно к делу подойти, деньги небольшие выйдут, зато будет о чём вспомнить. Ну давай, Стасон, решайся, ты же лёгкий на подъём, тебя только заинтересовать нужно.
- Ну допустим… А если сможем в зону попасть?
- Осуществишь свою мечту, экстремальное турне к Чернобылю с посещением всех достопримечательностей. И это как минимум.
- А как максимум?
- Хотелось бы найти там такой камушек, который бы мне обеспечил безбедную старость.
- Далеко заглядываешь.
- А тебе – «импрезу», предыдущий кузов, спортивная модификация, седан, чёрный цвет, на литье.
- Синий…
- Что?
- Синий цвет.
- Ну так договорились?
- Чёрт возьми, да! В крайнем случае, действительно, на Киев поглядим, с украинскими собратьями по разуму горилки отведаем.

Пару дней мы потратили на то, чтобы экипироваться. Расспросили поподробнее Мингазова про украинского военного, с которым ему довелось поболтать в киевском баре. Оказалось, что сейчас в зоне отчуждения ношение огнестрельного оружия было не просто нормой, а средством выживания. Сначала я хотел взять с собой оба охотничьих ружья, но потом от этой идеи отказался – слишком много проблем при перевозке, особенно при пересечении границы. Поэтому ружья были проданы, с тем, чтобы на эти деньги приобрести оружие уже на месте. Кроме всего прочего, на охоту я не ходил уже года три, так что о продаже ружей не жалел. Потом мы выкупили по дешёвке у того же Мингазова новенький дозиметр, который он приобрёл специально для поездки к ЧАЭС. Потом запаслись туристической экипировкой. Ни я, ни Валька толком не знали, что нас будет ожидать в Зоне, поэтому в довершение присовокупили к своему снаряжению по дорогому респиратору со сменными банками.
Наша затея на первом этапе требовала от нас некоторых финансовых вливаний, поэтому и я и Валька по дешёвке продали кое-какие ненужные вещи, чтобы обеспечить себя стартовым капиталом. Но, как говорится, чтобы продать что-нибудь ненужное, нужно сначала купить что-нибудь ненужное, поэтому даже после импровизированной распродажи фонды наши были сильно ограничены. Ну да мне не привыкать, Вальку, скорее всего, тоже. Поэтому одним дождливым утром я завёз младшей сестре ключи от своей «малосемейки» и поехал на такси на автовокзал, откуда нас с Шамшуриным автобус должен был доставить до первой точки нашего маршрута – железнодорожного вокзала города Екатеринбурга.

Звук барабанившего по крыше дождя отвлёк меня от воспоминаний. Дождь я любил. Он смывал грязь и вносил в душу какое-то приятное умиротворение. Вот и сейчас под гипнотизирующий стук дождевых капель я задремал. Главное – не ждать момента перехода из состояния бодрствования в состояние сна, не подгонять его, иначе так и не заснёшь. Вот я и стал размышлять на всякие отвлечённые темы, и почти уже, было, заснул, как прямо под окном раздался звук автомобильного клаксона. Судя по громкости и тональности, он принадлежал как минимум КАМАЗ-у, но по ближайшему рассмотрению, владельцем столь басовитого гудка оказался наш старый знакомец – «Газон», на котором мы незаконно проникли в Зону. Сейчас над его кузовом был натянут тент. Водитель, кажется, Волк называл его Бобром, стоял рядом и курил. Увидев меня, он бросил сигарету и замахал рукой.
- Вы чё там, умерли все? Задолбался уже сигналить! Садись, поехали!
- Куда? – Я в нерешительности остановился у открытой пассажирской двери.
- Срочный вызов. Заодно и посмотришь изнутри на Зону, познакомишься с ней. Почти в самое сердце едем, в Припять. Ну ты едешь, нет?
- Ага. – Любопытство пересилило чувство страха, я прыгнул на сиденье и хлопнул дверью. В конце концов, зачем я сюда приехал, если не в Зону ходить?
Со скрежетом включилась передача, и Бобёр рванул с места в карьер. Страх перед опасностями Зоны отошёл куда-то на второй план, этот адский водитель с его манерой езды вполне мог угробить меня быстрее и надёжнее чем все мутанты зоны вместе взятые. Грузовик бросало на ухабах так, что мне пришлось вцепиться левой рукой в сиденье, а правой в ручку двери, чтобы не пробить головой крышу кабины. Несколько раз правая сторона грузовика проезжала в считанных миллиметрах от кювета, а они здесь, как назло, очень глубокие. Как Бобёр вообще видел дорогу, для меня оставалось загадкой. Ночь выдалась на редкость тёмная, фары грузовика были явно не в лучшей форме, да и проливной дождь сильно снижал видимость, так что лично я впереди видел только косые полосы водяных струй и дорожное полотно не дальше пяти-шести метров перед капотом. В общем, всемирно известный таксист из Марселя нервно курит в сторонке. Я бросил взгляд на спидометр и нервно хихикнул. Стрелка безмятежно покоилась на нуле. Или спидометр сломан, или одно из двух…
Гнали мы долго, час, может, полтора. За время поездки, я немного свыкся со стилем вождения Бобра и уже не вздрагивал при каждом резком манёвре. Да и скорость он сбросил, минут пять мы ехали тихо, крадучись. Сквозь дождь справа и слева угадывались силуэты зданий.
- Всё, приехали. – Как он понял, что мы на месте, я, хоть убейте, не знаю. Это место, на мой взгляд, ничем не отличалось от того, что было и сто метров назад и пятьсот.
Бобёр посигналил. Один короткий, один длинный, два коротких и один длинный. Надо запомнить на всякий. Сразу же справа и слева от нас темноту ночи разрезали конусы света десятка налобных фонариков. Бобёр не стал глушить двигатель, дёрнул на себя ручник и выпрыгнул из кабины, мимолётом бросив мне:
- Сиди здесь. Наружу не высовывайся, что бы ни случилось.
Да мне особо и не хотелось. Мало того, что нахожусь непонятно где, если верить Бобру «почти в сердце зоны», мало того, что по понятным причинам я не запомнил дорогу, по которой мы сюда приехали, и если с Бобром что случится – я даже не знаю в какую сторону выбираться, так ещё и непогода усиливается. Косой ливень непроглядной стеной, порывы ветра такой силы, что «Газон» на своих старых рессорах раскачиваться из стороны в сторону начинает. Вспышки молний всё ближе, раскаты грома всё громче. В общем, адреналина и в кабине грузовика хватает, нечего наружу вылезать, мокнуть забесплатно.
- Всё! Рвём когти! – Промокший насквозь Бобёр плюхнулся на водительское сиденье, и газанул так, что меня вжало в спинку сиденья. Какие там марсельские таксисты, тут сам Шумахер покурить может в дальнем углу.
Если сюда мы ехали очень быстро, подпрыгивая на каждой кочке, то обратно мы просто летели, изредка касаясь колёсами земли. Теперь лично я ничего кроме стены дождя перед капотом не видел. Наверное, оно и к лучшему. Чтобы хоть как-то отвлечься я поинтересовался у Бобра:
- А что хоть за груз везём? Или секрет?
- Нормальный груз. Да ты сам посмотри, если хочешь. – Он неопределённо махнул правой рукой куда-то назад.
Я бросил взгляд налево и заметил небольшое овальное окошко в задней стенке кабины. Выбрав момент, когда грузовик ехал более-менее ровно, я привстал и глянул в это окно. Лучше бы я этого не делал. На полу кузова лежали тела сталкеров в каких-то навороченных комбинезонах. На первый взгляд могло показаться, что мы везём раненых в ближайшую больничку, если бы на одной из кочек на ближайшем из тел не сполз вниз капюшон, обнажив голову, вернее, её практически полное отсутствие у лежащего сталкера. Да и если присмотреться повнимательнее, у многих тел не хватало конечностей, у кого-то была разворочена грудная клетка, у кого-то живот. Желание задавать ещё какие-то вопросы о грузе, который мы везём, у меня отбило начисто.
На мгновение стало светло как днём. Молния ударила в дерево метрах в трёхстах слева, расщепив его на две части. Бобёр что-то прорычал сквозь зубы, «Газон» предательски вильнул задним мостом.
- Слушай, а зачем ты меня взял-то? Я тут только и делаю, что сижу в кабине и адреналин изо всех мест выделяю, ни грузиться, ни ехать не помогаю.
- Не люблю один по Зоне ездить. Тем более ночью… Когда силы зла властвуют безраздельно. – Последовала короткая пауза, а потом мы хором рассмеялись, причём я – довольно нервно.
- А что по поводу оплаты моего времени за составленную тебе компанию? – Я полушутливо закинул удочку.
- Сочтёмся по справедливости. Получишь всё, что заслужил – абсолютно серьёзно ответил Бобёр.
Опять стало светло как днём. Молния ударила метрах в пятидесяти перед капотом грузовика. Бобёр резко крутанул руль, но, как оказалось, даже его везение не бывает вечным. Правое переднее колесо попало в яму, грузовик подбросило. Мир перевернулся… Один раз, два, три... Потом последовало несколько ударов, и мы, вместе с разбитой машиной покатились куда-то вниз.
Когда я очнулся, на мне лежал один из тех, кого мы перевозили. Над улыбающимся щербатым ртом было кровавое месиво из костей и кожи. Я с отвращением сбросил труп с себя и заметил впереди, буквально в паре метров, пса. Таких я раньше не видел. Здоровенный, больше сенбернара, поджарый как доберман, с искореженным мутациями телом, он медленно шёл ко мне. Справа и слева меня обходили его сородичи. Пёс улыбнулся и тихо прорычал-проскулил: «Ста-ас!». Я попытался тихонько ползти назад, и одновременно нащупать руками хоть что-то, похожее на оружие. «Ста-ас!!!». Мои ноги вязли в раскисшей от дождя глине. Труп, который я только что сбросил с себя зашевелился и повернулся ко мне щербатым улыбающимся ртом. «Ста-ас!!!». И тут, как по сигналу, вся стая псов завыла «Ста-а-ас!!!» и бросилась на меня.

- Стас!!! Да сколько можно спать, тебя не добудишься! – Валька от души тряс меня за плечо. – Сам же говорил, с рассветом поднимаемся.
Я, как заправский цирковой акробат выскользнул из спальника и отпрыгнул назад, больно ударившись спиной об угол печки, и схватил попавшуюся под руку старую кочергу.
- Стасон, ты чего это? – Валька недоумённо посмотрел на меня. – Я понимаю, поспать любишь, но вчера ведь договорились, что подъём с рассветом.
- Извини, Валь, сон приснился нехороший. – Я положил кочергу на место и принялся скатывать спальник.
- Оно и видно, что нехороший, - хохотнул Валька, - такое ощущение, что тебе будущая тёща приснилась.
- Давайте-ка к столу ребятки, - прервал нас Могиканин, - чайку попьём. А ты спальник-то свой брось, я ж вас никуда не выгоняю. Перекантуетесь у меня первое время. Да и далеко вам пока ходить не нужно, даже вредно, так что за световой день рассчитывайте обернуться, рановато вам ещё по Зоне ночью бродить.
- Силы зла властвуют безраздельно?
- А нечего смеяться… - Укоризненно и как-то обиженно посмотрел на меня Могиканин. – Зона днём и Зона ночью – две большие разницы, как говорят в Одессе. Чай пейте…
- Извини, Могиканин, нервы.
- Понятно дело, с тобой ведь сегодня ночью сама Зона поздоровалась.
- Чего?
- Того. Кошмар сегодня приснился?
- Ну да.
- И всё в нём настолько реально было, что от яви не отличить?
- Могиканин, ты же видел, как меня сегодня Валька разбудил.
- Вот я и говорю – Зона с тобой поздоровалась. Что видел-то во сне?
Я рассказал Могиканину весь свой сегодняшний сон в мельчайших подробностях. Он долго морщил лоб, молча отхлёбывая чай из стакана, качал головой, и, наконец, произнёс
- Да уж… Странно всё. И непонятно. Бобёр ведь никогда дальше кордона на «газоне» своём не ездит, а ты говоришь вы с ним в Припять во сне ездили…
- Он сам так сказал.
- Да уж… Если Зона новичков сразу в Припять звать стала… - Могиканин решительно тряхнул головой, - Извини, Стас, мне до дедушки Фрейда далеко, сны расшифровывать не умею… Это было послание лично тебе от нашей хозяюшки - Зоны. В общем, постарайся сон этот запомнить надолго, есть в нём что-то… - Могиканин поморщился. – Это как шарада, Стас, сможешь вовремя разгадать – в шоколаде будешь, не сможешь – вляпаешься в такую лужу… Одно хорошо – Зона с тобой играет, значит ты ей интересен.
Я взял с тарелки бутерброд и стал задумчиво его разглядывать. Могиканин говорил о Зоне, как о живом существе. С одной стороны, возраста он конечно преклонного, могли уже и таракашки кое-какие в голове завестись, да и потом, Зона - не лучшее место для того, чтобы спокойно встретить старость, что тоже наверняка сказывается. С другой стороны, Могиканин производил впечатление человека уравновешенного и рассудительного, а по остроте ума мог бы и многим моим сверстникам фору дать. Так что это тогда за сказки про вещие сны? Про некую Зону, которая в игры играет? В голове не укладывается. Как Зона может делать хоть что-то, если это три тысячи квадратных километров земли, обнесённые колючкой… Хотя, сон был действительно очень реалистичным.
- Стасон, ты чего там увидел? Инопланетянина? Давай заправляйся и выдвигаемся, а то все артефакты до нас соберут. – Вот за что я Вальку уважаю – из колеи его ничто не выбьет. Я ещё раз глянул бутерброд – ничего особенного, кусок батона, на нём пара тонких ломтиков копчёной колбасы. Действительно, проще надо быть. Я кивнул сам себе и решительно откусил от бутерброда половину.
Я сжевал ещё пару бутеров, запивая их чаем, после чего мы с Вальком начали собираться. Могиканин помог нам подтянуть ремни на рюкзаках, после чего мы присели «на дорожку».
- Хлопцы, а вы болты-то взяли?
- Да! – Мы с Валькой ответили хором. При этом Валёк ещё и показал жестянку из-под тушёнки, наполненную метизами. Там были не только болты, были и гайки и даже, извините, шпильки.
- Ребятки, вы после того, как бросать будете, подбирайте, они не бесконечные. Хреново бывает, когда в паре километрах от посёлка они вдруг кончаются, На себе испытывал.
- Могиканин, а почему именно «болты»? Тут ведь по идее любая железяка подобного размера подойдёт.
- Честно? Не знаю, традиция, наверное…
Мы с Шамшуриным встали и с лицами коммунистов, идущих на подвиг, за который непременно наградят звездой героя, но посмертно, вышли из жилища Могиканина. Сам хозяин проводил нас до границы посёлка и глядел нам вслед, пока мы не вышли на асфальтовую дорогу, по которой сюда приехали. У меня в голове некстати всплыла известная фраза, которой я не преминул поделиться с напарником:
- Ну что, Валь, сбылась мечта идиота.
- И не говори.

добавлено спустя 6 минут:
2. Добро пожаловать или посторонним вход воспрещён


По совету Могиканина на первый раз мы решили далеко в дебри не лезть, а устроить лёгкую бодрящую прогулочку на свежем воздухе, наполненном целебными радионуклидами по наилегчайшему маршруту. Болты, естественно, начали кидать, как только вышли на дорогу. Точнее, кидал один из нас, в данный момент – я. Мы с Вальком договорились «вести» по очереди. Кто ведёт – тот и болты кидает. Асфальтовая дорога, которую Могиканин гордо именовал «шоссе» даже на мой непрофессиональный взгляд остро нуждалась в ремонте. Временами в полотне дорожного покрытия отсутствовали целые куски асфальта, повсеместно присутствовали широкие трещины, из которых колосилась, другого слова и не подберёшь, трава. Трещины эти, надо сказать, доставляли некоторое неудобство – болты или закатывались в них, или непредсказуемо от них рикошетили, что поначалу очень меня нервировало – мне постоянно казалось, что каждый подобный рикошет говорит о присутствии какой-нибудь смертоносной аномалии. Десяток подобных волнительных моментов спустя я уже перестал вздрагивать при каждом изменении траектории болта и перевёл взгляд с ближайших пятнадцати метров дороги на окрестности.
По словам Могиканина, если выйти из деревни на это шоссе, пойти по нему на север, а потом никуда с него не сворачивать – можно и до Припяти дойти. Вот только в Припять нам пока рановато, да и при всём желании не пробиться. Впереди, километрах в восьми временный блокпост военных. Им там даже строить ничего не пришлось, место для блокпоста очень удачным вышло. Сверху железнодорожный мост, вправо и влево железнодорожная насыпь, простреливается с неё всё в радиусе километра из любой точки. По железке патрули постоянно ходят, запретка с колючкой. А под железнодорожным мостом и проходит это самое шоссе.
Если по тому же шоссе на юг идти, то через семь-восемь километров выйдешь к армейскому блокпосту первой линии, который мы с Шамшуриным столь удачно миновали при помощи Бобра.

Отправляясь эту поездку мы с Валькой мы продумали до мелочей всё, кроме одного – как попасть в охраняемую военными зону отчуждения. И тут, как всегда со мною бывает, всё решил случай. Мы сошли с электрички и маялись на станции, не имея ни малейшего понятия, как преодолеть последний отрезок нашего маршрута. Валька уже предлагал дождаться ночи и по партизански прокрасться к первому периметру, ну а дальше – по обстоятельствам. Но тут нас отвлекла изысканная брань. Рядом с невысоким одноэтажным строением непонятного назначения стоял «Газон». Водитель грузовика смачно материл мужика в спецовке, судя по всему, грузчика. Грузчик время от времени делал какие-то жесты руками и пытался что-то сказать, но ничего кроме нечленораздельных звуков издать не мог. Стоило только взглянуть на лицо грузчика – сразу становилось ясно, что человек уже глубоко в нирване, и извлечь его оттуда традиционными методами ближайшие часов шесть – восемь не получится. Валька оживился.
- Стасон, за мной.
- Ай-ай, кэп. – Мы трусцой подбежали к водителю.
- Здравствуйте! – начал наводить мосты Валёк.
- Угу. – Водитель исподлобья глянул на Вальку.
- Может помочь чем?
- Нашатырка есть?
- Нет. – Валя лукавил, в наших аптечках нашатырный спирт был.
- Тогда нечем. Сможете это чмо на ноги поставить – я вам пузырь коньяка поставлю. – Водила заметил ухмылку Вальки и добавил. - Абсолютно серьёзно.
- Так может без него обойдёмся, сами чай не безрукие? Мы вам поможем, вы нам поможете. Все довольны, все смеются.
- Мне нужно вот этот груз, - водила неопределённо махнул рукой в сторону как попало раскиданных деревянных ящиков и картонных коробок, - загрузить. В долгу не останусь.
- А если не секрет, куда едешь?
- Вперёд еду… - Подозрительно прищурился водитель «газона».
- А вперёд – это не на север случаем? А то нам бы по пути было. А если совсем по пути будет – так мы и разгрузим в конце пути.
- Хлопцы… - Водила придирчиво оглядел нас с ног до головы и поманил указательным пальцем. – А вам случаем не в Зону нужно?
- Именно туда.
- А вы в курсе, что у вояк приказ никого туда не пущать, а в случае чего стрелять на поражение?
- Догадываемся.
- Тогда вот мои условия – вы мне сейчас груз в кузов закидываете, потом мы едем на север, я вас на блокпосте отмажу перед вояками, если проверять начнут. Потом на месте опять грузчиками поработаете. На выпить и закусить заработаете, ну а дальше ваша воля - или со мной назад поедете, или останетесь на месте. Разгружаться-то мы уже за периметром будем, в Зоне. – Водила весело нам подмигнул.
- По рукам! – Радостно ответил Валёк.

Пока я в задумчивости шагал вперёд и на автопилоте кидал болты, как боевой вертолёт тепловые ловушки, мы поднялись на холм. Слева от шоссе лес отступил, открыв нашему взору поле, заросшее травой по колено, метрах в двухстах от дороги на опушке леса стоял невесть откуда взявшийся строительный вагончик. Краска на нём местами облупилась, обнажив ржавый металл. Рядом с ним беспорядочно лежало несколько бетонных коробов для прокладки труб. Дальше, если идти по дороге, был пологий спуск в низину, где шоссе проходило по небольшому мосту. Речки или даже ручья в низине не наблюдалось, поэтому присутствие хоть и небольшого, но моста в данном месте было довольно странным. Возможно, во время постройки дороги в этом месте путь ей перерезал небольшой, но глубокий овраг, хотя сейчас точно ничего утверждать было нельзя. После низины, если идти по шоссе ещё дальше следовал затяжной, но очень пологий подъём, километра в два, а то и в три, преодолев который можно было, по словам Могиканина, увидеть и вход в самую что ни на есть настоящую Зону – военный блокпост под железнодорожным мостом.
В ярких лучах солнца, весь этот пейзаж был достоин кисти художника-классика. Сюда бы Ивана Ивановича Шишкина, уж он-то смог бы достойно отразить всё великолепие местной природы на холсте, благо и погодка как на заказ – на небе ни облачка, солнышко улыбается во всю.
- Стасон, мой черёд вести. – Валька хлопнул меня по плечу. – Принимаем влево? По полю, потом через лесок, как Могиканин предлагал?
- Давай.
- Может посмотрим на строительный вагончик поближе? Могиканин про него ничего не говорил, но мало ли чего найдём интересного.
- Да мне и самому не терпится, Валь, только давай осторожнее, болтами дорогу проверяй. И дозиметр в руке держи, мало ли что…
- Ясен пень.

Валька вышел вперёд и непрерывно бросая и подбирая болты осторожно пошёл в сторону строительного вагончика. Двести метров, которые отделяли нас от вагончика, мы преодолели крадучись, как партизаны. На поверку и этот вагончик, и лежащие рядом с ним бетонные блоки оказались просто вагончиком и просто бетонными блоками, дедушка Фрейд, глядя на нашу вылазку, рассмеялся бы и сказал что «бывают и просто сны». Минут пятнадцать мы покрутились у вагончика, осмотрев его со всех сторон и облазав все бетонные короба, но ничего аномального так и не обнаружили. Несолоно хлебавши мы продолжили наш вояж на запад. Полчаса мы шли по полю, пока не достигли опушки леса. На поверку оказалось, что это не опушка, а перелесок, за которым начиналось другое поле, на дальней границе которого, километрах в трёх уходил вверх крутой склон, поросший молодым сосняком. Тут и там виднелись жёлтые искорки цветущих одуванчиков. Я даже приметил пару бабочек – капустниц вблизи. Какая к чёрту Зона? Да сюда на пикник с детьми ездить надо. Болты кидать и «вести» по очереди нам надоело, наигрались уже, и мы с Валей неспешным шагом плечом к плечу шли в направлении сосняка. По дороге вспомнили пару десятков анекдотов. Правда, по старой охотничьей привычке кистью правой руки я то и дело касался скобы обреза, заодно проверяя положение предохранителя большим пальцем. Мало ли рябчика поднимем – будет из чего вечером супешник сварить, намного лучше, чем из тушёнки, можете мне на слово поверить.
Когда мы неторопливо, с шутками и прибаутками, дошли до склона, на часах у Вальки было уже начало первого.
- Валь, судя по времени, у нас сейчас привал, а потом тем же маршрутом обратно в деревню, если не хотим здесь на ночь остаться.
- Согласен…
- А что смурной такой?
- Да, блин, Стасон, сдаётся мне, пошутили над нами крепко.
- В плане?
- Сначала застращали аномалиями всякими, потом отправили по предбаннику гулять… Да нет здесь нихрена. А они там, поди, в деревне уже ставки делают, кто из нас первым догадается, что нас так, погулять на свежем воздухе отправили.
- Да ну нафиг, только не Могиканин… Он мужик правильный, так дёшево разводить не будет.
- Стасон, есть за тобой один недостаток – ты слишком часто веришь на слово посторонним людям
- Валь, ты как параноик прямо. Могиканин – это же не цыганка с детём, чтобы деньги выпрашивать.
- Стасон, давай мы сейчас обратно в деревню вернёмся, а там и видно будет, кто прав, а кто лев.
- Лады.
Наскоро перекусив холодной тушёнкой, мы с Шамшуриным уже в довольно расстроенных чувствах направились обратно, придерживаясь собственного следа.
- Да и вообще… Могиканин – он может мужик то и хороший, но согласись, он нам этот маршрут предложил. – Не унимался Валька. – А что мы на этом маршруте увидели? Красивые пейзажи? Так у нас на Урале покрасивее будут.
- Валька, замолчи! – Огромная чёрная тень летела на нас со стороны моста. – Стой!
- Стою, - шёпотом ответил Шамшурин, - а что?
Я кивнул в сторону бегущего в нашу сторону зверя.
- Валька, стреляй только в упор, подпускай ближе, дуплеть и прыгай нахрен в сторону, чтобы не стоптал.
- Лады. – Валька тоже заметил летящего на нас кабана. Но ему в этом плане проще, он не охотился на кабанов ни разу, поэтому не знал, что в природе кабанов таких размеров просто не бывает. Да и не было случаев, чтобы кабан вот так вот нёсся на охотников, обычно они стараются контакта с людьми избегать, а этот первым нас увидел, и вместо того, чтобы убежать, решил напасть. Не иначе, посчитал нас своей добычей.
Кабан приближался к нам, как сказали бы Ильф и Петров, «стремительным домкратом». Валька, повинуясь моим командам, встал в метре впереди и немного справа от меня и взял обрез на изготовку. Когда до зверя оставалось метров десять, он выстрелил в него из обоих стволов и отпрыгнул вправо. Кабан затормозил, замотал головой, разбрасывая кровавые капли по траве, и прыгнул вперёд. В этот момент я прыгнул влево и почти в упор выстрелил ему в лопатку из обоих стволов. Кабан закрутился на месте, зарычал и повалился на бок, судорожно дёргая задними ногами.
- Стасон, ты живой? – Валька поднялся из травы. Взгляд у него был дикий и немного потерянный.
- Нормально. – Готов спорить на что угодно, мой взгляд сейчас был не лучше.
- Что это было?
- Кабан, – ответил я, лихорадочно перезаряжая обрез, - очень большой кабан.
Валька осторожно подошёл к животному и боязливо ткнул его стволами своего обреза в заднюю ляжку.
- Готов?
- Судя по всему, да. Валь, ты перезарядись на всякий.
- Ага.
Пока Валька загонял патроны в стволы обреза, я осмотрел добычу. В принципе обычный кабан, только очень большой, и шерсть растёт странно. На боках – толстый слой жёстких как проволока волос, такие из обреза только в упор пробить и можно, голова абсолютно лысая, но кости черепа, судя по всему очень толстые, Валькин дуплет из обреза пробить их не смог. В общем, зверюга та ещё. Можно сказать, нам повезло, что в итоге её прибили.
- Стасон, а что делать-то с ним будем?
- Валь, до деревни его сможешь донести?
- Это вряд ли… Он же весом с малолитражку.
- Ну вообще-то первая добыча. Может, хоть что-нибудь на память прихватим?
- Филей? – Хохотнул Валька.
- Что-то не очень приятно от этого филея попахивает.
- Ну а что брать-то? Может ляжку заднюю. Её, пожалуй, донесу.
- Замучаемся разделывать.
- Ну а что тогда?
- Самое простое – голову взять. Позвоночник правда замаемся перерубать, зато остальное – мягкие ткани, хотя… - Я недоверчиво посмотрел на мутанта. – Чёрт его знает, какие анатомические сюрпризы нам принесёт эта туша. Но попробовать можно.
- Голову я, пожалуй, тоже дотащить сумею. Поможешь если что.
- Естественно, не вопрос… - Мы в четыре руки принялись отделять голову чудовища от туловища. Где-то минут через сорок нам это удалось, и Валька с трудом взвалил трофей на плечи.
- Слушай, Стасон, в деревню вернёмся, нужно будет обязательно водки за почин выпить, а то удача отвернётся!
- Всенепременно, Валь! А ведь не обманул Могиканин, подсказал маршрут. Понятно, за трофей этот нам златых гор не светит, но пару монет отсыпать должны!
_________________
МакРуссо, он же Мак, он же Руссо.
Пират, контрабандист. Отличается пристрастием к рому.
Характер скверный.
Не женат.

Последний раз редактировалось: McRousseaux (19:19 20-09-2016), всего редактировалось 5 раз(а)
    Добавлено: 18:16 20-09-2016   
Курильщег
 675 EGP


Рейтинг канала: 11(1625)
Репутация: 106
Сообщения: 3944
Откуда: г.Екатеринбург
Зарегистрирован: 10.01.2009
Начал читать, пока интересно. Улыбка
_________________
Assuming direct control
    Добавлено: 18:33 20-09-2016   
McRousseaux
 901 EGP


Модератор
Рейтинг канала: 9(1084)
Репутация: 214
Сообщения: 6810
Откуда: ) и все мы
Зарегистрирован: 31.01.2005
С тяжёлой ношей на плечах, вернее Валька с тяжёлой, а я - морально помогая ему изо всех сил, часа за полтора мы дошли до строительного вагончика. Валька с головой кабана на плечах как раз проходил мимо одного из бетонных блоков, когда по спине у меня пробежали мурашки, ладони противно вспотели, и появилось ощущение того, что сейчас произойдёт нечто непоправимое.
- Валя, СТОЙ!!! – Гаркнул я что есть мочи.
- Стасон, ты чего? – Валька остановился.
- Да чёрт его знает… Что-то не так… - Я кинул болт по направлению движения Шамшурина. Где-то в полуметре перед ним железяка, такое ощущение, ударилась о воздух и резко взмыла вверх.
- Нихрена… - Севшим голосом резюмировал Валька и сделал шаг назад. – Это что такое было?
- Судя по всему, аномалия, Валь.
- Так мы же пару часов назад здесь были - и ничего похожего не было. Откуда она здесь взялась?
- А что ты меня спрашиваешь, я же не местный гид.
- Проехали. Давай выбираться. Ты ведёшь.
В это время в нескольких сантиметрах справа от меня в траву шмякнулось нечто дымящееся. Я наклонился и подобрал горячую бесформенную металлическую кляксу – судя по всему то, что осталось от болта, попавшего в аномалию. Валька, увидев её, только присвистнул.
Мне очень захотелось как можно быстрее вернуться в деревню, да и солнце висело уже далеко на западе, а, судя по тому, что рассказывал Могиканин про ночную Зону, нам в ней и пары часов не продержаться. На деле всё оказалось несколько нетривиально. Куда бы я ни бросил болт, в полуметре – метре максимум его ожидала та же судьба, что и предшественника, чей расплавленный труп лежал у меня в кармане.
- Валь, тут засада какая-то, - срывающимся голосом поведал я своему напарнику, - такое ощущение, что мы в самом центре аномалии.
- Спокойно, Стасон, без паники. Мы ведь как-то сюда зашли, да? Значит должен быть и выход. Попробуй по нашим следам болты бросать.
Я так и сделал. Первый десяток болтов, подчиняясь какой-то потусторонней силе с упорством, достойным лучшего применения и со скоростью, на мой взгляд, близкой к первой космической улетел куда-то вверх. И вот, когда я уже совсем, было, отчаялся, болт, брошенный мной, мирно покувыркался по траве и застыл на земле.
- Есть! – Выдохнул я.
Для пущей уверенности кинув несколько болтов по траектории предыдущего, пару чуть влево и пару чуть вправо, тем самым обозначив границу безопасного коридора, я осторожно двинулся в сторону мирно покоящейся на траве железки. Дойдя до неё я кинул несколько болтов в разные стороны и первое: убедился, что опасная аномалия оказалась позади, второе: понял, что болты у меня кончились.
- Валь, а у тебя болты остались?
- Есть немного.
- Давай сюда.

Возвращались мы очень медленно и осторожно. Я вёл, ощупывая болтами буквально каждый свой шаг до самого входа в деревню. Когда мы увидели приветственный взмах дежурившего на въезде в деревню сталкера уже во всю смеркалось.
Мы с Валькой зашагали пободрее, хотя меня до самого входа в деревню так и подмывало кинуть болт по направлению движения. У входа нас встретил Волк.
- Припозднились вы что-то. Могиканин говорил, должны были часа в три вернуться. А эту гадость зачем сюда тащите? – Волк указал на кабанью голову.
- Вроде как первый трофей…
- Понятно. Значит так… Сейчас возвращаетесь на шоссе, и кидаете ЭТО в кювет, куда-нибудь подальше, не хватало ещё на ночь глядя стаю собак к деревне этой падалью приманить… Хотя, нет, бросайте здесь. – Он жестом позвал дежурившего сегодня в ночь сталкера явно азиатского типа внешности. – Сёгун, займись, тебе один чёрт скучать тут всю ночь.
Чуть дальше нас улыбками и подбадривающими фразами встречало уже всё сталкерское сообщество во главе с Могиканином. Нам с Валей вручили по стакану, наполовину наполненному водкой и бутерброду с копчёной колбасой. Могиканин поднял руку, и на мгновение все замолчали, казалось, даже полевые сверчки взяли небольшую паузу.
- Ну что, ребятки, с первой вылазкой в Зону вас! Не знаю, какая судьба ждёт вас впереди, но могу сказать с уверенностью, сегодня в мире стало на двух сталкеров больше!
Чокаться с каждым, по всей видимости, здесь считалось пустой тратой времени, поэтому просто подняли стаканы, кружки, а кто и фляжки вверх и выпили. Надо сказать, лично мне это пришлось весьма кстати, напряжение сегодняшнего дня начало понемногу отступать.

Мы выпивали ещё полчаса, импровизированный стол был накрыт на старой двери с облупившейся краской, которую водрузили на две металлические бочки. Сидели на брёвнах и больших чурбаках, судя по всему принесённых кем-то из дровяника. Ко мне подсел Могиканин, и вкрадчиво, тихо, так чтобы никто не услышал, спросил:
- Я тут с Валей, поговорил… Как ты узнал что там аномалия?
- Не знаю. Просто… - Я не смог подобрать слов, не все ощущения можно описать словами. – Не знаю.
- Понятно. Ох, чует моё сердце, не зря тебе вчера такой сон приснился… реалистичный. – Могиканин на мгновение взглянул на меня как-то пронзительно, но сразу же отвернулся.
- Могиканин, а откуда она там взялась?
- Кто?
- Аномалия. Мы несколькими часами ранее там проходили, всё чисто было. А новые только после выброса появляются.
- Откуда такие познания?
- Умею слушать.
- Не знаю, Стас. Это – Зона, тут ничего с уверенностью нельзя утверждать.
- Ты же сам говорил, здесь – предбанник, ничего серьёзного.
- Здесь в первую очередь Зона, а уже во вторую предбанник, - как-то зло и раздражённо пробурчал старик, - и потом, вы допустили в Зоне грубейшую ошибку, она таких не прощает… Никогда, понимаешь, НИКОГДА в Зоне нельзя возвращаться той же дорогой, которой вперёд шёл. Ну да это я, старый маразматик, виноват, забыл сказать.
Что-то в его интонации заставило меня засомневаться, забыл ли он на самом деле, или… Стоило задуматься по поводу Валькиных слов насчёт Могиканина. Да и прав он – слишком уж я людям доверяю. Я тряхнул головой, стараясь очистить её от тягостных мыслей. Потом почувствовал, как постепенно тугой тяжёлый ком в районе солнечного сплетения растворяется, а на душе становится как-то легче. Я с наслаждением потянулся.
- Ну что, отпустила? – Рядом со мною стоял Волк и улыбался.
- В смысле? Что отпустило? – Я только сейчас сообразил, что Волк не участвовал в застолье, выпил за первый тост чисто символически, а потом исчез куда-то. По поведению и манере говорить он действительно выделялся из местной публики. Серьёзный мужик, опытный, нужно будет как-нибудь пообщаться.
- Не отпустилО, а отпустилА. Зона тебя отпустила.
Волк ушёл куда-то в ночь, оставив меня в раздумьях. Да что они тут все с ума посходили что ли? Живая зона, которая убивает или отпускает. Хотя, если прислушаться к себе – именно так наиболее полно можно было охарактеризовать свои ощущения – «Зона отпустила».
Когда я вошёл в дом Могиканина, и Валька, и сам хозяин уже спали. Я скинул с себя верхнюю одежду и нырнул в спальник. В эту ночь я спал крепко, сладко и без снов.

3. Выброс


За следующие пять дней мы с Валей ещё четыре раза ходили по окрестностям, в один из дней с утра до вечера моросил противный дождик, и мы решили что артефакты – не грибы и не имеют свойства внезапно появляться в большом количестве во время дождя и просидели в доме с Могиканином, коротая унылый денёк различными байками, историями из жизни и чаем. Все четыре наши экспедиции в предбанник, впрочем, не отличились особым успехом, с тем же результатом мы могли бы так же травить байки и пить чай в эти дни с Могиканином. Ни разу за эти дни мы не встретили ни то, что артефактов, а даже аномалий или агрессивных мутантов. Пару раз вдалеке пробегала стая слепых псов, не удостаивая нас своим вниманием – или боялись нападать малым составом, или не считали достойной добычей. Надо сказать нас обе эти причины вполне устраивали. Эта неделя несколько привела нас в чувство. Ожидаемые нами златые горы рассеялись где-то высоко в чернобыльском небе. Наши финансы потихонечку таяли – знаете ли, кушать хочется всем и всегда, а выход годного от наших походов по прежнему равнялся абсолютному нулю. Как оказалось, с кабаном мы лопухнулись - вместо того, чтобы тащить его вонючую в прямом и переносном смысле башку в деревню, нужно было взять его копыта. Как сказал Волк, Сидорович давал за них хоть и небольшие, но вполне реальные деньги. Говорят, если их правильно обработать, из них получаются замечательные пепельницы, способные поглощать запах сигаретного дыма и «бычков».
Сегодня мы решили пойти от деревни сразу на запад, не выходя на шоссе. Волк говорил, есть там одно гиблое место – свалка каких-то железобетонных блоков, труб и всякого железного хлама. Фонило от этого, в общем-то небольшого пятачка десять на десять метров, по его словам прилично, а обнаружить его было легко – вокруг чёрный сухостой вместо деревьев, трава по краям этого небольшого котлованчика (похоже в свое время там специально вырыли углубление, выгрузили туда всё радиоактивное железо с округи и собирались сверху засыпать это землёй, но то ли появились другие неотложные дела, то ли просто забыли) была даже не жёлтой, а ржаво-коричневой. По словам Волка, в котловане постоянно обитали пять-шесть гравитационных аномалий, но именно там можно было с вероятностью близкой к ста процентам найти какой-нибудь артефакт. Высокая концентрация аномалий и повышенный радиационный фон на столь малой площади служили великолепным катализатором для их появления. Обычно артефакты, если они там были, лежали в самом центре этого гиблого места, а единственным более-менее безопасным путём туда была небольшого диаметра железная труба, один конец которой лежал прямо в центре котлована, а второй выступал над бровкой. В общем, задачка перед настоящими охотниками за привидениями, тьфу, то есть, артефактами, стояла нетривиальная. Для того, чтобы попасть в самый центр этого места нужно было пять – семь метров пройти по скользкой узкой трубе между матёрыми аномалиями в условиях весьма повышенного радиационного фона. А кроме всего прочего, было бы желательно вернуться по этой трубе обратно, что тоже непросто, учитывая, что труба наклонена под углом двадцать-двадцать пять градусов к земле, а на этапе возвращения проходиться карабкаться по ней вверх.
- В общем, я вам наводку дал. – Резюмировал Волк. – Если укрыться за бровкой, то под радиацию не подставляешься, земля гасит, а вот если на краю в полный рост постоять некоторое время, могут и яйки закипеть, - Волк хохотнул, - так что не советую, если кто хочет в будущем деток завести. Артефакт там есть, а может даже и не один, не знаю я никого из местной публики, у кого бы духу хватило туда лезть. Да я и сам-то туда без научной снаряги не полезу, ну их к чёрту эти артефакты, не стоят они того. Вам тоже лезть не советую, да вы и сами не захотите, когда дозиметром там поводите, но на место посмотреть стоит, достопримечательность, как-никак. Это ближе к ЧАЭС такой гадости пруд пруди, а здесь в диковинку, так что гляньте обязательно. А вот внутрь не суйтесь, здоровье дороже.

Мы допивали чай, Могиканин сидел в углу и обрабатывал шкуру слепой собаки под чучело – недавно ему поступил новый заказ. На самом деле, это была четвёртая собака, которую он взял, первые три не подошли по разным параметрам – у одной бок был разорван, судя по всему, в схватке с кабаном и не до конца зажил, от другой фонило как от куска оружейного плутония, третья являла собой плод какой-то частной мутации и выглядела несколько непривычно для обычного слепого пса и очень неприятно для слабонервных людей. Всех четырёх Могиканин взял сам, эту работу он не доверял никому. Просто уходил в предбанник со своим карабином «Тигр», хотя кто его знает, может тайными тропами и в саму Зону пробирался. Стрелял всегда в глаз, чтобы никоим образом шкуру не испортить. Я осознал, что никогда и не при каких обстоятельствах не захотел бы стать его врагом – уж очень метко стреляет старичок, особенно если учесть, что глаз человека намного больше того атавистического отверстия в черепе слепого пса, что когда-то было собачьим глазом.
- Ну ребятки, ни пуха вам! – Оторвался от выделки шкуры Могиканин. – Носы не вешайте, выброс завтра - послезавтра будет, а после него артефактов как сыроежек после дождя, и на вашу долю хватит.
- Спасибо, Могиканин! – я встретился с ним взглядом. Говорил Могиканин искренне, или я вообще ничего в людях не понимаю.
До котлована мы дошли часа за полтора. Бросать болты по направлению движения уже настолько въелось нам в подкорку, что стало безусловным рефлексом. Мы делали это автоматически, перебрасываясь шуточками и дружескими подколками. Так же автоматически мы их подбирали. Местный монастырь быстро учит своему уставу.

Всю дорогу небольшие поляны полевой травы перемежались целыми полосами довольно жёсткого кустарника, пробираться сквозь который было довольно трудно, где-то ближе к финалу нашего путешествия нам довелось идти сквозь плотный молодой ельник высотой в человеческий рост, что снизило нашу скорость почти до нуля. В конце концов, мы вышли на цветущий луг, в центре которого подобно язве располагалась эта достопримечательность. По краям её стояли высокие сухие чёрные деревья, трава под ними, как и говорил Волк, была ржаво-коричневой. Мы, пригнувшись, подошли почти к самому краю и залегли за бровкой. Валька поднял вверх руку с дозиметром. Тот грозно затрещал и выдал на экране какие-то весьма серьёзные цифры. Я пожалел, что не имею достаточного образования, чтобы сказать, насколько эти цифры опасны для организма. Но по всему выходило, что они, по крайней мере, весьма не полезны. Метрах в трёх слева над бровкой торчал конец упомянутой Волком железной трубы.
- Что скажешь, Стасон?
- Валь, на самом деле стрёмно здесь. Там судя по всему такая микроволновка… Залезешь и облысеешь сразу. Ну его нафиг.
- От блин! Хоть бы одним глазком на это дело посмотреть…
- А это мы сейчас организуем! – Я подмигнул Вальке и достал из кармана позаимствованное в доме Могиканина непонятно как туда попавшее зеркальце от пудреницы. Зеркальце ровно по диагонали перерезала трещина, но для наших нужд оно сгодится и в таком виде.
Я привязал пластырем из аптечки зеркальце к прикладу своего обреза, и под таким углом, чтобы, высунув его за бровку можно было увидеть то, что находится в котловане поднял его вверх. Увиденная нами картина была впечатляюща. Котлован представлял собой пологое блюдце метров двадцати – двадцати пяти в диаметре, устланное жёлтым песком. На его дне лежала пара железобетонных блоков, железная кровать и куча различного плохо распознаваемого металлического мусора. Особое удивление вызывало лежащее поперёк блоков срубленное деревце. Небольшое, метра в полтора длиной, ветвистое. Больше всего удивляло то, что на его ветвях подрагивали под ветром самые настоящие зелёные листья, притом, что никаких корней у него не было, и не известно, сколько лет назад его срубили и бросили сюда. Всё дно котлована буквально кишело гравитационным аномалиями, для того, чтобы это понять, не нужно было кидать болты. Во-первых, воздух очень сильно искажал и преломлял свет, такое обычно бывает над асфальтом в жару, но сейчас было не выше пятнадцати градусов, а по такой температуре в десять утра дно котлована не могло настолько прогреться. Во-вторых, заносимая в котлован ветром пыль и семена одуванчиков настолько резко и внезапно меняли свою траекторию, что сомнений лично у нас не оставалось – или аномалия или одно из двух.
- Жесть…
- Да уж… Стасон, смотри!!! Да нет, поверни правее!
Валька так экспрессивно ткнул в зеркальце, что я уже, было, свыкся с его потерей. Но зеркальце выдержало, а я издал торжествующий вопль. На дне котлована не лежали, а подпрыгивали как тонкие ломтики картофеля на сковородке с кипящим маслом два предмета, более всего похожих на чёрные конусы с жёлтыми прожилками.
- Стасон, озвучь мне, что это.
- Валь не дури, ты и сам понял.
- Я хочу, чтобы ты это сам сказал. – Валька расплылся в улыбке.
- Артефакты это, артефакты, и что? Нам туда без свинцовых труселей путь заказан, на дозиметр глянь. Не говоря уже про аномалии.
- Блин, мы их первыми нашли, мы и должны их взять!
- Ты рехнулся, Валь??? Волк сам говорил, что без научного комбеза сюда не сунется.
- Так то один, а мы вдвоём. В одиночку-то по этой трубе быстро не спустишься.
- А вдвоём быстрее получится, да?
- Короче, Стасон, очканул – так и скажи.
- Короче говорю – очканул! И мне за это ни разу не стыдно!
Валька полежал в задумчивости минут пять. Морщил лоб, жевал губы, и наконец изрёк:
- Значит так, Стас, я не самоубийца, а фон в этом могильнике, мать его, хороший...
- Садись, пять!
- Ты не дослушал, есть идея, как это дело быстро провернуть, чтобы большой дозы не схватить.
- Валь, задолбал, если адреналина не хватает, нужно с парашютом прыгать, а не в Украину ехать, чтоб тебя!
- Стасон, извини, брат, но мы с тобой вроде как вместе решили ехать, я тебя наручниками к поезду не цеплял.
- Извини, Валь… Да чтоб тебя… Рассказывай, что ты там придумал.
- Спускаться по такой узкой трубе очень опасно, там аномалии по обе стороны, соскользнул с неё и из тебя фарш получился, так?
-А я тебе про что?
- Медленно и осторожно по ней спускаться – засветит так, что всю жизнь на полшестого.
- Да! Валь, да! Поэтому я и говорю – поворот оверштаг и обратно в деревню.
- Не угадал. Это так всё, если в одиночку, а нас двое, есть вариант спуститься быстро и безопасно. – Валька самодовольно ухмыльнулся.
- Глаголь…
- У меня верёвка капроновая десятиметровая в рюкзаке. Я обвязываюсь ею за пояс, второй конец у тебя, а потом на трубу, но спускаться по ней буду не стоя и даже не на четвереньках – тупо ложусь, обхватываю руками и ногами и скольжу вниз, а ты верёвку травишь, но из рук не выпускаешь, даже если соскользну там вбок или под трубу – неважно, аномалию зацепить не должен. Внизу хватаю артефакты, и опять тем же макаром цепляюсь за трубу. Ты меня за верёвку вверх вытягиваешь, а я, понятно дело, всеми конечностями тебе помогаю, как тот таракан. Мысль уловил?
- Уловил.
- И что думаешь?
- Думаю, что люди твоего склада ума веке в восемнадцатом на Карибах делали целые состояния, а потом становились губернаторами Ямайки. С вероятностью примерно один из тысячи. А остальные девятьсот девяносто девять заканчивали жизнь на дне морском.
- Лестно. А по существу?
- Валь, а может не надо?
- Надо, Стасик, надо!
- Погоди, давай перекурим для начала.
- А это не вопрос.

Мы лежали на спине у бровки, курили и всматривались в солнечное Чернобыльское небо. В небе летали вороны. Вот ведь живность – ни радиация, ни аномалии ей нипочём. Почему-то перед глазами встала картина одинокой могилы в поле, крест над ней и сидящий на верхушке креста здоровенный каркающий чёрный ворон.
- Валь, а может не стоит оно того?
- Стас, утомил, не хочешь – иди в деревню, а я всё равно туда спущусь. Верёвку доставать, или?
- Да пошёл ты в задницу, Шамшурин, за кого меня принимаешь? Доставай, конечно.
- На том и порешили. – Валька достал из рюкзака капроновую бельевую верёвку, обвязался ею, проверил прочность узла и кинул бухту мне. Я не говорил, что Валька в своё время отслужил три года на флоте? – Хватай конец, юнга!
- Подожди.
- Чего опять?
- Того. Дай примерюсь, у нас тут ошибок быть не должно, иначе из тебя барбекю получится, а я сопьюсь потом с горя.
- А это уже деловой разговор. Молодца!
Я взял бухту на плечо, проверил, легко ли скидываются витки верёвки. Валька снисходительно смотрел на меня с ухмылкой бывалого моремана.
- Давай к трубе, Валь. – Мы подползли под прикрытием бровки к трубе.
- Понеслась душа в рай!
- Стой!
- Чего?!
Я сжал кулак и с силой ударил им в кулак Вальки.
- Чтобы у нас всё было, и нам ничего за это не было!
- Аминь!
Валька оседлал трубу и заскользил по ней вниз. Пару раз чуть было не сполз на правую сторону трубы, но каким-то чудом сумел выровняться и остаться сверху. Я стоял на бровке в полный рост, держа в руках конец верёвки, кусая губы под раздражённый треск дозиметра. Валька схватил один артефакт левой рукой, а другой правой, прыгнул обратно на трубу и заорал благим матом «Тащи!». Я налёг на верёвку. Сначала боялся, что Валька с занятыми артефактами руками сорвётся с трубы вниз, но он моментально жестом заправского напёрсточника спрятал их в карманы и схватился за трубу, помогая мне руками и ногами. Так я не работал никогда. Упёршись ногами в верхний конец трубы я всем весом вытягивал верёвку, буквально в полёте перехватывая её и вытягивая снова. Одна лишь мысль сидела в моей голове. Придумав этот план, Валька рассчитывал на меня как на исполнителя, что в принципе логично. Я вешу раза в два меньше него. По идее, я был гораздо более подходящей кандидатурой на спуск вниз, из котлована он с его весом и мускулатурой мог бы выдернуть лёгкого меня буквально за один раз. А я испугался. И пришлось ему сигать вниз, чтобы потом моё теловычитание, издавая приличные и не очень звуки, вытаскивало его тушу вверх. Если честно – мне было очень стыдно, но с другой стороны это придавало дополнительных сил.
Когда с пятого перехвата, наконец, вытянул его на верхушку трубы, он буквально свалился вниз, заодно придавив меня.
- Фух, блин! А получилось ведь, Стасон!!!
- Валька, чтоб тебя, если я ещё хоть раз соглашусь на твою авантюру…
- Не ной! Победителей не судят. А победители сегодня мы с тобой. Кстати, знаешь, сколько времени я там провёл?
- Сколько???
- Восемь секунд! Смотри, - Валька показал мне секундомер своего маячка, - поди, не успел много хватануть.
- Ёшкин кот, мне показалось, мы с тобой не меньше минуты тут копались.
- Не поверишь, мне казалось, что я там минут пять провёл.
Мы весело и от души расхохотались. Смеялись долго и с удовольствием. Нашу идиллию прервал писк наших наручных маяков. Огонёк подсветки мигал красным, на экране вместо часов бегущей строкой высвечивалась надпись «Внимание сталкерам, ожидается выброс в течение тридцати минут, срочно проследуйте в ближайшее укрытие!».
Нас с Валькой буквально подкинуло, мы переглянулись и припустили в сторону деревни, не забывая при этом кидать болты по направлению движения, но остановиться и подобрать их мы уже не решались.

Мы уже забегали в деревню, перепрыгнув с ходу ветхий, покосившийся и местами щербатый деревянный заборчик вокруг участка одного из домов, когда я поднял взгляд на небо. Открывшуюся моим глазам картину описать словами было довольно трудно. Небо было красным. Но не таким как во время рассвета или заката. Он было каким-то ядовито-красным. От кроваво-красного на юге до бордово-гранатового на севере, в стороне ЧАЭС. То тут, то там в небе были видны вспышки. Как будто возникавшие в облаках молнии били не в землю, а параллельно ей. Я, заворожённый, остановился. Остановился и Валька, проследил за моим взглядом и выдохнул:
- Ох, и нифига ж себе… - Потом хлопнул своей лапищей мне по плечу, придав стартовое ускорение. – Стасон, не время любоваться пейзажами, выброс с минуты на минуту!
Мы выбежали на главную и единственную улицу деревни, когда «ударило» в первый раз, как нам потом объяснили это - ещё не выброс, это что-то вроде первого раската грома перед грозой, до выброса оставалась ещё минута - полторы. Вас кирпичом по голове никогда не били? Меня вот нет, Бог миловал, но, полагаю, ощущения схожие. В глазах у меня стало двоиться, резко заболела голова, земля под ногами заходила ходуном. Валька споткнулся и упал. Я же просто остановился и присел на корточки, стараясь не последовать его примеру. Из ближайшего дома на улицу выскочил Волк, замахал руками и что-то прокричал, сквозь гул в ушах я так и не понял что именно. Кое-как, на ватных ногах, мы с Шамшуриным дошли до дома, после чего Волк буквально запихнул нас в подвал и закрыл за собой деревянную створку, отделяющую это помещение от внешнего мира.
Здесь мы немного пришли в себя. Я огляделся. В маленьком подвальчике, можно сказать, плечом к плечу сидели все обитатели деревни. Вот Эйнштейн, инженер из одного закрытого города под Красноярском, кандидат физико-математических наук, между прочим. Справа от него Купол, довольно тёмная личность. Любая попытка заговорить с ним о его прошлом заканчивалась тем, что у него вдруг возникали неотложные дела. Кличку ему дали за татуировку на спине. На ней был изображён православный храм со множеством куполов и пристроек. Хотя, по поводу его клички в местном сообществе были некоторые разночтения. Вот Волк, например, говорил, что кличка эта к нему прилипла из-за того, что в армии он служил в ВДВ, а Могиканин, что, впервые оказавшись в Зоне, он сам так представился. Редкий случай – обычно принесённые извне или придуманные собственноручно клички в Зоне быстро забываются, а к человеку, так или иначе, прилипает новая, местная. Купол был исключением. Кстати…
- Волк, а Могиканин где??? – Я рванулся к выходу.
- Стоять! – Волк вскочил, загородив мне путь наверх. – У Сидоровича в бункере Могиканин, там даже безопаснее чем здесь. Сядь уже и не чирикай, выброс начинается. Блин, ты, всегда такой кипешной?
- Всегда, - хохотнул Валька, - сколько его знаю.
Я хотел ответить что-нибудь остроумное и ехидное, но тут нас накрыл выброс. Представьте, что вас второй раз за пять минут ударили по голове. Первый кирпичом, а второй – кувалдой. В глазах уже не двоилось, а четверилось, в голове, как будто, плясали самбу противотанковые ежи. Хотелось умереть здесь и сейчас, чтобы не мучиться. Потом глаза застлала красная пелена, и я вырубился.

Я очнулся где-то на опушке леса, справа была железнодорожная насыпь. Я вспомнил это место – конечную точку нашей первой вылазки в предбанник. На этот раз мы шли дальше на запад, пробираясь по самому склону оврага, чтобы раньше времени не вылезти на верх насыпи, по которой постоянно ходили военные патрули. Валька был хмур и сосредоточен. Он жестом показал мне, что надо идти быстрее. Мы скользили по осыпающемуся склону и вжимались в него, услышав любой посторонний звук. Буквально в пятидесяти метрах справа, за насыпью нас ждала Зона, настоящая Зона. В конце концов, мы добрались до бреши в периметре. Колючая проволока на столбах по ту сторону железнодорожного полотна была порвана, вернее просто отсутствовала, только обрывки её висели на столбах. По моему скромному мнению такой результат мог бы получиться, только если бы в этом месте между столбами проехал танк.
Валька осторожно подполз к вершине насыпи, к самому железнодорожному полотну и бросил несколько взглядов вправо и влево, после чего махнул мне рукой, мол, патруля нет. Я, пригибаясь, на корточках подбежал к нему, и в этот момент раздался какой-то нечеловеческий вой на высоких частотах, где-то на границе с ультразвуком. Меня, если честно, пробрало до спинного мозга. Валька тоже поёжился. Пролежав неподвижно минуту-полторы, мы, не сговариваясь, начали потихоньку ползти к бреши, я на всякий случай бросил вперёд болт. Тут справа, на насыпи послышался шорох, а затем звук осыпающегося гравия. И я и Валька моментально развернулись в сторону звука. Я увидел катящиеся вниз камешки и летящие прямо на меня налитые кровью глаза. Только глаза, и ничего больше. Звук шлёпающих по камню шагов приближался. Валька привстал на колено и выстрелил на звук. Траектория движения невидимки изменилась, я потерял его глаза из вида, растерянно завертелся на месте, чтобы спустя несколько секунд увидеть их метрах в полутора слева от себя. Я выстрелил навскидку, промазал, выстрелил ещё раз, когда эти глаза были уже на расстоянии вытянутой руки. На полотно брызнуло бурой кровью, раздался громкий оглушающий визг, и я увидел это существо во всей красе. Представьте себе человека, у которого от лучевой болезни выпали волосы, брови и ресницы, состарьте его мысленно до возраста восьмидесяти лет, а у получившегося существа замените обычный человеческий рот щупальцами осьминога – и вы будете иметь отдалённое представление о том, что я увидел. Если кто-то из вас читал Лавкрафта – вам будет несколько легче представить себе это существо. Я переломил обрез, но понял, что перезарядить его уже не успею – осьминожьи щупальца были в сантиметрах от моего лица.

Очнувшись, я увидел обеспокоенное лицо Шамшурина. Кто-то, скорее всего он же, ритмично хлестал меня ладонью по щекам. Потом мне на лицо вылили довольно большое количество холодной воды, а вместо Вальки надо мной склонился Волк.
- Ну что, очухался? Слушай, братан, если ты выбросы так хреново переносишь, не место тебе здесь, рано или поздно мозги можно расплавить. Зомбированных видел когда-нибудь? В Зоне их полно.
- Да нормально. А монстр-то где?
- Какой? – Волк и Валька переглянулись.
- Не знаю, этот, невидимый, со щупальцами.
Волк сглотнул, отстранил рукой Шамшурина и наклонился ко мне.
- А где ты его видел?
- Так. Значит, мы вроде с Валькой на насыпи были, хотели в Зону через брешь в периметре перейти, и тут эта тварь появилась.
Волк взглянул на Вальку, тот лишь растерянно пожал плечами.
- И что дальше?
- Да ничего. Выстрелил в него, попал, тот завизжал по-своему, последнее что помню – его щупальца перед лицом.
Волк сел на топчан в углу подвала и как-то угрюмо и заинтересованно посмотрел на меня. Я поднялся. Оказалось, что я лежал на полу подвала практически по центру. Прислонился к стене и тихо по ней сполз. Ноги не держали, сильно болела голова. Волк заметил мои нескоординированные телодвижения, подошёл, присел рядом, достал флягу и дал мне
- Хлебни, полегчает.
- Спасибо. – Я сделал хороший глоток, и у меня перехватило дыхание.
Вместо ожидаемой мной водки во фляжке был, судя по всему, чистый спирт. Но Волк был прав, буквально через пару минут мои мысли прояснились, голова перестала болеть.
Я прислонился затылком к каменной стене подвала и начал постепенно приходить в себя. В подвале кроме меня, Волка и Шамшурина уже никого не было – сталкеры сразу после выброса рванулись собирать появившиеся после него артефакты.
- Кровосос.
- Что?
- Это был кровосос, судя по описанию. – Волк нахмурился. – Та тварь, которую ты видел. Очень опасный мутант. Нападает обычно незаметно, в чём ему сильно помогает способность уйти в стелс-режим и стать практически невидимым. Обычно питается жидкостями человеческого организма – кровью, лимфой, но, если голодный, может и на местную живность напасть. Если успел к тебе щупальцами присосаться – можешь уже не дёргаться, бесполезно. Он первым делом впрыскивает в кровь сильнейший нейролептик, так что даже дышать не сможешь. А секунд через тридцать из тебя получится такая аккуратненькая сухая мумия, прямо как у египтян. Встречаться с ним сильно не рекомендую, но если уж довелось – поливайте огнём во все стороны, стелс-режим отбирает у них много сил, они только во время финального рывка его используют, если получится его зацепить – станет видимым. Тогда с ним проще справиться. Хотя… Очень сильная и быстрая тварь. Единственный рецепт – спиной к спине и по калашу у каждого с парой рожков, да и то без гарантии.
Волк с каким-то отрешённым взглядом продолжал нам рассказывать про кровососов, показывая просто энциклопедические знания о них. Мы с Валькой, затаив дыхание, слушали. Слушали о том, где они предпочитают обитать, о том, что мутанты они коллективные, охотиться и жить предпочитают «прайдом» из трёх-четырёх особей, о том, что учёные покупают их щупальца по очень хорошим ценам, изучают железу, находящуюся между нижними щупальцами, что на основе нейротоксина, выделяемого ею уже создано, апробировано и, по слухам, даже применяется в медицинской практике как минимум два анестетика и один нейролептик. В общем, через полчаса мне показалось, что я знаю о кровососах больше, чем сами кровососы.
- Волк, а сколько за щупальца кровососа могут дать?
- Как договоритесь… - Волк замолчал и внимательно посмотрел на Шамшурина, задавшего вопрос. – А что, захотелось на кровососов поохотиться? Ну что же, это будет увлекательное сафари, непродолжительное, правда. Если ты серьёзно, то знай одну вещь - это не ты на него охотиться будешь. Кстати, выброс только что был, если вы не в курсе, самое время идти артефакты собирать.
- Так у нас есть уже, - довольно ухмыльнулся Валька, выуживая из карманов нашу добычу, - перед самым выбросом взяли.
- Что же ты их в карманах-то таскаешь? – Волк без особого энтузиазма взглянул на нашу добычу. – Артефакты эти называются «каменный цветок» и довольно ощутимо фонят. Продайте Сидоровичу и попросите на будущее контейнеры под артефакты, он даст, бесплатно. Нечего всё, что ни попадя в карманах таскать, как маленькие прямо. – Волк улыбнулся одними глазами, сохраняя при этом бесстрастное выражение лица.

За два «каменных цветка» Сидорович заплатил нам довольно неплохие деньги и выдал по три контейнера на брата. Это были наши первые деньги, заработанные на поприще сталкерства. Мы впервые получили деньги за взятые ценой собственного здоровья в Зоне артефакты. До златых гор, про которые говорил Валька тогда, на стоянке, было ещё как ползком до Пекина, но лично я впервые за проведённые в Зоне дни ощутил оптимизм и прилив положительных эмоций. Я, наконец, перестал ощущать себя здесь чуждым элементом. Зона постепенно становилась моей новой средой обитания.
Валька хотел как можно быстрее выйти в предбанник за артефактами, появившимися после выброса, после того как мы продали Сидоровичу свою первую добычу, в глазах у Шамшурина начал читаться охотничий азарт. Я всё-таки настоял на том, чтобы перед выходом зайти к Могиканину. Выслушав мой рассказ, старик вздохнул.
- Всё интереснее и интереснее. Зоне ты явно интересен, играется она с тобой. – Могиканин перевёл взгляд на Вальку, а потом снова на меня. – С вами обоими играется. Сначала этот странный сон, теперь вот кровосос привиделся. Ты, кстати, их раньше когда-нибудь видел, ну, скажем, на картинках?
- Ни разу, я вообще термин «кровосос» впервые от Волка услышал.
- В Зону вам, ребятки, нужно. Нечего тут киснуть. Кордон – для трусов, лентяев и неудачников.
- Кордон?
- Старое название нашего предбанника, не обращай внимание. Значит так, ребятки, я даже и предположить боюсь, какие виды на вас Зона имеет, но, судя по всему, имеет какие-то. А это значит что? В Зону вам надо, и чем раньше – тем быстрее. Меньше всего хочу увидеть, как вы на мясной фургончик работать будете.
- Могиканин, ты же сам говорил, что пообвыкнуться сначала надо, воздуха, так сказать, местного нюхнуть.
- Так пообвыклись уже. Кабана завалили? Завалили. Из аномалии хитрой выбрались? Выбрались. Артефакты первые из вылазки принесли? Принесли. Приняла вас Зона, ребятки.
- А что за «мясной фургончик»? – Встрял Валька.
- Иногда к нам приезжают три-четыре фуры-рефрежиратора, экспедиторы платят хорошие деньги за любое свежее мясо. Любое! И тогда наша весёлая деревенька начинает суматошно бегать по всем близлежащим полям и лесам, палить во все стороны из огнестрельного оружия. Так сказать, забой скота ведёт. В основном, слепых собак, но там и кабаны и плоть попадается.
- И зачем всё это?
- Понятно зачем. Получается из всего этого добра такая замечательная тушёнка. Настоящая, не из сои, - Могиканин криво ухмыльнулся, - затраты на сырьё минимальные, тушёночка вроде как из настоящего мяса, да и дешёвая, поди... И не надо так коситься и изображать рвотные позывы, граждане, это дерьмо сюда не завозят. Его наоборот, подальше отсюда везут – в Азию, за Урал, на Дальний Восток… Да какая разница…
- Нет, ну при таком раскладе, нам конечно лучше в Зону. Там нас никакие мясные фургончики не достанут. – Сейчас даже я не понял, шутит Валька, или серьёзно.
- Ни пуха, ребятки.

добавлено спустя 4 минуты:
4. Гриф


Первым делом мы направились к строительному вагончику. Это место нам в прошлый раз приглянулось, показалось перспективным. Было в этом месте что-то такое необычное, завораживающее. Памятуя о событиях нашей первой вылазки, шли мы быстро, но осторожно, не забывая постоянно проверять путь впереди болтами и не брезгуя их подбирать. Но, то ли здесь уже кто-то побывал, то ли теория вероятности во время крайнего выброса вышла за пределы нормального распределения, а может наши с Шамшуриным внутренние голоса подвели… Одним словом, артефактов там не было. А вот аномалий – как-то в избытке, я даже уговорил Вальку задержаться здесь и обследовать место подробнее – проснулся во мне инстинкт исследователя. Здесь было штук семь трамплинов вокруг и даже внутри бетонных коробов. Кроме того, мы впервые увидели «карусель», кстати, термины эти мы почерпнули из разговоров со сталкерами во время пьянки по случаю нашего возвращения из первого похода в зону. Увидели – это, конечно, громко сказано, учитывая, что аномалии эти невидимы и обнаружить их можно только лишь по косвенным признакам. Признаться, мы ещё, мягко говоря, были не настолько опытными сталкерами, чтобы на ходу уметь замечать эти самые признаки, поэтому и аномалии нащупали при помощи незаменимых в нашем деле болтов. Попадая в трамплин, болт резко менял траекторию и со скоростью близкой к сверхзвуковой улетал куда-то вверх, а вот в карусели… Скажу сразу, после того, как болт, брошенный мною попал в карусель, бросать в неё ещё что-то мне сразу расхотелось.
Любое существо, попавшее в зону действия карусели и не сумевшее сразу же из неё выбраться, сначала втягивается в самый центр аномалии, поднимаясь при этом от земли на высоту двух – трёх метров и начинает раскручиваться ею вокруг центра масс со всё увеличивающейся угловой скоростью до тех пор, пока центробежные силы не разорвут её на части. В нашем случае болт, как предмет гораздо более крепкий, чем живая плоть, со всё нарастающим свистящим звуком вертелся в аномалии секунд тридцать, а потом с оглушительным щелчком разломился на две, хотя утверждать не берусь, части. Одна из них пролетела между нами и пробила стенку строительного вагончика насквозь. Вторая, хвала богам, улетела в противоположную сторону. Впечатляющее зрелище, скажу я вам. Вот только в главной роли участвовать не советую.

После того как я обвешал все местные аномалии и даже занёс карандашом приблизительное их расположение на кусок тетрадного листа, мы с Валькой выдвинулись дальше в направлении периметра. На этот раз целью нашей вылазки была настоящая Зона. Мы планировали пересечь периметр в промежутке между военными патрулями, но для этого как минимум нужно было дождаться прохода одного из них, укрывшись где-нибудь в складках рельефа местности. А для того, чтобы укрыться в складках рельефа местности нужно было как минимум добраться до этих складок. Пока что мы шли по полю, неумолимо приближаясь к периметру под углом градусов в тридцать. Шли молча, пока Валька в свойственной ему манере пошутил:
- Здесь птицы не поют, деревья не растут…
Шутка была немного натянутой, но разрядила обстановку. Мы сделали привал и перекусили. В принципе этот маршрут уже был нами опробован в первой вылазке. Скоро впереди чуть слева показался обрывистый склон, поросший сосняком. Справа, метрах в ста как на ладони просматривались железнодорожные пути. Мы с Валькой затаились под склоном, ожидая прохода патруля. Собственно, военные не заставили себя ждать. Минут пятнадцать спустя по насыпи прошли четверо вояк. По их действиям было понятно, что ребята не просто отбывают номер, а стараются во всю. Идут тихо, аккуратно, стволами водят вправо-влево, ни дать, ни взять техасские рейнджеры. Похоже, в Зону новый призыв прибыл. Обычно армейские патрули по насыпи ходят спокойно, даже расслабленно – для обороны от зверья у них огневой мощи достаточно, а сталкеры предпочитают не вступать с ними в открытую конфронтацию, ибо себе дороже, да и всю братию подставишь.

Патруль уже минут сорок как прошёл и скрылся за поворотом, и мы с Валькой осторожно подползли к насыпи. Вдруг откуда-то со стороны Зоны раздался визг на частотах близких к ультразвуку. Эта ситуация показалась мне смутно знакомой. Валька уже подполз к бреши в колючке по ту сторону насыпи и махнул мне рукой, мол «всё чисто». Я пополз к нему, но этот визг раздался ещё раз и сейчас его источник находился гораздо ближе. Валька испуганно оглянулся, а я опять, как в том сне увидел эти мчащиеся на меня глаза. Отдуплетился я наугад, в направлении глаз. Похоже, попал по мутанту. Он сразу стал видимым. Высокое мускулистое тело с щупальцами вместо рта сразу скрылось в кустах рядом с насыпью. Валька перекатился на спину, держа в одной руке обрез, в другой – купленный на вырученные с артефактов деньги пистолет Макарова. Мутант в кустах затаился, не двигался и всеми силами старался нам доказать что его в природе не существует. Интуиция – это шестое чувство человека, так говорят. Именно это чувство заставило меня перекатиться на живот и бросить взгляд на то, что происходило за нашими спинами. Говард Лавкрафт увидев эту картину, впал бы в кому. Надо мной уже нависли щупальца кровососа. Как он смог так незаметно подкрасться к нам – не знали наверное никто кроме них. Недолго думая, я выстрелил из обреза дуплетом. Валька, безбожно матерясь сделал то же самое. Куски плоти довольно феерично разлетелись в свете заката. Я еле успел вынырнуть из-под падавшей на меня безжизненной туши кровососа.
Я поднялся на колено, презарядил обрез и увидел эти чёртовы глазки сантиметрах в двадцати от своего лица. Выстрелить или даже направить оружие в сторону мутанта я уже не успевал. Я видел только эти глазки, стремительно приближающиеся к моему лицу. От чувства осознания собственной беспомощности я зажмурился и зарычал. Ошмёток крови прилетел мне в правую щеку, а через мгновение после этого я услышал звук винтовочного выстрела. Кровосос сучил ногами прямо передо мной. Я с наслаждением разрядил в него обрез.

С запада по краю обрыва к нам не таясь шёл сталкер в камуфлированном непромокаемом костюме - штанах и куртке с капюшоном, которые при ближайшем рассмотрении так же оказались «тщательно доработаны напильником», как собстственно и вся снаряга уважающих себя сталкеров. На сгибах присутствовали резиновые компенсаторы, на груди были карманы разгрузки, местами под курткой угадывались металлические пластины. На боку у него висел подсумок с противогазом, а обут он был в отличные импортные берцы.
- Здарова, бродяги!
- И тебе симметрично, - ответил Валёк.
- Пацаны, давайте-ка от насыпи подальше уйдём, чтобы нам беседовать не мешали. Вояки стрельбу слышали, наверняка тревожную группу поднимают. Только сначала трофеи заберём. – Незнакомец достал из ножен на поясе нож-стропорез, ловко отсёк им щупальца, а точнее всю ротовую полость мутанта и спрятал в прорезиненный рюкзак. Потом указал ножом в сторону второго мутанта. – Этот – ваш. Сидоровичу щупальца сдайте, он за них неплохие деньги даёт.
- Мерзость-то какая… - Валька, кряхтя, начал выпиливать у кровососа столь примечательный орган.
- Не боись, уже не кусается.
Вскоре Валька спрятал трофей в свой вещмешок и мы быстрым шагом выдвинулись в сторону деревни сталкеров. Сначала мы с Валькой хотели припустить рысью подальше от насыпи, но незнакомец нас осадил – военные пока не знают, кто и в кого у запретки стрелял, а соваться непонятно под чьи пули им тоже не резон, поэтому поедут на БТР-е, а может и вертушку сначала пустят с воздуха ситуацию оценить. Поэтому время у нас есть на безопасное расстояние отойти. Гриф, так звали сталкера, в итоге оказался прав. Мы уже достаточно удалились от насыпи, чтобы спокойно, не боясь оказаться замеченными, посидеть и поговорить в тени дерева, когда на севере раздался рокот вертолёта.
- Ну что, хлопцы, как давно в наших краях? Я вас раньше что-то не видел.
- Неделю. Почти…
- Ого! И уже кровососа завалили? Хороший старт, как сказал бы мой бывший тренер по бегу.
- Если бы не ты, Гриф… «Поздно сбитый последний звездолёт – зря сбитый первый, ибо ты уже труп» – так один мой знакомый геймер любил говаривать.
- Да нормально. Сегодня - я вам, завтра – вы мне. Я, кстати, впервые вижу новичков, которые не впали в ступор при виде кровососа. Обычно салаги при первой встрече с ним роняют челюсть на пол, делают круглые глаза, да так и стоят, пока он их не… хм… выпьет. Вас как звать то?
- Я Валя, это – Стас.
- Значит кликухи ещё не прилипли. Ну что же, Валя и Стас, будем знакомы. Могиканин как поживает?
- Нормально поживает. Мы как раз у него остановились на первое время.
- Это хорошо. Вы к нему прислушивайтесь, если что советует, мужик он мудрый, да и в Зоне старожил, что само за себя говорит. Ладно, двинули, чего без толку сидеть.
- Гриф?
- Что?
- А почему именно Гриф?
- Кликуха-то? Да я поначалу в Зоне не очень красиво на хлеб зарабатывал. Купил ПДА хороший, чтобы сообщения о гибели сталкеров с координатами на него приходили и с погибших снарягу снимал, оружие, патроны. Давно уже этим не занимаюсь, но погоняло прилипло. Так что мой вам совет – берегите честь смолоду, как завещал великий Пушкин. Ну, или к бандюкам вам прямая дорога, они себе голову морально-этическими выкладками не забивают.
Назад мы решили идти не через строительный вагончик, а севернее, мимо склада элеватора – мало ли, артефакты по пути попадутся, да и возвращаться из Зоны той же дорогой, которой ты в неё попал, как мы уже убедились, было не самой хорошей идеей.

В деревне Гриф сразу же зашёл к Могиканину, а мы задержались перекинуться парой слов с Волком, который, кстати, очень удивился, услышав о появлении кровососов в предбаннике. Когда мы подошли к домику Могиканина, они уже вышли на крыльцо. Я услышал только конец диалога.
- …В них что-то есть, Гриф, попробовать бы их в реальном деле.
- Я в бар «Сталкер» иду, с Лётчиком перетереть надо. А ему как раз пара новых отмы… - Гриф замялся, увидев меня, - помощников нужна была.
- Видишь, как всё срастается. И ребята при деле будут, и Лётчик тебе спасибо скажет. – Могиканин еле заметно подмигнул Грифу.
- Через всю свалку их тащить… И снаряги у них нет…
- У Сидоровича купить можно, Лётчик тебе деньги отдаст.
- Ладно, решили. – Гриф повернулся к нам. – Ну что, орлы, пойдём к Сидоровичу за покупками.
Через полчаса мы с Валькой разжились непромокаемыми камуфлированными костюмами, предназначавшимися, судя по этикетке, для бундесвера, весьма удобными берцами производства США и спецаптечками, содержащими, помимо всего прочего, разнообразные антидоты и стимуляторы. Посмотрев на наше с Валькой нехитрое вооружение, Гриф купил нам по старенькому АКМ-у и паре рожков к ним. Вершиной всего стали новые ПДА с возможностью приёма и отправления текстовых сообщений, записной книжкой, встроенным дозиметром и простейшим детектором аномалий.
- Значит так. Начинает пищать – значит где-то рядом аномалия, чем чаще пищит, тем она ближе. Неплохое подспорье в Зоне, о простейших аномалиях предупредит, но слишком на него не полагайтесь, здесь столько всякой дряни… В общем нет ничего лучше старого доброго болта и собственного опыта, которого, прямо скажем у вас с гулькин хрен. – Гриф по очереди посмотрел на нас. Мы возражать не стали. Он удовлетворённо крякнул и продолжил. – Удобнее всего носить на запястье. В Зоне не снимать никогда. Теперь включайте и забивайте свои идентификаторы.
- Чего забивать?
- Идентификаторы. Логин – пароль. Зачем пароль – думаю объяснять не надо. А логин – что-то вроде персонального сетевого идентификатора или адреса электронной почты. Нужен, чтобы вам можно было отправлять текстовые сообщения. Да, и что бы вы там не набрали, соответствующая кличка к вам не прилипнет, так что можете не пыжиться особо.
- Так здесь что, интернет есть? Спутниковый что-ли?
- Не интернет. Так, сеть сталкерская. А как уж она действует – это ты лучше сам у старика Че спроси, если доведётся повстречаться. Идентификаторы набрали уже?
Мы кивнули. Валька, не мудрствуя лукаво, набрал «ВШамшурин», а я забил свой никнейм с одного из интернет-форумов. Гриф случайно чиркнул взглядом по экрану моего ПДА.
- Слуш, если не секрет, это ты что такое написал. Эм Си Роу… Блин, язык сломаешь. Ты ди-джей что ли?
- Нет, Это анаграмма от фамилии. Дикая смесь шотландского и французского, плод моей больной фантазии, McRousseaux читается как МакРуссо. Приставка «Мак» в Шотландии…
- Да знаю я, не выделывайся, лингвист, ё-моё. Скромненько так, Мак он, Руссо. – Гриф задорно хмыкнул. – Ладно, хлопцы, сегодня отдыхаем и высыпаемся. Завтра подъём затемно, чтобы с рассветом к насыпи выйти, так что пить сегодня не рекомендую. Разбужу вас сам. Ну а там, хлопчики… - Он хлопнул в ладоши и с азартом их потёр, - Велкам ту Зона! А в ней, Мак, такие Руссо иногда попадаются, что ни в сказке сказать, ни пером описать.
Сказав это, Гриф мило улыбнулся и зашагал в направлении группы сталкеров, резавшихся в покер на сигареты. А мы пошли в направлении домика Могиканина – отдыхать и отсыпаться.
_________________
МакРуссо, он же Мак, он же Руссо.
Пират, контрабандист. Отличается пристрастием к рому.
Характер скверный.
Не женат.

Последний раз редактировалось: McRousseaux (19:41 20-09-2016), всего редактировалось 3 раз(а)
    Добавлено: 19:14 20-09-2016   
Курильщег
 675 EGP


Рейтинг канала: 11(1625)
Репутация: 106
Сообщения: 3944
Откуда: г.Екатеринбург
Зарегистрирован: 10.01.2009
Читаем, читаем.
_________________
Assuming direct control
    Добавлено: 19:34 20-09-2016   
McRousseaux
 901 EGP


Модератор
Рейтинг канала: 9(1084)
Репутация: 214
Сообщения: 6810
Откуда: ) и все мы
Зарегистрирован: 31.01.2005
5. Отмычки


Я, Валька, Нерв и Гоша Мотороллер сидели в баре «Шти» в городке Чернобыль-4 и пили беленькую в качестве разрядки после вылазки в Тёмную долину. Мы вчетвером являли собой команду Лёвы Лётчика, который в данный момент сбывал всё добытое нами непосильным трудом во время крайней вылазки. Правильнее было бы сказать, что мы являлись его отмычками. Я в очередной раз накатил беленькой, закусил бутербродом со шпротами и почувствовал, как по телу прошла тёплая волна. Напряжение спало, мышцы расслабились. Я вдохнул полной грудью и потянулся. Зона отпустила. Уютный полумрак бара после двух дней марш-бросков между аномалиями и отстрела особо назойливых экземпляров местной фауны начал усыплять. Из динамиков громко лился классический рок. В это вечернее время в баре был своеобразный час пик. В воздухе пахло спиртным, под потолком густо клубился дым, судя по запаху не только табачный. В это время присутствие в «Штях» отмычек не приветствовалось – «детское время» заканчивается с закатом, после же в баре сидят взрослые серьёзные дяди. Но мы только что вернулись из вылазки и имели право расслабиться, так что против нашего здесь присутствия никто не возражал, хотя и пить на брудершафт тоже не рвался. В некоторой степени бар являлся для Чернобыля-4 градообразующим предприятием, вернее, для, скажем так, неофициальной его части. Здесь заключались сделки, желающие могли нанять сталкеров для какого-нибудь дельца или заказать им артефакт, да мало ли что скрывают эти клубы дыма, я здесь человек новый, и к тому же отмычка, мне много знать не положено. Кстати, скоро на сцене должен появиться гвоздь программы. А вот, собственно, и он.
На подиум в центре бара грациозно вышла прелестная брюнетка и начала эффектно двигаться рядом с шестом, всё ускоряя и ускоряя ритм и не забывая при этом постепенно избавляться от одежды. Копна чёрных как вороново крыло волос разметалась у неё по лицу. Бар затих, все взоры были обращены к шесту. Даже Нерв перестал остервенело жевать тесёмку капюшона.
- Рот закрой, снорк заскочит. – Лёва бросил передо мной на стол несколько купюр приятного для меня достоинства и плюхнулся на стул рядом. – И губу закатай. Это женщина Хемуля.
- И кто такой этот Хемуль?
- Самый везучий сукин сын во всей Зоне. Единственный человек в истории, который от Дьявола-хранителя избавился. Кстати, пара дней отдыха и будем на Милитари выдвигаться. У меня одна намётка появилась бабла срубить по крупному.

Лёва Лётчик на самом деле был не лётчиком, а бывшим штурманом военно-транспортной авиации. Высокий, худой, временами ехидно-ироничный, Лёха был из того самого типа людей, которые ни с кем и никогда не имеют серьёзных конфликтов. То есть на него, конечно можно было крепко разозлиться, но злость эта в считанные минуты куда-то испарялась. К своим отмычкам он относился очень неплохо, не дёргал зря, лишнего не подставлял и долей не обижал. Когда Гриф привёл нас в бар «Сталкер», где Лётчик, возвращаясь с очередной вылазки вглубь Зоны, назначил ему встречу, мы сразу насторожились, увидев, что эти двое отошли подальше и оживлённо о чём-то шушукаются, поглядывая на нас. Потом, видимо о чём-то договорившись, подошли к нам.
- Знакомься, Лёва, это Валёк, это Мак… тьфу, то есть Стас.
- Так Стас или Мак?
- Хм, ну теперь, наверное, уже Мак.
Вот так я стал, пожалуй, первым в истории Зоны человеком, к которому прилипла та кличка, которую он сам себе выбрал в качестве логина для почтового сервера. Не знаю даже радоваться этому или огорчаться – никого не интересовало её происхождение, все ассоциировали это слово с известным цветком. Забегая вперед, надо сказать, что позже нами на пару с Валькой была расквашена пара носов и поставлено пяток фингалов задирам, пытавшимся обратиться ко мне обидным «цветочек». Надо заметить, главные заслуги на поприще лицевой микрохирургии были на счету Шамшурина, мои же - гораздо скромнее, но держались мы вместе, иногда нас за глаза даже называли близнецами, и цветочком меня не осмеливались назвать уже давно. Как сказал по этому поводу Лётчик, «Ибо нефиг, кликуха Мак к тебе прилипла, поэтому за любые цветочки с ягодками можешь смело вешать в табло».
- Ну что, Валёк и Мак, будете теперь под моим началом в Зону ходить. Долей не обижу. – С этими словами Лёха передал Грифу несколько купюр.
- А что-то я не слышал, чтобы у нас спросили, хотим ли мы под твоим началом ходить. – Вальке, похоже, эта сделка, предметом которой были мы, сильно не понравилась.
- Значит, не хотите. О`кей, не вопрос. Можете идти на все четыре стороны. Только снарягу всю, между прочим, на мои деньги купленную, извольте здесь оставить. – Увидев, как вытянулись наши лица, он продолжил. – С другой стороны, я же не зверь, вас голышом назад в деревню отправлять. – Он постучал пальцем по клавишам ПДА и показал экран нам. – Вот ровно такую сумму стоят все ваши обновки. Я дам вам сроку, скажем, месяц, после чего зайду должок забрать. Не успеете всю сумму собрать к сроку, можете часть снаряги обратно Сидоровичу сдать, так что ничего невыполнимого в этом нет. А есть и третий вариант. Вы ходите в Зону со мной как отмычки. Во-первых, командой ходить значительно легче. Во-вторых, под началом опытного человека сами опыта наберётесь. В-третьих за снарягу денюжку будете со своей доли возвращать, торопить не буду, как сможете – так отдадите. Ну и если какой-нибудь форс моржовый, помогу чем смогу - патронами, снарягой, деньгами. Голодными и трезвыми со мной не останетесь. Вот варианты, которые вижу я. Выбирать – ваше дело, если ещё какие варианты придумаете – говорите.
Теперь настала наша очередь шушукаться. По всему выходило, что выбора у нас нет, вернее он есть и он очевиден. Да и прозябать в предбаннике очень уж не хотелось, не затем мы сюда приехали. С того дня мы ходили в Зону в команде Лётчика уже два месяца. Дни, проведённые в Зоне, тянулись очень долго – ещё бы, каждый час, а то и чаще, что-нибудь новенькое. Зато эти два месяца пролетели как одно мгновение. За это время мы с Шамшуриным под руководством Лёвы набирались бесценного опыта. Учились определять присутствие аномалий по косвенным признакам, избегать гиблых мест. Сейчас Валька посмеивался, вспоминая, как мы тогда вляпались в первый раз в кольцо аномалий, не заметив такого количества признаков их присутствия – всё вокруг буквально кричало «не ходи сюда, снег в башка попадёт». Кроме нас в команде Лётчика были ещё Нерв и Гоша Мотороллер. Если происхождение клички первого становилось понятно, стоило лишь на него взглянуть – казалось что состояние стресса является для него абсолютно нормальным, он буквально излучал нервозность всем своим видом, постоянно или грыз ногти, или кусал губы, или жевал что-нибудь – карандаш, тесёмку или завязку какого-нибудь элемента одежды, то происхождение клички «Мотороллер» долго оставалось для нас загадкой. Всё стало на свои места, когда мы увидели бегущего Гошу. Невысокий, но при этом довольно толстый и пузатый Гоша так быстро перебирал своими короткими ножками, что их не было видно, и поднимал при этом огромные клубы пыли. При этом он довольно забавно переваливался сбоку на бок и быстро двигал широко расставленными локтями.
Гоша принял нас довольно радушно и сразу начал строить из себя перед отмычками-новичками прожжённого сталкера, которому всё не почём, что выглядело довольно забавно, учитывая, что в первой же совместной вылазке он пару раз попал в щекотливые ситуации из которых вряд ли смог бы без помощи остальной команды выбраться. Но у него, надо отдать ему должное, было одно неоспоримое преимущество – стрелял он очень быстро и очень метко.
Нерв отнёсся к нам примерно так же как один пассажир метро к другому – то есть никак. Чисто рабочие отношения. В Зоне он умел действовать слаженно с остальными членами команды, но за её пределами он был сам по себе и никаких контактов с нами не поддерживал.

Тем временем девица на подиуме уже избавилась от всех элементов одежды, включая самые интимные. Трусики, например, эффектным движением ноги были отправлены в зал под ободряющий гул посетителей. Кто стал собственником сего ценного предмета, я в клубах дыма разглядеть не смог. Свет в зале погас, и посетители стали свидетелями потрясающего зрелища – довольно блёклая при нормальном освещении татуировка на теле танцовщицы в свете софитов начала переливаться яркими, сочными, а местами даже ядовитыми цветами. Девушка двигалась всё быстрее и быстрее в такт музыке, отчего создавалось впечатление, что вытатуированный на её теле дракон страстно овладевает ею сзади. Глядя на это зрелище, я с тоской подумал о том, что женщины у меня не было уже почти три месяца. В Чернобыле-4 вообще женщин намного меньше, чем мужчин, поэтому им есть из чего выбирать, так что новичок-отмычка в сравнении с высокими армейскими чинами из охраны периметра и успешными сталкерами имел бледный вид, и всё моё природное очарование разбивалось о стену здорового прагматизма. Можно было, конечно, воспользоваться платными услугами, но, во-первых, «гусары с женщин денег не берут», а, во-вторых, отдать такие деньги за подобное удовольствие я был ещё морально не готов. Я взял со стола свою долю с крайней вылазки, отделил от неё две купюры и положил перед Лёвой, остальное засунул во внутренний карман куртки.
- Всё, Лётчик, за снарягу мы в расчёте.
Тот кинул взгляд на деньги, кивнул и молча забрал их, продолжая увлечённо наблюдать за действом, происходящим на подиуме. Я поднялся, положил в центр стола деньги за выпивку и закуску и вышел из бара. После душного задымлённого помещения прохладный вечерний воздух резанул по лёгким. Я пару раз вдохнул полной грудью. Всё, теперь в душ и спать. Долго спать, до обеда как минимум. Я направился в сторону блочной четырёхэтажки, в которой мы с Шамшуриным снимали комнату. Особой нужды в постоянном жилье я пока не испытывал. Всё равно большую часть времени проводишь или в Зоне или в баре. Дом – так, место где ночуешь. Соответственно и требования у меня к жилищу были невысокие – кровать, душ и холодильник, ну и чтоб тепло было и крыша над головой. Внезапно меня окликнул какой-то военный. Присмотревшись, я узнал прапорщика Губенко по кличке Губа. Большую часть своих доходов он имел с подпольной продажи всего, что находилось в его ведении. А поскольку был он завсклада ГСМ, человеком он был отнюдь не бедным.
- С возвращением, Мак! Как в Зоне нынче, как хабар?
- О чём вы, Виктор Андреич? Какая Зона? Это же противозаконно.
- Смотри у меня. – Губа шутливо погрозил мне пальцем и направился дальше по своим делам.
Странное место Зона. Казалось бы, что я делаю тут, на самой её границе? Что делает тут половина народа здесь находящегося? На заводах – фабриках работают? Так нет здесь ни того, ни другого. Улицы подметают? В Чернобыле-4 четыре с половиной улицы. Если такое количество народа будет их подметать, то через месяц они асфальт до грунта сотрут. Все понимают, зачем мы здесь, но не пойман – не вор. Захотели бы власть имущие пресечь проникновения в Зону – сделали бы это за двадцать четыре часа, с гарантией. Но слишком уж много народа завязано на этом бизнесе, начавшемся ещё задолго до второго взрыва, когда из зоны отчуждения тащили всё что можно. Догадайтесь, почему на Свалке грузовики все сплошь и рядом с открытыми капотами стоят? Потому что цветмета под капотом много. Было много, я имею в виду. Думаете, Губа был не в курсе, что я только-только из Зоны? Да был, конечно, иначе бы вопросов таких не задавал. Вот и играем мы в кошки-мышки с военными. Мы делаем вид, что в Зону не ходим, они делают вид, что верят нам. Но если кого поймают – звиняйте, батько, огребите по полной. Тот же Губенко, поймав меня за попыткой нарушения периметра, без колебаний под дулом пистолёта отвёл бы в комендатуру или всадил бы пулю в лоб безо всяких предупреждений – есть у военных такое право. «Нотинг персоннел, джаст э бизнес», как говорят американцы. Да что там говорить, если иногда сами военные сталкерам заказы делают, бывали и такие прецеденты. Нужны Зоне вольные сталкеры, нужны. Пойдут туда, куда военного званиями не заманишь. Достанут учёным то, что не смогут военные сталкеры достать. В конце концов, захочет себе богатый и влиятельный дядя редкий артефакт, скажем потенцию усиливающий раздобыть – к кому он обратится? К знакомому генералу? В международные войска миротворческих сил ООН? Не-а. Обратится он к тому же Сидоровичу, Бубне, Басмачу и иже с ними. А найдёт и вытащит из Зоны этот артефакт Боря Муравей, Фидель или Лёва Лётчик с помощью отмычек, имена которых вообще мало кто знает. Такие дела.
За подобными размышлениями я не заметил как дошёл до дома и открыл дверь квартиры. Занимавшие другую комнату Вася и Тахир – новые отмычки Фиделя, в данный момент находились в Зоне, поэтому я не боялся кому-то помешать, на ходу скинул одежду, прошёл прямиком в ванную комнату и встал под душ. Горячие струи воды смывали с меня остатки напряжения и негатива, я даже зажмурился от удовольствия. Нет, не правы были те, кто говорил, что все приятные вещи в жизни или вредны для здоровья, или аморальны. Есть и исключения.

Разбудил меня Валька где-то пол-одиннадцатого утра. И что не спится человеку? Я ещё поворочался минут пятнадцать и понял, что уже не засну.
- Поднимайся, Стасон, глянь, погодка какая.
- Валь, я не думаю, что она сильно изменилась бы за те полтора часа, которые я планировал ещё поспать.
Я встал и проследовал на кухню, подбирая разбросанную вчера в коридоре одежду. По всему выходило, что после душа у меня вчера хватило сил лишь на автопилоте доползти до кровати и рухнуть на неё. Открытый холодильник сиял чистотой и пустотой, лишь в углу стеснительно пряталась банка сайры в масле.
- Слыш, Валь, позавтракаем-то в «Штях»?
- А то где ж ещё? Мы сегодня при деньгах, гуляй рванина. - Зона как-то неуловимо изменила Шамшурина, теперь он относился к жизни проще, как-то по-философски и не строил долговременных бизнес-планов.
Я быстренько умылся и надел парадно-выходное – джинсовый костюм, яркую футболку с задиристой надписью и мягкие удобные кожаные туфли. Погодка на самом деле была на загляденье. Солнышко припекает, птички чирикают, дворовые кошки друг за дружкой гоняются. И не поверишь сходу, что в десятке километров отсюда любой неосторожный шаг может стать для тебя последним.
Мы прошли где-то полпути до «Штей», когда я остановился покурить с чувством, с толком, с расстановкой. Дурацкая привычка, и очень дорогостоящая в Зоне, между прочим. Мимо продефилировали две очень соблазнительные девушки в форме медицинской службы. Одна – брюнетка, стриженная «под каре», вторая – блондинка с волосами до пояса. Фигурки у обеих были просто изумительные, всё что было нужно – присутствовало на месте в правильном объёме – не мало но и не слишком много. Был бы уверен, что в больнице за мною будут ухаживать именно такие медсестрички – регулярно, раз в месяц что-нибудь себе ломал бы, ей богу.
Из моего горла вырвался сдавленный полувздох-полустон. Валька негромко, но с таким расчётом, чтобы они услышали, присвистнул. Девушки не обратили на нас ровным счётом никакого внимания, только увеличили амплитуду раскачивания бёдер при ходьбе.
- Девушки, а вы не хотели бы познакомиться с двумя отличными парнями? – Валька, судя по всему, тоже устал от вынужденного воздержания.
Медсёстры, или кто они там на самом деле, остановились и с похожими улыбками посмотрели на нас.
- А вы знаете таких?
- Конечно, с самого их рождения.
- Жень, похоже, они про себя, - проворковала своей подруге брюнетка.
- Немного самоуверенно с их стороны. – Ответила та, которую звали Женей. И продолжила, обращаясь то ли к самой себе, то ли куда-то в пустоту. – А я слышала, от сталкеров дети больные рождаются.
- Влияние Зоны, ничего не поделаешь. – Так же, ни к кому конкретно не обращаясь, ответила её подруга.
- Да и гибнут часто.
- Работа у них такая.
- Жаль ребят.
- Но к ним это пока не относится.
- Почему?
- Это же новички-отмычки.
- Да?
- Ну конечно. Из команды Лётчика.
- А-а-а. – Женя поправила рукой волосы и посмотрела своими большими серыми глазами на нас. – Ладно, мальчики, приятно было пообщаться. Как будет у вас что-то предложить таким шикарным дамам, как мы, бриллианты например, или шикарные авто – заходите, а пока что извините, служба зовёт.
С этими словами девушки развернулись и ушли в сторону медсанчасти, всё так же призывно покачивая бёдрами.
- Вот сучки… - Беззлобно ухмыльнулся Шамшурин.
- Да уж, не нашего полёта птички. – Уголёк сигареты больно обжёг пальцы, и я, чертыхнувшись, отбросил его на газон.
- Да хрен с ними, Стасон, и на нашей улице перевернётся самосвал с ништяками.
- Инфа верная?
- Главное – позитивное мышление.

В «Штях» в это время было свободно. Негромко играла фоновая музыка, над барной стойкой что-то вещал телевизор. Девушки, вечером танцевавшие топлесс в углах бара, ещё отсыпались после ночной смены. За одним из столиков, злые и угрюмые сидели отмычки Фиделя, только что вернувшиеся с вылазки в Зону и молча глушили водку, дожидаясь своего ведущего. Как потом выяснилось, всю эту ночь, с полуночи до рассвета они пролежали в грязи у самого периметра, дожидаясь, когда вояки закончат то ли внеплановые учения, то ли попойку по случаю присвоения кому-то чего-то или награждения кого-то чем-то с покатушками на бэтэре взад-вперёд вдоль колючки. Мы поздоровались с ними, не вступая в расспросы – пацанам, похоже, это нужно было меньше всего, и сели за барную стойку. Бармен не преминул сообщить мне, что сегодня утром завезли кегу «Шпатена» - знает, гад, мои слабости. Я взял себе под пиво чесночные гренки со сливочным сыром, Валька – омлет с беконом.
- Вот смотрю я на тебя, Стасон и аж на душе приятно.
- В плане?
- Картина «Стасик с пивом» излучает прям таки вселенскую гармонию.
- Эх, Валь, если бы это пиво стоило раз в десять дешевле, гармония была бы полной. Не пивал ты настоящего будвайзера по тридцать крон «У Медведку».
- Куда уж мне.
В это время от Бубны вышел угрюмый Фидель и махнул своим отмычкам рукой. Те поспешно встали, оставив на столе чуть не допитую бутылку водки. Почему Фиделя назвали Фиделем становилось ясно с первого же взгляда. Здоровенный загорелый мужик с переломанным носом, густой черной бородой и неизменным зелёным беретом на голове (дань довольно долгой службе в пограничных войсках) просто не мог иметь другую кличку. Хотя была у него и вторая, подпольная «а пошло всё на х…». Обычно спокойного и рассудительного, его иногда срывало с резьбы и он с криком «а пошло всё на х…» мог влезть в драку, или, скажем, встать во весь рост и начать поливать длинными очередями из ручного пулемёта по бандитам или мутантам Зоны. И, что характерно, зачастую это в корне меняло соотношение сил.
- Что-то у них этот поход в Зону не удался. Судя по… - Валька многозначительно опустил конец фразы.
- Ладно хоть живые все вернулись. – У меня пискнул коммуникатор, я бросил взгляд на экран.
- Что там?
- Да ничего особенного, Семецкого опять убили.
Сталкер Семецкий был одной из легенд Зоны. Один из тех, кто по легенде в своё время смог пробраться в самое её сердце, четвёртый энергоблок, к монолиту и загадать желание. Уж не знаю, что он там загадал, но с тех пор никто его не видел, а сообщения о его гибели падали на ПДА сталкеров регулярно и бессистемно, с упорством достойным лучшего применения. Даже местный компьютерный гений Че, создатель сталкерской сети, не смог пролить свет на это явление – по его словам эти сообщения на сервере начисто отсутствовали, а значит и отправлены с него быть не могли. Постепенно все смирились и привыкли, тем более что, по словам старожилов, сообщение о смерти Семецкого – добрый знак. По крайней мере, в ближайшие полчаса, ничего плохого с тобой случиться не должно.
Тут же пискнул ПДА Шамшурина.
- То же самое.
- У тебя где?
- Свалка, слепой пёс.
- У меня Рыжий Лес, псевдогигант.
- Быстро бегает, чертяка.
- И не говори. Слушай, может, попробуем девчонок тех найти, раз уж столько добрых предзнаменований. Пиво свежее, Семецкий погиб, гренки на удивление не пережарены. – Это уже шпилька в адрес персонала «Штей». Краем глаза я заметил, что бармен равнодушно хмыкнул, мол, моё дело подавать, все претензии к повару.
Валька скорчил гримасу, по которой с первого взгляда становилось ясно, что он думает по поводу этой затеи. Честно говоря, я и не хотел особо на ней настаивать, так, для поддержания разговора удочку закинул. В моём распоряжении был почти весь день, отличная погодка и приятная душе тяжесть в левом внутреннем кармане джинсовки.

добавлено спустя 4 минуты:
6. Вертолёт


- Попробуй чуть левее.
- Да хрен там, глухо всё. – Я для очистки совести всё-таки бросил болт по направлению, которое указал Лётчик, сверяясь с детектором аномалий. Железка ещё не успела коснуться земли, как по ней тут же разрядилась электра, выбросив в пространство пучок чем-то схожих с осьминожьими щупальцами электрических разрядов. Вход в полуразрушенный тоннель был полностью перекрыт аномалиями.
- А если попробовать разрядить её и сразу же вслед за этим кого-то вперёд бегом послать? – Предложил Мотороллер.
- Сам побежишь? – Устало поинтересовался Лётчик.
- Да.
- Ну и дурак. Во-первых, успеть до её зарядки будет очень трудно – на долю секунды опоздал и всё, гриль. Во-вторых, кто знает, что там за ней? Может карусель или ещё одна электра.
- Ну и что делать? Выброса ждать?
- Дня три-четыре, не меньше. – Авторитетно заявил Нерв.
- Вот Валидол, вот сука… Зарёкся же у него инфу покупать. Наверняка сам попробовал взять, а как понял, что нереально – мне продал. И ведь, скорее всего комар носу не подточит, лежит всё там, где он и говорил, так что формально никакой подставы.
- Что хоть там должно быть? В подземелье. – Это уже Шамшурин. К нему на удивление долго не липла кличка. Всё как был Валькой, так и оставался.
Лёва на секунду задумался, а потом, похоже, мысленно плюнул и пробурчал:
- Вуаль.
- Ох ты-ж ё… - Выдохнул Мотороллер. Нерв, извините за тавтологию, нервно икнул. Я и Валька просто уронили челюсти на землю. Баснословно дорогой артефакт, позволяющий владельцу оставаться незамеченным для любых электронных приборов – тепловизора, детектора жизни, даже для камер видеонаблюдения. То, о чём мечтает каждый сталкер перед выходом на пенсию, потому что пенсию он может обеспечить вполне безбедную. На хлеб с маслом и чёрной икрой уж точно хватит.
- И что нам делать? – Процедил Валька, вправив челюсть на место.
- Облизнуться и уйти.
- Лёва, как так? – Буквально взвыл Мотороллер.
- Предложения?
- Другой вход найти.
- Устанешь искать. Подземелья тут мало чем агропромовским уступают, заблудиться легче лёгкого. Да и Милитари тебе не персональный огород, чтобы вот так запросто шастать. А посему, отмычки, - Лётчик моментально указал остальным на их место, чтобы не разводить продолжительных дискуссий, - выдвигаемся к Тёмной Долине, посмотрим рыбные места, далековато конечно, зато там будет, где переночевать. Мак пусть отдохнёт, Нерв ведёшь, Валька за ним, я в центре, за мной Мак. Мотороллер, прикрываешь.
Возражений не последовало, мы выстроились в цепочку пошли в сторону Тёмной Долины. Почему-то Лётчик любил ходить именно там, даже оборудовал небольшое укрытие, где можно было переночевать или переждать выброс. Обычно, когда мы ходили не по заказу, а на вольные хлеба, уходили в Тёмную Долину на два дня, ночуя в его убежище – старом неглубоком бетонном колодце непонятного назначения - место это было достаточно обжитое.

Мы добрались почти до границы Милитари, осторожно пробираясь между двумя островками невысокого кустарника, когда из-за холма слева и чуть сзади грациозно выполз «крокодил». Ми-24, одна из самых гениальных и легендарных машин убийства, на данный момент, конечно, устарел, и его повсеместно заменяли Ми-28 и вертолёты Камова. Но против нашего брата он был всё так же эффективен. Мы довольно согласованно попрыгали в заросли кустов, стараясь по максимуму рассредоточиться.
- Какого чёрта он тут делает? – Процедил сквозь зубы Мотороллер. Лётчик сделал страшное лицо, показал ему кулак и приложил палец к губам.
Вертушка тем временем неторопливо приближалась. В лучах заходящего Солнца боевая машина выглядела гордо и грациозно. Жаль только, сегодня она не на нашей стороне. Я повернул голову лицом вниз и постарался дышать редко и поверхностно, чтобы не выдать себя малейшим движением. Вот сейчас пресловутая «вуаль» ох как пригодилась бы. Лежать, вжимаясь в землю на окраине Милитари, когда над тобой со свистом рассекают воздух лопасти боевого вертолёта – удовольствие то ещё. Особенно когда вертолёт этот высматривает тебя и четверых твоих собратьев по несчастью оказаться именно в этом месте именно в это время. «Я тучка, тучка, тучка, я вовсе не медведь» - проскользнуло у меня в голове. Ещё я вдруг остро позавидовал кротам, которые умеют прямо на месте за считанные секунды зарываться под землю. А вертолёт всё висел где-то вверху, чуть левее. Надо же было так вляпаться. И откуда он взялся, так глубоко в Зоне? Персональный привет от хозяев Зоны? Да не мог я столько нагрешить. Я представил себя со стороны, героем старого доброго американского боевика. . Вот он затаился в кустах, воздушный поток от лопастей несущего винта разгоняет опавшую листву, заставляет ветки кустов раскачиваться из стороны в сторону, пригибает их к земле, и вот беглец уже то и дело мелькает сквозь ветви в свете мощного прожектора, сейчас бравые полицейские прокричат ему что-нибудь в громкоговоритель. Вот только бравые вояки международных миротворческих сил ООН – ребята молчаливые. Они обычно предпочитают шарахнуть чем-нибудь доходчивым – такой у них излюбленный метод приветствия. Да и мощные прожекторы зачастую им не нужны – большинство вертушек оборудованы тепловизорами.
И вот лежу я, весь из себя такой красивый, в грязи в богом забытом уголке одной крайне негостеприимной территории, именуемой «Зона отчуждения ЧАЭС», а чаще просто «Зона», и стараюсь притвориться, что на самом деле меня здесь нет.
Со стороны вертолёта раздался громкий хлопок. Всё, приехали… Интересно по мне или нет? Где-то я слышал фразу «Настоящими бывают только друзья и враги». Нет уж, поверьте мне, настоящим бывает ещё и страх, липкий, животный страх, сводящий с ума, заставляющий паниковать и делать то, чего делать совсем не надо. Вот и я был сейчас готов сделать именно то, чего делать не надо ни в коем случае. Вскочить и бежать, бежать как можно быстрее и как можно дальше, не разбирая дороги, лишь бы оказаться вне пределов досягаемости этой летающей смерти. Усилием воли я всё-таки взял себя в руки и остался лежать, лишь чуть-чуть повернув голову, чтобы краем глаза наблюдать за вертолётом. Какое же меня ждало изумление, когда я увидел, что от вертолёта идёт шлейф густого чёрного дыма, а сам он, как пьяный, беспорядочно раскачивается из стороны в сторону. Повисев немного в таком неустойчивом положении, он всё так же качаясь, полетел на запад. Внезапно хвостовую его штангу как будто занесло, пилот, судя по всему, попытался выправить её, и её занесло в другую сторону, на этот раз намного сильнее, вертолёт сделал один оборот вокруг вертикальной оси, потом ещё один и стал стремительно терять высоту. Через секунду после того, как он скрылся за деревьями, послышался треск ломаемых сучьев и скрежет металла. Вопреки ожиданиям взрыва не последовало. Вставать я не торопился. В таких случаях лучше перебздеть, чем недобдеть. Судя по отсутствию посторонних звуков, мои собратья по несчастью думали так же. На всякий случай, полежав ещё пару минут, я сначала медленно поднял голову и, убедившись в отсутствии непосредственной угрозы для жизни, осторожно привстал на корточки. Метрах в десяти передо мной лежал Лёва. Он знаками спросил, мол, что это было? Я так же жестами ответил, что понятия не имею.
Наш немногочисленный отряд крадучись собрался вместе. Ошалев от всего произошедшего Лёва даже разрешил страждущим закурить.
- И что это было? И почему они по нам не отработали? – Шёпотом спросил Мотороллер.
- Жалеешь что ли? – Усмехнулся Нерв, обгрызая, казалось, чуть ли не до кости ногти на правой руке.
- Терпеть не могу всё непонятное.
- Меня больше интересует, что же у них там на борту произошло. Или чем-то по ним саданули? – Лёва поводил детектором. – И ведь ни одной живой души в округе.
- Даже пилотов? – Задумчиво спросил Валька.
- Кстати! – Многозначительно поднял вверх указательный палец Лёва. – Надо сходить разведать, нутром чую, это «ж-ж-ж» неспроста… А посему, подъём! Выдвигаемся в сторону места крушения, только очень осторожно. Мак – первый, Валя за ним, я в середине, за мной Мотороллер, Нерв, замыкаешь.

Место падения вертолёта очень кстати находилось по пути в Тёмную Долину – солнце уже во всю садилось, а чтобы добровольно без особой надобности бродить ночью по Зоне, особенно в этих местах, нужно быть или прожженным адреналинщиком, или просто дураком. Машина лежала на правом боку, обломки лопастей несущего винта были довольно живописно раскиданы по округе – но это было прямым следствием падения. Удивляло другое – вертолёт будто из пасти дьявола вырвался. На нижней части фюзеляжа явно виднелись следы воздействия высоких температур, на хвостовой штанге местами отсутствовала краска, как будто по ней в этих местах прошлись пескоструйкой. Да и вообще этот вертолёт мало походил на боевой: вместо носового пулемёта – сфера непонятного назначения, на подвесных пилонах не стандартные кассеты с НУРС-ами и ракеты, а какие-то сигарообразные предметы. Как будто подтверждая мои сомнения, Лёва пробормотал:
- И бортового номера нет…
- А что это означает? – Напрягся Нерв.
- То, что этой вертушки официально не существует. – Лёва обошёл кабины пилотов с детектором в руке. – Пилоты, судя по всему, мертвы.
Лётчик что-то нажал и откинул фонарь второй, если считать с носа вертолёта, кабины. Приборная панель тускло светилась – скорее всего, работала от бортовых аккумуляторов, которые ещё не успели полностью разрядиться. На кресле, пристёгнутое ремнями, в шлеме с одетой дыхательной маской находилось безжизненное тело.
- Это – пилот. – Лёва осторожно отцепил дыхательную маску и снял шлем с головы пилота. Надо сказать, зрелище оказалось не для слабонервных: перекошенное лицо, абсолютно белые, без зрачков глаза, такое ощущение, что человека быстро, так, что и пикнуть не успел, сварили заживо. – И, похоже, умер он задолго до удара о землю.
- А здесь должен быть стрелок-оператор. – Лётчик откинул фонарь первой кабины, и снял шлем со второго тела – результат оказался таким же. Такое же лицо, такие же глаза. – Только чем он тут стрелял и оперировал? Тут же целый вычислительный центр!
Лёва поковырялся в приборах первой кабины, более всего напоминавших обстановку в серверной, и минут через пятнадцать извлёк какую-то прямоугольную штуковину с разъёмом сзади и ручкой спереди.
- Это ещё что? – Спросил Валька.
- Носитель информации. Жёсткий диск, чёрный ящик, как хотите, так и называйте. И чую я, ребятки, не зря мы в этот раз в Зону сходили. Бубна хорошие деньги за этот кусочек металла даст. А за ним ещё и очередь выстроится, так что… - Лёва озорно подмигнул нам. - Дойдём до нашего схрона в Тёмной Долине – пошлю ему сообщение, пусть готовит чемодан налички. А теперь - курс на схрон, нет никакого желания ночь под открытым небом встречать.
_________________
МакРуссо, он же Мак, он же Руссо.
Пират, контрабандист. Отличается пристрастием к рому.
Характер скверный.
Не женат.

Последний раз редактировалось: McRousseaux (19:54 20-09-2016), всего редактировалось 1 раз
    Добавлено: 19:54 20-09-2016   
Guest
 2065 EGP


Модератор
Рейтинг канала: 9(1093)
Репутация: 378
Сообщения: 27975
Откуда: Моск.
Зарегистрирован: 12.10.2004
Это ты вот это не склеивать хотел?
_________________
Трещит земля как пустой орех
Как щепка трещит броня
    Добавлено: 03:19 21-09-2016   
McRousseaux
 901 EGP


Модератор
Рейтинг канала: 9(1084)
Репутация: 214
Сообщения: 6810
Откуда: ) и все мы
Зарегистрирован: 31.01.2005
да
_________________
МакРуссо, он же Мак, он же Руссо.
Пират, контрабандист. Отличается пристрастием к рому.
Характер скверный.
Не женат.
    Добавлено: 16:47 21-09-2016   
McRousseaux
 901 EGP


Модератор
Рейтинг канала: 9(1084)
Репутация: 214
Сообщения: 6810
Откуда: ) и все мы
Зарегистрирован: 31.01.2005
7. Ужин при свечах


В убежище, оборудованном Лётчиком было темно и сухо. Впятером там можно было вполне сносно расположиться на ночлег. Пока Лёва хитрым образом закрывал за собой верхний люк – так, чтобы снаружи быстро и бесшумно открыть было нельзя, а изнутри – легче лёгкого, мы раскатали по периметру колодца спальники, а Гоша запалил газовую горелку и принялся разогревать на ней банку тушёнки. Закончив, наконец, возиться с люком, Лётчик спустился вниз. Чтобы хоть как-то разбавить темноту в убежище, он достал из нычки две свечки и зажёг их, после чего кивнул Нерву:
- Наливай. Выпьем за упокой души моих собратьев-летунов. Пусть небо им будет пухом.
Мы, не чокаясь, выпили, закусили тушёнкой, после чего Нерв осторожно поинтресовался:
- Лёв, что там не так с этим вертолётом? Видно ведь лажа какая-то. Сам же говорил, «официально не существует».
- Да всё там не так. Во-первых, начинка. Оружия никакого вообще, то есть абсолютно. Что там вместо него на вертушку понавешали можете не спрашивать – сам не знаю… Хм, Нерв, ты слушать-то слушай, а от дела не отвлекайся. – Лётчик поставил перед ним на пол пустую жестяную кружку. Я, Валька и Мотороллер без промедления сделали то же самое. Нерв разлил, мы выпили по второй, и Лёва продолжил:
- Могу лишь предположить, что это какие-то очередные игрушки наших яйцеголовых, скорее всего что-то новенькое и невообразимо секретное. Кабину стрелка-оператора видели? Так вот, там ни одного привычного прибора стрелка-оператора не было, уж я-то знаю, «крокодилов» в своё время навидался, и изнутри и снаружи. А вместо этого там какой-то вычислительный центр лампочками мигает.
- Уж не показания ли чудо-приборов обрабатывает? – Задумчиво поинтересовался Валька.
- Вот и мне так показалось, потому я из него жёсткий диск и достал, нам на борт пару раз похожие агрегаты ставили, когда мы испытывали… вещи, о которых вам знать не положено, – ухмыльнулся Лёва,- но самое интересное как раз таки в кабине пилота было.
Нерв разлил остатки бутылки, мы выпили по третьей. Мхатовской паузы первым не выдержал Мотороллер.
- Лётчик, ну говори уже, не томи, что там не так?
- Автопилот там очень интересный. Три независимые дублирующие друг друга системы, точность прокладки маршрута – можно под мостом на Москва-реке на ил семьдесят шестом пролететь. В общем, ребята эти маршрут проложили от точки взлёта до точки посадки, которая, кстати с точкой взлёта совпадала, и включили они полностью автоматический режим сразу, как в воздух поднялись. Кстати, в автопилот и профиль высоты задан был. Так что ребята эти на смерть шли и прекрасно это понимали. Поэтому и автопилот такой на машине стоял, чтобы в автоматическом режиме, без участия человека борт посадить.
- Ни хрена себе. – Валька сглотнул. – А маршрут-то глянул?
- Обижаешь, я даже в свой ПДА его скачал.
- Покажи.
Я сидел, слушал Лётчика и думал о том, что то, что он сейчас делает – в корне не правильно. Человек-то он добрый, можно сказать замечательный, но вот так распускать язык перед отмычками… В конце концов он – босс, мы – отмычки. Его дело отдавать команды, наше – молча делать то, что он говорит. В Зоне информация ценится не меньше артефактов. Ну заглянул он в кабину, увидел и понял то, чего не заметили и не поняли другие, зачем же всё в таких подробностях рассказывать, не отмычка же – ведущий. Не к добру это. Оно конечно понятно, что находка вроде как общая, вся команда участвовала. Ну и продал бы диск этот со всей сопутствующей инфой, а потом и трепись себе на здоровье, а ещё лучше – отделайся парой фраз. А то мало ли, кто из команды сболтнёт лишнего раньше времени, или, что ещё хуже, решит на этой информации собственную игру сыграть. В моей команде, а я всё-таки надеялся, что в будущем смогу её сколотить, такого не будет. Лётчик как будто услышал мои мысли и обломал Вальку:
- Обойдёшься.
- Лётчик, ну в самом деле, - умоляющим тоном взвыл Мотороллер, - хоть в двух словах скажи.
- Он сделал три круга на разной высоте над Лиманском.
В колодце воцарилась тишина. Я присвистнул про себя. Лиманск. Жуткий таинственный город. Информации по нему практически не было, даже сетевой гений Че ничего не смог разузнать. Сталкеры ходили туда крайне редко, а из тех кто ходил, возвращались единицы. Побывавших, насколько я знаю, можно было пересчитать по пальцам одной руки, и, что характерно, никто из них практически ничего про эти вылазки не рассказывал и долго после этого в Зоне не задерживался. Скорее всего, были те, о которых я не слышал, но вряд ли их было много. В условиях практически полного отсутствия информации город оброс кучей легенд, слухов и противоречащих одна другой баек. Даже о его местонахождении нельзя было говорить однозначно. Этакий воздушный замок с поправкой на местную специфику и самобытный фольклор. Цена этого металлического ящика, который Лётчик вытащил из кабины вертолёта взлетела в моих глазах на несколько порядков. Ещё бы, целый воз научной информации по Лиманску, снятый с высоты птичьего полёта спецприборами. Мне стало немного не по себе, вокруг этой вещицы могла такая каша завариться – вовек не расхлебаешь, если ещё останется кому расхлёбывать. Зря, ох зря Лётчик язык распустил, воистину «меньше знаешь – крепче спишь».
- Что, хлопцы, пробрало? Я думаю, предупреждать излишне, но если кто хоть слово обронит до того, как я эту штучку пристрою в добрые руки – уши оборву по самые яйца.
Несмотря на то, что убежище было вполне безопасным, Лётчик всё-таки решил, что ночью будем дежурить по полтора часа по очереди – бережёного бог бережёт. Чтобы не было совсем тоскливо, одну свечу тушить не стали, не так уж дорого они стоят. Мне досталось самое лёгкое дежурство – первое, с двенадцати до полвторого ночи. Разбудив Лёву, я забрался в спальник, но сон так и не шёл. Полчаса я ворочался, считал овец, слонов и прочих представителей животного мира, но понял, что в ближайшее время заснуть так и не смогу. Лётчик неподвижно сидел и медитировал, глядя на огонёк свечи.
- Что, не спится?
- Не-а. Слишком много впечатлений для одного дня.
Лёва встал и подошёл к массивной металлической двери. Колодец этот, судя по всему, служил входом в какие-то подземные коммуникации, а эта дверь с кодовым замком отделяла тоннель от буфера – колодца. Но вследствие какого-то катаклизма тоннель обрушился. Напор земли сверху был такой силы, что дверь выгнуло внутрь колодца, верхние вертикальные штифты запора сломало, и дверь частично отошла от косяка. Из образовавшейся щели тянуло сквозняком, что обеспечивало вентиляцию и наводило на мысль, что за завалом можно найти много чего интересного. Кроме того, в щель легко пролезала рука, и если знать, где искать, можно было нащупать укромненькое местечко, в котором при желании можно было спрятать рюкзак средних размеров. Надо ли говорить, что Лётчик сразу же организовал там нычку. Лёва запустил руку в тайник и достал ещё одну свечу.
- Быстро горят, заразы. – По тому, как он произнёс эту фразу, сразу становилось понятно, что все мысли его заняты далеко не проблемой повышенного расхода свечей. Да уж, выпал нам джекпот, успеть бы ноги унести.
Лёва поджёг свечу от стоявшего в банке огарка, накапал парафина прямо на пол, и поставил её в образовавшуюся лужицу.
- Шёл бы ты спать, завтра денёк весёлый будет, чует моё сердце.
- Да бесполезно. Ворочаться буду, измучаюсь в конец, тогда точно до рассвета не засну. А так, может, посижу минут сорок – сам собой носом клевать начну.
Внезапно, сверху раздались характерные звуки. Кто-то в берцах спускался по импровизированной лестнице – металлическим скобам, закреплённым прямо в бетонных кольцах колодца. Я мигом метнулся за автоматом, Лётчик сделал то же самое. Незнакомец же абсолютно спокойно, будто и не замечая направленных на него стволов, спустился вниз.
- Здорово, Лётчик. Можешь не переживать, все твои ловушки и секреты на месте.
- Здравствуй, Рэд. – Лёва положил автомат, я, глядя на него, сделал то же самое.

Незнакомец повернулся ко мне. Обычный сталкер на первый взгляд. Если же присмотреться пристальнее, можно было заметить, что его одежда и автомат были выполнены в довольно мрачных тонах. Но самыми необычными оказались его глаза, чёрные, без зрачков. Ночное, затянутое облаками, небо было фейерверком цветов и красок по сравнению с тьмой, царившей в его глазах. У меня появилось смутное ощущение, что о чём-то подобном я уже слышал, но воспоминание это ускользало, стоило мне за него ухватиться. Ладно, учтём.
- Водка есть?
Лётчик молча протянул ему свою фляжку. Сталкер, которого звали Рэд, взял её, но открывать не торопился.
- А ещё есть? – С сомнением спросил он. – А то скоро вам самим пригодится.
- У Мака в рюкзаке две бутылки. И у Мотороллера вроде одна оставалась.
- Лады. – Незнакомец сделал большой глоток и с любопытством посмотрел на меня. – А ты, стало быть, тот самый Мак.
- Что значит, «тот самый»?
- Хорошо, что я тебя сегодня встретил. Хочешь, инфой поделюсь бесплатно?
- Кто же не хочет?
- Карту на ПДА открой. – Рэд сделал пару шагов и сел на корточки рядом со мной. От него веяло холодом. – Вот это – болота. А вот здесь, - он поставил метку на карте, - дом Болотного доктора. Слышал про такого?
- Слухами земля полнится. Говорят, чудеса в области медицины творит, не знаешь, чему и верить.
- Этому – верить. С того света не раз людей вытаскивал. Впрочем, не только людей. – Рэд протянул мне фляжку. - Давай, что ли, за знакомство.
Я отхлебнул горячительного и вернул ёмкость незнакомцу.
- Другу своему, Вальке, передай - не знаешь куда поворачивать – всегда поворачивай направо. – Рэд сделал ещё глоток и отдал фляжку Лётчику. – Спасибо, Лёва. Бесплатный совет: придётся пятиться – под ноги внимательно смотри. Мотороллеру передай, чтобы на машинах где ни попадя, не катался. А Нерву скажи, чтобы почаще оружие чистил… Хотя нет, не говори, не стоит. Счастливо оставаться, бродяги, пора мне.
- Счастливо, Рэд.
Когда стук башмаков по железным скобам лестницы стих, я специально слазил наверх, чтобы убедиться, что люк закрыт как положено, а все ловушки Лётчика на месте и не тронуты.
- Лёв, а кто это был, если не секрет?
- Дима Шухов по прозвищу «Рэд», чаще именуемый как «Чёрный сталкер». Запомни этот день, пацан, даже среди ветеранов далеко не все его встречали.

Ну да, конечно же, «Чёрный сталкер», одна из легенд Зоны. Призрак, способный придти на помощь сталкеру в минуты смертельной опасности, или наоборот наказать за нарушение неписаных законов Зоны. Но руководствуется он каким-то своим собственным кодексом чести и вовсе не факт, что стоит кому-то попасть в переделку, он тут же появится и поможет (или накажет).
- Кстати, Мак, он, когда с тобой разговаривал, сказал «тот самый Мак»… Я чего-то не знаю? Может со мной сейчас бок о бок какая-то знаменитость сидит?
- Лёв, да я сам в непонятках. Если помнишь, я ему подобный вопрос тоже задавал.
- М-да. Всё интереснее и интереснее. Далеко пойдёшь, раз с тобой сам Дима Шухов в таком тоне разговаривал. Теперь уже я, пожалуй, заснуть не смогу.
- А я вот как раз созрел. – Я залез в спальник. – Спокойной ночи, Лётчик.
- Угу. – Лёва явно погрузился в глубокие раздумья.

8. Сафари по-Чернобыльски


Утром, едва мы успели наскоро перекусить, на ПДА Лётчика упало сообщение.
- Итак, господа, сворачиваемся и бодрым шагом выдвигаемся в сторону периметра. Бубна говорит, бегом к нему, в «Шти» с жёстким диском, деньгами не обидит.
- То есть к вечеру мы несказанно разбогатеем? – Довольно улыбнулся Мотороллер.
- Если в живых останемся. И не к вечеру, а, скорее, к ночи.
- До периметра отсюда часов семь-восемь хода.
- А мы длинным путём пойдём, мимо болот.
- Да нахрена? – Мотороллер, похоже, не на шутку расстроился.
- Если вертолёты летают – значит это кому-то нужно. Ты что, думаешь, те, кто вчерашнюю вертушку в путь-дорогу провожал, не в курсе, что она назад не прилетела? Да я зуб на отрыв даю, они ещё ночью группу военсталов снарядили на поиски, а пока мы с вами тут завтракаем, звено боевых вертолётов вылетает им в поддержку, и это как минимум.
Мотороллер что-то пробурчал, но возражать не стал. Надо сказать, меня тоже тяготила мысль идти по краю этих мест. Ведь все ещё с детства знают – «если рассудок и жизнь дороги вам, держитесь подальше от торфяных болот». А ведь эти-то похуже торфяных будут. Здесь, в Зоне, всё с приставкой «похуже». Признаюсь, я лично ни разу там не бывал, но я вообще предпочитаю учиться на чужих ошибках. Пока плохо получается, правда, но не теряю надежды. В общем, по рассказам очевидцев, довольно унылое место, изобилующее различными не очень приятными аномалиями, представителями фауны и даже чем-то средним между первым и вторым. Вот взять, к примеру, «зеркальные пятна». Никто не знает толком, что это такое, но все сходятся в одном: увидел – беги подальше и как можно скорее. Примеры тех, кого догнало зеркальное пятно, уже были и, по словам очевидцев, выглядели весьма неприятно. И это - не считая всяких мелочей, типа ядовитых испарений и гнуса. Утешало одно – пройти мы должны были по самому краю и не больше двух-трёх километров.
Валька как-то в баре проболтался Лётчику про тот случай в «предбаннике», когда я шестым чувством почувствовал аномалии вблизи. Вопреки моим ожиданиям, Лётчик не рассмеялся, не отмахнулся от этой истории, как сделал бы я на его месте, а серьёзно так на меня посмотрел и произнёс: «А знаешь, Мак, хорошо развитый ягодичный нерв – главный залог успеха настоящего сталкера. Тебе, вот, повезло…». С тех пор на сложных участках маршрута я всегда возглавлял нашу процессию, а Лёва помогал мне, сверяясь с показаниями своего детектора. Но, справедливости ради, надо сказать, больше у меня ни разу подобных ощущений не появлялось. То есть никогда до этой самой секунды. Как сейчас принято говорить, по моему телу пробежали мурашки величиной с куриное яйцо. Я резко остановился и поднял руку вверх – знак «всем замереть». Мотороллер, шедший за мной, то ли не заметил знака, то ли задумался и не успел среагировать – одним словом он упёрся в меня сзади, заставив сделать полшага вперёд. У меня из груди вырвался тихий утробный рык. Никогда бы не подумал, что мои голосовые связки на такое способны. Лётчик, шедший позади Мотороллера без церемоний дёрнул его за капюшон назад и закатил щелбан по темечку в назидание. Мы уже шли по краю болота, по самой границе, можно было, не покривив душой, сказать, что левый мой ботинок ступал по твёрдой земле, а под правым чавкало. Справа, метрах в двадцати были заросли осоки, изредка перемежаемые гнилыми стволами деревьев, слева – редкий лиственный лес метрах в ста. Здесь же, тоже довольно редко, росли невысокие, чуть выше человеческого роста, молодые ёлочки. Довольно дикая мешанина флоры и пейзажей, но для Зоны подобная эклектика в порядке вещей.
- Что там, Мак? У меня на детекторе чисто.
- Не знаю, Лётчик, тут что-то не так, жопой чую. – Я стоял прямо перед двумя росшими в двух метрах друг от друга ёлками. Они были похожи как зеркальные отражения, даже верхушки были слегка наклонены друг к другу. Никаких признаков аномалий, вон даже детектор Лётчика молчит, и мой, встроенный в ПДА, тоже, но вот пройти между ними я бы не согласился даже под дулом пистолета.
- В самом деле, ты здесь поселиться, что ли, хочешь? – Нерв как всегда нервничал, но в этом случае его можно было понять, на Зону уже опустились сумерки, а мы находились, если позволите, не в самам респектабельном её квартале.
- Замолкни, Нерв, я не с тобой говорю. Лучше в полночь дома быть, чем в десять вечера в морге. Мак, болтом, что ли, попробуй.
Я кинул болт между ёлок. Не произошло абсолютно ничего странного – по нему не ударил электрический разряд, он не раскалился, не взмыл резко вверх, не врезался в землю, он вообще не изменил тректорию, просто пролетел между ёлок, упал и прокатился несколько сантиметров.
- Вроде всё нормально.
- Но что-то не так.
- Короче, давайте я сечас первым пойду, а то кое-кто, похоже, перенервничал. – Мотороллер попытался пойти вперёд, но опять был бесцеремонно остановлен за капюшон Лётчиком.
- Ты-то куда лезешь, рембо хренов, твоё дело – быстро и метко стрелять, большего от тебя не требуется. Стой и не отсвечивай.
И тут случилось нечто неожиданное. Пока мы препирались, Валька сел на землю, расшнуровал берцы и, от нечего делать, сорвал травинку. Надо сказать, некоторые травинки в Зоне, то ли под действием радиации, то ли ещё по какой причине вырастали до размеров бамбукового стебля. Если бы вы в лучших традициях летних прогулок по сельской местности в средней полосе России, захотели бы поковыряться ею в зубах, то с большой степенью вероятности сломали бы себе парочку, а то и всю челюсть. В общем, Шамшурин сорвал один из прекрасных экземпляров, больше похожий на стрелу для английского ростового лука и запустил им вслед за моим болтом. Когда эта «травинка» пролетала между ёлок, она отскочила от пространства между ними назад, как от батута. Хотя, не совсем так, одна травинка отскочила назад, а вторая, как две капли похожая на неё, пролетела вперёд и упала рядом с брошенным мною болтом. Это зрелище привлекло всеобщее внимание. У Нерва задёргалось веко над правым глазом, Мотороллер инстинктивно сделал пару шагов назад. Лётчик довольно артистично изогнул левую бровь.
- Не понял… Мак, давай-ка ещё раз болтом.
Я бросил ещё один болт, с тем же отрицательным результатом – болт преспокойно пролетел метров пять по воздуху и упал на землю.
- Та-а-к… Как говорил один мой знакомый пилот, я уже чувствую что нас накалывают, но ещё не понял, в чём именно.
- Погоди, Лётчик, идея есть! – Меня осенило. – Валь, давай на бис!
Шамшурин поискал взглядом что-нибудь подходящее, сорвал ещё одну «травинку», поскромнее, и отправил её по тому же маршруту. Теперь перед нашими ногами лежало уже два экземпляра местной флоры, а чуть дальше, за ёлками, ещё две.
- Что-то я опять ничего не понял. – Лётчик сейчас очень походил на своего знакомого, который ещё не понял, в чём именно его обманули.
- Я так понимаю, аномалия действует только на живые объекты, создавая их копию. – Валька, говоря всё это, деловито разминал руками ступню. – А на неживые объекты вообще не обращает внимания.
На этот раз настал мой черёд сильно удивиться.
- А что вы на меня так смотрите? Это же очевидно.
- Всё сходится, Валёк прав… - Лётчик смачно сплюнул.
- Ага, и ягодичный нерв Мака, который ты, Лёва, считал главным залогом успеха сталкера, спас вам всем сегодня жизнь. Кто знает, что там происходит с оригиналом при копировании… Ну я-то в нём не сомневался, чего и вам впредь советую, ибо довелось испытать на собственной шкуре однажды,. – Валька ухмыльнулся и зашнуровал берцы. – Ну что, пойдём дальше, что-ли, не ночевать же здесь. А ёлочки эти и обойти можно, на них свет клином не сошёлся.

В результате этого происшествия мой авторитет в команде по ощущениям поднялся раза в два, Валькин, кстати, не меньше. На фоне этого авторитет Лётчика слегка просел. А ещё я понял, что в моей будущей команде, если доживу, конечно, у отмычек не будет права голоса, а открывать рот они будут исключительно по моей команде, не иначе. И ещё – лучшего второго номера, чем Шамшурин мне не найти. Может он плохо аномалии по косвенным признакам определяет, и шестое чувство у него развито не так хорошо, но одной фразой построить всю команду, в том числе и своего ведущего, да так, чтобы он тебе промеж глаз не шмальнул чем-нибудь потяжелее кулака – это дорогого стоит.
- Мак, поведёшь? – Нет, не вытягивал Лёва на статус полноценного ведущего в глубоких уровнях Зоны, а после этого случая, похоже совсем растерялся. Нужно было его поддержать во что бы то не стало, а то наша весёлая компания перегрызётся ещё до периметра, учитывая, какой груз мы несём.
- Конечно, Лётчик, как скажешь – так и будет.
- Отлично, тогда Валя вторым, потом я, за мной Мотороллер, и смотри, блядь, в оба, знаки ведущего – закон. – Наверное Лёва понял, что дал слабину, и решил рыкнуть на отмычек. – Нерв, замыкаешь. И хватит уже завязки капюшона жевать. Выглядит отвратительно.
- Кстати, Лёва, Мак-то новую аномалию нашёл. – Мотороллер нисколько не смутился гневному тону Лётчика.
- Это да. Вернёмся в Чернобыль-4, учёным маякну, пусть изучают. – Лётчик поставил метку на карте своего ПДА. – Ну а уж в «Штях» про неё пусть сам первооткрыватель рассказывает. Хреновенькая такая аномалия, детекторами не определяется, влететь – раз плюнуть. Как назовёшь-то, Мак?
- Я ещё и назвать должен?
- Конечно, по праву первой брачной ночи… Внимание, на одиннадцать часов карусель, сто двадцать метров.
- Спасибо, вижу. – Я скорректировал направление. – Даже и не знаю… Ну пусть будет «зеркало», очень уж хорошо она живые предметы зеркалит.
- Тогда уж «живое зеркало», - влез в разговор Валька, чьё участие в обнаружении этой аномалии было далеко не последним.
- Точно, «живое зеркало». Так этим яйцеголовым, Лёв, и скажи.
- Ладно, Мак, с меня пузырь в «Штях». Точнее с команды.
- Тогда уж не мне, а нам с Шамшуриным.
- Лады… Стоп!!!
Лётчик замер, мы все тоже, на этот раз даже наученный горьким опытом Мотороллер.
- Четыре метки на детекторе. Похоже… Четыре кабана! Здоровые, судя по меткам. Быстро приближаются.
- Понял. – Я кинул веером несколько болтов вправо, провешивая безопасное укрытие, за котором можно было залечь, там как раз был невысокий бугорок, который можно было использовать в качестве бруствера при стрельбе лёжа. Убедившись по полёту болтов, что место чисто от аномалий, мы бодренько запрыгнули туда. Стоит упомянуть, что тот кабан, которого мы с Валькой порешили в предбаннике был всего-навсего подсвинком – одногодком, Настоящие, матёрые кабаны в Зоне были размером минимум с телёнка, именно это и оправдывало наше столь поспешное отступление с тропы их миграции.
- Нерв, за тылом смотри, там болота, мало ли что.
- Понял.
- Остальные – принимаем гостей.
Вскоре стал слышен топот кабанов, которые галопом мчались явно мимо нас, и стала понятна причина, по которой они мчались с такой скоростью – из леса, урча двигателем и водя мощной фарой-искателем вправо-влево вылетел, именно вылетел, а не выехал, армейский БТР. Немного притормозив на спуске, он дал длинную очередь из КПВТ по кабанам. Один из мутантов взвизгнул так, что у меня заложило уши, крутанулся волчком и завалился на бок, продолжая конвульсивно перебирать в воздухе ногами. Бэтэр юзом затормозил рядом с ним, открылся люк в башне, из него под звуки хард-рока по пояс высунулась девушка в военной форме (вырвите мне глаз, если это была не та брюнетка, с которой Валька попытался завязать романтические отношения несколько дней назад) и нетрезвым голосом прокричала вниз: «Один есть! Теперь для Женьки нужно трофей взять!». В ту же секунду бэтэр рванул с места в карьер и осветил фарой-искателем убегающих кабанов. А, спустя пару секунд, влетел в карусель, которую отметил Лётчик. А карусель, как оказалось, была матёрой. БТР подлетел вверх метров на десять и начал вращаться со всё увеличивающейся угловой скоростью. Во время очередного витка черноволосую красавицу выкинуло из башни, и бросило в росшее метрах в тридцати от карусели дерево. Саму же машину, спустя несколько секунд, выкинуло в противоположном направлении – аномалии просто не хватило сил разорвать такую массу железа. БТР упал на землю, три-четыре раза перевернулся и застыл на боку в болотной жиже. Уж не знаю, что за техник монтировал на нём аудиосистему, но постарался он на славу - даже после этой коллизии, музыка изнутри продолжала звучать. Надо сказать, под аккомпанемент Раммштайна всё это действо выглядело жутковато. Валька привстал на колено и откровенно возмутился:
- Вояки в конец уже охренели. Пьяными по Зоне катаются как по МКАД-у. Сафари, млять, устроили.
- У них, по идее, после вчерашнего падения вертолёта, сегодня режим повышенной боеготовности должен быть, усиление, или как там это называется. - Поддакнул Мотороллер.
- Это если вояки знали про вертолёт, - задумчиво произнёс Лётчик, - а могли и не знать.
- Ты же сам говорил, что если вертолёт в назначенное время не вернулся, его обязательно хватятся и станут искать.
- Искать-то станут, конечно. Те, кто его отправлял. Вот, только, военные вполне могли не подозревать о его существовании. И бортового номера на нём не было...
- Тогда этот жёсткий диск ещё опаснее. Когда такие игры начинаются, некоторыми пешками могут и пожертвовать.
- Значит нужно как можно быстрее сдать его Бубне. Ладно, хэрэ языками болтать, пойдём глянем на БТР.
Мы, не торопясь, приблизились к заглохшей машине. Пока Мотороллер возился с заклинившим люком, Лётчик просканировал БТР детектором жизни.
- Два трупа и один еле живой.
- Черноволосая тоже допрыгалась. - Это вернулся Нерв, которого послали проверить брюнетку, которую швырнуло в дерево. - Хребет сломан.
Наконец, Мотороллер открыл боковой люк и проворно залез внутрь. Я тоже заглянул туда из любопытства. Справа от люка, с широко открытыми глазами лежал на спине мужчина лет сорока в форме майора. Мотороллер к тому времени добрался до кресла механика-водителя.
- Тут капитан какой-то. Пораскинул мозгами по всей кабине. Пристёгиваться надо.
Слева, в кормовой части машины лежала девушка, которую её, теперь уже покойная, подруга называла Женей. Она была ещё жива. На левом плече была довольно серьёзная рана, через которую очень быстро вытекала кровь. Я сразу же запрыгнул внутрь и, достав из аптечки жгут, перетянул руку выше раны. Но, похоже, поздно. Лицо её уже приобрело землисто-серый оттенок, ссадины на щеке казались не красными, а, скорее, чёрными. Весь левый рукав пропитался кровью, а под ней образовалась довольно большая красная лужа.
- Поздняк, Мак. - Подошедший Мотороллер хлопнул меня по плечу. - Слишком большая кровопотеря.
Я, подумав, сделал ей инъекцию стимулятора.
- Ты бы осторожнее с этим, сердце может не выдержать.
- А так - просто остановится. Какая, нафиг, разница.
- Ладно, Мак, кончай ерундой заниматься, Мотороллер прав, ей уже ничем не поможешь. - Лётчик скептически смотрел на лежащую девушку.
- Лётчик, ну давай хоть попробуем.
- Да что тут пробовать, видно же, до Периметра она не дотянет. Даже если бегом побежим - не успеем. Давай, вылезай, Мать Тереза.
Я сплюнул с досады и, пригнувшись направился к люку. Но, как только Мотороллер выпрыгнул из бэтэра, а я готовился последовать его примеру, сзади раздался тихий стон. Я обернулся. Девушка еле заметно дышала, на её лице выступила испарина.
- Чёрт, Лётчик, так нельзя. Я её здесь не оставлю. - И я вернулся назад.
Осторожно взяв Женю на руки, я поднёс её к люку.
- Мотороллер, прими. - Я передал девушку на руки Гоше и спрыгнул на землю.
- Мак, она нас сильно задержит, время критично. - Лётчик, похоже, начинал злиться
- Я сам понесу. - Я демонстративно взял её у Мотороллера. - И постараюсь не отстать.
- Да что ты как маленький, говорю же не дотянет она до периметра. Если бы не стимулятор, она скорее всего уже дышать бы перестала.
- А знаешь, Лётчик, - меня вдруг посетила очень интересная мысль, - мне тут один легендарный сталкер адресок доктора одного подсказал вчера ночью. Говорят, чудеса творит. И живёт неподалёку, в часе быстрой ходьбы.
- Ага, но мы идём к Периметру.
- Знаешь, Лётчик, спасибо за всё. За снарягу мы с тобой рассчитались. Так что извини, но тут, похоже наши пути расходятся.
- Даже так... А ночью по болоту как пойдёшь?
- Говорят, раньше сталкеры с помощью одних только болтов до ЧАЭС дойти могли.
- Готов рискнуть?
- Готов, Лётчик.
- Лётчик, ты знаешь, мы со Стасоном исключительно вместе ходим. – Валька развёл руками. – Так что извини.
- Мак, она ведь и до дома Болотного Доктора не факт, что доживёт.
- Я постараюсь успеть.
- Ну что же, удачи, ребята.
- Спасибо. - Я развернулся и быстрым шагом пошёл в сторону болот. – Валь, давай дорогу, что ли, провешивай.
- Нет уж, Стасон, давай-ка я лучше девочку понесу, я-то повыносливее буду, а дорогу сам провешивай, у тебя это лучше получается. – С этими словами Валя без особых церемоний перекинул девушку через плечо, и мы выдвинулись в сторону болот.

Если когда-нибудь вам в голову придёт шальная мысль поискать приключений себе на пятую точку с большой степенью вероятности нанесению вреда своему здоровью и здоровью своих спутников – советую вам непременно пройтись быстрым шагом по болотам Зоны ночью. В любых других случаях не советую вам соваться в эти места даже днём. Ничего особо интересного вы там не найдёте, а если вдруг найдёте – вряд ли будете в состоянии похвастаться этим перед друзьями. Говорят, иногда здесь можно обнаружить очень редкий, а значит, дорогой артефакт, «светляк», но я бы предпочёл волчьи слёзы в Тёмной долине собирать.
Чем дальше мы углублялись в болота – тем труднее было идти, а я всё больше сомневался, что мы успеем донести девушку до Болотного доктора живой. Минут через пятнадцать нашего путешествия мне послышалось, что за нами кто-то идёт. Я поднял вверх руку, Валька остановился. И точно – характерные чавкающие звуки приближались прямо к нам. Я скинул с плеча и взял на изготовку «калаш», Валька достал ПМ. Из зарослей осоки раздался знакомый голос:
- Не стреляйте, свои. - Заросли раздвинулись, и нам предстал Лётчик собственной персоной.
- Лётчик? – Я закинул автомат обратно на плечо.
- Я тут подумал… Чёрный сталкер ничего просто так не говорит. Если он тебе координаты доктора дал, значит, ты должен к нему попасть. Судьба такая. А если вы тут загнётесь – неправильно это будет… В общем, появилось у меня ощущение, что я должен вам помочь в этом деле, не знаю откуда, может, старческий маразм. Да и с хорошим детектором по болоту идти как-то сподручнее, глядишь, и успеем девку к Доктору донести. – Пока он это говорил рядом с ним из зарослей, пыхтя, вылез Мотороллер. Ну никак не вбить этому человеку в голову, что в опасных местах Зоны нужно идти след в след за впереди идущим. Как, впрочем, и в безопасных.
- Спасибо, Лётчик.
- Хабаром отдашь.
- А Нерв где?
- Дрогнул Нерв. Может, правильно сделал. Не будем терять времени. Иди, путь провешивай, я тебя по детектору корректировать буду.

Передвигаться здесь быстро было физически трудно, даже если и не принимать в расчёт аномалии и агрессивное зверьё. Под ногами чавкало и хлюпало, приходилось пробираться через заросли осоки, при этом стараясь не порезаться о жёсткие листья – иначе проблемы со здоровьем гарантированы. Из-за той же осоки было плохо видно траекторию полёта болта, приходилось надеяться, что детектор Лётчика не подведёт. Разговаривать в голос мы уже не стеснялись – и так производили столько шума, что вся округа в радиусе десяти километров могла довольно точно определить наше местоположение. Иногда нам на пути попадались и более-менее сухие участки, но чаще всего мы шли, по лодыжку проваливаясь в болотную жижу. Случалось проваливаться и по колено. Часто приходилось по дуге обходить скопления аномалий, или участки открытой воды – в полном снаряжении форсировать эту преграду вплавь было просто нереально. Может, здесь и были какие-то тайные тропы, по которым можно было бы без особых проблем пробраться в самое сердце этой «Гримпенской трясины», но они были настолько тайными, что у нас невооружённым глазом заметить их никак не получалось. И как тут вообще этот Болотный доктор ходит? А ведь говорят, что не просто ходит, а на «Ниве» ездит.

Я автоматически бросил болт по направлению движения и, не отследив его полёт, пошёл дальше, но вдруг Лётчик, шедший за мной, резко дёрнул меня назад, повалив в болотную жижу, а потом впереди, прямо передо мной, разрядилась «газировка». Обычная, кстати, для болот аномалия, которая, если попасть в её зону действия, выбрасывает в воздух в радиусе пяти - десяти метров вокруг эпицентра, в зависимости от её мощности, коктейль из кислоты и ядовитых газов. Лётчик успел выдернуть меня из зоны её действия в самый последний момент, несколько капель кислоты даже попали мне на берцы, оставив на них следы, подобные тем, которые моль оставляет на валенках. В принципе, эта аномалия на открытой местности распознаётся издалека по время от времени поднимающимся в эпицентре пузырям и невысоким, сантиметров в десять – двенадцать фонтанчикам из болотной грязи. Но в зарослях травы влететь в неё - раз плюнуть.
- Мак, ты охренел что - ли? Зачем болты бросать, если на них всё равно не смотришь? – Лётчик поднялся и принялся отряхиваться, но быстро плюнул на это дело – его камуфляж уже был изгваздан так, что это падение особого вклада в его состояние уже не внесло.
- На твой детектор понадеялся.
- Детектор же не панацея от всего. Ты прям как отмычка на первой вылазке. Вставай давай, чего разлёгся?
- Сейчас. – Если честно, вставать мне совсем не хотелось – я настолько вымотался, что был бы не против поспать часиков так …-цать прямо здесь. – Руку дай.
- Ну-ка на меня посмотри. – Лётчик пару секунд изучал моё лицо. – Устал?
- Есть немного.
- Понятно. Теперь я веду, ты за мной. – Лёва оглянулся на Вальку. Тот тоже являл собой печальное зрелище. Он тяжело дышал, лицо было бледным, в испарине, мне даже показалось, что у него ноги дрожат. Лётчик тоже это заметил.
- Мотороллер, возьми у Вальки девку, пусть он отдохнёт.
Мотороллер послушно взял почти безжизненное тело.
- Мужики, она уже еле дышит. Я ещё стимулятор колю, будь что будет.
- Давай, что теперь. – Лёва досадливо сплюнул. – Так, слушай меня, команда, судя по координатам, мы две трети пути уже прошли. Надо потерпеть, последний бой – он трудный самый. Ещё один марш-бросок - и мы у Доктора. Будет обидно, если девчушку принести живой не успеем, получается зря в эту жопу мира залезли. Поэтому зубы стиснули, ноги в руки и за мной шаг в шаг!
_________________
МакРуссо, он же Мак, он же Руссо.
Пират, контрабандист. Отличается пристрастием к рому.
Характер скверный.
Не женат.
    Добавлено: 16:54 21-09-2016   
McRousseaux
 901 EGP


Модератор
Рейтинг канала: 9(1084)
Репутация: 214
Сообщения: 6810
Откуда: ) и все мы
Зарегистрирован: 31.01.2005
10. Дом на болоте


По мере приближения к дому Болотного доктора количество аномалий на квадратный метр местности возрастало в геометрической прогрессии. Когда до цели нашего путешествия оставалось буквально рукой подать, нам пришлось идти по узкому перешейку земли между двумя большими участками открытой воды. Справа и слева, иногда прямо из-под воды били фонтанчики «газировок». Время от времени мне казалось, что где-то под водой я вижу движение. Хотя здесь всё, что угодно померещиться может. Мне доводилось до этого хаживать по болотам за пределами Зоны и могу с уверенностью сказать, что там, на нормальных болотах постоянно раздаются какие-нибудь звуки, особенно в сумерках и в тёмное время суток – квакают ли лягушки, крякают ли утки, или ещё какая болотная живность подаёт признаки жизни. Здесь же царила мёртвая тишина, как на кладбище.
Примерно на середине перешейка мы осторожно обошли матёрую гравитационную воронку, но, когда до выхода на более-менее ровное и сухое место нам оставалось метров пятьдесят, случилось то, чего я больше всего боялся – перешеек оказался полностью перекрыт тремя «газировками». Судя по детектору Лётчика, они образовывали практически равносторонний треугольник, одной из сторон обращённый к нам, а одной из вершин, соответственно, от нас. Зоны действия их перекрывались, и если между первыми двумя ещё можно было найти проход шириной в полметра, то вскоре упрёшься в третью.
Лётчик остановился и некоторое время изучал показания детектора.
- Проход полностью перекрыт, придётся возвращаться и обходить.
- Это ещё минут сорок в лучшем случае... Она не доживёт. - Мотороллер в свою очередь устал тащить на себя дополнительные шестьдесят кило веса и говорил отрывисто, жадно хватая воздух.
- Обидно. Почти дошли ведь. - Валька покачал головой. - А если попробовать разрядить как "электру" и проскочить по одному?
- Это тебе не "электра". "Газировка" может разряжаться почти непрерывно, ей не нужно заряд копить.
- Я болтами попробую, чем чёрт не шутит? - Я подошёл поближе к преграде и начал быстро один за другим веером кидать болты. Прохода между аномалиями не было, без вариантов. С досады я несколько раз кинул болты в центральную аномалию. Мне показалось, или?.. - Лётчик, смотри внимательно!
Я начал забрасывать болтами центральную "газировку". С каждым разом она выбрасывала кислоту всё ниже, и разлёт смертельных паров и капель становился всё меньше.
- Она тоже выдыхается.
- Вот ведь... Век живи - век учись. Значит так, команда, теперь все сдали свои болты Маку. - Дождавшись, когда это указание было беспрекословно выполнено, Лёва продолжил. - Мак, постоянно нагружаешь аномалию. Когда я увижу, что аномалии больше не перекрываются, выдвигаемся вперёд, очень быстрым шагом. И чтобы след в след ступали, к тебе, Мотороллер, это особенно относится. Кстати, респираторы наденьте на всякий. Мак, ты замыкаешь, газировку "нагружаешь" пока я отбой не дам! Ну, с богом!
Я начал непрерывно забрасывать аномалию болтами, Лётчик то поглядывал на показания детектора, то на результаты моей деятельности. Через некоторое время он махнул рукой и крикнул "Вперёд!". Проходя между смертельными аномалиями, которые человеку, не одетому в спецкостюм грозили долгой и мучительной смертью, я постоянно думал о том, что бежим (а мы именно бежали, плюнув на все правила техники безопасности) мы медленно, а болты у меня кончаются слишком быстро. А если учесть, что шёл я замыкающим...
Когда мы миновали траверз эпицентра нагружаемой мною "газировки", я столкнулся с двумя проблемами - во-первых, у меня осталось всего два болта, а во-вторых, даже эти болты кидать за спину и попасть в нужную точку было довольно проблематично. Впрочем, со второй проблемой я кое-как справился, а вот первая, спустя два броска встала передо мною в полный рост. Лётчик, похоже, уже миновал зону поражения "газировки". Он развернулся, встретился со мной взглядом, увидев виноватую улыбку, опустил взгляд вниз на мои пустые руки.
Потом я прыгнул вперёд на живот, Валька за капюшон выдернул Мотороллера с девушкой из зоны действия отдохнувшей и набравшейся свежих сил аномалии. Послышался треск разрываемой ткани, я подтянул ноги к животу и лишь после этого я услышал, как Лётчик кричит мне "Прыгай!". К нашей всеобщей радости пострадали от действия аномалии опять лишь мои берцы, на этот раз посерьёзнее, вполне возможно, придётся по возвращении новые покупать.
- Да что же вы всё за капюшон-то? - Насупился Мотороллер.
- Не плачь, Алиса, ты стала взрослой. - Улыбнулся Лётчик.
- Гоша, тут по шву разошлось, дома отремонтируешь. - Валя взял у него девушку. - Давай её сюда, до Доктора я донесу.
- Так промокать будет...
- Гох, в самом деле, не ной, герметиком замажешь... - Лётчик замолк на полуслове и тихонечко стянул с плеча автомат. Я проследил за его взглядом и попытался проделать то же самое. Метрах в пятнадцати перед нами стоял и с любопытством изучал нас матёрый псевдопёс.

- Только попробуйте. - Из ночного мрака вышел седой пожилой мужчина в кожаном плаще. На лбу у него явно проступала лысина, а лицо окаймляла аккуратная бородка. - Дружок, не пугай дядей, а то ещё сдуру палить начнут.
Псевдопёс подошёл к человеку в плаще и лизнул ему руку.
- Извините, а вы кто?
- Судя по всему именно тот, к кому вы шли. Вышел вот навстречу, поглядеть кто столько шума по всей округе наделал. Показывайте, что у вас тут. - Мужчина подошёл к Вальке и внимательно осмотрел лицо девушки, поцокал языком, покачал головой, прощупал пульс и посмотрел реакцию зрачка. - Быстро её в операционную! Скорее всего переливание понадобится, будьте готовы поучаствовать.
И он побежал в сторону дома, а мы побежали за ним. В том, что это - Болотный Доктор можно было уже не сомневаться. Метров через триста впереди стали угадываться контуры деревянной избы с пристроем. Неожиданно я понял, что бегу уже не по земле, а по деревянному настилу. И ещё - рядом со мной бежит "Дружок" Доктора. Знаете, бегать ночью по болотам бок о бок с псевдопсом не самое полезное для нервов занятие, даже если впереди бежит Болотный Доктор собственной персоной.
Через пару минут мы взбежали по ступенькам дома на болотах. К моему удивлению оказалось, что входную дверь Доктор не запирает. Хотя, с другой стороны, я бы посмотрел на того идиота, который рискнул бы пробраться в самое сердце болот, чтобы ограбить Болотного Доктора. Люди, способные на подобную глупость, обычно в Зоне дольше дня не живут. На ходу сбрасывая сапоги и включая свет, Доктор показал Вальке на одну из трёх дверей.
- Там смотровая, операционная за ней. Снимай ботинки здесь, девушку отнесёшь в операционную и положишь на стол. Потом, ничего не трогая руками, возвращайся сюда. - После чего сам нырнул в другую.
Я, Лётчик и Мотороллер так и остались стоять и переминаться с ноги на ногу, не зная что делать. Валька вышел в прихожую немногим ранее Доктора, успевшего переодеться в безупречно чистый белый медицинский халат.
- Значит так. На кухне в холодильнике есть макароны по-флотски, разогреете. Если ещё чего поесть захотите - милости просим, кухня в вашем распоряжении, готовьте. Вот водка только закончилась, не обессудьте. Можете в душевую сходить, она на улице, найдёте, я внешнее освещение включил. - С этими словами Болотный Доктор быстрым шагом ушёл в операционную.

Мы скинули верхнюю одежду, по очереди сходили в душ, после чего Мотороллер занялся приготовлением пищи. В его руках макароны по-флотски превратились в аппетитные спагетти, щедро приправленные томатно-грибным соусом. В них, что очень кстати, значительно увеличилось содержание мяса. Делалось всё, конечно, с поправкой на географическое расположение нашего пристанища – грибы были сушёными, а вместо свежих помидор Гоша применил томатную пасту. И то и другое было обнаружено им на кухне. Чтобы чрезмерно не злоупотреблять гостеприимством хозяина, наш повар в качестве мясного наполнения блюда использовал банку консервированной говядины из наших запасов. В результате получилось довольно оригинальное, на мой взгляд, сочетание запахов и вкусов, но, если верить моему носу, который то и дело стремился развернуть всё остальное лицо, а за ним и туловище в направлении стола, за которым хозяйничал Гоша, отказавшихся не будет. Перехватив красноречивый взгляд Лётчика, я достал из своего рюкзака бутылку водки, а вторую, на всякий случай, переложил на самый верх. За стол решили не садиться, пока Доктор не закончит – это было бы неправильно.
За это время из операционной он выходил два раза, первый – для того чтобы взять у всех троих пробу крови, второй – чтобы на время лишить нас общества нашего главного кулинара, для переливания подходила только его группа. Пробыв в операционной в общей сложности минут пятьдесят, Доктор вышел с абсолютно бесстрастным выражением лица. Вся наша троица тут же принялась поедать его глазами.
- Жить будет. Крови много потеряла плюс лёгкая интоксикация от передозировки стимуляторов… - Доктор уселся за стол и с воодушевлением взглянул на результат трудов Мотороллера. – С другой стороны, они ей лишние полчаса обеспечили. Там в принципе банальная рваная рана, не считая синяков и царапин. Главная проблема – повреждение лучевой артерии, пришлось шить, поэтому так долго задержался.
- Спасибо. – Получилось довольно глупо, но других слов благодарности я с ходу не нашёл.
- Да ладно, в конце концов, это моя работа. – Доктор лишь отмахнулся. – Давайте приступим что ли. Верующие могут прочитать молитву.
Верующих не нашлось, нашёлся лишь Мотороллер, быстро наполнивший водкой четыре стопки. Мы молча чокнулись, выпили и принялись с упоением уничтожать результат Гошиного труда.
- Как она вообще? – Решился я через некоторое время прервать это занятие, невольно поспособствовав повторному наполнению стопок. – В себя пришла?
- Нет. Да и преждевременно это. Пускай пока под капельницей лежит. Сегодня – завтра прокапаю её, потом ещё пару дней у меня восстановится. – Доктор заметил напряжённое выражение лица Лётчика. – Вы, ребят, если торопитесь, можете завтра утром идти, я её потом до периметра довезу, оттуда на большую землю сама выберется, судя по знакам различия на форме, для неё это большой проблемой не будет. Кстати, у меня к вам тоже вопрос один есть, если позволите. Как смогли через газировки пройти там, на тропе? Они же её полностью закрывали.
- Это Мак постарался. – В глазах Лётчика читалась гордость за отмычку из своей команды.
- А можно поконкретнее?
Лётчик выдержал театральную паузу, во время которой все присутствующие, включая его «опрокинули ещё по стаканчику», а потом в красках и лицах описал процесс прохождения нашей командой теоретически непроходимых аномалий.
- Хм. Интересно. Не подумал об этом.
- О чём, Доктор?
- Неважно. – Доктор кивнул Мотороллеру. – Разливай что там осталось. Доедим – и на боковую, время позднее уже.
Я, повинуясь какому-то внезапному порыву, достал из рюкзака вторую бутылку.
- О как. – Доктор усмехнулся. – Много пьёте, господа сталкеры.
- Мы не пьём, мы лечимся. – Лётчик бросил на меня укоризненный взгляд.
- Впрочем, почему бы и нет. Нелёгкий, видать, денёк у вас выдался.
- Ага, оба два. – Буркнул про себя Мотороллер.
Лётчик нахмурился и поджал губы. Болотный Доктор тактично сделал вид, что не расслышал.

Минут через пять желающие вышли покурить на крыльцо. Меня удивило абсолютное отсутствие гнуса и комаров на приусадебном хозяйстве Доктора. Я сидел на ступеньке рядом с одной из легенд Зоны и дымил. Как-то всё слишком быстро происходит. И совсем не так, как думалось ранее. За одни сутки успел «поручкаться» с двумя легендарными личностями Зоны, и если Болотный доктор был человеком из плоти и крови, то по поводу Димы Шухова был большой вопрос. У меня из головы не шло ощущение, что меня затягивает в какой-то непонятный и мутный водоворот, в котором моё личное мнение – дело, в лучшем случае, десятое. Это с одной стороны пугало, с другой – бодрило и освежало как нырок в прорубь зимой после бани. Вертолёт – призрак, этот бешеный «бэтэр», марш-бросок ночью по болотам. Одним словом, от чего я здесь точно не умру – это от скуки, уверенность – сто процентов.
Меня так и подмывало заговорить с Доктором, но никак не мог найти подходящий повод, а очень хотелось. Эту неловкость разрешил сам Доктор, обратившись ко мне:
- Давно в Зоне?
- Да пару месяцев всего.
- Да? – Доктор пристально посмотрел на меня. – Если так, молодец, честно. Это твоя идея была девушку сюда принести?
- Получается, да.
- Опять молодец. А как меня нашли?
- Дык эта… Случайно...
- Вот только не темни.
- Чёрный Сталкер мне твои координаты скинул прошлой ночью.
- Так ты и с Димой познакомился? – Доктор пару раз хихикнул про себя. – Ну и как?
- Довольно неожиданно и немного жутковато.
Тут Доктор не удержался и рассмеялся в полный голос. Смахнув ладонью слёзы с глаз, он похлопал меня по плечу.
- Ничего, привыкай, в нашем хозяйстве всё «довольно неожиданно и немного жутковато». Да, и вот ещё что. В следующий раз будешь в наших краях – занеси мне пачку нормальной молотой «Арабики», а то у меня давно закончилась, а я страсть как люблю кофе с утреца полакомиться. Договорились?
- Конечно.
- Давай в дом, допьём – и спатеньки. Вам завтра ещё с болот к периметру пробираться.

Наутро мы выпили по кружке чая с бутербродами и всей нашей честной компанией выдвинулись в сторону Чернобыля-4. Доктор милостиво проводил нас до границ своих владений, после чего душевно распрощался и пожелал удачи. До периметра мы дошли, как говорится, без шума и пыли – хитрых аномалий на пути не встретили, мародёры все, такое ощущение по норам и углам попрятались. Напрягал постоянный шум вертушек к западу – это, скорее всего вояки искали потерявшийся бэтэр и уехавший на нём личный состав. Но мы уже учли все возможные риски и по замысловатой дуге выходили к пункту назначения. Я даже расслабился было, по случаю того, что вёл Лёва. Зря. Нам оставалось пройти до периметра километров пять, когда перед нами буквально из-под земли вырос Нерв с калашом на изготовку.
- Всё, ребята, приехали. Пушки на землю, руки в гору!
- Ты чё, охренел что ли, отмычка? – Возмутился Лёва. Тотчас же перед ним кто-то полоснул очередью из калаша, он аж подпрыгнул. Вся группа послушно положила оружие на землю перед собой.
Из-за спины у Нерва вышел один из полубандитских отморозков, кажется его звали Джокер – довольно мутная личность, которая судя по сведённым татуировкам на фалангах почти всех пальцев имела в своё время серьёзные нелады с законом.
- Спокойно, Лётчик. Ты нам железячку-то отдай, и иди себе подобру-поздорову. Кстати, наших тут далеко не двое, вот справа в кустах сидит Жорик с пулемётом и целится в вас, а справа – Гусь, собственно с тем же и затем же. Пацаны, помашите ручкой бравым сталкерам.
«Пацаны» помахали. Вот ведь идиот, засветил своих на раз, если бы у нас было прикрытие, этих двоих уже не было бы, как, собственно и самого Джокера. Очень жаль… Очень жаль, что у нас не было прикрытия, и сейчас этот приблатнённый мудак скорее всего нас сейчас обует. Нерв, ну ты и сука. Тварь продажная, выживу – своими руками задушу.
- Какую железяку, Джокер? – Лёва пытался выиграть время.
- Нерв, напомни ему, какую железяку, и заодно забери её. – Джокер легонько подтолкнул Нерва, по обыкновению жевавшего тесёмки капюшона, вперёд прикладом АКМ-а. Не очень-то он с ним церемонился.
- Ну ты понял, да? – Нерв закинул автомат на плечо, подошёл к Лётчику на расстояние полутора шагов и неуверенно вытянул правую руку вперёд.
- Нахрена, Нерв? Денюжки шальной захотелось?
- Да пошёл ты! - Нерв сплюнул. - Надоело у тебя мальчиком на побегушках быть. Я сколько в отмычках? Засиделся, пора нормальными делами заняться, не маленький уже…
- Это всё очень трогательно, встреча старых друзей, собратьев по оружию и всё такое, но время дорого! – Джокер нацелил АКМ на Лётчика. – Давай сюда! Живо!
Спустя мгновение произошло сразу несколько событий. Джокера чуть подкинуло вверх и бросило вперёд и влево, и только после этого мы услышали звук винтовочного выстрела. Жорик и Гусь практически одновременно схватились за шеи, из которых торчали рукояти маленьких аккуратных метательных ножей и толчками били струи крови. Спустя ещё мгновение Джокер, наконец, упал на землю с простреленной грудью и затих. Слегка завороженные этим зрелищем мы на миг позабыли про Нерва, который с невероятной ловкостью в течение всего этого спектакля успел отпрыгнуть от Лётчика назад, перекатиться за труп Джокера и прицелиться в Лёву. Бледный как мел, он нажал на спусковой крючок, однако выстрела не последовало. Нерв сделал это ещё два раза – и оба с тем же результатом.
Лёва абсолютно спокойно достал откуда-то из-за пояса небольшой короткоствольный револьвер, о существовании которого мы с Валькой, ходившие вместе с Лётчиком в Зону не первый месяц, даже и не подозревали.
- Не маленький говоришь? Ну вот ты и повзрослел. – Лёва безо всяких сомнений выстрелил Нерву в голову. – Говорил же, не выстрелило оружие – затвор передёрнуть нужно… – Лётчик презрительно скривился. - Отмычка.
Со стороны периметра к нам приближался невысокий коренастый мужичёк с улыбчивым лицом в сопровождении ещё одного сталкера. Две ленты крест-накрест на груди коренастого делали его немного похожим на революционного матроса с картинки периода СССР. Разве что в лентах этих вместо патронов находились метательные ножи. Это был Федя Крюгер, очень весёлый и компанейский человек, невысокий, но крепко сбитый, с широким улыбчивым лицом и усами как у запорожских казаков. Когда-то служил в спецназе ГРУ и звали его Фёдор Крюков, но потом у него, как и у многих здесь, в Зоне, «что-то вдруг случилось» на большой земле. Федя, не долго думая, взял ноги в руки и переехал на ПМЖ в Зону. Надо сказать, его навыки здесь очень пригодились, и со временем он стал одним из доверенных лиц Бубны. Кличку «Крюгер» он получил за искреннюю любовь к холодному оружию вообще и к метательным ножам в частности. Любовь была взаимной, и эти его ножики мимо цели не пролетали. Кроме того, поражала скорость с которой он их кидал. Пока какой-нибудь чижик прицелится и выстрелит, Федя успеет метнуть три ножа, и все с летальным для целей исходом. В общем, он был последним человеком на планете, с которым я рискнул бы сыграть в ковбоев.
- Здарова, Федя! Искренне рад видеть тебя! Спасибо за этих, должен буду. – Лётчик радостно махнул рукой и наклонился за своим автоматом.
- Ничего ты мне не должен, Лёва. А автоматик-то подбирать не торопись. И вы, ребятки, тоже. Да, и пистолетик тоже брось.
- Что такое, Крюгер? Между нами непонятки какие-то? – Лёва замер так и не закончив движение. Я, кстати, тоже.
- Между нами всё ровно, Лётчик. Распоряжение Бубны, ты же знаешь, я человек подневольный.
- И о чём он распорядился?
- Выйти к вам навстречу, найти вас и сопроводить прямиком к нему в «Шти», предварительно разоружив на всякий случай.
- Так мы и так к нему идём, зачем разоружать-то?
Федя лишь пожал плечами, мол «А я-то что? Распоряжение Бубны».
- Ну хорошо, веди. – Лёва Бросил револьвер рядом со своим автоматом.
- Ну вот и ладушки. Сёгун, собери оружие.
Оппаньки, это же тот самый Сёгун с Кордона, из деревеньки в предбаннике. Значит успел уже за это время к Бубне прибиться, чертяка. Он кинул Крюгеру револьвер Лёвы, не спеша собрал наши автоматы и, крякнув, взвалил их на плечо. Пройдя мимо меня, он улыбнулся и подмигнул, узнал значит. После этого наша весёлая компания выдвинулась в сторону Чернобыля-4. Только Федя кинул между делом через плечо:
- Лёв, ты человек адекватный, насколько я знаю, но на всякий случай, для информации, если вдруг мысли какие нехорошие появятся, нас с дистанции Кузнечик со своей снайперкой прикрывает, так что отбрасывай эти мысли сразу же.
- Обижаешь, Федь.
- Ну извини… ты то Нерву, поди, тоже доверял.
Лётчик не нашёлся что ответить, и дальше мы шли молча.

11. Бубна


Из Зоны мы вышли легко и непринуждённо, даже не пригибаясь. Для меня это было в диковинку. С другой стороны, Бубна был далеко не последним человеком в Зоне, он вполне мог потянуть за ниточки и обеспечить нам безопасный коридор через периметр. Вот так вод под конвоем, можно сказать в парадном строю и вошли в «Шти». Лётчика в сопровождении Сёгуна первым отправили на ковёр, Кузнечик, которого мы увидели только при проходе через периметр, удалился в неизвестном направлении, а мы, отмычки Лёвы, под присмотром улыбающегося Крюгера, заняли один из столиков. Официант тут же поставил перед нами бутылку водки и тарелку с бутербродами. На несколько минут Бубна, жёсткий диск из вертолёта и прочие проблемы отошли для меня на второй план. После того как мы выпили по третьей, бутылка опустела, а за стол вернулся Лётчик. К Бубне «пригласили» Мотороллера, а официант поставил перед нами ещё одну бутылку.
После довольно насыщенной вылазки в Зону, после выпитой на голодный желудок шестидесяти процентной воды у меня довольно быстро образовалась приятная пустота в голове. А после того как меня «отпустила Зона», я окончательно расслабился. Зона… кто-то называет её язвой, внезапно появившейся на теле Земли, кто-то местью Земли за то, что человечество успело сделать с ней всего за пару сотен лет, кто-то считал её кормилицей, а постоянные обитатели бара «Сталкер» - так вообще родным домом. Но было в ней что-то чарующее при всей её смертоносной сюрреалестичности. А может вот оно, будущее нашей планеты. Рассуждали же учёные умы о том, что до человечества на Земле была другая цивилизация, а может быть и не одна. А если всё, что нас окружает, привычная для нас природа, во времена цивилизации каких-нибудь Атлантов однажды так же, в виде небольшой аномальной язвы появилась где-нибудь на планете и разрослась, вытесняя древнюю цивилизацию и уничтожая её, а наши древние предки были для Атлантов такими же смертоносными уродливыми монстрами, как для нас кровосос, например.

От этих философских размышлений меня отвлёк Сёгун. Все мои спутники уже побывали у Бубны, меня же он пригласил последним. Надо сказать, с Бубной мне предстояло встретиться впервые. Уже то, как отгородился от нежелательных посетителей этот человек, наводило на мысль, что своей безопасностью он, как и любой солидный человек, не пренебрегает. Чем выше сидишь – тем дороже стоит твоя жизнь. Сначала длинный извилистый коридор, в который вела неприметная дверка за барной стойкой, охранники, вдвое выше и вчетверо шире меня и где-то глубоко в недрах здания, за массивной железной дверью, полутёмный кабинет с дубовым столом. Штурмовать это место было бы самоубийством даже для взвода спецназа.
Когда, наконец, миновав все защитные кордоны, я зашёл в этот кабинет, Бубна сначала долго изучал меня глазами, а потом изрёк:
- Ну, рассказывай.
- Что рассказывать-то?
- Всё с самого начала.
- Как в Зону попал? Или с самого рождения? Я первые два-три года не помню.
- Вот дерзить не надо. Всю вылазку с самого начала.
Скрывать мне было нечего, и я пересказал ему все наши похождения с момента прохода через периметр.
- Хм-м… - протянул Бубна, - так это из-за тебя, последний бойскаут, я почти сутки лишние жёсткий диск ждал?
- Да, но я предпочитаю «последний пионер», к чему все эти американизмы? Извини, я не мог по-другому.
- Складно вы тут все излагаете.
- Может потому, что правду говорим?
- «Может быть» - это как-то не определённо, я предпочитаю полную уверенность. Данные с диска никуда не копировали?
- Нет. Так, маршрут глянули.
- Смотри, узнаю, что скопировали и ещё кому-то продать попытаетесь или свою игру сыграть – пожалеете, что на свет родились.
Я лишь изобразил лицом оскорблённую невинность и пожал плечами.
- Так… всем вашим я уже сказал, теперь говорю и тебе. Чернобыль-4 не покидать, про вертолёт и жёсткий диск никому ни слова.
- И как долго нам здесь прохлаждаться?
- Пока я не разрешу.
- А если месяц не разрешишь? Кушать что-то надо.
- А ты в Шти заходи, пей, ешь за счёт заведения, бармен знает. В пределах разумного, естественно.
Ничего себе! Интересно, сколько же стоит этот диск, если сам Бубна расщедрился на бесплатные завтраки, обеды и ужины на четыре персоны…
- Всё, свободен.
В этот вечер окончательно свободным я себя почувствовал только приняв горизонтальное положение на своей кровати и уронив голову на подушку. В эту ночь мне снилась сумбурная чертовщина, и какое-то циклопическое рамное сооружение, возвышавшееся над лесом как небоскрёб над деревенскими домиками в главной роли.

Следующие несколько дней наша весёлая компания вела разгульный образ жизни - если в Штях практически всё за счёт заведения, грех этим не воспользоваться.
Однажды, ближе к вечеру, когда мы с Валькой уже собирались сытно поужинать, в дверь кто-то постучался. Я натягивал джинсы в комнате, когда Валька, открывший дверь, крикнул из коридора:
- Стасон, это к тебе!
На пороге стояла та самая Женя, которая участвовала в феерическом сафари на БТР-е.
- Ладно, Стас, я в Шти. – Шамшурин решил тактично удалиться.
- Привет. – На этот раз Женя была в довольно прозрачном платье, которое шло ей даже больше, чем военная форма.
- Привет, как здоровье?
- Нормально, только вот, - она показала перебинтованное плечо, - беспокоит немного.
- До свадьбы заживёт. Болотный доктор, говорят, чудеса творит.
- Спасибо тебе.
- Да ладно, вся команда старалась. Мотороллер кровь сдавал на переливание.
- Я Лётчика встретила, он мне рассказал всё. – Она обняла меня и поцеловала в щёку. – Спасибо.
Я чувствовал её дыхание на своём лице, ощущал аромат её волос… Сглотнув, я немного отстранился.
- Знаешь, Жень, с твоей стороны очень рискованно вести себя так с мужчиной, у которого женщины не было больше трёх месяцев.
- Больше трёх месяцев говоришь? – Женя наклонила голову и посмотрела на меня так, что я сглотнул ещё раз. – Думаю, мы это быстро исправим.
_________________
МакРуссо, он же Мак, он же Руссо.
Пират, контрабандист. Отличается пристрастием к рому.
Характер скверный.
Не женат.
    Добавлено: 17:03 21-09-2016   
McRousseaux
 901 EGP


Модератор
Рейтинг канала: 9(1084)
Репутация: 214
Сообщения: 6810
Откуда: ) и все мы
Зарегистрирован: 31.01.2005
12. Бар «Дуга»


Проснулся я оттого, что кто-то стучал в стенку из коридора.
- Стасон, подъём! Нас ждут великие дела! – Стук в стену повторился.
Ага, это Валька, из соображений деликатности в комнату не зашёл. Бедный Шамшурин, где же он всю ночь болтался? Я осторожно повернулся на левый бок. Женя открыла глаза, улыбнулась и сладко потянулась. Блин, Валёк, не мог бы ты выйти ещё минут на пятнадцать…
- Сейчас иду, Валь, подожди.
- Жду у подъезда. Через двадцать минут в Штях не будем – Лётчик уши оборвёт. Через полчаса не будем – кое-что другое, так что давай, бегом. – Входная дверь хлопнула. Спасибо, Валя!
Когда мы с Валькой, наконец, оказались в Штях, то первым делом увидели метающего глазами молнии и нервно стучавшего по столу пальцами Лётчика.
- Где шляетесь? – Лёва смотрел на нас как на нашкодивших школьников.
Я и Валька с виноватыми лицами сели за стол. Мотороллер, сидевший рядом с Лётчиком посмотрел на нас с ехидной ухмылкой.
- Если вы еще не забыли, отмычки, то мы – одна команда, командую которой я. Возражения?
Возражений не последовало.
- Хорошо. – После паузы продолжил Лёва. – Сегодня вечером выдвигаемся, нужно будет встретиться с одним человеком, вот здесь. – Он показал нам свой КПК.
- Лётчик, если позволишь, это же дикие территории, они под бандюками, не нарвёмся? – Я был наслышан про этот район по рассказам других сталкеров.
- У нас чистый коридор будет, Бубна с Басмачом договорился, если спокойно пройдём и нарываться сами не будем – нас никто пальцем не тронет. Кстати, - Лётчик положил перед каждым из нас по стопке перевязанных тесёмкой банкнот, которая по толщине минимум в три раза превышала гонорар за самую лучшую нашу вылазку в Зону, - это от Бубны за жёсткий диск, который мы с вертолёта сняли.
- Ух ты-ж ёлки-палки, - Валька сгрёб свою долю во внутренний карман своей кожаной жилетки, - шоб я так жил.
- Все довольны? – Ухмыльнулся Лётчик.
Возражений опять не последовало.
- Отлично, у вас четыре часа на сборы.
- Лёва, а в связи с преждевременной кончиной Нерва, может, имеет смысл добрать в команду ещё один номер?
- Мак, давай сначала с тем человечком встретимся, а дальше видно будет.
- Ты ведущий – тебе решать.

Через периметр мы перебрались спокойно – то ли просто повезло, то ли Бубна договорился не только с Басмачом. Дикие территории, внешне ничем не отличаясь от любого другого района Зоны, негласно принадлежали бандитам, и соваться сюда без особой необходимости рядовому сталкеру было крайне вредно для кармана, а то и для здоровья. Вообще, желающих отобрать у бродяги заработанный потом и кровью кусок, было немало в любом уголке Зоны, здесь же их концентрация превышала все мыслимые пределы. Количество банд постоянно варьировалось, в среднем где-то около полутора десятков. Между ними постоянно шла какая-то мышиная возня, временами переходящая в кровопролитие. Известно об этом становилось по понятным причинам из третьих уст. Так вот, с некоторых пор из этих самых третьих уст регулярно было слышно про некоего Басмача, который сколотил свою бригаду и успешно подминает под себя остальные банды. На данный момент, хотя процесс этот не был доведён до логического конца, Басмач являлся фактическим хозяином Диких территорий. Те, кого он не успел или не захотел подминать под себя, прислушивались к его мнению, а уж если он чего-то категорически требовал или наоборот запрещал, то это было обязательно для исполнения всем местным обитателям. Примеры ослушавшихся (опять же из третьих уст) были весьма печальны, поэтому даже «вольные» джентльмены удачи предпочитали не идти наперекор подобным распоряжениям, тем более что Басмач был человеком широких взглядов и без веской причины не зажимал даже своих, оставляя им довольно большую степень свободы. Так к чему это я – если Басмач сказал, что у нас будет чистый коридор, то по Диким территориям мы могли идти парадным маршем, посвистывая и травя анекдоты. Единственной заботой было не влететь в аномалию – местные даже зверьё ближайшее отстреливать будут – сам Басмач чистый коридор обещал.
В принципе, примерно так и получилось. Расслабиться мы себе не позволили, оружие и детектор держали наготове, но выстрелить так ни разу и не пришлось. Зато регулярно были слышны одиночные и не очень выстрелы то справа, то слева от нашего маршрута, то прямо впереди.
Пройдя по самому краю Зоны, мы вышли к группе строений из десяти-двенадцати домов – недостроенному комплексу «Вектор» для переработки и хранения радиоактивных отходов. Бар «Дуга» находился на первом этаже трёхэтажного кирпичного здания, над входом нависал ржавый полукруглый козырек. На торце козырька когда то весёлыми разноцветными буквами было написано «Радуга», но со временем первые две буквы отвалились и угадывались теперь только по более светлым не выгоревшим областям. Внутри бар представлял собой средней паршивости кабак с прокуренными стенами и висящим в воздухе запахом винных паров.
Стоило нам в него зайти, как из-за столика в дальнем углу встал худощавый молодой человек с уже заметной лысиной и приветственно махнул рукой.

- Гринберг, Юрий Владимирович. – Представился он, как только мы сели за его столик и тут же сделал рукой жест бармену. – Рад Вас видеть, Господа, очень рад! Очень приятно, что вы согласились со мной встртиться. – Глаза у нашего знакомого бегали, он не знал куда деть руки, по всему было видно что он явно не в своей тарелке.
- Если сам Бубна настоятельно рекомендовал с вами встретиться, а сам Басмач ради этого организовал нам чистый коридор через дикие территории… - Лётчик прервался, пока официант плюхнул перед нами на стол пять кружек с пивом, - то выбора у нас особого не было. Да и интересно стало, чёрт побери за что такая честь.
- Ну да, ну да. Видите ли, я некоторым образом учёный.
- Да видно что не военстал… - усмехнулся было Мотороллер, но Лёва показал ему кулак и Гоша сразу стих, занявшись дегустацией пенного напитка.
- Нет, нет, Лев, всё нормально, - Юрий Владимирович, будто извиняясь перед кем то, поднял руки вверх и замотал головой, - я отдаю себе отчёт, что моё дело – компьютеры, пробирки и прочая научная кухня, а в Зону соваться для меня равносильно смерти. Кстати, вот за этим вы мне и понадобились. – Учёный замолчал, будто его выключили и начал с отсутствующим видом кусать губы.
Лётчик тоже молчал, давая ему время собраться с мыслями. Я решил придерживаться той же линии и не встревать в разговор ведущего с потенциальным заказчиком, занявшись поглощением халявного пива. Оно оказалось на удивление вкусным для этой дыры, сами что-ли варят?
- Итак, я бы хотел вас нанять для вылазки в Зону. Вы должны будете сходить в одно место и принести мне одну вещь. – Изрёк, наконец, Юрий Владимирович. - Я хорошо заплачу! Если Бубна уже перевёл вам гонорар за то, гхм… изделие с вертолёта, вы могли лично в этом убедиться. – Интересно, так значит это ему мы жёсткий диск из Зоны пёрли. Не так ты прост, Гринберг Юрий Владимирович, как кажешься.
- Можно конкретнее?
- Да, да, конечно. Под Тёмной долиной, под землёй есть, вернее, была одна секретная научная лаборатория. Названия определённого у неё не было, только номер, «Икс – весемнадцать». Вам нужно будет попасть в неё, изъять всё что находится в одном из сейфов и доставить мне.
- Икс-восемнадцать? Да я туда за алмаз величиной с эту лабораторию не сунусь. Извините, Юрий Владимирович, но мы пас. Поймите правильно, но я ещё морально не готов к смерти, вам для этого задания надо команду из самых матёрых волчар собирать. Хемулю предложите, может он согласится. – С этими словами Лётчик встал из-за стола. Мы, повинуясь его примеру, сделали то же самое. Жаль, я ещё пиво не допил. Прогулочка по Диким территориям хоть и была спокойной и вольготной, но в горле всё-равно ощущалась некоторая сухость.
- Плачу втрое от того, что за жёсткий диск получили! – Прошептал скороговоркой учёный.
Лётчик так и застыл перед столом, не успев разогнуться в полный рост. Мы, соответственно, тоже не торопились.
- Мак, у тебя зажигалка есть? Курить охота, свою в Штях забыл. – Изрёк после долгой паузы Лёва.
- Есть.
- Пойдём, покурим на крыльце. Гох, Валя, посидите пока здесь.
- Так здесь же можно, я сейчас скажу бармену, чтобы пепельницу дали. – Затараторил, было, учёный.
- Нет, спасибо, хочется на свежем воздухе, мозги проветрить, информацию обдумать.
- А, хорошо, хорошо! Отлично, я подожду. – Гринберг опять, как будто извиняясь, поднял руки вверх.

Мы с Лётчиком вышли на крыльцо бара. У входной двери стояли четверо бандитов – скорее всего из бригады Басмача. С несвойственной для них деликатностью они отошли метров на десять-пятнадцать, чтобы не мешать нам и продолжили, судя по спорадическим взрывам смеха, травить анекдоты. Лётчик достал из кармана зажигалку, дал прикурить мне и закурил сам.
- Хреновый из тебя конспиратор. Зажигалку он в Штях забыл.
- Да ладно, мелочи, яйцеголовый и так всё понял. Итак, что думаешь об этом?
- Ты ведущий, я – отмычка. Думать – твоё дело, моё дело – исполнять.
- Ой, да ладно тебе! – Лётчик в сердцах сплюнул. – Отмычка, бля. Ты давным-давно полноценный второй номер, в Штях все в курсе уже. Никогда не удивлялся, что можешь со своим корешем Вальком допоздна засидеться или припереться заполночь, и никто даже слова не скажет?
- Хм… Ну тогда… Ты ничего странного в баре не заметил?
- Пиво на удивление вкусное?
- Это да, но не основное. Две группы бандюков за разными столиками сидят. И чего они НЕ делают?
- Да, есть в них что-то неправильное… Не могу уловить пока.
- Лёв, да они ничего спиртного не пьют. Чтобы бандюганы пришли вечером в свой бар и пили чай-кофе…
- Точно… Эти вот у входа, тоже культурные все из себя такие.
- А что это значит? Они нас пасут. Это факт номер раз. Едем дальше. Кто договорился с Басмачом о чистом коридоре? Бубна? Да они в состоянии перманентной холодной войны, как два медведя в берлоге. Кто Басмача уговорил? Кто Бубну уговорил одну из команд, под ним находящихся, то есть нас поработать на левого человека? Не Басмач же? Это факт номер два.
- Сейчас будет номер три. – Пробормотал погрустневший Лётчик. – Хотя, я уже догадываюсь, что ты скажешь.
- Проверим. Учёного этого видел? В одиночку, без военсталов спокойно сидит себе в баре на диких территориях и вдруг начинает нервничать, когда мы, собственно те, кого он и хотел видеть, в этот бар заходим. Заметил, он, будто, на раскалённой сковородке сидит? Что это значит?
- Или он – подстава и ему самому яйца прижали, или…
- А с какой целью? Нет, Лёв, по другой причине. Этот, как ты метко сказал, «яйцеголовый» может быть светилом науки, там уравнения всякие дифференциальные в уме щёлкать, но человека убить для него – это поступок всей жизни. И если он будет знать, что из-за него бандюки замочили четверых ни в чём не повинных сталкеров – это на нём всю жизнь гирей висеть будет. Но инфа слишком важная, утечки он позволить не может, вот и сидит, губы кусает.
- Вывод?
- Если мы откажемся – нам придётся отсюда с боем прорываться. Это, мягко говоря, проблематично. Но даже если живыми выберемся – спать вполглаза и ждать ножа в спину. Не говоря уже о том, что заказчики стороной обходить будут – кровники Басмача долго не живут. С другой стороны… - уголёк сигареты больно обжёг пальцы, я чертыхнулся и выбросил окурок, после чего мы с Лётчиком закурили ещё по одной, - с другой стороны, если согласимся, то на диких территориях у нас проблем не будет, подружиться с Басмачом дорогого стоит.
- Для этого нужно будет ещё задание выполнить…
- Хорошо, теперь конкретнее, я в Зоне не старожил, что за проблемы с этой лабораторией?
- Я тоже всего не знаю, но вроде как в своё время вокруг ЧАЭС понастроили всяких научных лабораторий по изучению всего чего можно. А чего не строить-то – рядом такой огромный источник халявной электроэнергии. Не исключено, что с неудачного эксперимента в одной из них и началась вся эта катавасия с возникновением Зоны. Я когда ещё отмычкой был, не надо так ехидно хихикать, я тоже когда-то отмычкой был, ведущий рассказывал про одну из них. Из десяти оттуда один живой вернётся - уже хорошо. Случалось, возвращались сталкеры абсолютно седыми. Одного из вернувшихся сам видел, его когда про лабораторию спрашивали – молчал. Сидит, молчит, а глаза пустые, аж жутко становится. Не знаю, что уж его там напугало… В общем, если наверху в Тёмной долине гадости не меряно, что там под землёй творится, я даже представить боюсь.
- Итак, Лётчик, какое решение принимаем?
- Вот кем я точно становиться не хочу – так это кровником Басмача. Да и внизу, в лаборатории… Не может быть чтобы в таком-то ужасе, да и стоящих артефактов не было. – Лёва с лицом человека, которому нечего терять улыбнулся и взглянул на меня. – Ну что, рискнём, Мак?
- По ходу, выбора у нас нет, Лёва, но продать свою работу нужно подороже!
- Это само собой.

Когда мы сели обратно за столик, обнаружили ещё пять кружек пива. Учёный вытирал носовым платком кровь с губы – похоже, прокусил-таки.
- Значит так, - начал Лётчик, - если мы согласимся, то оплата не в три раза, а в пять, от предыдущего гонорара.
- Согласен. – Не моргнув глазом, ответил Гринберг.
- Это первое. Второе – чтобы мы согласились, вы должны открыть все карты.
- Эм-м, в смысле, не понял?
- Я буду задавать вам вопросы, вы будете на них честно отвечать. Наша команда не ходит по принципу «пойди туда - не знаю куда, найди то - не знаю что». Поймите, от этого зависит наша жизнь и, что для вас более важно, успех нашей вылазки. Со своей стороны обещаем держать язык за зубами.
- Если вы обещаете, что информация дальше вас не уйдёт, я согласен. – На лбу яйцеголового выступила испарина.
- Во-первых, - я решил взять инициативу на себя, раз уж я полноценный второй номер, - почему не военсталы?
- Эм-м, не понял?
- Ну вы же – учёный, а к учёным, насколько знаю, специально приписаны группы военных сталкеров, чтобы удовлетворять вашу жажду в познаниях, сопровождать в вылазках в Зону.
- А! Вы в этом смысле. Ну, «военсталы», как вы их называете, они сначала военные, а уже потом сталкеры, в них присутствует некоторая твердолобость, они жёстко регламентированы…
- Зато если им поставили задачу – они обязаны её выполнить.
- Да, но, - Юрий Владимирович потёр переносицу под очками, - мои исследования несколько выходят за рамки научной программы…
- Юрий Владимирович, - перебил учёного Лётчик, - вы обещали быть искренним с нами.
- Да, да. Да, конечно… Понимаете…Если на вашем языке… Вот вы знаете как выживать в Зоне, да? Я не имею никакого представления об этом. А что такое научное сообщество? В нём тоже нужно уметь выживать. Здесь могут подсидеть, использовать результаты ваших трудов в своих целях. Я не хотел бы, чтобы кто-то из учёных, пребывающих сейчас в Зоне знал, над чем я работаю. Те данные по Лиманску, которые я снял с жёсткого диска… - Учёный осёкся. – Так вы берётесь за работу или нет?
- Мы возьмёмся, но для этого нам нужна вся информация! ВСЯ, понимате? – Определённо у Лётчика есть и харизма и дар убеждения.
- Хорошо. Тогда по-порядку, - заговорщически подмигнул нам Гринберг, - кто из вас что-то знает про Лиманск? Понятно. Есть такой мёртвый город в Зоне. А откуда он взялся? Никто не знает. Когда был построен? Тоже никто не знает. Те данные, которые я снял с жёсткого диска, выдают полную чертовщину. Скажу более того, и это не секрет, посмотрите любую карту этого региона, созданную до первого выброса. На ней нет никакого Лиманска! Что это за город, настолько засекреченный, что его даже на спецкартах ГРУ нет? И вот однажды сталкер, несколько часов скрывавшийся от преследования стаи чернобыльских псов, обнаруживает его. Он пытается в нём укрыться, но погибает по непонятной причине, и о существовании города становится известно только благодаря тому, что другой сталкер находит его труп и забирает его КПК. Но, позвольте на минуточку, труп найден далеко от города. Тот сталкер даже очертаний домов не видел, хотя, почему? Сколько той Зоны? В ней практически любой более-менее большой объект чуть не с противоположного конца можно было увидеть… До первого выброса, естественно.
- И каким образом это связано с лабораторией Икс-восемнадцать?
- Самым прямым. Я посылаю вас за документами по проекту «Эдем». С учётом тех данных, которые были записаны на известный вам жёсткий диск… - Учёный резко оборвал предложение.
- Ну и?
- Рано говорить о чём-то. Мне нужны эти данные. – Было видно, что Профессор, как я окрестил его про себя, замкнулся и вытягивать из него ещё что-то бесполезно.
- Хорошо. Почему именно мы? Есть более матёрые команды, у них шанс на успех выше.
- Чем больше людей вовлечено, тем выше риск утечки информации. Вы уже, как говорится, «в теме», вы видели тот вертолёт, сняли с него жёсткий диск. И я надеюсь, дальше вас информация о нём не уйдёт.
- Есть ещё Бубна, он тоже в курсе, да и человек не последний в этих местах.
- Бубна – человек сообразительный и выше головы прыгать не будет.
- Ещё вопрос, - я, чувствуя полную безнаказанность, совсем уже обнаглел, - а откуда такие доверительные отношения с Басмачом?
- Я ему в своё время сильно помогал по научной линии, если бы не я… - Гринберг пристально посмотрел на меня, - а какое это имеет отношение к заданию?
- Никакого. – Отрезал Лётчик. – Нам нужен задаток процентов в тридцать, подготовиться к вылазке.
- Да-да, конечно, - рассенно ответил учёный, достал из-под лавки чемодан и выложил на стол четыре стопки купюр очень приятной для души вольного сталкера толщины.

13. Лаборатория Х-18


Как я уже говорил, Тёмная долина была излюбленным местом вылазок Лётчика, поэтому в ней мы чувствовали себя вполне уверенно. Перед нашим выходом Юрий Владимирович, которого с моей лёгкой подачи уже вся команда называла профессором, передал нам несколько кодов доступа к разным секторам лаборатории (неизвестно было только какой код к какому сектору подходит, соответствие найти предлагалось перебором), ключ от сейфа, из которого мы должны были изъять документы, и трёхмерную карту лаборатории с обозначенным меткой местонахождением сейфа. Её-то я сейчас, сидя в облюбованном Лётчиком укрытии, тщательнейшим образом изучал. Пугало то, что она была неполной, отсутствовал практически весь нижний уровень и значительная часть второго. Сама лаборатория находилась под промзданием непонятного назначения, возможно, построенного лишь для того, чтобы эту лабораторию некоторым образом маскировать. Мало ли в своё время у нас было «швейных фабрик» и «мотозаводов» на балансе министерства обороны. Скорее всего, лифт, если он и существовал, не работал, поэтому спускаться к входу в лабораторию нам придётся метров двадцать пять – тридцать по вертикальной металлической лестнице. Эх, спускаться-то ладно, потом подниматься ведь придётся. Хотя, это в лучшем случае, дожить ещё надо…
Вылазка эта с самого начала, что говорится, не задалась. Сначала мы полтора часа лежали рядом с периметром, пережидая патруль, который, как назло, именно на этом участке решил сделать неуставной привал. Потом Мотороллер вляпался в жадинку, есть такая аномалия, безвредная по сути, но очень вредная для нервов жертвы. Вытаскивали мы его минут двадцать. В конце концов меня угораздило, не будучи ведущим попасть в жгучий пух (ну и где, спрашивается, моя хвалёная интуиция), до сих пор рука болит. Настроение у всех было ниже плинтуса, предчувствия тоже. В общем, соваться в эту лабораторию категорически не хотелось. Лётчик дал всем нормально выспаться, завтракали мы не торопясь, после этого было решено передохнуть минут двадцать, собраться с мыслями.

- Всё, на выход. - Скомандовал Лёва. - Как говорится, сколько конец не оттягивай, длиннее не станет.
Лаборатория встретила нас массивной металлической дверью и аварийным освещением. Пока Мотороллер держал дверь под прицелом, я работал с кодовым замком, перебирая по очереди пароли, выданные нам Профессором. Вы будете смеяться, но сработал самый крайний. Щёлкнул электрозамок, дверь скрипнула, отошла на пару сантиметров и остановилась, бензин, что ли, кончился? Валька, надо сказать не без труда, открыл её полностью, и мы пару минут держали проём под прицелом, вглядываясь и вслушиваясь. Вопреки ожиданиям никакая гадость оттуда не полезла, и мы, как это ни пафосно звучит, шагнули в полутьму неизвестности.
Первый уровень лаборатории никаких неприятных сюрпризов не преподнёс, четыре тушканчика в одной из комнат, да заметная любому отмычке-новичку электра в углу другой. Между прочим, рядом с ней мы обнаружили и экспроприировали «Бенгальский огонь» - артефактик, конечно, так себе, дешёвенький, но курочка по зёрнышку. Естественно, как и полагается по закону подлости, нужный нам сейф находился не на первом уровне и даже не на втором, а на самом нижнем – третьем. Несмотря на относительную безопасность верхнего уровня Х-18, нервишки у меня пошаливали. Атмосфера здесь была какая-то гнетущая, как ночью на кладбище. Куча непонятной научной аппаратуры, компьютеров и даже самые обычные предметы интерьера вроде столов и стульев в мутно-красном аварийном освещении выглядели довольно жутко. Да и вообще, Зона – довольно странная область, где в одном месте предметы могут истлеть и разрушиться буквально за месяц, а в другом сохраниться так, что спустя двадцать лет будут выглядеть как новенькие. Вот и здесь меня не покидало ощущение, что персонал лаборатории просто вышел на обед и вот-вот вернётся. И нам не обрадуется. Почему-то сразу же вспомнился фильм «Обитель зла».
Полностью обследовав верхний уровень, мы столкнулись с очередной проблемой. Лифты, которые присутствовали здесь в количестве двух штук, как мы и предполагали, не работали, а лестница, ведущая вниз, была частично разрушена, частично завалена. Верхний пролёт обрушился вниз (вот они, минусы бетона), но даже если бы удалось добраться до межэтажной площадки, путь вниз преграждал завал из железобетонных обломков, непонятно откуда взявшихся здесь в таком количестве. Оставался, правда, ещё один путь – спуститься по шахте лифта. Довольно рискованный путь, надо сказать, но другого не было. Мы нашли достаточно длинный и крепкий кусок арматуры, с помощью которого Валька разжал створки одной из лифтовых шахт. После этого он заглянул вниз и тут же отпрыгнул назад. Из шахты ощутимо повеяло теплом.
- Кабина лифта в самом низу, частично разрушена, на ней две матёрые жарки, - как ни в чём ни бывало сообщил нам Шамшурин, - сюда бесполезно соваться.
Обследование второй шахты показало, что кабина лифта в ней цела, но застряла в полупозиции между вторым и третьим уровнем. С одной стороны, плохо – попасть сразу на третий уровень не получится, придётся искать другой выход со второго, с другой – крыша кабины очень удачно располагалась на уровне пола второго уровня, не нужно будет изображать из себя эквилибристов, можно просто спуститься на крышу кабины, точно так же разжать створки этажных дверей и спокойно войти на второй уровень. Хотя… насчёт «спокойно» я бы не обольщался.

Спускались мы долго и осторожно, спасибо, хоть в шахте неприятных сюрпризов не было. На втором уровне царила тьма. Где-то справа, в боковом коридоре горела, судя по всему, единственная рабочая на уровне лампочка аварийного освещения. Пришлось включить налобные фонарики, жаль я в своё время поскупился приобрести прибор ночного видения по сходной цене. С другой стороны, во-первых, ПНВ должны быть у всей команды, чтобы другие фонарями засветку не давали, во-вторых ПНВ не очень хорошо работали в различного рода подвалах и зданиях, гораздо лучше на открытой местности и, в-третьих живой и привычный глазу свет фонаря в жутковатой обстановке подземной лаборатории грел душу и успокаивал нервы, в отличии от сюрреалестичной гаммы зелёноватых тонов прибора.
Слева был виден еле заметно мерцающий изумрудно-зелёным студень, почти полностью закрывавший проход. Я не удержался и бросил в него болт. Студень радостно засветился, растворяя его кислотой. Мне померещилось, что в его свете я увидел в конце коридора какое-то движение.
- Нашёл время баловаться. - Прошипел Лётчик. - Что там по карте?
- Навскидку не скажу, - я показал ему ПДА, - единственный вариант - искать выход к лестнице, но вот здесь, видишь, белые пятна, неисследованные области. Там всё что угодно может быть. В том числе и то, что лестница в таком же состоянии как и с первого уровня на второй. Тогда... ну не знаю, разве что кабину лифта каким-то образом вскрывать. И пол и потолок.
- Лётчик, мне тут мысль одна в голову пришла, - встрял в наш разговор Мотороллер, - эта карта не сама собой ведь появилась, её кто-то составлял.
- Какая гениальная мысль, ни за что бы не подумал. - Усмехнулся Лёва.
- Да я про другое. Вот смотрите, на верхнем уровне всё спокойно было, да? И на карте он целиком показан. А на втором, вон, белые пятна. Что это может значить? Тот, кто её составлял либо не смог туда пройти, либо там было что-то с чем он предпочёл не сталкиваться...
- Либо он там и остался. Понимаю к чему ты клонишь. Я не исключаю что карта была составлена не одним человеком и не одной экспедицией. Скорее всего, военсталами, из вольных сюда, пожалуй, только самые матёрые сунутся и только по очень жирному заказу.
- Ага, типа как мы.
Лётчик хмыкнул, но промолчал.
- А третий уровень практически весь - белое пятно, - заметил Валька.
- И что теперь, не назад же поворачивать. Сделали бравые лица и зверскую ухмылку и вперёд, шагом марш!
- Впереди стена, Лётчик. Нам либо налево, либо направо.
- Налево, Мак. Так по идее ближе, хотя... Мотороллер, давай-ка вперёд, малейшее движение заметишь - сразу очередь туда, без раздумий. Под ноги только посматривай.
- О`кей, босс. - Гоша аж светился, ему наконец-то дали карт-бланш.
- Мак, ты за ним вплотную, присматривай, чтоб не вляпался в гадость какую-нибудь.
- Принял.
- Валь, сзади прикрывай.
- Хорошо.

Мы медленно и печально продвигались по второму уровню лаборатории, старательно ощупывая каждый квадратный миллиметр пола, стен и даже потолка светом фонариков. Пока всё было тихо, не считая ещё одного студня и одной жарки, которую мы со всеми возможными предосторожностями обошли. Как-то негласно решили не обследовать внутренние помещения второго уровня на предмет «ништяков», сосредоточившись на том, чтобы кратчайшим путём добраться до лестницы на нижний, третий уровень. На обратном пути обыщем… если захотим… Наступал довольно волнительный момент, мы, судя по карте приближались к границе белого пятна. Ещё чуть-чуть и… Сзади, многократно усиливаясь в тишине отражениями от стен прогрохотали две коротких очереди из калаша. Я, буквально подпрыгнув на месте от неожиданности, развернулся на сто восемьдесят градусов. По полу, размазывая бурую кровь, к ногам Вальки скользила по инерции туша мутанта, сильно смахивавшего на человека.
- Снорки!!! – Закричал Лёва. – Мотороллер сюда!
Не успел он закончить, как откуда-то из темноты в свет наших фонарей выскочили еще два мутанта. Когда-то давно они явно были людьми, и, очень может быть, даже сталкерами – вон на голове одного из них остатки старого противогаза болтаются, придавая ему сходство ни то со слоником, ни то с муравьедом, остатки одежды, опять же, берцы. Тут один из этих «слоников-муравьедов», тот, который без противогаза совершил прыжок, которому позавидовали бы самые матёрые хищники из семейства кошачьих. Валька с Лётчиком в два ствола разобрали его в полёте, и к Валькиным ногам заскользила ещё одна туша. При этом они совершенно отвлеклись от второго, который уже летел на них. И тут в голове у меня взорвалась хлопушка, а левое ухо начало быстро глохнуть и сильно болеть – заговорил Гошин пулемёт. Мотороллер, когда второй снорк прыгнул, ещё не успел занять позицию и стрелял с ходу. По несчастливому для моего уха стечению обстоятельств, срез ствола пулемёта в этот момент находился как раз рядом с ним. Но надо отдать Гоше должное – с пулемётом он обращается как бог. Буквально припечатав длинной очередью снорка к потолку, он не дал даже его бренным останкам долететь до нас, настолько погасил его скорость, что тот кулём шлёпнулся вертикально вниз. При этом я готов поклясться, ни одна пуля не прошла мимо цели, а то, что штукатурка обсыпалась – так это, скорее всего, навылет прошли.
Расслабляться нам не приходилось – снорки вылезали, вернее, выпрыгивали как тараканы из щелей, патроны улетали как семечки на футбольном матче. И тут я почувствовал то неприятное ощущение, которое уже было мне знакомо – холод, медленно ползущий вверх по позвоночнику, холод, от которого по телу бегут мурашки величиной с куриное яйцо. Я сглотнул и медленно обернулся. В глубине коридора луч фонарика выхватил фигуру какого-то коренастого морщинистого старика одетого, пожалуй, только в старые, местами рваные джинсы. Волосы у него были весьма редкими, шея отсутствовала, голова плавно переходила в плечи. Старичок посмотрел на меня недобрым взглядом и поднял правую руку. Мои виски сдавило, в ушах зазвенело, в глазах начало сначала двоиться, потом троиться. Потом, вместе со слабостью, появилось ощущение, что в голове начал работать паровой молот. Я почувствовал, как усталость, накопившаяся за последние две-три недели, лавиной обрушилась на меня. Навалилась апатия, не хотелось делать ничего, даже думать. Я откуда-то издалека наблюдал, как ствол моего автомата медленно разворачивается в сторону Лётчика. Где-то на периферии сознания мелькнула мысль, что сейчас автомат-то может и выстрелить. Ощущалась какая-то неправильность всего происходящего. Я с заметным усилием попытался скинуть напавшее на меня оцепенение и развернуть ствол автомата в противоположную сторону, но смог только замедлить его движение. Это далось мне дорогой ценой – в мою голову как будто положили десяток лезвий и встряхнули, в глазах появилась засветка, как если выйти зимой в солнечный день из тёмного помещения и посмотреть на снег. Я зарычал от боли и медленно сполз по стене на пол, пытаясь хотя бы удержать автомат на месте. На издаваемые мною звуки обернулся Лётчик.
- Валя, контролёр, сзади, быстро! – Он, не успев до конца развернуться, как выронил автомат, схватился руками за голову и присел на корточки.
А Шамшурину даже удалось прицелиться по старику и дать очередь, вот только всё ушло в потолок - за мгновение до первого выстрела ствол его автомата заметно приподнялся. Мне же, напротив, сильно полегчало, видимо контролёр оставил меня и переключился на моих спутников. Я направил калаш в сторону монстра и выстрелил. В руках всё ещё ощущалась слабость, поэтому выстрел не отличался особой точностью. С другой стороны, по нему я попал, примерно в район бедра. Послышался сдавленный стон, старик наклонился, зажал рукой рану на ноге. Видимо, в этот момент все сверхъестественные силы его покинули, потому что Лёва поднял с пола свой автомат и встал в полный рост, а Валька дал длинную очередь на поражение. Контролёра отбросило метра на два, он ещё секунду корчился в агонии, а потом затих.
Однако расслабляться не следовало, слева от меня пролетел Мотороллер, именно пролетел, по воздуху. Он даже в полёте продолжал стрелять куда-то мне за спину. Перестал только тогда, когда я оказался на линии огня. Мы втроём моментально развернулись и обнаружили в поле зрения четырёх снорков, один из которых был буквально в полуметре от меня. Вот по нему-то я и разрядил остатки рожка. Лётчик и Шамшурин упокоили ещё двоих. Четвёртый оставшийся предпочёл бежать с поля боя.
- Не расслабляемся, ждём ещё минуту, - прошептал Лётчик.
Подождав ещё минуту с оружием наизготовку и убедившись в отсутствии непосредственной угрозы, мы подошли к лежащему на полу Мотороллеру. Он был в отключке, но, судя по внешнему виду, ничего страшного с ним не произошло. Лёва решил не лезть в аптечку, а привести его в чувство старым проверенным способом – без излишней нежности похлопывая ладонью по щекам.
Как только глаза Гоши открылись, он тут же сделал зверское выражение лица и рывком вскочил на ноги, после чего сразу же застонал и схватился за левое плечо. Лёва с видом знатока внимательно осмотрел его и заключил:
- Ушиб сильный, сустав и кости вроде целы. Повезло, снорки ударом ноги грудную клетку проламывают. И вообще всем нам повезло, контролёр слабачком оказался. Иначе превратились бы мы в спокойных флегматичных зомби.

Мотороллер с сожалением отдал свой пулемёт Вальке – после удара снорка левой рукой он двигал с трудом, превозмогая боль, и более-менее нормально стрелять из достаточно тяжёлого ручного пулемёта производства нашего вероятного противника из-за океана не мог. Пересчёт оставшегося боезапаса заставил появиться на наших лицах тень лёгкой грусти – примерно половину его мы оставили здесь, а ведь ещё до цели не добрались. И что-то заставляло меня думать, что дальше будет отнюдь не легче, скорее наоборот.
Прочесать всю площадь второго уровня и обыскать даже на обратном пути все помещения в поисках возможных «ништяков» никто уже не предлагал, поэтому мы со всей возможной скоростью выдвинулись дальше. Вообще, было в этой лаборатории что-то жуткое и чарующее. Лучи налобников выхватывали из тьмы кафель пола, стены с местами облупившейся краской, то тут, то там брошенные в беспорядке элементы мебели, абсолютно непонятные мне научные приборы той или иной степени сохранности за дверными проёмами боковых комнат.
Как говорят умные люди, жизнь - она полосатая, полоса чёрная, полоса белая. Похоже, в этот раз фортуна повернулась к нам своей лицевой, а не филейной частью, до лестницы мы добрались довольно спокойно, не встретив на своём пути мутантов и хитрых аномалий. Пару студней и небольшую электру мы обошли без труда, Мотороллер по привычке чуть не вляпался в жарку, но мы не позволили ему совершить подобную глупость. А потом несколько видимых невооружённым глазом фактов заставили меня подумать, что в здешних местах эта самая фортуна – девушка капризная и уже развернулась к нам в три четверти, если не в профиль. С одной стороны, лестница оказалась практически цела, был частично разрушен нижний пролёт, но с некоторой долей осторожности по обломкам можно было без труда спуститься вниз и, при желании, даже подняться обратно наверх. С другой стороны, неподалёку от неё плотной группой лежали потрёпанные элементы амуниции военсталкеров, судя по всему комплекта три, вперемежку с сильно фрагментированными человеческими останками – похоже, ими кто-то долго и активно питался. Мне очень хотелось думать, что крысы.
В общем, входили мы на третий уровень очень долго и осторожно. Я вёл и поэтому ну совсем уж никуда не торопился. Чувства я испытывал довольно противоречивые. С одной стороны мы были в шаге от цели, если по карте напрямик – то вообще рукой подать. Нижний уровень лаборатории был раза в полтора меньше остальных по площади, а нужный нам сейф находился, слава Богу, где-то в центральной его части, поэтому пересекать весь уровень из одного края в другой не было никакой необходимости… теоретически… С другой – в Зоне, а уж тем более в этих катакомбах никогда ни в чём нельзя быть уверенным. Да и потом что-то подсказывало, что на третьем уровне будет ничуть не легче, чем на втором, и последние сто метров до финиша могут оказаться гораздо опаснее, чем предыдущие километры.
Судя по карте, уровень был выполнен в виде четырёхконечной звезды. Четыре коридора вели с периферии к центру. В центре находился ещё один замкнутый в квадрат коридор, в который и упирались «лучи звезды». Больше никаких боковых проходов и ответвлений, похоже, не имелось. Конечно, карта этого уровня была весьма фрагментизирована, больше половины её площади занимали «белые пятна», но, судя по видимым участкам, так дело и обстояло. Пока же мы продвигались по «южному» коридору к центру. Справа и слева находились массивные металлические двери с маленькими смотровыми окошками по типу тюремных. Некоторые из них были распахнуты, некоторые сильно повреждены. Одна вообще криво висела на нижней петле и была сильно выгнута в сторону коридора, как будто в комнате что-то взорвалось. За дверями находились небольшие каморки три на три метра. Из обстановки внутри были только невысокие лежаки, что ещё больше усиливало схожесть этого уровня лаборатории с тюрьмой. Сам коридор, к слову тоже был сильно замусорен всяким хламом, что в принципе для строений, находящихся внутри периметра Зоны не являлось чем-то из ряда вон выходящим.
_________________
МакРуссо, он же Мак, он же Руссо.
Пират, контрабандист. Отличается пристрастием к рому.
Характер скверный.
Не женат.
    Добавлено: 17:10 21-09-2016   
Курильщег
 675 EGP


Рейтинг канала: 11(1625)
Репутация: 106
Сообщения: 3944
Откуда: г.Екатеринбург
Зарегистрирован: 10.01.2009
Давай еще выкладывай, интересный рассказ. Отдельно порадовало, что кореша из Екб. Улыбка
_________________
Assuming direct control
    Добавлено: 23:50 22-09-2016   
Michael_Moon
 84 EGP

Рейтинг канала: 3(31)
Репутация: -4
Сообщения: 635
Откуда: РК, Кокшетау
Зарегистрирован: 15.02.2011
В принципе, неплохо, но... стиль и слог подтянуть бы не мешало. Чем-то напоминает производственный роман времен СССР в декорациях "Зоны".
    Добавлено: 13:19 23-09-2016   
Курильщег
 675 EGP


Рейтинг канала: 11(1625)
Репутация: 106
Сообщения: 3944
Откуда: г.Екатеринбург
Зарегистрирован: 10.01.2009
Скорее это крепкий фанфик по Сталкеру.
_________________
Assuming direct control
    Добавлено: 20:51 23-09-2016   
Michael_Moon
 84 EGP

Рейтинг канала: 3(31)
Репутация: -4
Сообщения: 635
Откуда: РК, Кокшетау
Зарегистрирован: 15.02.2011
Курильщег :
Скорее это крепкий фанфик по Сталкеру.

Как кто-то сказал на Флибусте, "Сейчас авторы больше сюжетом берут. Язык там не главное". Но, думаю, про него тоже забывать не стоит. А здесь язык не сказать, чтобы плох, скорее невыразителен. Не цепляет. Изюминки нет.
    Добавлено: 22:26 23-09-2016   
McRousseaux
 901 EGP


Модератор
Рейтинг канала: 9(1084)
Репутация: 214
Сообщения: 6810
Откуда: ) и все мы
Зарегистрирован: 31.01.2005
Вот пока что это все. Именно с этого места вы должны сподвигнуть меня на новые литературные свершения

добавлено спустя 1 минуту:
Michael_Moon :
В принципе, неплохо, но... стиль и слог подтянуть бы не мешало. Чем-то напоминает производственный роман времен СССР в декорациях "Зоны".

Согласен. Но я тут бушковского сварога прочитал намедни. все 20 книг. там по моему еще хуже в плане "стиль и слог заради экшона"

добавлено спустя 1 минуту:
Курильщег :
Отдельно порадовало, что кореша из Екб.

Да будет вам известно мсье, что я сам от екб в 100 км живу. Есть там неподалеку от вас один атомград
_________________
МакРуссо, он же Мак, он же Руссо.
Пират, контрабандист. Отличается пристрастием к рому.
Характер скверный.
Не женат.

Последний раз редактировалось: McRousseaux (23:17 23-09-2016), всего редактировалось 3 раз(а)
    Добавлено: 23:15 23-09-2016   
Курильщег
 675 EGP


Рейтинг канала: 11(1625)
Репутация: 106
Сообщения: 3944
Откуда: г.Екатеринбург
Зарегистрирован: 10.01.2009
McRousseaux :
Именно с этого места вы должны сподвигнуть меня на новые литературные свершения

Ну как бы это, давай пиши. Мы продолжения ждем. Хы...
Взял, да оборвал на самом интересном месте. Что там на третьем уровне-то будет?
McRousseaux :
Есть там неподалеку от вас один атомград

Озёрск?
_________________
Assuming direct control
    Добавлено: 23:21 23-09-2016   
McRousseaux
 901 EGP


Модератор
Рейтинг канала: 9(1084)
Репутация: 214
Сообщения: 6810
Откуда: ) и все мы
Зарегистрирован: 31.01.2005
почти угадал
Снежинск
_________________
МакРуссо, он же Мак, он же Руссо.
Пират, контрабандист. Отличается пристрастием к рому.
Характер скверный.
Не женат.

Последний раз редактировалось: McRousseaux (00:48 24-09-2016), всего редактировалось 1 раз
    Добавлено: 00:48 24-09-2016   
Курильщег
 675 EGP


Рейтинг канала: 11(1625)
Репутация: 106
Сообщения: 3944
Откуда: г.Екатеринбург
Зарегистрирован: 10.01.2009
Бухал как-то со снежинскими на местном байкфесте. Хы...
_________________
Assuming direct control
    Добавлено: 01:32 24-09-2016   
McRousseaux
 901 EGP


Модератор
Рейтинг канала: 9(1084)
Репутация: 214
Сообщения: 6810
Откуда: ) и все мы
Зарегистрирован: 31.01.2005
Кста, вот в этой фразе
McRousseaux :
и поехал на такси на автовокзал, откуда нас с Шамшуриным автобус должен был доставить до первой точки нашего маршрута – железнодорожного вокзала города Екатеринбурга.

слово "автовокзал" явно говорит о том что герои жили не в самом екате, а в области
_________________
МакРуссо, он же Мак, он же Руссо.
Пират, контрабандист. Отличается пристрастием к рому.
Характер скверный.
Не женат.
    Добавлено: 12:54 24-09-2016   
Michael_Moon
 84 EGP

Рейтинг канала: 3(31)
Репутация: -4
Сообщения: 635
Откуда: РК, Кокшетау
Зарегистрирован: 15.02.2011
McRousseaux :
Michael_Moon :
В принципе, неплохо, но... стиль и слог подтянуть бы не мешало. Чем-то напоминает производственный роман времен СССР в декорациях "Зоны".

Согласен. Но я тут бушковского сварога прочитал намедни. все 20 книг. там по моему еще хуже в плане "стиль и слог заради экшона"

Равняться слогом на Бушкова... Можно еще не Злотникова попробовать: "они захохотали" (3-4 раза на страницу), "корабль вздыбился" (2-3 раза на главу), ну и прочие шедевризмы.
Я не особо критикую, просто... ну реально не цепляет язык. Поработать бы над ним, вполне могла бы конфетка получиться. Хотя я и не любитель "Сталкеровской" серии (кроме изначального "Сталкера" Стругацких, разумеется Улыбка ).
    Добавлено: 13:32 24-09-2016   
Канал творчества: «"Дуга"»
На страницу: 1, 2  След. | Все страницы
  
Показать: 
Предыдущая тема | Следующая тема |
К списку каналов | Наверх страницы
Цитата не в тему: У меня постоянно крадут идеи. Причем некоторые пользуются для этого машиной времени. (пожаловался BuH)

  » "Дуга" | страница 1
Каналы: Новости | Elite | Elite: Dangerous | Freelancer | Star Citizen | X-Tension/X-BTF | X2: The Threat | X3: Reunion | X3: Terran Conflict | X Rebirth | EVE Online | Orbiter | Kerbal Space Program | Evochron | VoidExpanse | Космические Миры | Онлайновые игры | Другие игры | Цифровая дистрибуция | play.elite-games.ru | ЗВ 2: Гражданская война | Творчество | Железо | Игра Мечты | Сайт
   Дизайн Elite Games V5 beta.18